Для VIP персон

Кругом расстилаются просторы полей с невысокой растительностью, в которых беззаботно пасутся стада северных оленей. Животным все равно на звук от близ расположенной дороги, ведь это их родной край, где люди не захватили царствование, а лишь смирились с совместным существованием. Природа здесь не испорчена человеком и все разнообразные виды здешних мест захватывают дух. Благодаря невысоким кустарникам и ясной погоде вдали хорошо видны высокие горы. Обычно их скрывает густой серый туман или стекла машины просто заливает таким ливнем, что не видна даже дорога. От аварии спасает лишь свет фар от едущих навстречу. Но сейчас видны даже белые полосы, выделяющиеся на каменных массивах — водопады. Ещё момент и вид сменяется, теперь над дорогой возвышаются кривые сосны, создавая лиственную арку и затемняя дневной свет. — Д-дядюшка, мы скоро п-приедем? — оторвавшись от вида из окна, спрашивает пассажир. — Билл, я же тебе говорил — не отвлекать меня… — Но вы ж-же… — И не перебивать! — рявкнул водитель и тут же остыл, — Прости, Билли, навигатор пишет, что осталось двадцать минут. Я… я просто боюсь пропустить поворот. Билл незаметно кивает и вновь поворачивается к окну, из которого по правую сторону уже виден обрыв, а внизу зелёные просторы. Норвегия — волшебная страна, которую может полюбить даже неисправимый домосед, ведь ее стоит увидеть хоть раз в жизни. Единственное, что здесь напрягает, так это слишком редкие жилые городки, длиннющие дороги вдоль фьордов и слабый интернет, который сейчас особенно необходим молодому поколению. Машина долго едет вдоль голубого залива, который уже относится к Северному Ледовитому океану. Весь берег покрыт чёрными вонючими водорослями, а вода там не превышает температуру в десять градусов. Наконец-то поворот на просёлочную дорогу и подъём вверх, с которым внедорожник, стоимостью как небольшой дом, легко справляется. Дорогу здесь никто не планирует заливать более ровным покрытием, ведь машина уже въехала в частные владения, вот только знают об этом не все. Пропустив пару поворотов в поля, автомобиль въезжает в приоткрытые ворота и вновь по прямой. Поместье, в которое планировал попасть водитель, находилось на краю одного из фьордов Норвегии. Здание располагалось в глуши, не смотря на открытые ворота и обычную дорогу — все здесь тщательно охранялось. Будь мужчина с мальчиком не приглашены сюда, то неизвестно, что могло с ними случится даже на том самом повороте. — Уильям, мы почти приехали, так что… Помнишь что я говорил? — Б-быть тихим, п-послушным, д-да, п-помню, — лениво проговорил пассажир. — Вот и умничка, ты опять начал чаще заикаться? Мне казалось были улучшения? Ответа не последовало, но его и не ждали. Впереди показались стены деревянного красивого сооружения в японском стиле. Об этом говорили слегка изогнутые внутрь крыши, нависающие друг над другом, само здание держалось на толстых деревянных балках, вместо обычных дверей — раздвижные перегородки. Уютно, просто, но в то же время величественно и богато. Рядом с дорогой росли деревья с розово-алыми цветочками, за ними явно хорошо ухаживали, раз они держались красиво, даже в таком суровом климате Норвегии. Машина остановилась на пустой парковочной площадке рядом с крыльцом. Двигатель заглох, и парень, в нетерпении подышать свежим воздухом, вышел из машины. Билла зачастую укачивало так, что никакие таблетки и остановки не спасали. — Ааа! — Билл! Что ты так орешь? — слабый подзатыльник и мальчик, ойкнув, слегка оседает, потирая ушибленное место. Перед приезжими, практически в упор, стояли четверо людей в кимоно. Лица были скрыты белыми масками и сами они не двигались, будто статуи, появившиеся из ниоткуда. Их Уильям и испугался. — Добрый день, дорогие гости! — из поместья вышел слегка полненький мужчина в современном костюме, а значит Билл со своим дядей не единственные здесь люди, которые портят атмосферу японского жития. — О, мы с вами уже встречались на совете! — воскликнул дядя Билла и пошёл обмениваться рукопожатиями с хозяином данного места. — Это то милое маленькое создание, о котором ты говорил? — улыбка-ухмылка, прищуренные глазки… Этот человек Биллу не понравился. — Да, это Уи… — М-меня зовут Билл, Б-билл Денбро, и я уже не маленький, — на последней фразе юноша слегка фыркнул и сложил руки на груди, он не относился к тем, кого на американских горках просят показать паспорт или встать около ростомера, но милое личико и худенькое тело заставляли людей засомневаться в словах Билла. — Билл! Что я тебе говорил о… — Добро пожаловать, в моё скромное поместье, мистер Уильям Денбро, — согласился хозяин и жестом пригласил войти в дом, холодало. Когда на улице остался только Билл и один человек в кимоно, первый прыснул в кулак и задумался: «Дядюшку перебили целых два раза подряд, а тот даже не поморщился. Удивительно, а так же это о многом говорит. Наверное, это место действительно важно для посещения.» В прихожей пришлось снять обувь и остаться в носках, надеть что-нибудь сменное не предложили, а значит здесь так принято, чему никто из гостей и не противился. Без возможности отдохнуть началась экскурсия по огромному двухэтажному особняку с довольно крупным подвальным помещением, которое можно было считать за минус первый этаж. — Здесь вы можете увидеть меч, он был выкован в Шотландии в 1700-м году, его история появления в этом месте довольно интересна, тем… Хозяин поместья все говорил и говорил, но Билл перестал его слушать ещё после выхода из прихожей в коридор. Парню было далеко не до путешествий, особенно после некоторых событий в его жизни. Пропавший брат, депрессия матери, бесконечные перепалки в семье. Парень хотел уйти, точнее сбежать, из дома, но быстрее этого плана успел какой-то дальний родственник по линии отца. Дядюшка, как по мечте любой четырнадцатилетней девчушки, был очень богат, это стало понятно, когда Билла от родителей забрали на чёрном блестящем гелендвагене, да и домик был довольно крупный. Мужчина был добр к Биллу, обустроил для нового жильца комнату и нанял репетиторов. Логично, что все эти действия были ради какой-то выгоды, может надобность в наследнике для дела или ещё какая-то, более грязная, выгода. Денбро был доволен судьбой, но планы сбежать остались. На своё семнадцатилетие он решил, что в любом случае уйдёт из семьи и начнёт жизнь сначала, забудет о брате… Незадолго до восемнадцатилетия, когда план по уходу был выучен, дядюшка сказал, что они уезжают на пару недель в Норвегию. Страна далеко не близкая, но отправились они на машине. Сначала паром, а затем бесконечная дорога вдаль от Финляндии до самих фьордов. День рождения выпал на середине пути, в финской глуши и отпраздновать, конечно же, не вышло. — Это место… оно особенное. Там есть то, что дано увидеть лишь единицам, это большая удача, что я туда еду, а тебе же повезло оказаться рядом со мной, — рассказывал несколько дней назад дядя, расплачиваясь за паром. Ухмылка на его лице не давала никаких объяснений юноше и он просто плыл по течению уже не своих планов. Билл не видел надобности ехать с опекуном, он мог легко остаться дома хоть на месяц и ни в чем не нуждаться. Он был умным мальчиком и жить в одиночку с лёгкостью бы смог. Но интерес все-таки был, признавать это в открытую он, конечно, не решился. — Сегодня я вам показал основные залы поместья, чтобы вы смогли ориентироваться. Завтра днём я вам устрою экскурсию в закрытую часть поместья и конечно же покажу Это. А сейчас… — окончив сегодняшнюю экскурсию, сказал хозяин и повернулся к одному из служащего персонала, попросил принести из машины гостей сумки с вещами. — Билл, подожди здесь вещи, забирай свой рюкзак и иди в комнату, ужин тебе занесут позже. Ты же помнишь где комнаты? — опекун приблизился к Биллу. Денбро конечно же не помнил, ведь пробыл в своих мыслях все это время, хотя воспоминания о том, что хозяин долго болтал о том, как не заблудится и попасть в комнату — были. Но они были нечёткими. — Д-да… — ответил невнимательный врунишка. — Хорошо, я и мистер Зивустен* пойдем в зал для переговоров и обсудим некоторые взрослые дела, я к тебе зайду вечером. Не успел Билл и задуматься, как он остался один в длинном мрачном коридоре. Ему сказали ждать — он подождёт. — Вот ваши вещи сэр, — рядом с мальчиком вновь неожиданно оказался человек в маске. Что же они так тихо и быстро перемещаются, а главное для чего? Нельзя что-ли не пугать людей? — С-спасибо, — тихо промямлил Билл и нагнулся, чтобы поднять свой рюкзак с пола, — А… можно спросить, где моя ком… ната… Когда предложение было до конца озвучено, прислуги уже не было. «И что вы предлагаете мне делать?» — такое дорогое место, а прислуга не очень вежливая к гостям, озвучивать вслух это Билл не стал, потому что говорить с самим собой, он считал ненормальным. Кинув рюкзак обратно на пол и сев рядом с ним, он решил переодеться. В поместье было довольно жарко и оставаться в брюках и кофте парень не хотел. Верх оголён, брюки скомканы на полу. Первыми под руку попались синие короткие шорты, которые парень, не задумываясь, надел. Под кофтой была жёлтая футболка, в которой он и остался. Теперь он чувствовал себя гораздо комфортнее. Звук всплесков воды вывел мальчика из скуки, которая поглощала его в коридоре. Куда идти он не знал, а если и гулять, то не мог выбрать направление, а тут ему будто знак свыше. Денбро всегда любил маленькие прудики, а в посещаемых зоопарках обычно бежал к пруду с большими разноцветными карпами кои. Он помнил, что эти рыбки популярны в японии, а значит наверняка тут есть. Тихие всплески ещё некоторое время продолжались, потом все стихло, но мальчик к этому времени был довольно близок и, открыв следующие на его пути двери, увидел двор — небольшой, закрытый, покрытый ровным газоном, сюда можно было попасть только из дома, потому что с другой стороны дворик был окружен высоким забором. Посреди такой лужайки отлично было бы выкопать прудик и запустить карпов, но пруда не было. Как и источника всплесков. Еще раз осмотрев двор и вернув взгляд на стены дома, парень заметил приоткрытую щель между дверьми. «Туда?» — Билл! — послышался крик из глубины поместья. «Идти или…» — Билл, где ты был, я тебя разыскался, хозяин предложил перенести ужин на время пораньше, чтобы мы с тобой хорошенько выспались к завтрашней экскурсии, идем. И они ушли из этого места, откуда совсем недавно доносились загадочные звуки всплесков. Здание было такое огромное, что если бы всплески возобновились Билл бы их просто не услышит — столовая находилась далеко. Обеденный зал в отличии от остальных помещений был более крупный. А так же он сильно выбивался из единого простенького стиля. Мебель здесь была богатая, лакированная и с различными завитками. Длинный стол с небольшим количеством стульев по краям покрыт белой скатертью, на которой стоят блюда, от которых слюнки текут. Рыбные и мясные нарезки, фрукты, суши, салаты… Пир. За столом разговоры дяди и мистера «Билл забыл его имя» о деньгах продолжились. Но мальчик легко пропустил их мимо ушей, уплетая суши с тунцом. Попробовать хотелось все, что сверкает, но от рыбы фугу младший из гостей воздержался. — Я пойду, — тихо произнёс Денбро, слезая со стула и намереваясь пойти наконец-то в свою комнату. Мальчик решил, что ушёл незамеченным, но может просто его уходу решили не придавать значения. Идя по тем же коридорам, парень вспомнил, что вновь забыл куда идти, хотя перед столом спрашивал у хозяина о плане дома. Вернутся сейчас в столовую не представляло возможности — парень уже заблудился. Оставалось только бродить и искать хоть какое-то живое существо. Так ходьба кругами и продолжалась, но мальчик нашёл знакомое ему место, а именно те самые двери во двор. Удача это была или глюки в памяти, но воспользоваться шансом все же узнать, что скрывается за приоткрытыми дверями парень решил. Ноги едва коснулись мягкой травы и стали мокрыми от недавно прошедшего дождя. Промокшие носки — не самая приятная вещь, но любопытство сильнее желания переодеться. Всего каких-то пять шажков и парень уже касается двери, раздвигая сильнее, чтобы можно было зайти внутрь. Сквозь проем проникает ветерок и бумерангом возвращается уже с лепестками и чудесным запахом цветов, который манит внутрь. Лепестки уносятся высоко в небо с холодным северным ветром, а юноша заходит внутрь. Среднего размера комнатка оказывается настоящей оранжереей. Вдоль стен в горшках стоят цветы, травы, а больше всего выделяются небольшие деревца с ярко розовыми бутонами, которые и источают этот запах. Эти деревья на минуту занимают все внимание юноши, но блеск от большой стеклянной конструкции все же переманивает взгляд серовато-синих глаз. Это сооружение напоминает аквариум, длинною где-то в метра два. А внутри него что-то лежит. Билл присматривается, делая небольшой шажок вперёд и наконец-то подняв взгляд выше, замечает силуэт. «Это ванная?» — первая мысль парня, а затем закат еще сильнее розовеет и освещает небольшое помещение светом. Красно-рыжие слегка мокрые волосы, широкие плечи, руки сложены на бортике, лица не видно. Остального тела не разглядеть, не смотря на прозрачные стенки «ванной», но там явно что-то лежит непонятной формы.

В этот момент Уильям должен был извиниться, развернуться и уйти в свою комнату.

Но он делает шаг вперёд, наступая на крупный розовый бутон, который с лёгким хрустом мнётся под его ногой. Уже знакомый звук всплеска воды и на мальчика смотрит пара янтарного цвета глаз. Билл никогда не задумывался насчёт своей ориентации, но увиденное лицо он посчитал достойным для журнала «Топ рыжих секс-символов». — З-зд-дравствуйте, — вежливый и послушный мальчик должен быть таким в любой ситуации. Уголки губ приподнимаются в лёгкой усмешке, мужчина ворочается, поудобнее облокачиваясь на бортик, взгляд усталый и, кажется, слегка раздраженный. — Привет, дитя, — отвечает рыжий, мурлычущим голосом. — Я н-не… — Билл останавливается на полуслове, понимая, что он сейчас не в той ситуации, в которой он отстаивает свою правду. Сейчас он лишь тот, кто без спросу заходит в чужую ванну. — П-простите, я зашёл сюда, п-потому что… — а была ли у него причина, помимо бестактного любопытства? «Сегодня суббота, не воскресенье, так что тут делает этот человечишка? На уборщика… Коротенькие шорты, гладкая здорового оттенка кожа, длинные жёлто-оранжевые носочки, которые оставили мокрые следы на деревянном полу, свободная такого же цвета футболка… Да, на уборщика он не тянет. На повара тоже.» — размышляет мужчина. — Боишься? Не стоит… «Довольно милый мальчик, не хочется, чтобы он убежал.» — Я? Я не п-боюсь, — от этого вопроса лицо мальчика почему-то заливает румянец. — Раз не боишься, то что так запинаешься, котёнок? — мужчина улыбается, показывая помимо идеального ряда белых ровных зубов — клыки. Эмоции от нового знакомого у Билла смешанные, с одной стороны он жутко смущается от каждого слова мужчины, а с другой тот его подсознательно начинает бесить, но в одном парень точно уверен — он хочет, чтобы этот день был первым и последним днём их встречи. — Я заик-каюсь… — еще большее смущение и лёгкая ненависть к себе. Совсем недавно Билл думал, что все прекратилось. Стоило отказаться от путешествия или на это повлияла последняя стадия подготовки к побегу. — А как вас зовут? — решает не продолжать тему Денбро. — Пеннивайз, можно просто — Вайз, — мужчина протягивает руку в жесте рукопожатия. «Стоит ли подойти? Билл, ты же собирался извиниться и уйти! Еще и дядя скоро может пойти искать и поругать, не страшно, но лучше не устраивать такое шоу… Стоп. Он меня котёнком назвал?!» — мальчик не спешит протягивать руку, подкрадывающийся из ниоткуда страх потихоньку сковывает тело, не давая подойти, а аромат цветов не даёт уйти. — Откуда ты? Не похож на местного, одежда не по погоде, — рука, ложится обратно на бортик. Только сейчас Билл замечает неестественное затемнение кожи на пальцах. Про гримм на лице смысла думать нет, у норвежцев свои приколы. — Я из Дерри, штат Мэн, — быстро отвечает на вопрос, секунду назад он и вдоха сделать не мог. — Мальчик из Дерри, понятно, — мужчина выглядит слегка грустно. Неужели Билл его обидел? — П-простите, я некрасиво п-поступи… — начав говорить, парень смело делает несколько шагов и вытягивает руку к мужчине, но не дождавшись ответной реакции оседает на деревянный пол. В ванной, которой теперь действительно подходит название аквариума, лежит хвост удивительно странной рыбы. Бордовые чешуйки, а плавники… Как фата невесты, слегка колышутся на водной глади. Чешуйчатое длинное тело лежит слегка скручено, но распутав лёгкий узел, можно понять, что происходит это чудо из… нижней части мужчины. — Русалка?! — выкрикивает от шока юноша, давно не верящий в сказки. — Ц-ц-ц… У меня мужские половые органы имеются, так что русал или тритон. И зачем так кричать, смотри какая погода за окном, красивый розовый закат северной страны, красиво же, — существо жмурит глаза и расплывается в улыбке. Отвлекаться на закат парень не видит смысла, только что он увидел… «Какие грибы добавляют в салаты норвежцы?» — Да… Но х-хвост… В сотни раз красивее… — в лёгком состоянии аффекта произносит единственный в этой комнате человек. — Хочешь потрогать? — не дождавшись ответа, Оно приподнимает кончик хвоста из воды. Мальчик кивает, желая что-то произнести, но забывает, только коснувшись мягких длинных плавников, чешуя на удивление тоже приятная, ребристая, но не острая и не царапается. «Значит ты просто проходимец с очень любопытным миленьким носиком? Тогда, из-за смены расписания без договорённости я свободен в своих действиях.» — подытоживает свои размышления о госте Вайз. Билл замечает очередную смену настроения Вайза на уже привычное скучающе-раздражённое лицо. Отпустив хвост, моментально ушедший под воду, мальчик поудобнее садится на колени, облокотившись на бортик, так же как и хозяин аквариума и улыбаясь, смотрит на мужчину-русала. Раньше Биллу частенько говорили, что у него очень милая улыбка, которая умеет поднять настроение. Хотя долго держать он её не может, а точнее не любит. Он не девчонка какая-то, чтобы личиком улучшать настроение, каким-то смазливым мачо. «Ненавижу.» — мысли не Денбро. — Простите, я не должен быть здесь, я пойду… — уголки губ слегка опускаются вниз и мальчик собирается встать. Сегодня он увидел русала, но вдруг это запрещено, вдруг его… убьют? Убьют из-за того, что он видел!» — режим «Паникер-Билл» включён. — Не спеши, дверь же была открыта, значит Тебе было можно, — существо вновь приподнимает хвост, и внимания Билла уходит на капельки воды, которые из-за света от заката розовеют. Вайз поворачивается в пол-оборота, поставив руки на бортик за спиной. Этим перемещением русал открывает мальчику вид на подтянутое тело, покрытое капельками воды. Гладкая, идеальная кожа, отчётливо видные кубики пресса и губы тускло-розового цвета. — Хах, котёнку нравится вид? — Ч-что? П-п-простите, можете меня так не н-называть, — опускает взгляд. — Оу, Мальчик-Из-Дерри, я прав? — Д-да… — не задумываясь на тему чего был задан вопрос, ответил Билл. — Хочешь поцеловать? От такого вопроса не грех в аквариум грохнутся, но парень держит себя в руках. — Э? Э-э-э… Что простите? — По-це-ло-вать, — произносит мужчина, скалясь. У него там довольно крупная, для человека, пара клыков. — Я разве тебе не понравился? — щенячьи глаза, которым захочет поверить только семилетний ребёнок, смотрят прямо на Билла. — Просто поцелуй, тебе понравится, я обещаю, — обещание мифических существ во всяких легендах не всегда приводит к хорошему исходу. Билл приподнимается с колен, подходит ближе к мужчине, останавливаясь за каких-то десять сантиметров от бортика аквариума. Движет парнем запах цветов, харизма Вайза или просто желание почувствовать тёплые губы на своих — не важно, ведь выбор уже позади и тело склоняется над водой, с желанием получить предложенное. Лёгкое прикосновение, практически воздушное — по другому мальчик не умеет, за свои 18 лет он немногое успел, конечно же благодаря частым переездам, лишения родительской поддержки и всех друзей из того самого городка. Все живы, но вряд ли они когда-нибудь еще пересекутся, их больше ничего не связывает и даже, если мальчик по имени Билл исчезнет — о нем вспомнят только родственники, и то из-за почтового извещения о смерти сына. Или по новостям, если откинется в каком-то масштабном происшествии… или он умрёт в неизвестном месте, его никто не будет искать, в итоге он исчезнет, даже не умирая по документам. Вайз перехватывает инициативу на себя, приподнимаясь ближе к Биллу, облизывает его губы довольно длинным языком, а мальчик, прикрыв глаза, открывает рот, давая новому близкому знакомому больше власти. Существо принимает ход и двигается уже грубее, оглаживая чужое нёбо языком, переплетая языки и заходя поглубже, чуть ли не в горло, отчего у парня на глаза накатывают слезы, и с кашлем он отстраняется. Во рту осталось ощущение странных действий, но вкус… будто его сейчас не в засос поцеловали, а напоили соком из красных фруктов.