Боги Нового Мира

Жизнь богов это вечные празднества, гулянки и развлечения. Так многие смертные думают. Да что там многие — все. А вот как бы ни так. Быть богом это тяжелый труд. Помимо основных обязанностей у некоторых из них есть еще и подчиненные, за которыми нужно следить, давать задания, контролировать процесс работы, и прочее, и прочее. Кто-то выполнял свои обязанности если не хорошо, то приемлемо, а кто-то заставлял своих начальников буквально зубами от злости и безысходности скрипеть. Потому что бесят, а убить нельзя — замены не найти. Например, подручные Ло, который следил за мертвыми в подземном царстве. Ответственно делают свою работу, все поручения выполняются в срок и без пререканий. Но стабильно, раз в месяц, они будто с катушек слетают. Все у них валится из рук: то кары перепутают, то лист с поручениями потеряют, то еще какой форс-мажор, будто из-за какого проклятья. Но никакого проклятья нет, и все что остается Трафальгару, так это молча пытаться не поубивать их всех, в порыве злости, и как можно терпеливее ждать, когда этот ужас закончится. Марко считал что в этом плане ему повезло больше. Даже притом что он, будучи верховным богом, главой всего пантеона, имел в своем подчинении практически всех богов и мог давать им указания. Все они по большей части были самостоятельными личностями, которые и без чужих подсказок лучше знали, как выполнять свою работу. Так что командовал он, по сути, только четырьмя, а именно повелителями ветров — Сатчем, Джозом, Изо и Харутой. Марко нужно было их только направлять и указывать, куда лучше послать ветер, в зависимости от пожеланий людей и других богов. Так и сегодня, день ничем не отличался от множества других, разве что за исключением того, что Изо остался помогать разбирать послания богов, ведь на последнем своем задании он по глупой случайности повредил ногу. Внезапно более чувствительный повелитель весеннего ветра замер, поднимая голову. Пыхнуло жаром, а значит, на Олимп пожаловал бог войны. Или правильней сказать боги? Люди отличались не дюжей фантазией, и лепили имена, звания, и родственные связи богам как хотели. Так что нет ничего удивительного в том, что Аресом они прозвали сразу двух. Впрочем, в чем-то они даже были правы. Эйс и Сабо были сторонами одной медали — вроде бы и разные, но в то же время такие похожие. Эйс был более вспыльчивым и вместо слов мог сразу же дать оппоненту в зубы, а только после начать разбираться, что да как. Сабо был более терпимым и предпочитал диалог с обсуждением проблемы, хоть и тоже мог не слабо всечь если его разозлить. Собственно, из драк и дипломатии война и состояла. А их способность сливаться воедино, которая со временем стала привычкой, лишь усугубляла положение. Плюс ко всему оба парня могли контролировать огонь и жар в любом его проявлении. Из-за этого их тела меняли температуру в зависимости от настроения. И судя по тому, что жар Изо почувствовал раньше, чем послышались торопливые чеканные шаги, кто-то был в ярости. Двери в зал открылись с такой силой, что врезались в стены, и на пороге появился практически горящий Эйс. Погруженный в бумаги Марко слегка заторможено поднял голову и немигающим взглядом посмотрел на вошедшего. А затем, спустя несколько секунд, вроде как, придя в себя, нахмурился и спросил. — Эйс? Что-то случилось? Ты… — Могу я, пожалуйста, узнать, — парень явно был очень зол, так как обычно Марко не перебивали, — кто нахрен такой Ганимед? Изо возвел очи к небу и тихонько застонал, стараясь не привлекать внимания. Опять началось, да когда же эти люди уже успокоятся? Эйс, по сути своей, был не ревнив, да и Марко он доверял более чем полностью, все же, сколько столетий они вместе. Но с тех пор, как люди начали слагать легенды, своды Олимпа периодически стали сотрясать выяснения отношений. Люди, как уже говорилось, обладали огромной фантазией и отчего-то решили, что верховному богу Зевсу нужна супруга. Ее нарекли Герой, но проблема в том, что никто из всех богов, существ, и прочих знакомых женщин и мужчин не подходил под описание. Думали все, думали долго и, в конце концов, пришли к выводу, что Гера это собирательный образ. И все бы ничего, да вот только Эйс с той поры стал четко отслеживать все новые сплетни про громовержца. На взгляд Изо, совершенно бесполезная затея, ведь если в них и есть хоть грамм правды, он тоже будет перевран до неузнаваемости. Марко нахмурился. Он отвел взгляд в сторону как делал каждый раз, когда пытался что-то вспомнить. Наконец, спустя пару минут напряженного молчания, верховный повернулся к своему мужу и, устало растерев лицо, он ответил. — Не знаю кто это. Люди снова что-то выдумали? Со стороны Эйса послышался глубокий вдох, будто он пытался успокоится, и Изо почувствовал, как начал спадать жар. Арес были из тех, кто могли чувствовать чужую ложь. — Да, думаю и так можно сказать. Сегодня я услышал что якобы были свидетели того, что Зевс, обернувшись птицей, унес на Олимп понравившегося юношу. Ты меня, конечно, прости, но что за юноша, Марко? — О чем ты вообще говоришь? Ты же знаешь, что люди в последнее время выдумывают кучу небылиц. Чем эта отличается от предыдущих? — В этот раз были те кто это видел? — И с чего ты взял что это не очередная выдумка? Да, я оборачивался птицей недавно, но… Изо понял, что если он срочно не вмешается в эти семейные дебаты, то в ближайшие дни страна, либо пойдет войной на кого-то, либо ее уничтожат ураганы и прочие напасти. Поморщившись от прострелившей боли в ноге, мужчина со вздохом поднялся со своего кресла и слегка постучал по столу, привлекая внимание. — Прошу прощения что вмешиваюсь, — прихрамывая, Изо вышел из-за фурнитуры, демонстрируя Эйсу повязку, опоясывающую его бедро до самого колена, — Думаю этим «юношей» был я. Марко нес меня в облике птицы несколько дней назад, потому что я сам ходить не мог и вымотался так что не мог использовать силу ветра. Надеюсь на этом, ваш конфликт будет исчерпан? Внезапно со стороны двери послышался смех постепенно превращающийся из обычного в истерический. У выхода обнаружился Сабо, сползающий по стеночке. Парень держался за живот и с каждой секундой смеялся все сильнее, да так, что в какой-то момент даже закашлялся. Если в этот момент посмотреть на Эйса, то можно было увидеть, как тот постепенно заливался ярко-красным огнем смущения. Вздохнув и закатив глаза Изо еще раз осмотрел открывшуюся картину и, махнув рукой, крикнул уже успокоившемуся дипломату. — Сабо, помоги выйти. Оставим этих голубков разбираться самостоятельно. Блондин усердно, даже как-то чересчур, закивал и, подскочив к повелителю ветра, вывел его из зала, напоследок закрыв дверь. Между супругами повисла неловкая тишина. Вернее неловко было только Эйсу, Марко же усмехался алой мордашке парня. Он вышел из-за своего стола и, оперевшись на него поясницей, продолжил выжидающе смотреть. Наконец Эйс не выдержал. — Я перегибаю палку, да? — Хех, и довольно сильно, прошу заметить. Эйс пристыжено насупился, будто это не он покровительствовал войнам и контролировал военные действия по всей стране, а иногда и за ее пределами. Рядом с Марко он всегда чувствовал себя юнцом, которым он был только переродившись. Глядя на это, во всех смыслах, притягательное зрелище, верховный медленно подошел к Эйсу и, проведя рукой по лицу того, крепко обнял. — Хочешь знать, почему я до сих пор терплю все твои заскоки? — Марко едва подавил в себе желание рассмеяться, когда почувствовал, как задеревенели мышцы бога под его руками, — Потому, что я люблю тебя. За все. Даже за эти самые заскоки. Вскинувший было голову, Эйс попал в плен настойчивых губ своего мужа и тут же расслабился в родных руках. Что ж, похоже, ему стоит поумерить свой пыл и беспочвенную ревность, вызванную бредовыми фантазиями смертных.