У Гарри Поттера некоторые сложности
8 августа 2020 г., 19:09
Гарри замер с подносом на середине дороги. Если бы сзади его не толкали другие министерские сотрудники, он бы, наверное, так и простоял весь обеденный перерыв. Это что же такое творится? Рон, на минуточку, его лучший друг, мало того что не дождался, когда Гарри вернётся из туалета, и ушел на обед без него. Он уже сидел за столиком, бодро поглощая картошку, и мило трепался. Как бы вы думали, с кем? С Драко Малфоем! С Драко, чёрт бы его побрал, Малфоем!
Это же надо!
К счастью, голодные сотрудники подтолкнули Поттера к линии раздачи, и он ненадолго отвлёкся. Похоже Рон всё ещё на него злится. Гарри не совсем понимал за что. Но если ваш лучший друг в ответ на жалобную историю о неудаче в личной жизни предлагает вам «попробовать с мужчиной», очевидно же, что он чем-то недоволен.
Улыбнувшись девушке на кассе, Поттер уверенно пошел к столику этого предателя. Там было свободное место.
— О, Гарри, — Рон не дал ему выразить возмущение каким-нибудь едким комментарием. Который, к слову, Гарри не успел придумать. — Смотри кого я встретил!
Тут Поттера посетила мысль, которая должна была прийти в голову гораздо раньше: «А что вообще Малфой делает в Министерстве?»
— Устраиваюсь на работу, — ответил Малфой.
Перед ним стояли пустые тарелки. То есть обедать он уже закончил и теперь просто таращился на парочку друзей, не понимая, зачем они к нему подсели. Он вяло покачивал чашку с последним глотком чая длинными тонкими пальцами. Такими пальцами бы… Гарри ещё раз внимательно посмотрел на руки Малфоя, но так и не понял, как их надо бы применять. Он дёрнул головой, пытаясь вытряхнуть из неё эту странную незаконченную мысль.
— О, здорово, — тем временем оживился Рон. Малфой посмотрел на него как на опасного психа и даже слегка отодвинулся. — А в какой отдел? Может к нам?
Гарри тоже немного отодвинулся. Если Рон в самом деле тронулся умом, стоило иметь немного пространства для манёвра. Чтобы связать его, если потребуется. Или оглушить. Конечно, Поттер не боялся психов, но они бывают опасны, ведь так?
— Н-нет, — покачал головой Драко. Он что, заикается? — Это невозможно. В Отдел Магических Игр и Спорта.
— Надо же! — обрадовался Уизли. — Отличный выбор.
— Думаю, у меня достаточно хорошие рекомендации. Я уже работал в этом департаменте во французском Министерстве.
— Так ты жил во Франции! — восторженно воскликнул Уизли. — Круто. Мне нравится Франция.
Драко умоляюще посмотрел на Поттера, видимо, в поисках поддержки или хотя бы пояснений. Но Гарри сумел только пожать плечами. Франция никогда не вызывала у его друга бурной радости. Ещё пару недель назад тот с пеной у рта доказывал, что в этой стране ни в коем случае нельзя проводить медовый месяц, и они с Гермионой лучше поедут на северный полюс, чем туда. Вроде, они выбрали Италию.
— Поттер, — крикнул аврор, несущий свой поднос к столику неподалёку от них, — тебя шеф вызывает.
Малфой воспользовался моментом, чтобы «вспомнить», что его где-то там ждут, и быстро сбежать. Гарри не стал тратить время на выяснения, что нашло на его лучшего друга. Он с космической скоростью закидывал в рот еду. «Шеф вызывает» обычно означало, что его сейчас отправят на задание, и хорошо бы получилось снова поесть хотя бы завтра.
Впрочем, его ожидания немного не оправдались. В кабинете шефа помимо его самого обнаружился Министр Шеклболт. Когда Гарри вошёл, они, похоже, обсуждали какие-то важные дела. В смысле, не могут же двое взрослых мужчин, наделённых высшими в стране полномочиями, банально сплетничать.
— Гарри, мальчик мой, — обернулся к нему Министр.
Однажды Гарри просил знакомую целительницу выписать ему официальную справку, что у него аллергия на обращение «Гарри, мальчик мой». К сожалению, она отказалась. А потом и вовсе бросила его ради какого-то невзрачного писателишки. С тех пор он решил не связываться с целительницами. Хотя возможно, дело было не в этом.
Поттер изобразил умеренный энтузиазм пополам с любопытством и уселся на предложенный стул.
— Гарри, ты же знаком с Драко Малфоем? — участливо поинтересовался шеф. Аврор Поттер ещё ни разу не слышал от него такого тона.
— Только что с ним обедал, — то есть с ним обедал Рон. Непонятно зачем. А Гарри обедал с Роном, потому что всегда так делал. Но это были уже лишние тонкости.
— А, — обрадовался шеф, — тогда, наверное, тебе не придётся о нём рассказывать.
— Э… — похоже пояснения всё-таки были нужны. — Нет. Лет шесть его уже не видел.
Кингсли потёр висок и взял дело в свои руки.
— Итак. Драко Люциус Малфой, — как будто бы зачитал Министр, хотя никаких бумаг в его руках не было, — получил бакалавра магического права в Британии. Магистра по международному магическому праву получал во Франции. Одновременно с этим работал помощником менеджера Сенненских Соколов. После получения диплома пришёл в Департамент Спорта Министерства Магии Франции. Был одним из организаторов прошедшего Чемпионата Европы по Квиддичу. Ему прочили место главы Департамента.
— Он это бросил и вернулся сюда? — удивлённо спросил Поттер. Вроде бы такая карьера вполне соответствовала тому, что Гарри знал о малфоевском самомнении. Гораздо больше чем обед в их министерской столовой. То есть там хорошо кормили, но Малфой, по мнению Гарри, вряд ли стал бы этим довольствоваться. — Зачем?
— Хороший вопрос, — обрадовался шеф и положил на стол довольно тонкую папку с делом.
— С такой квалификацией я бы взял его в свой секретариат, — вздохнул Министр.
Гарри постарался как можно быстрее вернуть на место брови, которые непроизвольно поползли вверх от удивления.
— Но, конечно, он — Малфой. Не положено, — заметил шеф.
— Да, — кивнул Кингсли. — Наверное, он потому и пошёл по линии Спорта. У этого отдела нет ограничений по судимости. На собеседовании он заявил, что считает себя патриотом и хочет трудиться на благо родной сборной. Чемпионат-то мы продули.
— Но вы в это не поверили? — Гарри кивнул на папку.
— Ты слышал об убийстве Джейдена Эйвери?
Гарри поморщился. Убийство в запертой комнате. Никаких улик. Никаких свидетелей. Никаких мотивов. Ага. Гарри об этом слышал.
Шеф понимающе кивнул.
— Драко Малфой и Джейден Эйвери были любовниками. В декабре прошлого года мистер Малфой прибыл из Франции, чтобы встретить Рождество со своим бойфрендом, и нашел его тело. Тут всё прочитаешь, — шеф бросил ему папку.
— Я? — папку Гарри рефлекторно схватил, но был готов бросить её обратно, как горячий уголёк.
— Малфой каждую неделю присылает сову с вопросом, как продвигается расследование, — сообщил шеф, как будто это что-то объясняло.
— И как оно продвигается? — Гарри осторожно взвесил папку в руках. В ней было меньше десятка страниц. Даже на какую-нибудь банальную драку уходит больше.
— Дело вёл аврор Хаммер, — с красноречивой улыбкой развёл руками шеф. — Он третью неделю в больнице и пробудет там ещё не меньше месяца.
— Понятно, — вяло протянул Поттер. Выходило так, что отказаться от этого дела у него точно не получится.
Убедившись, что аврор Поттер в самом деле что-то понял, шеф и Министр выставили его за дверь и вернулись к своим делам. Разве можно столько сплетничать?
Гарри вернулся в свой кабинет и осторожно положил папку в центре стола. Пару минут он смотрел на неё как на какого-то страшного монстра, потом положил сверху папку с другим делом, где всё уже было ясно, кроме того, как поймать постоянно меняющего укрытия преступника. От этого Поттеру сразу полегчало. Для верности он накинул сверху незаконченный отчёт со вчерашнего задержания и спокойно уселся за стол. Вот теперь можно было и поработать.
С отчётом он покончил за десять минут и снова с сомнением посмотрел на краешек папки, торчащий из-под дела слишком много бегающего создателя проклятых артефактов. Гарри уже придумал где поставить для него ловушку. Ничего сложного. Но вот Эйвери… Вообще-то Гарри Поттеру не давали такие дела. Его ценили за боевые навыки и умение на месте разобраться в сложной ситуации. То есть, скорее только за боевые навыки. Едва выяснялось, что дело требует вдумчивого подхода и поиска информации, его передавали какому-нибудь другому аврору. Гарри называл эти дела скучными и только радовался, что не приходится заниматься таким занудством. Рон согласно кивал. Вот только как раз на двух таких делах Уизли и вылез из патрульных, куда его распределили после подготовки, в настоящие авроры. Так что поддакивал он исключительно по дружбе. На самом деле, Рон показал себя въедливым и цепким как терьер и как раз такими «занудными» делами обычно и занимался. А Гарри в первые два раза, когда ему попадалось что-то подобное, облажался. Вот ему и перестали такое давать.
Гарри вытащил папку и положил перед собой.
Хаммер был несомненно опытным аврором. В чём-то, наверное, даже неплохим. Но показатели раскрываемости у него были на уровне пустующего стула в углу офиса. Конечно, теперь, когда он надолго угодил в Мунго, кто-то должен был забрать его дела. Но само то, что дело Эйвери отдали Поттеру… Это значило, что шеф хочет ткнуть Малфою в нос, вот мол, твоим вопросом занимается сам Гарри Поттер, отстань. А то что Гарри ничего не раскроет — ерунда.
Поттер раскрыл папку и бегло пролистал бумаги.
Конечно, один висяк не повредит его показателям. Но на самом деле, это было ужасно обидно — оказаться какой-то дурацкой затычкой. Ширмой от Малфоя. С другой стороны, раз успеха от него и не ждут, Гарри мог бы заняться этим спокойно без давления высоких ожиданий. И может, сумел бы наконец доказать, что способен справиться и с такими делами тоже.
Он вытащил протокол осмотра места. Прочитал. Перевернул страницу и долго удивлённо пялился на пустой лист. Перелистнул обратно и прочёл снова.
И это протокол? «Тело лежит головой на юг». Его же не в поле нашли, а в комнате. Надо было установить, убившее Джейдена заклятие прилетело со стороны двери, окна, дивана, откуда-то ещё? А не с севера. Какой прок в этом севере?
Отложив бесполезную бумажку, Гарри взялся за следующую. Она оказалась протоколом вскрытия. К счастью, он был сделан штатным патологоанатомом — Сьюзан. К её стилю Гарри давно привык, и по этой бумаге сумел всё же составить представление о преступлении. След обморожения на левом боку, повреждённая лодыжка, два следа режущего проклятия. Второе задело сонную артерию, и парень истёк кровью. Это наводило на мысли о дуэли. По горячим следам можно было бы поискать второго участника. Но тело нашли через три дня, так что «горячих» следов не было уже тогда. А уж теперь и говорить нечего. То было Рождество, нынче уже апрель.
Гарри посмотрел было на вторую папку на своём столе. Там-то всё было просто, встать вечером возле «Боргин и Бёркс» и преступник сам придёт в руки. Он вернулся к делу Эйвери.
Следующие несколько листов оказались протоколом допроса Малфоя. Дочитав до середины первой страницы, Гарри его сжёг. Решение было спонтанным. Он сам удивлённо смотрел на дело своих рук. Надо было хоть дочитать что ли. Вдруг, маловероятно конечно, там было что-то полезное. Но теперь ничего полезного там уже точно не было. Чёрт возьми, это был просто пепел. Больше в папке ничего не было. И что теперь делать? Гарри стряхнул пепел в урну, положил обратно единственно полезный протокол вскрытия и глупый, но хоть какой-то, протокол осмотра места преступления и пошёл к Рону.
— Да что не так-то? — из-за двери кабинета Уизли доносился его возмущенный голос. — Это была твоя идея!
— Но я не имела ввиду, что ты должен… О, привет, Гарри, — Гермиона сидела на столе своего жениха. Поттер верно предположил, что в таком тоне друг мог разговаривать только с ней.
— Гарри? — удивился Рон, как будто в его появлении было что-то странное. — Я думал, шеф отправил тебя на какое-нибудь задание.
А точно.
— Почти, — Гарри помахал тощей папкой. — Мне отдали убийство Джейдена Эйвери. Малфой устраивается в Министерство, а они с Эйвери были любовниками. Ну ты понимаешь.
Рон и Гермиона переглянулись с довольно ошарашенный видом.
— Я слышала, что он гей, — нерешительно протянула женщина, — но думала, это просто слухи.
— Это вроде давно известно, — удивился Гарри. — Ему подходит.
— В каком смысле? — не понял Уизли, косясь на свою невесту.
— Ну он же чистокровный аристократ, — пожал плечами Поттер, разглядывая своих друзей. Какие-то они странные сегодня. Может опять предсвадебные хлопоты доконали? — Они же вырождаются.
Рон посмотрел на Гермиону взглядом «я же говорил». Они тут что, Малфоя обсуждали?
— Ладно, мне пора, — женщина спрыгнула со стола. — Ещё работы очень много. Мы всем отделом вечером собираемся в заповедник, там грифончики только вылупились. Хотите с нами?
— Работы очень много, — хором ответили парни. Гермиона пожала плечами и убежала.
— Её одержимость птенцами и котятами начинает меня напрягать, — пожаловался Рон. — Может она на что-то намекает?
Намек был более чем прозрачен, но Гарри предпочёл промолчать.
— Я к тебе собственно с чем, — вместо этого Поттер снова помахал папкой. — Это дело вёл Хаммер. Вроде бы ты навещал больных на прошлой неделе. Он в себя пришёл? С ним поговорить можно? К нему вообще пускают?
Рон скривился в отвращении.
К Хаммеру пускали. Бойкая кругленькая целительница даже сказала: «Обязательно поговорите с ним, ему очень важно разговаривать с коллегами». Не зря Гарри не доверял целительницам. В ответ на первый же вопрос Хаммер неприятно осклабился и кивнул:
— Два пожирательских педика недобитка!
Чёрт. Гарри пришлось взять себя в руки, чтобы продолжить расспрашивать больного, хотя ответы больше напоминали ведро помоев, чем полезную информацию.
Вообще-то Гарри тоже не слишком хорошо относился и к гомосексуалам, и к Пожирателям, разумеется. И кого там ещё полагается любить поменьше? Но его ещё на первом курсе отучили использовать оскорбительные выражения, чтобы не позорить звание аврора и не создавать проблемы. Нет, конечно, между собой некоторые не слишком церемонились, но Гарри видел, что многим такие высказывания неприятны. Он даже думать так давно отучился. Такая работа. Аврор — для всех аврор, не только для тех, кто ему нравится. Рон предупредил, что Хаммер «ведёт себя так, будто его покусал джарви». Мол, всему виной проклятие, от которого он очень медленно отходит. Но Хаммер и в обычном состоянии был не слишком приятным человеком. Может поэтому Гарри так задело?
И ладно бы Малфой. Как минимум, он в самом деле был Пожирателем Смерти. Ну, до какой-то степени. И приговор ему вынесли довольно мягкий. Недобили то есть. Честно говоря, к этому факту сам Гарри приложил руку. На самом деле он хотел помочь Нарциссе, ведь она помогла ему. Драко он вроде как из огня вытащил, уже можно было и остановиться на этом. А Люциус мог бы и посидеть в Азкабане годик-другой. Но получилось, как получилось. Малфоев судили всей семьёй и приговор тоже был один на всех. Гарри об этом, в общем-то, не жалел.
Но, из того, что Гарри успел узнать о Джейдене Эйвери, тот был довольно положительным волшебником. Мать умерла, когда ему было четырнадцать. Отец убит во время битвы за Хогвартс. Есть несовершеннолетняя сестра. Папаша его — неудачливый Пожиратель, который постоянно косячил и попадал своему Лорду под горячую руку, предусмотрительно отправил наследника учиться в Штаты. Джейден с отличием выучился на целителя. Специализировался на гинекологии и акушерстве. Занятный выбор для мужчины, предпочитающего мужчин. Работал в частной клинике. Конечно, стоило узнать о нем больше, но пока Джейден Эйвери производил неплохое впечатление.
И Малфой…
Гарри задумчиво шел по коридорам больницы и заметил стремительно вынырнувшую из-за угла целительницу, только когда она саданула его в грудь подносом, который несла.
— О, Боже! Это же Гарри Поттер! — обрадовалась она, не обращая внимания, на разлетающиеся по полу склянки.
«Твою ж мать, — подумал Гарри. — Да, это я. Да, меня можно потрогать. Уж после того, как ты в меня врезалась, точно можно. О, разумеется, твои подруги ни за что не поверят. Вон они стоят, я отсюда вижу недоверие на…»
Тут что-то сверкнуло. Гарри инстинктивно прикрыл ошалевшую от счастья девицу. Так что, когда с громким свистом нечто толкнуло его в спину, Поттер упал прямо на целительницу. Сзади послышался громкий вопль и топот. Аврор успел бы вскочить, если бы девушка под ним не вцепилась в его одежду. На его спину с размаху уселся кто-то в лимонной мантии целителя и принялся дергать за волосы, кажется, пытаясь оторвать голову.
— Нет! Поцелуй меня! Ты должен поцеловать меня! — вопил этот некто писклявым девичьим голосом.
И как, по её мнению, он должен был это сделать? Она же сидела на его спине.
Оставалось только надеяться, что поблизости не было никого с колдокамерой, чтобы запечатлеть его барахтающимся на полу с двумя вопящими идиотками. Ну или кверху задом пытающегося встать, несмотря на так и сидящую на нем сумасшедшую. Уже поднявшись и удерживая одну целительницу на расстоянии вытянутой руки, он пытался отцепить вторую от своей мантии и увидел, что по запястью расплывается ярко-лиловое пятно странной, но геометрически правильной, формы.
— А это ещё что? — удивился Гарри.
Чуть более вменяемая целительница окинула пятно профессиональным взглядом и тут же вцепилась в волосы всё ещё требующей поцелуя товарки.
— Ах ты сучка, — кричала она.
Поттер отступил от них на шаг и прижался к стене. С одной стороны, это была его работа — разнять их и навести порядок, с другой… Гарри достал палочку и парой быстрых заклинаний связал обеих.
— Может им какого-нибудь успокоительного или вроде того? — спросил он собравшуюся вокруг толпу.
— Мистер Мозес, вам нельзя вставать, немедленно вернитесь в палату, — произнёс уверенный голос позади трёх рядов зевак. Гарри показалось, что как-то так должен звучать спасительный Глас Божий. — Мисс Циммерман и мисс Льюис, я что велел вам делать? Стоять столбом посреди коридора? Мисс Паркинсон, что вы вообще делаете на этом этаже? У вас в палате посетитель, между прочим. А вот вы, миссис Райан, не спешите прятаться в сестринской, — из стремительно редеющей толпы появился высокий седеющий мужчина в лимонной мантии и быстро окинул взглядом открывшуюся сцену. — Отлевитируйте связанных в палату номер восемь. Путы пока оставьте. Мистер Поттер, идите за мной.
Целитель отвел Гарри примерно туда же, откуда он возвращался, осмотрел его руку, поцокал языком, выдал какое-то зелье и запер его в палате. На два дня. Нет, разумеется, его не просто так заперли. Время от времени целитель возвращался, читал какие-то заклинания, цокал языком и снова уходил. Вечером зашел Рон. Рассказал, что дежурить на выбранном Гарри месте возле «Боргин и Бёркс» поставили аврора Перкиса, и он поймал негодяя, которого вообще-то должен был поймать Поттер. Сам Рон в это время допрашивал ту целительницу, которая наслала на Гарри проклятие. Просил Гарри не беспокоиться, мол, он никому не расскажет. Что именно не расскажет, Уизли говорить отказался и быстро сбежал.
К обеду следующего дня Гарри начал применять угрозы и шантаж. Хотя целители в этом плане ещё хуже авроров — вообще непробиваемые. В конце концов он попытался устроить одиночный пикет в коридоре. Правда, это быстро переросло в незапланированную автограф-сессию, и Гарри не понимал, кому сделал хуже. Однако вскоре пожилой целитель загнал пациента обратно в палату и принялся расхаживать перед дверью, цокая языком. Ужасно раздражающий звук.
— Так вы скажете, наконец, что это такое? — Гарри помахал перед целителем рукой, украшенной замысловатой лиловой картинкой. Как будто его с размаху шлёпнули какой-то печатью.
— Это всего лишь проклятие, мистер Поттер. Но ничего страшного, можете не переживать. Ещё день отдыха и вы сможете снять его обычным способом.
— Каким способом? — не понял Гарри.
— О, обычным. Вчера на вас попало сильнодействующее зелье, которое немного помешало проклятию правильно установиться. Но я уверен, что уже к утру всё придёт в норму, и вы легко сможете его снять.
— Как снять? — рявкнул Гарри.
— Обыкновенно. Поцелуем вашей невесты.
Гарри сел на кровать.
— Кого? — тихо спросил он.
— Невесты, конечно. Это же «Печать Невесты», вы разве не знаете? В былые времена девушки накладывали такое проклятие на своих женихов, когда те отправлялись в дальний путь. Чтобы они там вели себя прилично, думаю, вы понимаете.
Гарри не понимал и отрицательно покачал головой.
— Чтобы юноши не поддались соблазну других девиц, не наплодили лишних наследников и не привезли из дальних стран каких-нибудь заболеваний, — неприязненно выплюнул целитель. Пожалуй, не стоило говорить ему, что человечество изобрело более простые способы контрацепции. — «Печать Невесты» просто не давала им вступить в половой контакт.
— Погодите! — до Поттера начало смутно доходить. — Я что теперь импотент?
— Ну что вы, конечно, нет! — целитель отшатнулся, как будто Гарри бросил в него заклинание. — Завтра поцелуете свою невесту, и всё будет в порядке.
— А если её нет? — с очень плохим предчувствием выдавил Гарри.
— Как нет? С ней что-то случилось?
— С кем?
— С вашей избранницей. Той единственной неповторимой девушкой, которая любит вас всем сердцем, и предназначена вам самой магией. С вашей возлюбленной.
— Ничего с ней не случилось! — завопил Гарри, вскакивая с кровати. — Её просто нет. У меня нет невесты, возлюбленной, хотя бы просто подружки. Вообще нет!
— О, ну если вы предпочитаете мужчин, я не осуждаю, — проворковал целитель. От какой-нибудь нелепой смерти его спасла открывшаяся дверь и стоящий за ней Рон.
— Уходим отсюда, немедленно, — велел ему Гарри, на ходу натягивая аврорскую мантию.
Драко Малфой наколдовал себе кресло и устало в него упал. Всего вторые сутки на родине, а он уже чувствует себя уставшим и совершенно разбитым. Ладно, собеседование прошло даже лучше, чем он ожидал. Руководитель отдела немного смущался и отправлял какие-то записки, но был явно заинтересован. Говорят, он достаточно непредвзятый, чтобы взять на работу Малфоя. За это Драко почти не волновался.
Но вот встреча с Уизли и Поттером. Она ему совсем не понравилась. Может их послали узнать, не замышляет ли Малфой массовое убийство? Было бы наивно думать, что ему в этой стране запросто станут доверять. Впрочем, если эти два придурка и должны были что-то выяснить, то вряд ли смогли. Господи, и это авроры! Если делом Джейдена занимается кто-то вроде Уизли, понятно почему убийцу до сих пор не нашли.
Джейден… Драко печально посмотрел на сваленные в центре комнаты коробки. Где-то там есть их совместные фотографии.
Ещё надо разобрать вещи и расставить всё в новом жилище.
Квартира вроде бы не плохая. Риэлтор, конечно, морщила нос и задавала тупые вопросы, но хоть работу свою выполнила нормально. Все пожелания Драко были учтены. Местами даже с излишком. Подключить камин и можно жить с полным комфортом. Как он привык. Наверное, стоило забрать некоторые свои вещи из поместья Джейдена, но Драко не чувствовал в себе сил туда идти. Поживет пока так.
Как будто без этого мало проблем. Ему ещё с Поттером и Уизли в Министерстве сталкиваться. Хоть изучай их расписание, чтобы больше не пересекаться на обеде.
Интересно, кто-то уже сообщил родителям? Чтобы окончательно испортить настроение не хватало только письма от отца.
В окно постучала сова. Драко улыбнулся. Это такое дивное чувство, что ты снова дома. Вообще не скучал. Но оказалось, что это не от отца, а от Панси. Она сокрушалась, что Драко опять приехал на два дня, а она угодила в больницу и не встретится с ним. Что ж, будет забавно порадовать её известием, что он вернулся совсем не на два дня, прямо в больнице. Если, конечно, её зельеварческая катастрофа на этот раз была не слишком эпичной.
