Бешеный

Волшебного озарения, на которое Макс так надеялся, не произошло. Утром ситуация с Мишкой казалась всё такой же неразрешимой. Макс застелил Златкину кровать и поскорее убрался из квартиры, чувствуя, что не готов к подробным объяснениям. Купил в ближайшем киоске дрянной чай в двойном пластиковом стаканчике, обжегся, хоть и держал стаканчик за самые края, чуть не облился, разразился руганью. Блядская жизнь! Всё так стремительно летит к хуям, даже оглянуться некогда. Покончив со своим скорбным завтраком, Макс отыскал ближайший сервисный центр, сдал в ремонт айфон, понадеявшись, что никого не заинтересует порнуха в истории поиска, послонялся по окрестностям в ожидании и вскоре забрал реанимированный айфон. Погладил новенький экран, не чувствуя и половины ожидаемой радости. — Пиздец, блядь, на хуй, — вздохнул Макс. Он набрал Андрея, прослушал серию длинных гудков, повторил попытку, сам не зная, что скажет. Но Андрей так и не ответил, избавив Макса от необходимости принимать решение прямо сейчас. Домой ехать не хотелось. Что Мишка успел испоганить на этот раз? Может, таки сжег хату? Или Сеньку зарезал? Вот ужас-то. — Да пошел он на хуй! — сердито пробормотал Макс и тут же поймал на себе неодобрительный взгляд какой-то тетки. — И ты иди, тётя. Вылупилась, блин. Макс сердито хлопнул дверью машины, побарабанил пальцами по рулю, решая, куда ехать: домой или к Наташке. Плюнул, поехал домой. Всё выглядело подозрительно тихо: обшарпанный дом, заросший бурьяном сад, подгнивающие яблоки в высокой траве. Может, психопат таки ушел в лес? Ищи его теперь… — А чё я-то сразу? — сердито проворчал Макс. — Пусть Андрюха ищет. Он толкнул дверь, предусмотрительно посторонившись, чтобы ведро с помоями промахнулось. Но ведра не было. В сенях привычно пахло плесенью, свет нигде не горел. Макс протопал в спальню, будто специально шумя как можно больше. Кажется, так делают, чтобы отпугнуть гадюк? Или крокодилов, хуй их разберет. То ли Мишки не было дома, то ли план по отпугиванию сработал. На шум никто не вышел. Вот и отлично. Повторив процедуру с осторожным открыванием двери, Макс огляделся. Кровать застелена, ремень аккуратно перекинут через спинку. А в остальном всё по-старому. Но бдительность терять не надо, конечно… Резко откинув одеяло, Макс не обнаружил под ним ни змей, ни капканов, ни хотя бы пучка крапивы. Где же тогда подвох? Одежда в шкафу была цела. Помыться и побриться удалось без происшествий: никакого перца, клея, зеленки. Разве что в зубной пасте какой-нибудь медленный яд, но это вряд ли… Макс отправился на кухню, сосредоточенно хмурясь. Зажег газ, взялся было за чайник, отдернул руку. Горячий, зараза… Может, это и есть коварный Мишкин план? Обварить Макса насмерть. Да нет, это он просто чай пил. — Вот сука, еще чаи гоняет, — возмутился Макс. Обида нахлынула с новой силой. Значит, Макс в расстроенных чувствах вынужден ночевать хуй пойми где и травиться помоями, а эта кочерыжка спокойненько дует нормальный чай и мармеладом заедает. Макс краем глаза уловил рыжую вспышку в коридоре, поспешил отвернуться. Пошел он на хуй, этот ненормальный. Мишка, явно не понимая, что ему не рады, затащился на кухню, вылупился. Макс старательно продолжал его игнорировать. Мишка осторожно положил на стол свой телефон, отступил. — Чё, блядь? — недовольно спросил Макс. Мишка пожал плечами, опустил глаза. Макс мельком глянул на телефон. — А чё не разбил? Времени не было? — Забирай. — Да на хуя он мне сдался? Говна-то. — У меня другого нет. — А это, блядь, не мои проблемы. Весь ты в целом — не моя проблема, понял? Съебись. Макс загремел тарелками, выгреб из холодильника максимально вонючую по Мишкиным меркам еду: майонез, брынзу, квашеную капусту, копченую рыбу. Когда обернулся, Мишки на кухне уже не было. А телефон лежал молчаливым упреком, и до Макса наконец доперло. — Бля… Вытерев жирную от рыбы руку о штаны, Макс взял телефон, отнес его в Мишкину комнату, положил на кровать. Пошел он на хуй со своими недоизвинениями. Есть залитую майонезом капусту и брынзу с рыбой оказалось невкусно. Даже если прихлебывать крепкий чай. Похоже, рыжий поганец окончательно лишил Максову жизнь радостей. — Блядь, я знал, что так и будет, — пожаловался Макс, с тоской глядя на недоеденный обед. Может, у Сеньки есть какая-нибудь притча. Максимально дурацкая, чтобы по сравнению с ней жизнь показалась прекрасной. Может, вообще пожить у Сеньки, пока это всё само не рассосется? Макс сунул тарелку с объедками в мойку, решительно направился к соседу, постучался. Сенька не спешил открывать. Когда он наконец появился на пороге, Макс с ходу объявил: — Сень, мне это… Политическое убежище нужно. — Не, Максик, извини, у меня занято, — ответил Сенька. Макс успел разглядеть в глубине дома опостылевшую рыжую шевелюру, а потом дверь захлопнулась перед его носом.