Дар усыпляющей принцессы

На следующий день Северус появился в Малфой-мэноре лишь под вечер. Лишённый постоянного доступа к сладкому, Гарри все эти дни сидел на укрепляющем и зельевар мог почувствовать исходящий от него запах зелья, но избежать общения или сократить его до минимума, как вчера, он не мог. Малфои устроили небольшую вечеринку в честь дня рождения Северуса: танцы и вино, тихая музыка и именинный пирог, приготовленный лично Нарциссой, а также вернувшийся после занятий Драко. Леди Малфой протанцевала с мужем не меньше часа, а затем утянула в танец Снейпа. Меняя партнеров, она танцевала бы до утра, но аманту её мужа и сыну с утра нужно было возвращаться в Хогвартс, и по спальням все разошлись уже в десять. Гарри привычно сопроводили домовые эльфы, прочно приковав цепь к кольцу в стене. Он сидел с книгой, когда на него накатила внезапная слабость, и он провалился в сон. И впервые ему снились не болезненные воспоминания травли и того, что он считал дружбой, а ласковые руки любовника, полные нежности и заботы. Не страстные ночи, с горячим шёпотом и обжигающими прикосновениями, а первая ласка Северуса, когда он впервые очнулся в его покоях. Длинные бледные пальцы втирали в искалеченное тело какое-то снадобье. Боли в жестоко избитом теле не было, только эти ласковые прикосновения, приносящие тепло и – о ужас! – возбуждение. Сознание возвращалось неохотно, и первый стон, казалось, был и не его вовсе, а чей-то ещё, кто тоже утопает в этой сладкой неге, подставляясь под чужие пальцы. И профессор не облаял, не утопил в ядовитом сарказме, а продолжил нежными мягкими поглаживаниями втирать в податливое тело почти горячую, пахнущую травами мазь. Проснулся Гарри на удивление легко. Не было тех слабости, заторможенности и головной боли, что преследовали его с самого появления этих снов. Сознание вернулось быстро и легко, как было до возвращения в Хогвартс. Тело было отдохнувшим и полным сил. Не открывая глаз, он глубоко вдохнул, обозначая своё пробуждение и замер. Пахло травами. Магия, пронизывающая комнату, показала большую кровать с балдахином, кресло у изголовья и спящего в нём мужчину с раскрытым гримуаром в руке. Судя по искажениям потоков на внутренней части левого предплечья и следам множества действующих и прерванных клятв, он не ошибся. Это была спальня декана слизерина, а рядом с ним спал её хозяин. Больше в комнате никого не было, и Гарри открыл глаза. Он был в своей пижаме, цепь с ошейником с шеи исчезли, а его палочка лежала тут, рядом, на тумбочке возле кровати. Наколдовав Темпус, Поттер обомлел. Шесть часов утра. Он проспал больше семи часов за раз. — Доброе утро. — Здравствуйте, профессор. — Гарри перевёл взгляд на зельевара. Ничто в его образе уже не говорило, что он спал: ни спутанных волос, ни заспанного взгляда. — Одевайтесь, Ваши вещи вон там, на стуле. — Он указал на непременный стул у другого края кровати. — Благодарю, профессор. Можно вопрос? — Аккуратно спросил Поттер. Профессор окинул его задумчивым взглядом. — Попробуйте. — Как я здесь оказался? — На глупые вопросы я не отвечаю. Попробуйте ещё раз. — Меня не будут искать? — Нет, Вы всё же безнадёжны. — Вздохнул профессор. — Одевайтесь, я провожу Вас до вашей с мистером Гойлом спальни. Уже у самых спален Гарри резко развернулся, насылая на зельевара морок и, приподнявшись над полом с помощью волос, напоминавших в тот момент скорее паучьи ноги, нежели пряди, невесомо поцеловал того в губы. — Спасибо, Северус, что так легко дал себя поймать. Поверь, моя благодарность будет не менее щедрой. Коснувшись губ ещё раз на прощание, он плавно опустился, развеял морок и пошёл дальше, вслед за профессором. ×"Благодарность" запущена Призыв души Лили Эванс: Копирование запущено Копирование завершено Создание физической оболочки на основе магии Северуса Снейпа: Анализ образцов Привязка к основному телу Процесс слияния магии "родителей" завершён Копия души Лили Эванс успешно привязана к зародышу Срок формирования плода: 9 месяцев× После занятий Поттера отловили близнецы и утащили в свою "тайную" комнату. Зеркал там больше не было, вместо них висели балдахины. Они долго расспрашивали его о визите в Малфой-мэнор, а затем напоили чаем с пирожными. — Я сегодня впервые за этот учебный год выспался. — Лёжа на их кровати и смотря в потолок, вдруг заговорил Гарри. — Обычно так говорят на каникулах. — Насмешливо произнёс лежащий рядом Джордж. — Я серьёзно. До этого ничего не помогало. Я использовал все заклинания и зелья, которые нашёл. — Ты варил зелья и накладывал чары сам? — Поинтересовался Фред. — Чары – сам, зелья – по разному. Какие-то из Больничного крыла, какие-то от Сети. — Кого? — Хором спросили рыжие. — Сети. — Повторил брюнет и неопределённо повёл рукой. — Он. Перед кроватью возник смуглый красноглазый юноша с абсолютно белыми волосами. — Я. — Ехидно улыбнулся новоприбывший. — Экзотика. — Оценили близнецы. — Гарри, можно мы его совратим? — Нельзя. — Отозвался Гарри, а тульпа подмигнула близнецам и растаяла. — Может, дело в том, что чары ты сам накладывал? — Задумчиво протянул Джордж. — Или в том, что до этого никто с тобой рядом не спал. — Хором протянули рыжие. — Я сплю в одной комнате с Грегори. — Возразил брюнет. — Спать в одной комнате и в одной кровати – не одно и то же. — Наседали близнецы. — Снейп задремал в кресле. — Возразил Гарри. — Но он был рядом. — Приходи сегодня после отбоя... — Воссоздадим те же условия... — Усыпим и будем спать рядом в кресле. После отбоя, дождавшись, пока Гойл уснет, Гарри всё же решился пойти к близнецам. Те уже поставили рядом с кроватью огромное кресло и притащили новую порцию пирожных с кухни. Но на утро кресла уже не было, а Фред с Джорджем дружно посапывали, обнимая его с двух сторон. В жарких объятьях близнецов было спокойно, тепло и уютно, но терпеть это безобразие и дальше Гарри не собирался. — Эй, я вам не подушка. Братья заёрзали, устраиваясь поудобнее, обняли крепче и снова провалились в сон. — Я... — Мы слышали. — Сонным голосом перебил его Джордж. — Представь, что это мы твои подушки. — А мне всегда казалось, что это ты на подушках спишь, а не они на тебе. — Мы со скидкой... — Два по цене одного... — Так что нам можно. Возразить было нечего или не хотелось, и он последовал их примеру. Но проспать до самого завтрака им так и не удалось. На этот раз разбудил их Гарольд. — На резиденцию напали. — Громко сказал он. — Пожиратели созваны. Защита продержится не больше получаса, у них какой-то невероятно сильный артефакт. Не могу сказать, какой точно, но он первым же ударом разрушил треть барьеров. — Чёрт, как же не вовремя! Аксис, что у тебя? Перед ними закружилось снежное облачко и из него появился Аксис. — Под контролем восемьдесят семь процентов принадлежащих Малфоям магических и маггловских предприятий. Все неофициально принадлежащие перекуплены. С начала следующего месяца доходы Малфоев сократятся в два с половиной раза. — Бесцветным голосом доложила тульпа. — Хорошо. Этого достаточно. Свяжи все неофициальные счета с счетами Тома Реддла. — Хорошо. — Поклонился Аксис и Растворился в вихре снежинок. — Сколько Пожирателей уже прибыло? — Обратился Поттер к Гарольду. — Две тысячи семьсот восемьдесят три. — Противник? — Орден Феникса и Аврорат. Всего около шести тысяч. — Сколько?! — Хором воскликнули близнецы. — Там не только наши авроры. — Вздохнул Гарри. — Мы собирали последователей со всей Европы. "Светлые", похоже, тоже. Вы со мной? Вместо ответа близнецы трансфигурировали себе ярко-жёлтые мантии и достали из шкатулки маски. — Появимся эффектно. Гарольд, захвати с собой зеркало. Сражение началось в десять утра на поле перед небольшим, на первый взгляд, заброшенным замком. Защита, несмотря на мрачные прогнозы Гарольда, ещё держалась, но первые два отряда пожирателей были отправлены защищать границы окружавшего их с трёх сторон леса. В открытый же бой сначала отправили дементоров и обратившихся чёрным туманом магов. Укрепившие свои позиции в лесу, остальные Пожиратели обстреливали деморализованного противника из укрытия. Но вот первые Патронусы замерцали в воздухе и уже через четверть часа дементоры покинули поле боя. А ещё через полчаса над "Светлым" войском с боевым кличем воспарил феникс, а вместе с ним появился и Дамблдор. Владеющий магией Дамблдор. Лес вспыхнул и сторонникам Тёмного Лорда пришлось покинуть занятое ими укрытие. Спасающихся от огня магов отстреливали с досадной лёгкостью, антиаппарационный купол не давал возможности отступить. Магическое пламя и почувствовавшие своё превосходство "Светлые" забрали жизни большей части Пожирателей. Из почти трёх тысяч сейчас прорывалось к защите замка лишь полторы сотни, но до почти разрушенного барьера добралось лишь семьдесят человек. "Лорд" взмахнул рукой, и в центр защищенной барьером части поляны вынесли резное зеркало в человеческий рост. Два Пожирателя упали на колени и синхронно запели на малопонятном, не похожем ни на какой другой, языке. Зеркальная гладь пошла рябью, и из неё вышла маленькая фигура в жёлтой мантии и скрывающей всё лицо белой маске, не имеющей даже прорезей для глаз, и направилась за границу барьера. За ней вышли ещё две таких же, абсолютно идентичных друг другу, но выше первой. Их маски имели прорези для глаз, а головы покрывали широкие капюшоны. В отличии от целительского лимонного, их цвет был ярко-жёлтый, но бить по ним у авроров не поднималась рука. Волосы первой фигуры зашевелились, удлиняясь и разделяясь на множество прядей, становясь похожими на змей. Одна из "змей" потянулась вперёд и обвила труп аврора. В ту же секунду глаза покойника раскрылись, а тело напряглось. Не в силах пошевелиться, обе стороны смотрели на чудо. Фигура же указала рукой на "светлую" сторону, и воскресший рванул вперёд с утробным, нечеловеческим рычанием. Оцепенение спало и бой закипел с новой силой, а маленькая фигурка в жёлтом всё подтаскивала и оживляла мертвецов. Живые трупы не пользовались магией, но двигались быстро и непредсказуемо, с нечеловеческой силой разрывая любого, кто попадался у них на пути. Мёртвых на поле становилось всё больше, а живые в панике метались, не в силах выбраться из своей же ловушки. Монстра, что плодил нежить, защищали двое в жёлтом, отбивая все заклинания, кроме непростительных, но убивающее, подчиняющее и болевое не производили на чудовище никакого впечатления. Оно стояло на месте, собирая трупы к себе и отправляло сражаться. Паника нарастала, люди выли и бились о стены не дающего сбежать купола, снег щедро поливала кровь живых и мёртвых. Живые Пожиратели стояли небольшой группой возле зеркала, а их мёртвые союзники и враги с оскаленными пастями и капающей слюной рвали противника. Зрелище наводило ужас, но выйти за барьер и остановить стоящее у самого его края существо никто не решался. За полчаса ситуация на поле боя снова переменилась в пользу Темного Лорда: в живых из "Светлых" осталось меньше сотни. Никто не заметил, как на краю антиаппарационных чар появилась девочка, левитировавшая за собой какой-то большой, вытянутый предмет. Она спокойно шла по полю боя, а нападавшие на неё ожившие трупы рассыпались в пыль, врезаясь в окутывающее её золотое свечение. Вдруг чьё-то тело привлекло её внимание. Она склонилась над ним, ласково улыбнулась, и в тот же миг его окутало золотое сияние, тело воспарило, раны срослись, а образ взрослого мужчины перетёк в образ одиннадцатилетнего мальчика с рыжими волосами. Голубые глаза распахнулись, лёгкие судорожно вздохнули воздух. Это был Рон. Рональд Уизли. А девочка, что вернула его к жизни — Гермиона Грейнджер. Подойдя к чудовищу из зеркала, она остановилась и громко произнесла: — Гарри, остановись! Фигура замерла, её живые волосы вернулись на место и сплелись в косу, но уже приведенные в действие трупы продолжали сражение с оставшимися "Светлыми". — Я сказала остановись. — С нотками угрозы сказала девочка и выставила перед собой плывущий за ней гроб. Все трупы тотчас же рухнули, как лишенные нитей марионетки. — Подойди ко мне, Гарри, не бойся. Ты ведь всё помнишь, не так ли? — Ответа не последовало. — Помнишь, я знаю, ведь я тоже помню. — Почему роза синяя? — Неопределенным голосом спросил монстр. — От того что чернила синие*. — Улыбнулась Гермиона. — Кот жив? — На пятьдесят процентов*. — Снимая маску, счастливо выдохнул Поттер и бросился к ней на шею. — Ты помнишь. Ты не предавала меня. — Прости, Гарри, но всё это случилось по моей вине. — Отстраняясь, виновато произнесла Гермиона. — Что ты такое говоришь, ты не могла заставить всех их предать меня. — Ласково поворачивая её голову к себе, успокаивал девочку Гарри. — Все они изначально искали лишь выгоду, ты не могла ничего изменить. — Могла! — Упрямо посмотрела ему в глаза Гермиона. — Могла и меняла, но ты раз за разом умирал! Но ведь так не должно быть, первый раз ты не умер! — Из глаз её текли слёзы, но она продолжала говорить. — Тогда, в нашей первой жизни, ты выжил после второй Авады, но когда я обо всем узнала, это был уже не ты. Джинни, на которой тебя женили, опаивала тебя, сделав практически живой куклой. Тогда я в первый раз не смогла спасти тебя... Мои силы пробудились и вернули меня. Но что бы я не меняла, ты умирал, а мой Рон был в числе предателей. Каждый раз он предавал мою любовь и твою дружбу! — Она плакала уже навзрыд. — И вот я отчаялась, и внушила Малфою, что твоя благосклонность будет очень полезна. Подумала, они ведь богаты и влиятельны и смогли бы тебя защитить. Но ты всё равно погиб! — Её дрожащие пальцы вцепились в него мертвой хваткой. Он прижал её к себе, а она всё плакала, уткнувшись личиком в его плечо. — И вот впервые всё идет по-другому... Ты приезжаешь в школу не в обносках, а в хорошей одежде... Такой красивый, но холодный... будто неживой... И распределяешься на слизерин... Я думала, эффект бабочки... Но потом поняла: ты мстишь... Ты убил Рона, он сюда пробрался под обороткой... Я вернула его к жизни, отмотав его время... — Она подняла голову, улыбаясь, и что-то хотела сказать, но глаза её вдруг расширились в ужасе. — Гарри, тело! Но было уже поздно. Снейп, не в силах сопротивляться приказу Дамблдора, уже занес палочку и одним точным движением отсёк голову спящего в гробу мальчика от тела. В ту же секунду он рухнул, пронзенный локоном чёрных волос, как пикой, но приказ уже был исполнен. Гарри бросился к своему телу, и тут стоявший всё это время в полусне Рон отмер, заорал и ткнул повернувшуюся на крик Гермиону палочкой точно в центр груди, прожигая в ней сквозную дыру. Пространство засияло золотым на три мили в округе и всё замерло, кроме неё и Гарри. Он держал свою голову в руках, а она хрипловато дышала. — Я вернула Драко память о прошлой жизни... К его отцу и крестному она тоже вернётся, как только спадет временной туман. Поднеси своё тело ближе... я залечу твои раны, а затем мы вместе вернёмся к нашим любимым. Гарри всё смотрел на свою голову, а потом рассмеялся. Громко, заливисто, почти взахлёб. — Гермиона, о чём ты? Мы мертвы. — Тихим мертвым голосом сказал мальчик. Он осел на снег, аккуратно держа свою голову и бережно убрал локон со лба.— Посмотри, "наши любимые" отрубили мне голову, а тебе прожгли дыру в груди. Да, ты замедлила время, но мы умираем. Мы уже мертвы. У меня остановилось сердце, а у тебя его теперь вообще нет. Ты не сможешь отмотать время или исцелить себя. Твоих сил на это не хватит. — Тогда позволь спасти хотя бы тебя. — Прохрипела она в ответ и улыбнулась. — Я – жнец, Мио, и умру лишь тогда, когда сам пожелаю. — Поднимаясь на ноги, спокойно возразил Поттер. Перед ним появился Сети, отсекая голову от временного тела. Поменяв головы местами, он прирастил их к новым телам, и проснувшийся уже с изначальным телом Поттер сел, открывая глаза. Встав из гроба и размяв шею, он кивнул Сети и тот исчез, забрав с собой Центр. — Тебе не стоило устраивать весь этот спектакль, я понял твои намерения, ещё когда ты прислала книгу. Бить по больному, разве так поступают друзья? А тело? На кой черт нужно было тащить его сюда, если ты не хотела подобного исхода? Я уже не говорю про память моих благоверных. Уж кто-кто, а Лорд Малфой найдет, как извлечь из этого выгоду. Это ты напустила на меня сны о моей прошлой жизни, потому как в эффект бабочки веришь до сих пор. Ты не собиралась меня спасать, тебе нужно было остановить предательство твоего Рона. А некого предавать – нет и предательства. Ты не учла только одного: ты не единственный хранитель, я тоже за две жизни кое-чему научился. Рон так вовремя пришёл в себя, да и восстановление магии Дамблдора явно твоих рук дело – восстановились даже узы нарушенных клятв. А также все эти страстные речи на поле боя, пока никто не вмешивается в разборки двух малолеток. Ведь никому здесь заняться нечем, кроме как выслушивать весь этот бред. Не пытайся, ты не сможешь вернуться в прошлое, я не позволю. Только что, пока ты отвлекала меня от моего тела, я забрал всё твоё время, оставив лишь полминуты. Та секунда, что ты сейчас растягиваешь, двадцать восьмая. Как только действие твоего тумана спадет, ты умрешь. — Я могу остановить время. — Можешь, но что тебе это даст? Даже свет имеет скорость, а что имеет скорость, зависит от времени. Если полностью его остановить, всё остановиться. Ты ничего не услышишь, ничего не увидишь и даже пошевелиться не сможешь, так как остановленный воздух станет твердым веществом. Как не тяни, а с пригодной для существования скоростью твои последние секунды всё равно скоро кончатся. Признай, Мио, ты проиграла. — Ненавижу это сокращение. Но ты тоже не победил. Снейп мертв, и ты сам это сделал. — Ошибаешься, я всего лишь пробил ему легкое. Смирись, Мио, ничего не изменить, твоего любимого так воспитали. Ты не сможешь его перевоспитать, так как вы ровесники. — Я сказала перестань меня так называть! Волна гнева прошлась по золотому сиянию, разрушая его вместе с антиаппарационными чарами и спустя две секунды безжизненное тело Грейнджер упало на снег. Сдерживаемые её силой авроры и фениксовцы пришли в себя и, больше не отвлекаясь на трупы, с новой силой ударили по остаткам защитного барьера резиденции. Поставив щит, Гарри обратился в гримма. Огромная черная собака завыла громко и заунывно, от неё разошлась волна не зимнего, могильного холода, и мертвецы снова кинулись в бой, добивая врага. Гримм разбежался и, грозно рыча, вцепился бывшему директору горло, разрывая его. Вернувшись в человеческую форму, Гарри встал, пошатываясь, дошел до лежащего без сознания Снейпа и, теряя связь с реальностью, упал рядом с ним. В легкой полупрозрачной тунике на голом теле, с босыми ногами, он лежал на снегу без сознания, когда к ним с Северусом подбежал Малфой и, обхватив оба тела, активировал портключ.