Ты себя накрутила, Харрис

      Майское солнышко пробиралось в комнату влюблённых, когда те развалились на кровати, не выпуская друг друга из тёплых и таких родных объятий. Юная Мисс Харрис поморщилась, отворачиваясь к крепкой груди парня, зарываясь в ней от неприятного и назойливого освещения. Молодой человек лежал на женской груди, приспособив её как подушку, из-за чего шмякнулся головой прямо на постель, чертыхнувшись.       — Каттен, ну чего тебе вечно не спится? То читаешь до самого утра, то с восходом солнца уже кулинаришь, — мужчина уткнулся в белоснежную подушку, вдыхая аромат кондиционера для белья, — Боже, кондиционер с запахом ананаса? Признаю, не столь уж и плохо то, что ты постоянно стираешь наволочки.       — Дед, не Бухти! — Агата развернулась к парню спиной, разглагольствуя прямо в одеяло, которым сразу укрылась.       Александр насупился, когда его брови свелись к переносице, а глаза уже полностью открылись, отходя ото сна. Крепкие пальцы коснулись одеяла в попытке его резко откинуть, но девушка крепко держалась за последний шанс, спрятавшись в мягких ворсинках носом.       — Ах так? Агата, ты ещё пожалеешь о своих словах, — молодой человек наклонился над мягкой тканью так, чтобы не разбудить спящую девушку, начиная пробираться под него полностью. Темноволосая даже не заметила его отсутствия, пока горячее дыхание не начало греть где-то внизу.       Она уже собралась свести ноги вместе, как этому действию помешала крепкая ладонь, держащая колени. Нильсен оттянул тонкое кружево в сторону, начиная поцелуи от самых лодыжек. Мужчина оставлял влажные следы по всей голени, успевая поставить несколько багровых отметин, пока не остановился возле трусиков.       Парень пустил тёплый воздух на нежную кожу, когда та покрылась долгожданными мурашками, а Харрис сцепила зубы воедино, чтобы не сорваться раньше времени, тем самым признав своё поражение. Швед стянул взмокшие трусики до колен, давая себе больше возможностей. Он коснулся лобка пальцами, когда заметил насколько она влажная, победно улыбнулся.       Александр выпустил свой язык наружу, проходясь влажной мышцей по всей промежности, слизывая проступающие соки. Девушка пыталась опустить ноги, но тот ухватился за оба колена, крепко удерживая в цепкой хватке. Язык проскальзывал по всем складочкам, доставляя удовольствие, когда она выгнулась дугой, подстраиваясь под ласки и откинула голову на подушку, простонав.       Под одеялом становилось ещё жарче, отчего Харрис уже тяжело было дышать, задыхаясь в собственных стонах. Молодой человек втянул язык в себя вместе с клитором, посасывая чувствительную точку. Агата опустила бёдра, собственноручно откидывая мешающее одеяло в сторону. Парень усмехнулся от такой нетерпимости, продолжая начатое.       Он двигал им вверх-вниз, заставляя выкрикивать собственное имя, пока девушка не начала тяжело дышать с прикрытыми глазами. Протеже привстал на локтях, приближаясь к своей жертве. Лёгкий поцелуй начался с ключиц, доходя до уголка губ, пока Агата не ответила, сминая нижнюю губу острыми зубками. Девушка слизала поступающую капельку крови, стягивая рукой боксеры, пока не откинула лишнюю ткань.       Мужчина приподнял пеньюар, оголяя грудь, которая сейчас казалась ещё больше обычной и двигалась прямо перед глазами, намекая о себе. Он впился в острый сосок, лаская крохотную бусину и посасывая, когда хозяйка особняка обвила его торс ногами, буквально соскальзывая на возбужденный член. Пара протяжно вскрикнула, отрываясь от приятных ласк, когда Александр подался бёдрами вперёд, нежно двигаясь внутри девушки.       Его темп был осторожным и поступательным. Таким, чтобы расслабиться, а не заставить её работать. Шатенка вцепилась в крепкую спину коготками, немного прикусывая шею, когда Нильсен придерживал её за спинку, не давая упасть. Толчки не прекращались, разнося по освещённой комнате сладкие стоны. Очередное движение, когда Александр кончил, делая финальное движение бёдрами, а Агата протяжно выкрикнула имя молодого человека, откидываясь на мягкие подушки.       Мужчина наклонился к возлюбленной, обдувая расслабленное лицо и оставил нежный поцелуй на лбу, когда на лице расплылась довольная улыбка. Он обернулся в полотенце, которое нашёл на кресле, а Харрис только и смогла, что открыть глаза.       — Ну, так что? Всё ещё старик? — парень ребячески рассмеялся, скрываясь за массивной дверью ванной комнаты, которая спасла его задницу от летящей подушки.       Она рассмеялась, наблюдая за отражением в зеркале, где увидела счастливую девушку. Невольно проскочила мысль о том, что тётушка бы порадовалась, но небольшая встряска отогнала все печальные раздумья. Ничто не испортит её настроение. Наверно.       Из мыслей вытянул жужжащий смартфон, который почти скатился с тумбочки, когда Агата вовремя его словила. Темноволосая никогда не заглядывала в чужие телефоны, ведь это — моветон*, но неугомонное устройство само обратило на себя внимание. Она поморщилась как от пощёчины, когда пришлось посмотреть на экран, ведь Нильсен не отвечал, занятый утренним душем.

Rachel

Ал, нужно поговорить. Кажется, у нас проблемы.

      Хоть подпись контакта и была на шведском языке, но было совсем не трудно понять, кто отправитель. Девушка задумалась, ведь недавно Александр провожал светловолосую в аэропорт, откуда она должна была вернуться на Родину. В голове сразу появились непрошеные мысли о том, что парень ей изменяет, живя на два фронта, а на душе стало неспокойно, когда пришло очередное уведомление.

galet ❤️

Нильсен, наш план начинает проваливаться. Я больше не смогу тебя прикрывать.

      На глазах появились маленькие слёзы от одной мысли, что он может ей изменять, а собственный телефон засветился от пришедшего сообщения. Буквы немного плыли, а из груди рвались жалобные всхлипы, которые в любом момент мог услышать парень. Вдох-выдох, и вот, на экране мобильного виднеется предложение о встрече с кузиной. Дрожащими руками Агата согласилась, отправив короткое «да» на номер белокурой.       Коленки немного подрагивали, когда девушка спустилась на первый этаж особняка, закрываясь в общей ванной комнате. Так хотелось сползти по стенке и разреветься, но подступающая тошнота заявила о себе слишком неожиданно. Харрис умылась, закапав глаза, чтобы они не были такими красными и отправилась в душевую кабинку, дабы смыть с себя все неприятности. Прохладный душ немного отрезвлял, а токсикоз и вовсе, ушёл.       Сменная одежда в роли легкого платья показалась очень вовремя, когда кружевной подол уже комфортно сидел на юном теле. Шатенка поправила своё лицо макияжем, благодаря которому уже не казалась такой опухшей и печальной, что не скажешь о груди, которая немного ныла от недавних переживаний.

***

      Всю прогулку Элиза пыталась хоть как-то растормошить свою кузину, угощая её разными сладостями, но та была слишком погружена в свои мысли. Ей не давали покоя те сообщения, которые скатились как обух по голове, не давая здраво мыслить. Агата натянуто улыбалась блондинке, чтобы она не приставала с лишними расспросами, но не заметить подавленное состояние  сложно.       — Боже, Агата, что происходит? Ты вся какая-то нервная. В чём проблема? Я же вижу, что на тебе лица нет, — светловолосая остановилась посреди пути, не пуская девушку дальше.       Шатенка долго мялась, не решаясь на то, чтобы ответить, но пересилила себя, ведь ей хотелось выговориться хоть кому-то, чтобы её поддержали. Она опустила глаза в пол, тихо всхлипнув, когда Элиза утёрла подступающие дорожки слёз.       — Сегодня утром я обнаружила довольно-таки странные сообщения в телефоне Александра, — голубоглазая посмотрела на собеседницу через опущенные ресницы, но смогла увидеть её негодование, — Ты неправильно меня поняла. Я случайно их увидела, правда. Хотела отключить звук, но они прямо всплыли на экране, а я не смогла их пропустить, — очередной всхлип, а Элиза лишь хватает Агату за руку, уводя в сторону особняка.       Она ожидала чего угодно, но только не того, что будет сейчас будет размашистым шагом направляться обратно домой, а девушка молчала, словно партизан. Кузина то и дело посмеивалась, наблюдая за насупившейся подругой, которая не могла успокоиться, утирая очередной поток слёз.       Хрупкое тело буквально запихнули в особняк, когда Агата не обнаружила в доме никого. Было пусто и совершенно тихо. Снова обернулась, но не обнаружила там Элизы. Казалось, что это всё ее дурная фантазия, но она четко помнит, как бежала сюда с ней под руку. Звук хлопушки заставляет обернуться, пока с потолка спадают сотни, если не тысячи, воздушных шаров. Все они серебряного оттенка, а перед ней на колене стоит Александр. Тот, кого она так возненавидела, но рада видеть одновременно.       — Агата, я знаю, что я далеко не идеальный мужчина, но и ты не барби, — Нильсен обернулся на злобный шик Рейчел, — Ладно, шучу! Вообщем, не знаю как ты это сделала, но сейчас я стою перед тобой на колене, как я не унижался никогда в жизни, — он усмехнулся, а Агата затаила дыхание, слыша лишь собственное биение сердца, — Харрис, как тебе фамилия Нильсен? Я хочу, чтобы ее носил не только я, разделяя честь с тобой.       — Боже, Алекс, конечно нравится! — Агата набросилась на молодого человека с очередным потоком слёз, когда по пальцу уже скользило кольцо с крупным бриллиантом и розовым золотом.       — Ну нет, — Элиза протяжно заскулила, — Нильсен, сделай что-нибудь со своей невестой, а то она скоро весь дом затопит, — светловолосая рассмеялась, когда невеста начала смеяться сквозь слёзы.       — Я беременна, дурочка. Дай мне нормально пострадать, — она снова уткнулась в мужскую грудь, когда Нильсен стоял с открытыми ртом, переваривая полученную информацию, пока не подхватил её на руки, — Тем более, что я ещё не узнала про те сообщения.       Александр рассмеялся, измеряя друзей укоризненным взглядом, отчего те сжались, начиная скрипеть зубами, ведь именно из-за них Агате пришлось переживать.       — Дело в том, что я не могла найти золотистые шарики и написала об этом Алексу, ведь мы давно готовили этот сюрприз, а Сэм больше не мог так долго прикрывать нас. Говорил, что скоро сам расскажет про предложение, если он не решится, — Рейчел виновато улыбнулась, а Сэм лишь пожал плечами, хлопая друга по спине.       — Ты снова себя накрутила, Харрис, — Алекс наклонился, целуя свою будущую жену в губы. Она охотно ответила, оставляя за собой немного солоноватый вкус слёз, а Нильсен улыбнулся, ведь он никогда не чувствовал себя лучше, чем сейчас.