Четвероногий жених.

      Я заглянула в комнату, тихо приоткрывая дверь, чтобы не будить, если что, спящих любимцев, но в комнате никого не было, я даже немного удивилась, хотя у Дани было просто поразительное умение исчезать куда-то даже в такой маленькой квартире, а возможно, опять забрался под диван и сидит там. Не понимаю его: там темно и очень мало места, хотя, наверное, всем иногда такое место нужно. Впрочем, куда делся Тузик, с его немалыми размерами, я даже не могла предположить. В комнате было тихо, как и везде в этой квартире, давно здесь не было так тихо, а сейчас я будто вновь возвращаюсь к старому распорядку жизни.       - Аня... - послышался детский хрипловатый голос. Я обернулась и увидела серьёзное лицо Саши, который стоял босыми ногами на холодном полу и что-то сжимал в своей руке.       - Ты уснул, я тебя будить не хотела, вот и вышла в комнату, - я немного улыбнулась и вспомнила про курицу в духовке, порываясь на кухню и открывая побыстрее печь. К моему счастью, она не подгорела, поэтому я с облегчением выключила духовку и оставила курицу немного протомиться в оставшемся тепле.       - Ты что-то хотел у меня спросить? - я уселась на диван и похлопала по месту рядом с собой, подзывая мальчика.       - Твои животные? Они хотят что-то сказать - может, ты уже вернёшь им человеческий облик? - пробубнил мальчик и уселся рядом со мной. Его голос звучал спокойно и тихо, Саша больше не смущался, глядя мне в глаза, я видела полный решительности и строгости взгляд, будто взгляд старика, повидавшего многое в этой жизни.       - Ты... как ты догадался? - удивлённо спросила я и посмотрела под стол, где сидел Даня и скрючившийся в четыре погибели Тузик. Кот и пёс вылезли из-под стола и в момент обратились в свой человеческий облик, хотя и зрелище это было не из приятных - наблюдать их переходные формы, это было немного страшно.       - Кто ты? - грозно произнёс Стёпа,смотря уверенным взглядом на черноволосого мальчика, аккуратно и прямо сидевшего на диване.       - Да, собачьему роду простительно меня не знать, но ты... как ты не смог догадаться, или же смог, но не захотел говорить... - с ухмылкой сказал мальчик, посмотрев на Даню, но тут же погрубел в лице, недовольно причмокивая губами.       - Впрочем, неважно. Главное рассказать всё тебе, Аня. Думаю, ты уже кое-что знаешь о нас, о них, но не всё, далеко не всё, полную историю расскажу тебе я, все осколки встанут на свои места - и тогда ты поймёшь, почему тебя так торопят сны, - мальчик напрягся и покрутил в худых пальцах аккуратных кистей деревянную голову быка без рогов. Свисавшая с фигурки верёвка была стара и замызгана, казалось, если чуть потянуть её, она порвётся. Материал чем-то был похож на скрученную грязную вату, я никак не могла понять, из чего эта верёвка, но не менее меня насторожили лица всех собравшихся здесь парней, они были угрюмы и серьёзны, ждали ответа.       - Блажена, являющаяся тебе во снах, и наш отец, ты знаешь их историю не из уст одного из нас, ты была там, так? Видела своими собственными глазами и её, и отца, видела кровавое месиво, которое объединило их и заставило уйти далеко от людей. Это лишь малая часть всего, что ты знаешь. Я расскажу тебе всё, а вы, ни один из вас, не смейте поправить меня, спросить, не смейте даже пискнуть, я только ради этого здесь. - Саша встал с дивана и нервно зашагал по комнате, поднося к губам голову быка, он постоянно потирал морду животного большим пальцем и о чём-то напряжённо раздумывал.       Даня и Тузик покорно уселись на диван чуть подальше от меня и покорно стали ждать начала повествования мальчика.       - Этот кулон, кулон Блажены, он был надет на неё ещё в день рождения, означая её скорую смерть, это жертвенный кулон, но после связи с отцом этот кулон стал воплощением их объединения. Покуда этот кулон висит на шее его возлюбленной, сколько бы раз ни вставала за её спиною смерть, она не сможет её забрать, не увидит её, сокрытую тенью силы её возлюбленного, а он в своё время не сможет умереть, пока не погибнет она. Так вот, когда Блажена и зверобог покинули прежние обжитые земли, они долго скитались, жили впроголодь, но судьба была благосклонна к ним, они нашли место, где наконец осели и зажили спокойно. Вскоре у них появилось три сына: Мстислав, Ростислав и младший сын - Станислав. Старший и средний сын быстро учились и так же быстро выросли, один за другим они покинули отчий дом, отправляясь на поиски своего места в этом мире. Мстислав обрёл своё счастье с людской девушкой и отрёкся от своей причастности к богам, от крови отца, что текла в его жилах, медленно остывая. Ростислав обратился огненным тигром и ушёл в горы, продолжая род, неся разбавленную водою кровь своего отца в другие поколения. Станислав же остался с родителями и был им постоянной опорой, вместе с отцом охотился, познавал мир, учился и никуда не желал уходить. Однажды мать сильно заболела и полностью слегла, кто знает сколько лет ей тогда было, но ясно одно, что прожила она очень и очень много, тогда она позвала своего сына и попросила его снять с шеи её ожерелье: «Чувствую я, чувствую Славушка, что смерть стоит теперь возле кровати моей, долго она обхаживала меня, не могла найти глазами, да вот только пахнет от меня старостью, чует она меня, должна я уйти, нельзя так, Станислав. Не могу я отцу сказать этого, знаю, что любит, знаю, что не отпустит. Сними с моей шеи это ожерелье и отдай следующей жертве, что найдёшь. Отцу не говори ничего, я когда встречу его там, скажу всё сама». И Станислав снял ожерелье с шеи матери, появилась около её постели чёрная дочь Тьмы и забрала её белоснежную искрящуюся душу с собой, оставив высохшее до скелета тело девушки. Сын в ужасе бросился из комнаты, да только в дверях стоял его отец, и такая злоба его взяла, что он хотел убить сына, мальчик убежал. Саша на мгновение замолк и посмотрел на кулон.       - Он бежал долго, оборачивался не раз чёрным котёнком, попадал в чужие дома и вскоре смирился с такой участью. Когда было нужно, был человеком, когда не нужно - котом. Мне имя дала мать, добрая жертвенница Блажена, имя мне было Станислав, да только изменилось оно со временем, - парень немного улыбнулся и посмотрел прямо мне в глаза.       - У тебя её глаза, её чистые русые волосы, рассыпающиеся в ладонях, её мягкая улыбка, не поменявшая со временем своей утончённости. Даже тело, такое же аккуратное и правильное... Мама... - мальчик встал передо мной на колени и медленно водил холодной ладонью по моему лицу, аккуратно касаясь кончиками пальцев моих щёк и губ. Саша положил мне голову на колени и обнял мои икры, прижимая к себе. Я невольно провела рукой по его голове и почувствовала на ногах тёплые мокрые капли. Мальчик быстро вскочил и отвернулся, поправляясь.       - Что ж... это ещё не самое важное. Теперь, зная историю, я расскажу тебе цель своего прибытия. Как и попросила меня мать, я долгое время ждал появления новой жертвы, но с того самого момента люди начали войну, они больше не кланялись нам и не приносили жертвы, человек стал стремительно развиваться, он поработил всех, кому ранее кланялся в ноги. Я долго ждал, но не чувствовал той самой девушки, которая подходила бы на роль жертвы, я отчаялся, последние десять лет я пребывал в тоске и расстройстве, что привело меня к такому образу жизни. И вот наконец! Ты сама явилась ко мне! Я не сразу вспомнил образ матери, но всё встало на свои места, когда я в ванной... - парень хотел продолжить, но я вскочила и резко прикрыла его рот, чтобы не взболтнул он чего лишнего.       - Ну так вот... - парень кашлянул и смущённо улыбнулся, показывая всей своей реакцией насмешку надо мной. Меня это ужасно смутило.       - Я почувствовал кровь, кровь текущую в моих жилах, часть её течёт и в тебе, но она не смешанная, она такая же чистая, как и у Блажены. Я принёс это ожерелье тебе, в нём частичка нашей матери, может, она что-то прояснит, когда ты решишься и всем сердцем захочешь узнать всю правду, не направление, куда идти, а лишь наставление души, до сих пор томящейся где-то между небом и землёй, тогда тебе явится она и расскажет всё. Но также знай, время на исходе, ты должна принять решение и выбрать себе алтарь для пожертвования. Если ты наденешь на шею это ожерелье, снять его сможешь только тогда, когда смерть будет стоять прямо за твоей спиной, этот амулет наденет тебе на шею тот, с чей жизнью ты свяжешь себя, а он в своё время посвятит все свои силы твоей защите, - мальчик закончил и подал мне кулон. Я взяла его и провела подушечками пальцев по рельефному дереву. Неаккуратно вырезанная в деревяшке голова не была покрыта лаком, отчего дерево зачерствело, словно камень, и было очень хрупким.       Не смотря ни на кого в комнате, я пошла вон с кухни, направляясь в ванную.       «Решить? Так рано? Я не готова...» - подумалось мне, я быстро умылась и посмотрела на себя в зеркало. Всё то же отражение, всё те же губы, тот же нос, только взгляд теперь совершенно другой, он, кажется, изменился.       - Готова ли я? - шептали под нос губы, оставляя за собой шипение в горле, словно старый сломанный телевизор. Глаза мои остановились на кулоне, который я аккуратно вертела в пальцах.       - А чего мне бояться! - более громко и весело сказала я и подняла взгляд на зеркало.       Я вздрогнула, видя в отражении ту же себя, но бледную, улыбающуюся мягкой, еле заметной улыбкой, в белой просторной рубахе.       Холодная плитка пола перевернулась вертикально и скинула меня вниз, куда-то во тьму, я думала, что лететь буду вечность, но меня ожидало быстрое приземление, мягкое, к моему счастью.       Я быстро вскочила и осмотрелась, яблоневый сад в полном разгаре цветения, нельзя было спутать это место. Немного побегав глазами вокруг, я увидела смирно сидящую под скривившейся яблоней девушку, перебирающую спелые красные ягоды.       - Ну здравствуй, Анечка, - девушка улыбнулась и распростёрла для меня свои объятья. Я выдохнула с напряжением воздух и подошла к девушке, присаживаясь рядом с ней. Она недолго молчала, обращая на меня свой мягкий взгляд из-под редких ресниц.       - Ты новая жертвенница? Кто тебя избрал? - девушка медленно отбирала ягодку за ягодкой и откладывала их в подол своего сарафана.       - Времена изменились, меня не выбирали жертвой, он был моим котом, но так получилось... это странная история, - я вздохнула и опустила голову.       - Странная? Сильно, наверное, поменялись нравы людей, раз ты считаешь это странным. Судя по твоим воспоминаниям, по твоим чувствам, ты очень искренне его любишь, такое тёплое чувство, какое может зародиться только со временем. Да, я чувствую в нём характер Ростислава: он был такой же резвый и порывистый, настоящий проказник, шутник, он очень весёлый, не знаю, где он сейчас, но знаю, что он жив, если ещё не решился стать человеком. В своём истинном облике они не стареют, но как обращаются в людей - время поворачивается к ним лицом и ведёт с ним такую же безжалостную игру, как и с людьми. Я вижу в нём решимость, он не просто так подаёт тебе знаки, он настроен серьёзно, но настроена ли ты серьёзно? - девушка отложила ягоды и посмотрела на меня мягко, будто мать, отсчитывающая свою нашкодившую дочь.       - Я... я не знаю... я всё равно ещё не свыклась с мыслью, что всё это происходит со мной, - я тихо отвечала, еле слышно, но меня не переспрашивали, будто все мои слова знали наперёд.       - Да, ты в растерянности, как и я когда-то, но это пройдёт, я чувствую в тебе много боли и скорби, ты сильная, ты выдержишь, всем нам иногда приходится принять важное решение, от которого зависит ход нашей жизни, настало это время и для тебя. Достаточно пряталась, - Блажена взяла моё лицо руками и поцеловала в лоб.       - Иди, ступай с миром, - девушка наклонила голову вперёд, и я невольно встала, отходя по-тихому в сторону. - А... как там Станислав? - спросила неожиданно Блажена, когда я отошла уже шагов на пять.       - Он, он тоскует по Вам. Очень сильно тоскует, - ответила я и поникла головой, вспоминая его слёзы.       - Скажи ему, чтобы не плакал больше, скажи, что отец его простил, мы теперь вместе, я выполнила свой долг, а он выполнил обещание, теперь мы свободны, я воссоединюсь с мужем и обрету покой, пусть же и его сердце обретёт счастье, - улыбнулась девушка и стала медленно исчезать, сливаясь бледной кожей с белыми лепестками яблоневых цветов. Посыпались по белоснежному полотну красные спелые ягоды, громко звеня в моих ушах.       Я сделала шаг и резко вскочила, набирая воздуха в лёгкие, лежала я уже на кровати, в моей руке крепко сжат был кулон в виде головы буйвола.       - Ты проснулась! - радостно воскликнул Даня и обнял меня, прижимая к себе. - Я волновался, почему ты так долго?! - он всё не отпускал меня, за его спиной стояли Саша и Стёпа, поникшие головой. Я попыталась что-то сказать, но Даня мешал мне, я даже вздохнуть не могла.       - Мне пора! - резко ответил Саша и рванул к дверям. Я посмотрела на него и медленно оттолкнула Даню, на что он ответил мне немного расстроенным, но понимающим кивком.       Я побежала за Сашей, который уже стоял одетый, в сухой одежде, натягивая на ноги свои старые порванные кеды.       - Куда ты уходишь, останься! - вымолила я и положила руку на плечо парню.       Он медленно поднялся, взял мою ладонь и поцеловал её, мягко касаясь тёплыми губами, слегка прикрывая голубые, бездонные глаза.       - Я выполнил обещание, теперь пора бы и о себе подумать! - с долей грусти в голосе произнёс мальчик и улыбнулся, обнимая меня и утыкаясь носом мне в грудь.       - Саша... твоя мама... она сказала, что теперь свободна, она воссоединится с отцом. Он простил тебя, давно простил, они хотят, чтобы ты был счастлив, - я медленно поглаживала голову мальчика, который теперь не скрывал своих тёплых слёз, скатывающихся по розовым щекам, падающих на мою кофту и моментально впитывающихся в сухую ткань.       - Спасибо... - поблагодарил мальчик и попросил меня наклониться, я чуть нагнулась к нему, а он, вставая на носочки, крепко поцеловал меня в губы.       - Ч... ЧТО ТЫ ДЕЛАЕШЬ С МОЕЙ БУДУЩЕЙ ЖЕНОЙ?! Мерзавец! Да будь ты хоть сам отец! - закричал резко Даня, а Тузик, немного опешив, остановил его, заливаясь громким смехом, полным то ли горя, то ли неудержимого счастья.       - Это был мой первый поцелуй, мам! Я хотел подарить его именно тебе! - Саша подмигнул и быстро выбежал за дверь, хлопая через пару секунд железной стенкой.       Даня только больше разозлился и завопил громче.