Для VIP персон

— Котёнок, как ты? — приестся же этому существу такая кличка. — Было… эм… здорово, — часто дыша произносит Билл, проходя языком по стенкам рта, в попытке собрать весь тот сладкий вкус. — Ты можешь и получить больше, — зазывной тон, вызывающий дрожь в коленках. — Х-хочу, — кивает сам себе Денбро, глаза уже застилает пелена. — Пра-а-авильно, — чуть ли не поёт Оно, — залезай, мои объятия распахнуты для тебя, — вот что, а Биллу такие смазливые, воняющие чем-то розовым фразочки — не нравились. «Залезть в аквариум к русалке? Оно же не сирена — под воду не утащит. Да и попросту утонуть в этом корыте сложно будет.» — ощущения и желание их получить зачастую опережают здравый смысл. Придерживаясь за бортик, парень закидывает одну ногу и опускает в воду, теперь носки совсем мокрые, а снимать их сейчас уже влом. Вайз все-таки распускает руки, придерживая мальчика за талию, чтобы тот не поскользнулся. Хотя было бы здорово, если мальчишка упал прямо в кольца вьющегося хвоста, который сразу бы обвился вокруг тела и сжал, до болевых стонов и звонкого хруста. Носки мокрые, шортики тоже, а сам мальчик восседает на основании хвоста Вайза, придерживаясь за плечи вышеназванного. Руки существа все ещё на тонкой талии, хотя сейчас они уже без надобности. Слегка забыв о вкусе поцелуя, Билл осторожно щупает хвост, интересуясь его покрытием и везде ли оно такое. — В-вайз, ч-что это? — рука оглаживает слегка впуклую часть хвоста, по краям покрытую трещинками, а сама часть не покрыта чешуйками. — Ох, котёнок, тебе не нужно это знать, — произносит отстранённо Вайз и сжимает ладони чуть сильнее. Не один Билл хочет пощупать что-то новое. Руки спускаются ниже по талии, слегка сдавливая тельце. — Ай. Н-не надо, — мальчику не понравились такие выходки существа, — т-так что это? Вздох. — След от гарпуна, ничего интересного, — говорит тихо монстр, но глазки смотрят с каплей хитрости, пытаясь заинтересовать слушателя, пока красный хвост обвивает ножку парня и пролезает под футболку, еле касаясь спинки, скользя выше. Из-за явно большего, чем нужно размера футболки, Билл не особо чувствует такие движения русала. — Ужасно, так люди с тобой поступили? — у Билла возникает жалость к человеку, с которым он знаком несколько минут и это вроде как нормально, но вот желание утешить — лишнее. — Да, я людей… «Ненавижу» — В-вайз? — Денбро, не замечая, опускает руки на грудь русала и слегка поглаживает гладкую кожу, — Т-ты недоговорил. Вместо ожидаемого ответа Вайз притягивает мальчика к себе, обнимает сильными руками мелкое по сравнению со своим тело и погружает свой язык в уже подчинённый себе ротик, самозабвенно вылизывает каждый угол, пытаясь проникнуть глубже, но мальчик, войдя в раж стал упорно отвечать на поцелуй, не давая монстру полный контроль. Оторвавшись от тёплых губ совсем ненадолго, поцелуй уже в более невинной форме продолжился, будто существо решило замедлить темп, смакуя каждый момент. Удлинённые клыки неприятно царапали и так потрескавшиеся губы, но поделать с этим было нечего. Пади солнце в океан, если кто-то будет утверждать о том, что Биллу эта боль была нежеланной. Слегка удлинённые когти проводят по спине, с лёгким давлением, оставляя на молочной коже красные полосочки. Футболка скинута за пределы аквариума, и существо прикасается губами к только что открытым участкам тела, оставляя алеющий засос на груди, спускается ниже. Такие движения вынуждают Билла облокотиться назад, прямо в воду. Как только в нос попадает вода, мальчик нервно дёргается, в панике хватаясь за бортики, приподнимает лицо из воды и получает такой нужный в этот момент глоток воздуха. Но не тут то было — змеиный хвост, да, Вайз больше похож на змею, чем на рыбку, скручивается вокруг талии мальчика, придерживая над водой, но не давая двинуться. Руки скручены, ребра скоро захрустят от давления, а кончик хвоста двусмысленно обвился вокруг тонкой шейки. — В-а-а-а-айз, — хнычет парень от страха, ему не комфортно от такого положения, он может видеть только потолок, а свободны у него только ноги, которые уже широко разинуты самим Вайзом. Склизкий язык проходится по внутренней стороне бедра, оставляя свою нечеловеческого происхождения слюну на коже, покрытую мурашками. Казалось, поцелуями монстр хочет успокоить мальчика, но все эти действия только заставляют Билла нервничать, и Оно это знает. Знает и упивается нотками страха. Данный вид мучения души мальчика сейчас лучший, мальчик шокирован и без понятия, что его ждёт. Сердце вот-вот сломает кости грудной клетки, но он не кричит, не привлекает чужого и абсолютно ненужного внимания. Без стеснения или хотя бы вежливого предупреждения — язык протискивается в тесно сжатое колечко, дыхание опаляет кожу и ласкаемый не сдерживает стона. Если во время поцелуя Денбро понял, что язык Вайза длиннее, чем кажется, то сейчас, внутри себя, чувствовал что-то еще более длинное. Оно скользило внутри, трясь о нежные стенки и ища заветный комок нервов. Неразработанное совсем девственное колечко мышц заныло, будто в него не язык засунули, а тёрку. — Вайз, ах-х. Чёрт, — парень закусил губу, скуля и невнятно что-то бормоча — переспрашивать или разбирать сказанное Вайзу было не интересно и просто невозможно. Оно увлеклось. Тянущая нега внизу живота все нарастала и парень вновь стал сопротивляться хватке хвоста. — Пож-п-пожалуйста, — скрипит сквозь зубы Билл. Тон хоть и жалкий, но в нем проскальзывают приказные нотки. Еще чуть-чуть и вода в аквариуме могла окраситься в алый, но существо вовремя уменьшило напор. — М-мм, малыш хочет получить конфетку? — монстр опустошает мальчика, от чего тот вновь стонет, но уже разочаровано — последние движения надавливали прямо на простату, принося смешанные чувства. Пара мгновений и парень вернулся в сидячее положение, вновь схватившись за чужие плечи. — Ха… — сил и воображения, чтобы что-то произнести не было. — Хэ-эй, не раскисай, представление ещё не закончено, Билли… — Оно коснулось когтистой рукой подбородка парня и слегка одёрнул вниз. На месте, где у обычных людей были ноги, помимо хвоста был и небольшой, слегка пульсирующий бугорок. Рука Билла была переложена на это самое место. Не осознавая, что это он слегка сжал пальцы. Сверху послышался глухой рык, который после перешёл на наедающий шёпот: «коснись, погладь, лизни». Мальчик послушался, огладил бугорок, игравший роль мешочка, из которого… выскользнула янтарного цвета головка. Если основное тело русала имело бордовый оттенок, то его детородный орган был янтарных оттенков, прямо как и глаза существа. Совпадение или странная биология? Несмотря на неестественный цвет, орган был красивый, пульсирующие красноватые венки будто просвечивали через слегка прозрачную жёлто-оранжевого цвета плоть. Длинные руки хватают Билла за плечи, прижимают к торсу, парень рефлекторно кладёт руки на плечи, не понимая, как должен повести себя в этой ситуации: оттолкнуть или прижаться. Горячее дыхание опаляет светлую кожу, которая моментально краснеет, Денбро слегка дрожит от волнения. Страх уходит, в короткое мгновение между двумя возникает чувство доверия, но Вайзу это не нужно, а чувства лишь обман невзрослого разума. Губы нежно касаются шеи, а затем клыки осторожно прикусывают и оттягивают кожу. Денбро тихо постанывает, ощущая все большее напряжение в районе паха. Терпеть не хочется и руки с плеч сползают вниз, чтобы удовлетворить свою похоть. Замечая движение, Вайз отстраняется от шеи, чтобы уже с широко разинутой пастью воткнуть под кожу клыки. Дальше следует удар насыщенным запахом крови прямо в чувствительный нос монстра. Восхитительно. — В-ва-а-а! — вскрикивает Денбро, чувствуя, как струйки его же крови скатываются по оголённой спине и груди. — Тц, — Оно жадно слизывает кровь. Молодой, девственный, с кожей цвета молока — красивый мальчик. А его эмоции на грани вступления в совсем взрослую восемнадцатилетнюю жизнь… Вкусный. Вылизав рану, монстр раздражённо отталкивает трепыхающегося Билла назад, что его голова вновь оказывается под водой, только теперь когтистая рука, вцепившаяся в шею не даёт подняться. Паника накатывает на Билла, сильнее, чем волны на прибрежный заброшенный маяк. Из-за воды парень закрывает глаза, ничего не видит, но ощущения сильной руки на своей шее и осознания того, что жидкость заполняет его лёгкие, а сам он даже двинуться не может из-за чудовищной разнице в силе… В последний момент, перед тем, как организм собирается сказать «бай-бай», мальчик приподнимает ногу и резко пинает Вайза прямо в нос. Пока существо отстранилось и потирает свой красный нос, Билл может только сидеть на хвосте монстра и откашливаться. Если бы он был в порядке, то сразу бы припустился бежать из этого мини бассейна, но восстановить дыхание для него стало первостепенным. — Мелкий… Билл отвлёкся от потирания своего пораненного горла и обернулся на Вайза. «Он зол? Он меня сейчас ударит?» — Билл в оцепенении может лишь наблюдать, как существо вначале выпрямляет спину, вытирает кровь с губы и начинает ржать, как конь. Не будь у Билла разум полный страха, то обозвал бы Вайза клоуном, ведь сейчас это милое с первого взгляда создание вело себя как придурошный больной из психиатрической больницы. Смех смехом, но под спавшей на глаза чёлкой скрывался убийственный, полный злобы взгляд. И всей этой дрожью от смеха Оно пыталось себя сдержать, чтобы в эту же секунду, не схватить парня за руки и разорвать, отрывая каждую конечность поочерёдно, пачкая в крови и ошмётках всю комнату, что потом придётся менять воду в аквариуме, а про отмывание деревянного пола — лучше не думать. Оно схватило Билла за ногу и, притянув ближе, укусило. На коже остался чёткий след укуса, слегка размытый свежей кровью. — Котёнок, еще раз трепыхнёшься — ходить не сможешь, — любезно проинформировал Вайз. — П-п… Пошёл к чёрту! — уверенно выдавил парень, и стал извиваться похлеще ужа, жарящегося на сковородке. Кажется адреналин плохо влияет на умственные способности. Только сейчас Билл замечает яркие огоньки в глазах русала, а затем тот гортанно рычит, как зверь, недовольный происходящим. Хруст. Будто ветвь вишнёвого дерева сломали, или это тот самый звук бутона, когда его давят ногой? Челюсть сомкнулась на голени Билла, сжимая до того самого звука перелома. — П-п-помогите… — парень бормочет, не в силах что-то поделать в данной ситуации. Он вообще не понимает что происходит. Неужели на него накатил болевой шок? — Громче, твоё мяуканье даже я не слышу, - Вайз облизывается, будто на зло ещё и причмокивает, смакуя вкус человечинки. — Помогите! — попросил — получай. — Помогите! Помогите! — парадирует монстр вмиг ставшим противным голосом, — Ха-ха… Попытаешься убежать… а стоп, ты не можешь бежать. И нужно ли тебе это в действительности? — существо царапает подбородок парнишки, наклоняется, касаясь красным носом щеки парнишки. Руки оглаживают таз, невзначай проводя кончиками пальцев по уже разработанной дырочке. — М-х! Не тр-трожь меня! — шипит, в действительности, как котёнок. Вайз увлечён и явно не интересуется вскриками мелкого. Три пальца проникают внутрь, не ощущая сильного сопротивления. — Прекрати я сказал! — звонкая пощёчина опускается на смазливую мордашку. — Котёнок, руки попозже лишишься, я тебе обещаю. Оно подхватывает паренька под руки и сажает к себе поближе, чтобы мальчик оказался выше стоящего колом члена русала и удобно мог опуститься вниз, доставляя обоюдное наслаждение. Билл, почувствовав сзади что-то твёрдое быстро понял, что задумало существо и напрягся. От друзей он слышал, что если нижний партнёр нервничает и сжимается, то у доминанта ничего не выйдет. — Не знаю, чем думают людишки, но кажется, тебе лучше сейчас расслабиться. Хотя я не прочь порвать тебя и погружать свой член в кашу из крови, ошметков мяса и собственной спермы. От такого вида траха, наверняка будут получены интересные ощущения, — описал кратко Вайз, - так что, ваш выбор? Взвесив все за и против, выбора и не осталось. — Дай мне минуту… — шепчет Билл. Опускаясь пониже. Страх, унижение, боль, тошнота, наслаждение, желание — все это переплетается в разуме и то ударяет прямо по мозгам, то уходит на задний план. Эмоции будто выборочно глушатся или наоборот их кто-то подталкивает на поверхность. Уже можно думать, что существо явно имеет какие-то способности, что мальчик разрывается между страхом и увлечённостью красивым мужчиной. Будь Вайз менее жестокий и имел две ноги — точно стал бы идеальным парнем, под которого покорно ложились и девушки, и парни. Перед этой харизмой и умереть, наверное, стоит. В эту минуту Вайз не собирается давать мальчишке передохнуть. Вначале длинный язык слизывает капельки воды с чужой шеи, груди, животика. Облизывания ненадолго прерываются, лишь для укуса. Как цветы, на парне расцветают кровавые следы, которые заполнять каждый участок кожи. Игнорируя кровоточащие места Билл закусывает губу и опускается. Тело с лёгким нежеланием впускает чужеродный предмет все глубже, пока Вайз самостоятельно не толкается, заполняя мальчишку до предела. Парень шипит, матерится, что удивительно, на самого себя, а не мучителя. Через несколько коротких секунд без движения, когда парень считает, что привыкнуть можно и все не так плохо — происходит что-то непонятное. Внизу боль возобновляется с новой, более сильной волной и парень с ужасом понимает, что член увеличивается прямо внутри него, чуть ли не разрывая стенки изнутри. Хочется отстраниться, опустошить пространство, но грозный рык заставляет двигаться. Движения набирают скорость, Билл сам насаживается поглубже, желая иметь здесь главенство, хотя бы в выборе скорости. Когда движения становятся совсем гладкими, Вайз все же перехватывает инициативу, хватается за покрасневшие ягодицы и насаживает мальчишку быстрее, стараясь каждый раз менять угол проникновения, пока мальчик не взвывает. Оно скалиться и начинает вколачиваться в том направлении, принося Биллу мучительное наслаждение. Каждый толчок доводит до искр в глазах, хочется отстраниться, но касания заставляют парня только сжаться, принося монстру больше наслаждения, а себе прекрасную боль. Тряхнув головой, Билл пытается скинуть пряди волос вбок, но они прилипли и частично лишили возможности видеть. Губы вновь сливаются в глубоком поцелуе, язык уже без сопротивления проникает прямо в глотку. На это Билл отклоняет голову назад, тяжело вдыхает через нос, понимая, что сейчас его трахают и в рот, и в зад, а он не может с этим ничего поделать. Только расслабить глотку и ждать конца. Острые когти разрывают мягкую кожу спины. Глубже, сильнее и с мальчика уже сдирают кусочки кожи, а тот может только смотреть мутными глазами в потолок и пускать вспенившиеся слюни изо рта, у него попросту нет возможности сглотнуть. Места оставшиеся без кожи жутко щипят и явно истекают тёмно-красной, почти чёрной жидкостью. Сознание все больше меркнет. А Биллу хорошо. Действительно хорошо. Член скользит внутри него, постоянно толкаясь в комочек нервов, дышит он редко, забывая. В глазах темно, а тело теряет чувствительность. Когда Вайз отстраняется от губ парень, захлёбываясь слюнями тихо произносит: — Холодно. Зубы впиваются в шею, прокусывая и вырывая кусок артерии. Обрывки изодранной кожи свисают с тела, а кусочки держащиеся на последних нитях ткани кожи — падают в аквариум и тонут. Голова отделена от тела, сероватые глазки вырваны и разжёваны пастью монстра. Обещанная к отрыванию рука уже лежит рядом с помятым бутоном. Вайз забылся, с приглушённым вскриком кончает внутрь в несколько секунд назад живого парня и осматривается. Все залито кровью, в дуэте к красной вечеринки присоединяется алый закат и розовые цветы. Однотонность, простота. — Даже кончить не успел, — прыскает в кулак Вайз, доедая разорванное на куски тело. Одежда пошла следом в глотку, потому что… а почему бы и нет. Только жёлтые носочки теперь аккуратно лежат на пороге злосчастной комнаты. Всего через час к Вайзу зайдут знакомые ему люди в масках — кормильцы экспоната и его личные слуги в этом заключении. Лица, гады — скрывают, боятся, что существо, узнав того, кто его поймал — моментально набросится, разорвёт и сожрёт до последнего волоска. Хотя тот охотник давно потонул, на радостях редкому улову и его продаже напился и к обрыву пошел… Русалу здесь никогда не нравилось. Тесный аквариум, нет воли для смертоносного существа, который когда-то царствовал в любых океанах, поедая лодочников и других неудачников*, которые решили поплавать там, где очень удобно решил устроить свой ночлег русал. После заточения о лакомствах в виде детишек и путешествиям — можно было забыть. Разок только лисица забежала, хоть какое-то разнообразие в меню чисто из разделанных и приготовленных человеческих блюд. Как и в случае с лисой — Оно воспользовалось подарком судьбы и не потерял шанс отведать любимое блюдо. Носящие маски люди уберутся, сменят воду и оставят сонного монстра отдыхать после сытного ужина. — Мой э… сын. Моего сына нет в комнате и я его все не могу найти. Часть поместья, где находился выход — закрыта. Я смог обыскать лишь меньше половины здания, я. я… После ужина уже прошло четыре часа… — вспотевший от духоты поместья мужчина с волнением в глазах смотрел на хозяина. — Не волнуйтесь, мы его ищем. Наверное любопытный мальчишка убежал в лес, правда там овраги… Он мог пораниться, — поправляя волосы, задумчиво отвечает Зивустен. — Ужас! — восклицает дядя и уже лишь в мыслях дополняет: «Ах этот мелкий гадёныш! Если он что-то испортил из имущества? Сколько же платить придётся? Одни проблемы от него, надеюсь его найдут быстро и не попросят деньги за спасательную службу. А если он все же поранился, то придётся ехать в больницу, а она далеко… Черт. Ладно, он взрослый — один поедет.» Таких мыслей ещё много крутилось в голове, но они останутся беззвучными и бессмысленными в данной ситуации. — Думаю, вам можно идти в комнату и попытаться заснуть. Уверяю, с мальчишкой все хорошо, — наверняка хозяин думал, что гость будет волноваться всю ночь, думая о том, как там его мальчик. Но такого не будет. Когда с виду заботливый дядюшка скрылся за дверью спальни, переоделся в чистый белоснежный халатик и плюхнулся на кровать, погружаясь в спокойный сон, хозяин позвал прислугу. — Почему секция оказалась открыта? — Обходной путь был. Туда маршрут ведёт… не очень комфортный и мы думали никто и не сунется… — Думали они! Безмозглые охотники! Что с ним? Чё-ё-ёрт, а вдруг он навредил себе изнутри костями этого мальчишки?! Слуга протягивает два жёлтых мягкий предмета гардероба. — Оно попросило их оставить, но мы решили спросить разрешения, — вновь говорит слуга. — Оставь, чёрт с ним, — вздох. Алый закат теряет свою яркость, небеса заливает серо-синим цветом и слегка видны светящиеся точки-звёздочки. Белые ночи здесь часты, особенно в это время года. Всего через четыре часа вернётся солнце и у жителей фьордов начнётся новый день. — Доброе утро, господин, — человек в маске нарушил утреннюю тишину, — завтрак уже на столе, одевайтесь и приходите в столовую, сразу после у вас по плану поход в закрытую секцию. — Да, хорошо, — отзывается комок пухового одеяла. Уже за столом мужчины начинают разговор о пропавшем парне и местонахождение до сих пор не известно. В некоторых районах Норвегии водятся медведи, и хоть на фьордах они редки, мальчику могло не повести на прогулке. — Значит м-моего м-мальчика… м-ме-медведи?.. — Не стоит забывать про пещеры, он мог провалится и… Ох, не думаю, что это хороший разговор за столь прекрасным завтраком, — утешение, ложь… — Верно. Слышится звон вилок о тарелку. После окончания трапезы мужчины решают не медлить и отправляются в когда-то закрытую секцию. Помимо прохода через потайной дворик был и главный вход, находящийся под замком. — Знакомьтесь, это живая русалка, мы его поймали недалеко от здешних берегов, но к сожалению, больше нам такие существа не попадались даже на глаз. Дядя Денбро смотрит на мужчину-русала, который откинув рыже-красную чёлку скалит свои белоснежные зубки и сверкает глазами, напоминающие камешки шлифованного янтаря. Существо, названное Пеннивайзом лежит в небольшом кристально чистом аквариуме, а пол в этой комнате деревянный. Деревянный и не скрывающий до конца следы крови. — Спасибо, я покину поместье пораньше задуманного, дела появились, я очень спешу. — До свидания.

Спустя полгода.

— Мистер Денбро, я слышал что в этом году вы побывали в Норвегии, так неужели?.. — Да-а-а! Я его видел. Красивейшее существо на планете… Которое дано увидеть только тем, кто достоин этого.