Ч.16. Тронутое эго
14 октября 2020 г., 19:40
Понедельник, 10:00
Умирающая, во всех смыслах этого слова, от жуткой головной боли и ежесекундных приступов тошноты, уже пять минут как ворочаюсь по полу, переодически обжимая ладонями углы любимой кровати откуда-то из-под низу.
Физическую боль перебивает лишь горячий стыд за собственные вчерашние выходки, которые, что изначально было предсказуемо, теперь флешбечно вертятся в голове истеричными мыслями.
— Че-е-е-ёрт... — схватившись за мобильный и взглянув на экранные уведомления, поддаюсь жарким эмоциям, — Вот же блядство! Мне определённо пизда.
Десять пропущенных от отца. Шесть от матери. И ещё парочка от Юры.
Естественно, ведь я так и не отзвонилась вчера никому из них!
Ещё бы... Так набухаться...
Быстро анализирую только что полученную информацию и делаю несложный вывод: набрать родителям сейчас - равно подписать смертный приговор.
Самый безопасный вариант - Юра. Он всегда был хорошим братом. Даже, можно осмелиться и сказать - идеальным.
Аж бесит иногда.
— Алло, Юр?! — мой хриплый от недавнего пробуждения, девичий голос звучит до ужаса виновато, — Доброе утро...
— Охренеть какое доброе, — грубо шипит, но взволнованное дыхание выдаёт его небезразличие и, кажется, даже легкую радость, — Ну что, гроб заказала уже или помочь?
— Ну Ю-ю-юр... Не издевайся, а, — пристыженно протягиваю, — Я не спецом, ты ж понимаешь?! Просто, как только приехала, сразу вырубилась. Было настолько плохо, что и в туалет бегать уже не моглось. Хотелось только спать.
— Это ты передо мной, быть может, объяснишься.. А родители тебя и слушать не станут. Таких смачных люлей получишь.. что жопа ещё долго болеть будет.
На этом моменте он почему-то резко «мягчает» и срывается на легкий хохот.
Раз шутит - значит все не так уж и плохо.
— Так что вчера было то? — стараясь не обращать внимание на плоский юмор брательника, максимально сосредотачиваюсь на разговоре, — Родители сильно волновались?
— Ну а ты как думаешь? Ясен пень - сильно. Мама истерику, как обычно, закатила, у папы давление поднялось.
— Фа-а-а-к! — уже мысленно прокручиваю в голове ожидающий вскоре «приговор», — Юр, но я правда не специально... Я просто была не в состоянии и совсем забылась.
— Забываются пьяные, балда. А ты всего-навсего безответственная.
Ага, конечно, братик. Именно так.
Знал бы ты, насколько только что близок был к разгадке. Но ты лучше провалишься под землю, чем поверишь в то, что я втихоря бухала.
А репутация «хорошей девочки», оказывается, не так уж и противна.
— Юр, а это ж сто пудов ты их успокоил?! Ибо пропущенных вызовов не так много, как можно было ожидать.
— Ну разумеется, кто ж ещё, — произносит это с неимоверной гордостью, чем дико веселит, — Сказал, что ты уже не настолько маленькая, чтобы волноваться за каждый твой шаг. Сказал, что, возможно, легла спать, а телефон поставила на беззвучку.
— Ну, ясненько. В общем, классика, — усмехаюсь и облегченно выдыхаю, — Не удивительно, что они тебя послушали. Ты всегда был для них.. авторитетом.
В моем голосе звучат явные нотки зависти и меланхоличной грусти.
Что это, Лиза? Неужели ты будешь ревновать родителей к любимому брату? Не смей, сумасшедшая...
— Иногда кажется, что тебя любят больше, — но я все-таки выкидываю это. Вот дура. Зря, однозначно, — А я, видимо, так - урод семьи.
На мгновенье замолчав, язвительно и устало взвывает. Ему хватило и полминуты, чтобы решить, как правильно и аргументированно заткнуть малолетнюю дурочку-сестру.
— Они слушают меня не потому, что любят больше, — произносит уверенно, но не слишком громко, — А потому, что я всегда оправдываю их доверие и не косячу по мелочам.
Ах во-о-о-н оно что?!
Так ты, дорогой братец, у нас геракл!
Хотя, какой смыл тут возмущаться? Он же, в своём роде, прав. Я действительно безответственная и импульсивная, по сравнению с ним, таким кристально-чистым, честным и умным.
— Ладно, может так оно и есть, — старательно гашу тон, хотя теперь чувствую себя ещё более оскорбленной, — И это... спасибо тебе, что успокоил их.
— Заедь к ним сегодня, проведай, — наказывает как собственную дочь, — И извинись. Глядишь, и отношение к тебе изменится...
— В последнем я, конечно, сомневаюсь, — иронично заявляю, — Но хорошо. Заеду.
Еще раз благодарю брата за своеобразную помощь, а после нежно прощаюсь.
На этом телефонный разговор прерывается.
Бросив случайный взор на настенные часы, от ужаса вскрикиваю:
— Су-у-у-ка-а!
Доходит уже одиннадцатый час.
И, разумеется, я опоздала на учебу.
Захожу ВК: 12 непрочитанных от Кати.
Кто бы сомневался?
7:00
— Лизон, доброе. Го сегодня пересечемся где-нибудь? Хочу поехать в говно-универ вместе с тобой :D
7:30
— Аууу, соняяя?! Ты че, еще не встала?
— Да как так то? Я же жду... 3:
8:05
— Ну ясно, сучка, ты дрыхнешь. Впрочем, ничего нового.
— У нас уже началась философия, если тебе интересно..
9:40
— Лизун, срочные новости!!! Второй парой, вместо матана, нам поставили антропологию. Хз с чего вдруг такой сюрприз
10:10
— Борковская вещает что-то всего 15 минут, а я, кажется, уже умираю :((
— Кста, она спрашивала про тебя. Ты с ней не сралась случайно?
— А то нет как минимум четверти группы, а возмутилась она только из-за твоего отсутствия. Вот же стерва...
10:20
— Ладно, кошка, спи. Мы ещё поговорим с тобой об этом
— А Сонечка сегодня и вправду какая-то заведённая...
— Как проснёшься - можешь не отвечать. Сразу мчи на пары. Иначе тебе пизда! Отвечаю.
Охуительно, Алабина. Поспала так поспала... И, судя по всему, подружка права - пизда мне сегодня.
Ещё и после вчерашнего... М-м-м, держись, лапочка.
На часах уже 10:40
Антропология, кажется, как раз только что закончилась. Я попала. В полную задницу.
***
Спустя 40 минут Взвинченная, злая и краснющая от утреннего перенапряжения, буквально влетаю в аудиторию. — Зд-д-д.. равствуйте! — выкрикиваю со всей дури, пытаясь отдышаться, — Извините за опоздание, Светлана Андреевна! Я.. я.. просто... — Да тише, Лиза, тише, — преподша неожиданно заботливо перебивает, — Успокойся, отдышись и садись. Все в порядке. Взглянув на математичку глазёнками, полными удивления и недопонимания, молча киваю и, разглядев среди одногруппников Катю, плетусь за её стол. — Господи, Лиза! Какого хрена? — Аверина, будто готовая расплакаться прямо на месте, крепко обнимает меня, — Думала, уже не дождусь тебя! — Привет, солнце, — шепчу еле слышно, — Матан давно идёт? — Да минут двадцать только. — И что делаете? — спрашиваю, живо вытаскивая из рюкзака все необходимое, — Новая тема? — Просто лекция. Записываем какую-то херню с доски и слушаем Андреевну. Лично я просто включила диктофон, так что тише, — хохочет, указывая на телефон, — Так ты расскажешь, что у тебя там стряслось? Не догоняя, что такого, во что поверила бы Катюха, можно «сочинить», глупенько хлопаю глазами, пытаясь избежать ответа на только что прозвучавший вопрос. — Да все окей, просто проспала, — неубедительно пожимаю плечами, — Легла поздно. — Да ты что-о-о-о? — уставляется на меня взглядом, до дна пропитанным иронией, — Вот это да-а-а... Бедняжка! — Эй, ты чего? — Лиз, вот скажи, я правда похожа на дуру? — обиженно ухмыляется, — Какого хера ты пытаешься втереть мне какую-то дичь? Вот же блять.. И вправду - че это я? Катюха - не идиотка. Ее просто так не наебешь. Надо либо признаваться, либо придумывать что-то наиболее правдоподобное. Только где найти на это смелости? — Ладно, в общем, — все-таки решившись на откровение, потряхивая потными ладошками, выдаю, — Вчера я.. ну-у, как бы-ы.. Перепила слегонца. — Чего? — Ты же сама просила правду. Вот, получай! И не осуждай... В этом не только моя вина, поверь. — Хочешь сказать, тебя напоили? — раздраженно закатывает глаза, — Ну не пизди хоть мне то, а. Рассказывай! Ну просто чудно. Рассказать ей о том, как «красиво» хамила вчера , я не могу, так как.. изговнить собственную репутацию за пару секунд не особо хочется. Признаться, что просто пересеклась с ней вчера в боулинге... в этом тем более нет никакого смысла. Ну встретились и встретились - что с того? Причём тут алкоголь? А значит - придется немножечко.. изменить главного виновника моего незапланированного бухича. Да простит меня Катя... — Да короче, вчера с родителями шары катать гоняли... — Прости, что?! — м-да, аллегории явно не для Катюхиного прямолинейного мозга, — Какие шары? — Ну, боулинг, Кать. Бо-у-лин-г. — А-а-а-а! Ну так сразу и говори, — немного поёжившись, отмахивается, демонстрируя «озарение», — А то шары - шары... Закатываю глаза, размышляя о том, в какую же все-таки нелепую ситуацию только что попала, а затем нервно выдыхаю, настроившись на уверенное продолжение спонтанно-выдуманной легенды. Врать, конечно, не лучшее решение, но она не оставляет мне выбора. — Так, и? — вопросительно разводит руками, — Что там, в боулинге? — Ну, в общем, — делаю недолгую паузу, после чего стыдливо опускаю глаза в пол, — Я встретила там своего.. бывшего. — Что-о-о??? — шарики тут же закатываются за ролики. Могу поспорить, она ожидала что угодно, только не это. — Ну да-а-а, да, Кать. У меня есть бывший. Просто я.. не особо хотела об этом говорить. Катюха тесно жмётся на стуле, изо всех сил пытаясь сообразить, что здесь нахрен происходит, но получается не очень. Ложью пахнет за километр. — Ли-и-из, да ладно тебе, ей богу, а, — ухмыляясь, жмурится, — Какой к херам бывший? Ты весь год, что мы с тобой знакомы, утверждала, что у тебя никого не было. — Разве? — Не, ну... Если не считать того полупокера-казанову, с которым ты от скучной грусти развлекалась пару недель и впервые поцеловалась. Но, согласись, это даже отношениями не назовёшь?! — Ну... может быть. О, нет, Алабина! Кажется, тебя раскололи. Ну или сделают это в ближайшие минут пять. Где же твоя привычная хватка? Неужели разучилась изящно врать? Ну и топо-о-ор... Спасай жопу, красотка. — Погоди, Лиз... — на секунду Катя позволяет себе задуматься, а затем продолжает мысль, — Так это ты его, что-ли, встретила? Этого конча? Серьезно? — О бо-о-о-ги, Аверина! Ты чё, с ума сошла? Нет конечно! — здесь даже не соврёшь. Он действительно слишком отвратителен для меня, — Я о другом. Ты его даже не знаешь. Говорю же, не хотела афишировать. Оглядывает меня с максимальным недоверием. Давно её, наверное, так не разводили... Тем более я. И к чему я затеяла весь этот цирк? — Так, Алабина, я не знаю, зачем ты придумала всю эту чушь, — недовольно скрещивает руки на груди, — Но я в подобный бред ни в жизни не поверю. Бля-я-ять... Вот и хули я заварила эту кашу? Могла бы и по-другому заставить ее отвалить и закрыть эту тему. Но нет же - надо ж было хоть как-то облажаться! Видимо из-за красотки Соф Палны мой мозг окончательно деградировал... — Так, всё, с меня хватит, — аккуратно оглядываюсь по сторонам и почесываю дрожащие ладони, — Ты права. Зря я это начала. Ты ж не дура. — Да неужели?! — видимо все ещё обижаясь, исподлобья смотрит, — Ну хоть призналась вовремя... — На самом деле, Кать, — напряжённо сглатываю, заведомо ожидая плохих последствий, — Я встретила не бывшего, а просто.. любимого человека. Человека, который нравится мне уже долго и.. крепко. — Да ла-а-а-дно? — ошарашено кривится, — Насколько долго? — Ну-у-у... Года четыре. — Чего-о-о, бля? Четыре??? Реально? М-дэ... А реакция у малой всегда одна и та же - полный конфуз и невозможность принятия действительности. Хотя, наверное, любой бы на ее месте хотя б слегка подофигел. — У меня все тот же вопрос, Алабина, — восстановив дыхание и даже заставив себя улыбнуться, продолжает пытать, — Какого хрена ты молчала? Мне казалось, мы предостаточно знакомы для того, чтоб я имела права знать о таком... — Кать, год - не такой уж большой срок, — иронично хмыкаю, — Да и, ты, конечно, не обижайся, но я не особо доверяю людям в последняя время. А тем, что все-таки доверяю, например таким как ты, просто не люблю жаловаться на жизнь. — Дурочка... Разве ж это «жалобы»? — Ой-й-й, Катюх, поверь мне, ещё какие! Ты представить себе не можешь, сколько слез я вылила из-за этой.. кхм-кхм-м-м, — вздрогнув от собственного прокола, кашляю и быстро исправляюсь, - ... этого. Этого человека. Брюнетка огорчённо вздыхает и рассеянно кивает головой. В такие моменты очень хочется поддержать, но, увы, сложнее всего придумать, как конкретно это сделать. Поэтому я её понимаю. Ситуацию спасает банальный стук в дверь аудитории. — Светлана Андреевна, извиняюсь, что врываюсь без предупреждения, — ну конечно, кто бы сомневался: блондинистая секси-штучка уже тут как тут, — Хотела студента одного у вас выцепить... — Да ради бога, Соф Пална, — улыбается без всякого недовольства. Видимо они в хороших отношениях, — Кто вам нужен? Нет, нет, не-е-е-т! Умоляю... Даже не пытайся произнести мое имя... — Лизавета, — уже поздно, я попала, — Лизавета Алабина. Она же здесь? Взгляды обоих преподавателей, точно так же, как и одногруппников, моментально падают на меня. Но я лишь мысленно проклинаю этот сраный день и старательно строю из себя недопонимающую. — А-а-а, эту мадам?! — математичка как-то хитро, но в тоже время по-доброму лыбится, — Она у нас сегодня опоздала минут на двадцать... Да, Лиза? — ещё более лисий взгляд женщины быстро переводится с антропологички на меня, — Но по предмету у неё, вроде, все в порядке. Тем более сегодня просто лекция. Так что забирайте, коль надо. — Ой, Светлана Андреевна, — Софья Пална благодарственно кивает, — Спасибо вам большое! — а затем одаривает интригующим взглядом и меня саму, — Лиза, идём. Ну что, дорогуша?! Кажется, ты в полной заднице. Хотя нет... не кажется. Это определённо так. Можешь молить о помощи и надеяться на лучшее сколько угодно - пощады больше не будет. Сама доигралась. Не молвя ни слова против, сначала ловлю на себе охреневший до жопы и даже слегка перепуганный взгляд Кати, а затем, неопределенно пожав плечами, спускаюсь к преподавательнице. Десять секунд. Двадцать. Полминуты. И вот, мы уже в томном, тихом и совершенно, на данный момент, безлюдном коридоре. — Ну привет... — антропологичка, как инициатор грядущей беседы, посчитала нужным начать первой, — Как себя чувствуешь сегодня? М-м-м, миленько... Издевательство чистой воды или нечто другое? Неужто так обиделись за тот вечер, Софья Павловна? А зря-зря... — Да превосходно я себя чувствую, — сумбурно отмахиваюсь, глядя в холодный пол, — А вам правда так интересно? — Так же интересно, как тебе вчера были интересны подробности моей личной жизни. Ну всё. Теперь даже без сомнений. Она, блять, издевается! — С чего вы взяли, что они мне интересны? — внутри кипит целый вулкан, снаружи же я - сама невинность, — Если я с пьяни спросила у вас о муже, это ещё не значит, что я собралась и дальше вникать в секреты вашей семьи. — А-а-ах, так вон оно что?! Значит я была права, и ты все-таки пила? — Ну Софья Пална, ну ей богу, — усмехаюсь чересчур самоуверенно, — Вы же и так все поняли. Такое не скроешь. Я ж не актриса. — Правда? — озлобленно играет бровями, — А по-моему, та ещё актриса... Отрадно щурюсь и чересчур откровенно прохожусь по фигуре блондинки своими наглыми и, не ясно отчего злыми, глазёнками. Мне нравится морально доминировать и интриговать. Ну точно малолетняя сучка. — Лиз, прости, конечно, — судорожно сводит пальцы в узелок и отводит взгляд на открытые коридорные окна, — Но в последнее время я тебя просто-напросто... не узнаю. — О чем это вы? — заинтересованно вздрагиваю и истерично подхихикиваю, — Я, вроде, особо не менялась. — Я будто... не с тобой сейчас разговариваю, понимаешь? — Что? Осознавая, что намекать и говорить аллегориями с развязным, вальяжным подростком бессмысленно, Софья огорчённо выдыхает и мыслено ругает себя за то, что вообще начала все это. — Нет, нет, — отмахивается, желая замять только что сказанное, — Все в порядке, Лиз. Забудь. Серьезно? Вот так вот? Просто «забудь» и всё? Ну уж нет, Сонечка, ты от меня так просто не отделаешься... — Аллё! Софья Пална! — хамовато выкрикиваю, окончательно забив хер на субординацию, — Я с кем разговариваю? С вами или со стеной? — Что? — та лишь дёргано потряхивает ладышками, — Я... Ты.. что ты вообще... — Я задала вам вопрос. Вполне себе простой, по-моему. И где мой ответ? — Дорогая, а правила этикета, субординации и общения со старшими тебе совсем не знакомы, да? — самодовольно ухмыляется, скрывая скрипучую боль под маской иронии, — Не припомню, чтобы к преподавателям обращались подобным образом. Принимай поздравления, Алабина! Ты почти у цели. Вывести на эмоции эту хладнокровную королеву ещё постараться надо. Но в тебе никто и не сомневался. — «Аллё», по-твоему, нормальный стиль общения со мной? — спустя несколько молчаливых мгновений, обиженно продолжает, — Или я уже не считаюсь авторитетом? — Оу-у-у... Ну всё-ё-ё, Соф Пална, прекращайте! Ради бога... — Нет уж, ты мне ответь...?! — Теперь вы похожи на мою маму, — высокомерно и, одновременно, саркастично скриплю зубами, — Такая же обидчивая и мечтающая проманипулировать мной. — Что-о-о-о??? Упс, детка. Кажется, это было лишним. Не находишь? — Да какого черта ты себе позволяешь, Алабина?! — выкрикивает это настолько громко, что, наверное, слышно даже на соседнем этаже, но тут же прикрывает рот ладонью, понимая, что поддалась чересчур бурным, абсолютно не свойственным себе обычно, эмоциям. Теперь мне страшно. Притупленно молчу. Молчу и жду, что же дальше. Что называется: «С богом, атеистка!» — Ты всерьёз думаешь, что если я все эти годы терпела твои выходки, то и сейчас, после всего того дерьма, что ты вылила на меня только что, с таким же успехом продолжу это делать? — Та-а-а-к, уже интереснее, — демонстративно потираю ладони и дьявольски улыбаюсь, — А теперь с пояснениями, пожалуйста. Что за «выходки» вы там терпели? На минуту блондинка в аккурат замолкает, будто напрочь позабыв о том, что такое русский язык. Но вскоре, заметно оправившись и, видимо взяв себя в руки, решается на то, о чем, видимо, так долго мечтала... — С какого класса я тяну тебя, Алабина? С девятого? Десятого? — подходит ближе, еле контролируя непослушные руки, — Да мне повезло, что я застала тебя как личность уже в старшей школе и промучилась с тобой, от силы, два года. Иначе бы давно съехала с катушек! — Простите... Что? — Да-а-а, Лиза, да! Тут хоть запросись... Я всегда пыталась уделить тебе достаточное внимание, хоть как-то помочь, где-то даже подтянуть, хотя у меня никогда не было на этого полноценного права. А что делала ты? Чем ты отвечала мне на это? — Я... эм-м-м... я... — Можешь не вспоминать! Все равно не выйдет. Потому что не отвечала ты мне буквально ни-чем. Лишь молчала, как тот сайгак... И не позволяла себя спрашивать. Все меньше ясности, Софья Павловна. Что значит «не позволяла»? Что за чушь сейчас вылетает из ваших прекрасных уст? Окститесь! — Каждая моя попытка проверить твои знания, элементарно подняв твою же задницу с места, заканчивалась одним: твоей глубинной неприязнью ко мне и высокомерным взглядом. До ужаса высокомерным! — Вы сейчас... Серьёзно? — Не-е-е-т, милая, это у меня к тебе вопрос, — подходит совсем вплотную, пожирая зелень моих юных глаз мудростью собственных карих, — После всего того, что я сделала для тебя, ты серьезно имеешь наглость напиваться вдребезги и подходить ко мне с вопросами о моем муже и семье, а сейчас и вовсе в открытую хамишь? Такой монетой ты решила мне отплатить? Ну, и что ты мнешься, пугливая клуша? Ты же знаешь, что она не права. Ведь так? Клевета чистой воды, которую необходимо остановить! И ты я сделаю это. Сейчас же... — Кхм-кхм-м-м, — за долю секунд набираю в легкие воздуха столько, сколько должно хватить на всю оставшуюся жизнь, а затем, облокотившись на подоконник, мрачно выдыхаю, — А теперь послушайте меня, Софья... Павловна... Ну, Борковская, держи-и-сь! Походу, революция намечается...
