Чувства рождают музыку 🎵

Сколько себя Джувия знала, она всегда любила дождь. Ей нравилось просыпаться утром и видеть за окном большие серые тучи, которые вот-вот расплачутся и омоют людей своими слезами. Она с радостью включала в темноте небольшой светильник, что разместился на прикроватной тумбочке, доставала тёплый свитер, шерстяную юбку до щиколоток, милое пальто и свой зонт: розовый с милым рисунком сердечка. Дождь для девушки становился каким-то праздником. Она с улыбкой и, напевая под нос песенку, готовила себе и младшей сестре завтрак, пока та расчёсывалась, сидя в пижаме перед телевизором. Сегодня жареной яйцо в прожаренном тосте, шпинат и мелкие помидорчики черри. В небольших чашках, разносясь приятным ароматом по маленькой кухне и гостиной, теплился чай. - Как я рада, что сегодня дождь, - произнесла младшая Локсар, смачно жуя свой тост. – Устала от этой жары. - И не говори, - произнесла та, закатав длинные, большие рукава своего свитера до локтя. На правом запястье был кожаный браслет с серебряным сердечком. – Я достала твой дождевик и ботинки; лежат в прихожей. - Спасибо, - проглотив кусок и запив его горячим чаем, сказала девочка. Младшая Локсар была очень похожа на старшую: тоже любила дождь и с трудом переносила жару. Однако, в отличие от чистоплотной и аккуратной девушки, малышка любила побегать по грязным лужам, заляпаться от соуса сандвича и привести свою только что убранную комнату в сплошной бардак. Пока младшая сестра жевала свой завтрак, уставившись глазами в экран телевизора, Джувия уже закончила с завтраком и быстро начала укладывать обед в коробки для ланча, тщательно заворачивая их в большие платки из голубой ткани в белый горошек – только у младшей вместо горошка были медвежата с леденцом.

***

На улице похолодало. Это сразу ощущалось по кусачему ветру на щеках и руках. Посильнее запахнувшись в своё пальто, девушка покрепче перехватила в руках зонтик и пошла по улице, с воодушевлением смотря на всё вокруг. С младшей сестрой они разминулись на перекрёстке, где расположилась небольшая булочная и цветочный магазин, возле которого стояли подруги её сестры. Они с радостью побежали в школу, а девушка пошла дальше. Дождь мягкими каплями падал на мостовую, мелкими брызгами рассыпаясь при касании с землёй, сливаясь в один поток из ручейков и луж. Воздух наполнился ароматным запахом мокрых листьев и дороги. Машины с шумом разъезжали по дорогам, перекатывая по асфальту мелкие песчинки пыли и земли. Дворники усердно маячили у каждого стекла. Волосы девушки завились и локонами падали на плечи. Они всегда завивались, когда шёл дождь, и делать завивку самостоятельно было просто бессмысленно. Добираться ей до Школы Искусств было недолго: минут тридцать, может сорок пешком. На велосипеде быстрее, но разве можно в такую чудесную октябрьскую погоду разъезжать в машине или на велосипеде. Джувия училась на дизайнера, хотя со стороны казалось, что она больше была художником. Свой зонт она оставила у входа в школу, где разместилась специальная стойка для них, и пошла в кабинет. Кабинет Искусства – как называли его многие, хотя у него было другое название – находился на пятом этаже и представлял собой большое помещение, в котором был постоянный творческий беспорядок. Столы всегда были измазаны глиной, акрилом и клеем, а пол усыпан мелкими нитками стёршийся резины. Ножи для точения были каждого, и у каждого на лезвии был слой чёрного грифеля. Мольберты и статуи находились в соседнем кабинете. Туда девушка и направилась, предварительно оставив свою сумку и пальто на своём рабочем месте, завязав синие волосы в хвост. Картина, над которой она сейчас работала, представляла собой бушующее море. Джувия всегда рисовала пейзажи, где на заднем плане обязательно присутствовал родник, водопад или другой элемент водной стихии. Это её фишка - так говорила Эвергрин, когда молодые студенты с воодушевлением смотрели на картины Локсар. Девушка тщательно промывала кисти, готовила всё к работе: надевала фартук, закатывала рукава. Она надевала наушники и, слушая приятную музыку – чаще всего всё же это был либо шум моря или дождя, - она начинала писать. Постоянно над картинами сидеть не всегда получалось, так как надо было выполнить и задание, которое давал учитель. Сегодня же преподавателя не было – сообщила ей об этом Эвергрин, которая лепила из глины очередную фигуру. - Когда собираешься её закончить? – спросила она внезапно Локсар, когда та уже было хотела надеть наушники. - Думаю, что к выставке, - ответила она. - Не думаешь, что оно у тебя получается грустным? Море твоё? - Таким оно и должно быть. Обед у художников – особенно, когда не было учителя, - происходил в разное время. Когда студент чувствовал, что ему нужно подкрепиться, спокойно покидал кабинет и шёл в буфет или столовую. Многие просто уходили не столько поесть, как развеяться и размять затёкшие ноги, попу, руки и спину. За всё утро она сделала лишь несколько мазков, где по её мнению должны были лететь чайки, а где-то вдали шумящих волн показаться мачта тонущего корабля. Пену моря она украсила ажурными касаниями кисти, а потом снова задумалась, приложив к губам кончик ручки кисти. Палитра смешалась; руки измазались, а глаза всё ещё были не довольны тем, что получается. Грусть. В этой картине она есть. Она тяжёлая, давящая на виски и на сердце. Смотря на море, которое, словно воронка, уносит за собой корабль, кажется, будто и ты там тонешь. Однако, Джувия смотрела на эту картину так любовно, словно мать, держащая на руках новорождённого ребёнка. Она улыбалась, когда делала очередной мазок кистью, а потом отступала на какое-то расстояние, чтобы посмотреть на всё со стороны. Сняв фартук, она вздохнула, рассматривая всё. Не смотря на то, что сегодня была её самая любимая погода, работа продвигалась крайне медленно. Что она успела сделать за четыре часа? Да в принципе ничего толкового. Тщательно помыв руки, она взяла свою сумку и пошла в столовую, где собиралась немного отдохнуть и поесть. А ещё посмотреть на своего возлюбленного. Называть Грея Фуллбастера возлюбленным, конечно, было не очень верным решением, но по-другому она просто не могла. Может кумиром или примером для подражания, хотя в чём – неизвестно. Когда она вошла в столовую, она сразу увидела его. Вместе с Нацу, Гаджилом и неизвестной ей блондинкой что-то рьяно обсуждали. Он передавали друг другу какие-то листы, в них что-то записывали, не забывая при этом откусить сандвич или глотнуть чаю. Девушка села на достаточном расстоянии от них, чтобы не подслушивать. Не хотелось ей быть в глазах возлюбленного быть настолько низкой. Она достала свой обед, купив при этом ароматный чай, но ни к чему не притронулась, продолжая смотреть в спину брюнета. Он был в белой рубашке, как и всегда, в чёрных джинсах. Это были не те джинсы, которые он носил вчера – Джувия это знала. Белая рубашка отличалась от той, что на нём была на прошлой неделе. Волосы у того были всклокочены – не спал, а на пальце небольшой волдырь – передержал в руках сигарету. Эти до мелочей тонкости Джувия подмечала каждый раз. Для кого-то ничего не менялось или они не понимали разницы между вчерашним нарядом и сегодняшним, но Локсар подмечала это. Она мечтала хоть раз с ним заговорить. Посмотреть ему в глаза прямо, а не так, с боку, когда настоящий цвет прекрасных глаз сливается со светом и теряет свою изюминку. Она уверена, если его обнять, от него будет пахнуть сигаретами, а если за руки – мозоли на пальцах от струн гитары. Ей сейчас было удивительно, когда бывшая команда оказалась снова в сборе? Девушку, что рядом с ними была, она не знала. Слышала мельком от Эвергрин, но имени не запомнила. В душе закипала ревность. Она волнами наплывала, то стихая, то накаливаясь до предела. В руках хотелось сжать бокал и швырнуть ей в голову, но девушка осекалась, думая о том, что это не правильно. Она перевела свой взгляд на свой обед. Почему её не хватает смелости подойти к нему? Почему она стесняется? Что будет плохого в том, если она первая сделает шаг к нему? Ничего, конечно, плохого не будет, но как побороть всю эту неловкость? Она представляла, как познакомиться с ним, но, каждый раз, когда сердце уже готово было встретится с предметом воздыхания, как разум начинал бить тревогу, прося свою хозяйку сделать всё, что угодно, но не это. Так она и жила уже два года.

***

Дома уже был включён свет. Он мягким ореолом выбивался из окон, падая на мокрый газон. Маленький светильник над крыльцом освещал ступеньки и влажные деревянные кресла со столиком, за которыми часто сидели гости и семья на улице. Большие горшки с цветами ещё в начале октября были убраны в дом. По дороге домой девушка зашла в булочную, где купила маленький яблочный пирог – это была традиция в первый непогожий, в особенности дождливый день покупать что-нибудь сладкое к чаю. Родители приносили бумажные пакеты со сладостями, как мармелад, джем, карамельные батончики или леденцы, но их младшая Локсар не жаловала, как яблочный пирог. Поэтому, когда Джувия вошла в дом, поставив зонт в стойку, первым делом та заприметила коробку с пирогом. - Сейчас поставлю чайник, - произнесла та, исчезая в проходе. Локсар улыбнулась и устало побрела к себе в комнату. Шея и спина уныло болели: слишком долго она работала над эскизами и картиной. Войдя внутрь, она включила свет и прислонилась спиной к двери, держа в руках сумку. Нос начал согреваться, и девушка непроизвольно начала шмыгать. Она обвела взглядом комнату, встречаясь глазами со своим кумиром, который смотрел на неё со всех сторон: со стен, кровати, с рабочего стола и с окна. - Я дома, - произнесла девушка, начиная снимать с себя пальто, положив сумку при этом на стул. Никого, включая родителей и свою сестру, Джувия не пускала в свою комнату. Ей не было стыдно за то, что она делала, но она не желала вновь услышать или увидеть осуждения в свою сторону. Фанатка. Этот статус её когда-то сильно ранил в школе. Один из её одноклассников заметил, с каким усердием она собирает все последние выпуски журналов с известным анимационным персонажем, как обвешивает разноцветными брелками с ним и его командой свой маленький рюкзак. В волосах были милые заколки из того же анимационного сериала. На одном из уроков, кажется это был урок рисования, Джувия усердно рисовала себя рядом с другим героем, как тот мальчик выхватил её рисунок и осмеял её перед классом, называя её «чудной фанаткой, которая только и делает, что смотрит свои дурацкие мультики». Девочка плакала, просила вернуть ей её рисунок. Её сильно задевали слова этого мальчика, но она всячески старалась пропустить их мимо ушей, протягивая свои крохотные, испачканные в мелках ручки к помятому рисунку. Мальчик, рассмотрев рисунок, разорвал его на пополам, скомкал их и выбросил. Учитель, которого вызвали на минуту в учительскую, войдя в класс, мигом стал утешать девочку, спрашивая, что с ней случилось. Связного разговора не получилось. Другие дети молчали, когда учитель спрашивал, что произошло. Им было стыдно, они хотели утешить бедняжку, но никто не смел к ней подойти. Они боялись встать с ней на одну сторону. Они боялись быть осуждёнными. Учитель не терял надежды докопаться до правды, звонил родителям, беседовал со всеми: и детьми и родителями. После того момента, Джувия не появлялась в школе неделю. Кто-то мог подумать, что она боялась просто идти в школу, однако, это было не так. Она сильно простудилась: в тот день полил сильный дождь. Находясь в своей комнате, она смотрела мультфильмы каждый день, прижимая к груди плюшевую игрушку персонажа. По щекам текли слёзы. Когда-то радостные мгновения сменились теперь полными грусти и пустоты. Смотря на свои вещи, ей становилось стыдно за них, и пришёл день, когда она всё собрала в коробку и отнесла в магазин поддержанных вещей. Она не просила денег за них. Она просто отдала вещи, рассталась с ними навсегда. В школе она стала замкнутой и ни с кем не говорила. В средней и старшей школах у неё появились друзья, которые мало, что знали о ней, о её переживаниях и мыслях. Она не хотела подпускать их ближе к себе, так как боялась очередного высмеивания. Все написанные ею картины – с младшей школы она внезапно начала рисовать – она держала у себя в комнате. Единственные, кто видел их, были её родные и комиссия на зачисление в университет. Однако, всё поменялось, когда она внезапно попала на концерт одной группы, где она влюбилась. В то время, как все взгляды были устремлены на розоволосого парня с широкой улыбкой, она смотрела на довольно холодного брюнета, который стоял в стороне, перебирая струны бас-гитары, и не могла отвести от него взгляда. В её душе снова разгорелось то, что когда-то она потушила. С того дня она снова стала фанаткой. Переодевшись в домашнюю одежду - тёплый свитер и спортивные брюки, - она не сразу спустилась вниз, чтобы попить чаю с сестрой. Включив компьютер, она принялась за одну из своих прекрасных, как она считала, моментов в её жизни - ведение фанатской страницы Грея Фуллбастера - лучшего бас-гитариста Школы Искусств. Когда-то её вела другая девушка, но она уже давно выпустилась, и ведение за страницей перешло к Джувии. Она вела его анонимно, так что страха за то, что кто-то её рассекретит не было. Работы над этой страницей она проделала не мало: всё было настолько хаотично, что резало глаз, а оформление до жути отталкивало. Сайт был выполнен в розовых и милых девчачьих оттенках, с нотками нежно-голубого, жёлтого и бежевого - милые сердечки, ленточки и прочая милая мелочёвка, которая лишь больше привлекала новых подписчиков. Однако, если бы сестра Джувии увидела бы это, ей бы показалось, что бедный парень тонет в этой сладкой атмосфере ажурных подушек с рюшами. - Так мило, что аж зубы сводит, - сказала бы она. Сегодня стало на три участника больше, чем вчера. Очень много комментариев с сердечками, возгласами восхищения - всё, как и всегда. Постоянно делать фотографии Грея ей не удавалось, да и тяжёлый был это труд, сделать фотографию незаметно, и вместо них она лишь делилась своими заметками - когда и где был кумир сегодня, во что был одет и что он ел, если такое ей попадалось на глаза, - прикрепляя к записи анимационную картинку. Девушка всегда была довольна своей отдачей. Не успела она только опубликовать, как повалился шквал эмоций, всевозможных восклицаний. "Интересно, а он есть в Instagram?" - спросила одна из подписчиков с очень интересным псевдонимом. Джувии лишь покачала головой: она перекопала эту социальную сеть вдоль и поперёк, но ничего не нашла. Даже через Facebook - всё так же. "Если бы я знала, то обязательно с вами поделилась." Вообще-то нет, подумала про себя девушка, пролистав страницу вниз и сделав несколько дополнительных проверок на наличие новых сообщений. В какой-то момент на неё накатывала волна "это моё - никому не дам". Она невольно вспомнила про ту блондинку, что сидела рядом с ними, и ревность тонкими пальцами прошлась по её плечам, слегка давя. "Я хочу, чтобы группа снова собралась." - И мне тоже этого хочется, - пробубнила девушка, смотря на этот комментарий. Она ещё покопалась на сайте, и, когда всё было загружено, опубликовано, Локсар спустилась вниз, где её ждала с нетерпением младшая сестра, ароматный вишнёвый чай с лимоном и вкусный, с хрустящей коричневой корочкой яблочный пирог, нарезанный на треугольники. Вечером дождь усилился, ударяясь о стёкла и рамы окон. Ветер завывал, пугая диких ворон, качая из стороны в сторону ветками деревьев так, словно он - кукловод, что дёргает за ниточки. Молнии были видны только где-то вдали, однако, гром хохотом разносился и над этим небольшим домиком, заставляя маленькую Локсар вздрагивать. Джувия, сидящая на мягком подоконнике, слушая песню дождя, прижимая к груди подушку с фотографией Грея, смотрела на буйство осени и мечтала о том, что когда-нибудь в такую дождливую осень будет под зонтом гулять с кумиром. Он будет улыбаться ей. Она будет улыбаться ему в ответ.

***

Утро следующего дня ослепило Джувию своими яркими солнечными лучами. Она резко отбросила одеяло, чуть не подвернув ногу на пути к окну. Холодного и приятного дождя не было. Вновь светило радостное солнце. Младшая Локсар тоже была не в восторге. За завтраком она ныла, говоря, что опять будут душные дни со своим горящим солнцем. - Вот выйдем на улицу, и встретят нас ужасные испарения. Вспотеем и будем, как красные раки,- бубнила она, уставившись в свою тарелку с хлопьями. Она оказалась не права. Вчерашний дождь исчез с тучами, но остался в виде кусачего холодного ветра и привкуса сырости. Большие лужи блестели на солнце, переливаясь и утекая в арыки. - Холодно, - вздрогнула девочка, поёжившись, когда вместе с сестрой вышла из дома. - Кто-то сказал, что мы будем, как два красных рака. - Забудь, что я говорила, - произнесла она, спрятав розовый нос в шарф. Расставшись с сестрой на перекрёстке, Джувия надела наушники, включив плеер. Сейчас ей это было необходимо: вдохновение дописать ту картину начало исчезать. Сегодня вместо сумки она взяла рюкзак, надела другую шерстяную юбку, заправив в неё белую рубашку с рюшами, а волосы уложила в хвост, открывая уши на встречу ветру. Музыка заглушала звуки вокруг. Тучные, блестящие машины с шумом рассекали по речным дорогам, оставляя влажные следы, но их грозного мотора девушка не слышала, продолжая идти вперёд. В Школе она с усердием отчистила обувь от капель дождя, прилипшей листвы и прочей грязи. Оправила юбку и, не снимая наушников, прошла к шкафчику. Первым уроком была история живописи, поэтому нужны были тетради. Настолько задумавшись о своём, она не заметила, как обронила один из мягких брелков-талисманов, которые хранились у неё в шкафчике. Возможно, он зацепился за острый уголок тетради. Двинувшись в сторону лестницы, она почувствовала чьё-то прикосновение на своём плече. Поспешно вынув наушник, она повернулась и тотчас застыла, встретившись с кумиром. Перед ней стоял Грей собственной персоной. Вместо белой рубашки на нём была серая толстовка, а вместо брюк - тёмно-синие джинсы. Он держал в руках игрушку и протягивал её девушке, которая смотрела на него, распахнув широко глаза. Она с силой прижала к себе тетради, что аж побелели костяшки. - Это твоё? - перед глазами замаячил брелок. Не сразу девушка перевела свой взгляд на игрушку. Когда до её взбудораженного мозга наконец дошла суть происходящего, она поспешно закивала, сказав: - Да, да... - На какой громкости ты слушаешь музыку? - спросил он, вручив ей предмет. - Будь внимательней. - Спасибо, - она кивнула головой. - Эй ты, зараза! - крикнул он в сторону, появившегося в коридоре Нацу. Тот, увидев друга, даже не доходя до шкафчика, развернулся. убегая назад. - Представляешь, сколько я ждал тебя на улице?! А ну стоять! Он побежал за ним, оставив после себя лёгкий запах сигаретного дыма. Джувия всё ещё стояла, не веря своим глазам, как и тетради. прижимая к груди мягкую игрушку, ещё тёплую от прикосновения парня. В левом ухе раздавалась песня, а сердце бешено стучало. Дрожащими руками она достала телефон из кармана, открывая Twitter и с опечатками, используя Caps Lock, быстро начала вводить новость, сопровождая её смайлами сердечек, звёзд и восклицательных знаков. Подняв глаза от экрана, она с воодушевлением посмотрела в ту сторону, куда убежал Грей, а потом, скрыв лицо за тетрадями, тихо завизжала от счастья.