Алый рассвет

      Фишки, столь любезно разложенные Мелоне, со звоном ударились об пол, нарушая неловкую тишину, воцарившуюся в гостиной. Клара тяжело дышала, уставившись в собственные колени. Лицо девушки не выражало ничего, кроме полнейшего отчаяния. В тот момент Мелоне понял, что все его попытки привести девушку в норму канули в лету. Он вновь решил помочь ей встать с пола, Кальцоне подняла голову, встретившись с парнем глазами. Она смотрела будто сквозь него, всё вокруг расплывалось, уши заложило, а звуки смешались в один, заставляя девушку с головой прочувствовать всю ту тревогу, запрятанную в её душе с помощью многочисленных лекарств.       Иллюзо продолжал читать что-то про Ноце и его родителей, но Клара уже узнала достаточно. Ризотто молча слушал, надеясь, что в найденной информации будет хоть что-то, что поможет победить способность юнца. Гьяччо ругался на Клару, до неё отдаленно долетало что-то про шпионаж, вторжение и картавость — как же ей хотелось высказать всё, что она о нём думает, но смелости не хватало. Формаджо пытался успокоить его, но Гьяччо было уже не остановить. Прошутто никак не мог поверить услышанному. Братан, как обычно, был согласен с ним. Голос Пеши слегка вернул девушку в реальность: — Как такое может быть? — Мама ушла из семьи, когда нам с сестрой было по пять, — ответила Кальцоне, стараясь восстановить дыхание. — отец рассказывал, что у неё был любовник. Он считал её поступок предательским, мы почти не обсуждали это. — А сейчас у неё куча денег! — Пеши попытался разрядить обстановку, но получил подзатыльник от Прошутто. — Да ты сама предательница! Снюхалась со своим братом, и хочешь узнать наши планы?! Ризотто, прогони её к чертям собачьим! — завопил Гьяччо, однако быстро успокоился, когда главарь пронзил его своим ледяным взглядом. — Гьяччо, иди к себе в комнату, — выдал он, словно отец, наказывающий непослушного ребёнка. — Но… — попытался воспротивиться парень. — Не заставляй меня повышать голос, — от холодного тона мужчины по спине Кальцоне пробежали мурашки. Испепелив девушку взглядом, юноша подчинился приказу.       Мелоне осторожно усадил Клару на диван, ощущая, как дрожит её тело, то ли от холода, то ли от страха. — Разве она не принимает таблетки? — удостоверился Неро. — Не каждый день узнаешь, что твой брат — убийца твоих родных, — усмехнулся Иллюзо, захлопнув крышку ноутбука. Ризотто многозначительно хмыкнул. Казалось, эта новость его нисколько не удивила. — А если он навредит ей? Маме? — спросила Клара саму себя. — Ты, конечно, не обижайся, но твоя мать бросила вас еще в далеком детстве, тебе есть до неё дело? — Формаджо собирал фишки, понимая, что закончить партию сегодня не получится. — Да, чёрт возьми, это единственный близкий человек, который у меня остался! — раздраженно воскликнула она, но тут же извинилась, не понимая, что на неё нашло. — Я должна найти её и предупредить. — Что за бред? Разве ей не наплевать? — усмехнулся Иллюзо — Да и как ты собираешься её найти, заявишься к ней домой со словами: «Здравствуйте, я ваша дочь, а ваш сын возможно хочет вас убить»? Самой не смешно? — Она часто бывает в казино, возможно, мы найдем её там, — ответил за неё Мелоне. — План, конечно, отстой, но казино мне нравится, — оживился Формаджо, — Я с вами. — Я тоже, — поддержал Пеши. — Братан, ты с нами? — Успокоились, — голос Ризотто заставил всех замолчать и слушать его — Клара не в том состоянии, чтобы идти. К тому же мелкий гадёныш снова может послать своих подчиненных. — Девушка открыла было рот, чтобы возразить, но главарь не дал ей возможности вставить хоть слово — Тебе сейчас нужно работать над стандом. Пойдут Прошутто, Пеши и Формаджо.       Последний, услышав своё имя, был несказанно рад предстоящей вылазке. Он последним примкнул к банде, поэтому редко получал серьёзные миссии, да и остальные в команде относились к нему снисходительно. — И помните, что вы идете не играть, — процедил напоследок Ризотто — не делайте того, о чём потом будете жалеть.

***

      Накрыв одеялом Кальцоне, которая, казалось, наконец заснула, Мелоне, приняв душ, отправился в спальню. Он делил комнату с Гьяччо, — они были старыми университетскими приятелями, частенько отправлялись на миссии вместе, да и к тому же не каждый мог ужиться с взрывным характером владельца ледяного станда. Кровать Гьяччо располагалась на первом ярусе, а Мелоне — на втором, и если тот чем-то не устраивал гневного юношу, он во что бы то ни стало яростно пинал его снизу. Мелоне относился к этому спокойно, воспринимая как должное. Он давно привык к подобному поведению, ругаться было бесполезно.       С тех пор, как Кальцоне поселилась у них, он спал не больше четырёх часов в сутки, но несмотря на усталость, сегодня сна не было ни в одном глазу. «Надеюсь, она не попытается наложить на себя руки,» — мысли о Кларе не покидали Мелоне даже перед сном. В последнее время он слишком часто думал о ней. Осознавая, что привязывается к этой девушке всё сильнее, он боялся признаться в этом хотя бы самому себе. Образ мирно спящей Кальцоне надолго отпечатался в его памяти, не покидая сознание ни на секунду. Полураскрытые губы, небольшая вздымающаяся грудь, тонкие запястья, длинные ноги, которые он приметил еще в первый день их знакомства. Ощутив прилив возбуждения, парень сменил позу, переворачиваясь на спину, в надежде избавиться от очередного наваждения. — «Может, стоит сходить проверить её?» — он собирался было отправиться к ней, но быстро откинул эту идею, посчитав, что это будет чересчур эгоистично по отношению к ней.       Из головы никак не выходил тот день, когда он был готов наброситься на неё прямо в гостиной, пользуясь беззащитным состоянием девушки. Тем не менее, Мелоне был уверен, что в тот момент она сама была не против, и всё бы случилось, если бы им не помешали.       Под размеренный храп соседа, Мелоне медленно погружался в сон, пока резкий громкий звук, доносившийся из гостиной, не заставил его открыть глаза. Кажется, это было стекло. «Опять что-то разбила?»       Беспокойство за девушку и желание увидеть её, пересилило сонливость. Тихо, чтобы не разбудить Гьяччо, он спустился вниз, и, накинув халат, направился в гостиную.       Он ожидал увидеть там что угодно, но только не то, что предстало его взору. Клара, казалось, даже не ложилась. Она сидела в несвойственной её женственности позе, сжимая в руках полупустую бутылку вина. Темные красные пятна пропитались сквозь её майку, красные пряди слиплись из-за приторной жидкости. На столе стояла бутылка водки, с которой, по-видимому, девушка мешала напиток. Завидев Мелоне, Кальцоне беззвучно произнесла: — Прости… — на её раскрасневшемся лице играла простодушная улыбка, которой раньше он не замечал. Девушка явно была под градусом. — Что… зачем ты… ты же знаешь, что способность Ноце как-то завязана на выпивке. Какого чёрта ты пьешь? — раздражение росло в нём, но парень упорно старался сохранять хладнокровие, понимая, что напиться — это меньшее, что может сделать человек, узнав страшную правду. Просто непривычно было видеть Клару в таком состоянии. — Нет-нет-нет! Не смей произносить его имя при мне! — громко заговорила она, размахивая руками — Не хочу ничего слышать! Его нет в моей голове, когда я пью, и этого достаточно!       Она с трудом связывала слова в предложения. Мелоне хотел подорваться и выхватить у неё бутылку, но вспомнил ту девушку в парке и не знал, что Клара собирается вытворить в следующую секунду. — Di Molto! Нет проблем! Ты лучше скажи, где ты взяла алкоголь? — он кивком указал на водку, решив не затевать конфликт. — На верхней полке, Формаджо показал, — девушка сделала глоток вина, морщась от неприятного вкуса. От такой наглости Мелоне опешил: — Слушай, давай ты просто отдашь мне бутылку, — он зачем-то протянул руку, осознавая, что вряд ли Клара так просто послушается. Пожав плечами, он потянулся к водке, собираясь убрать остатки недопитого напитка. Но цепкая хватка девушки остановила его: — Поставь, — произнесла она, тяжело сглотнув. «Чёрт, Ризотто мне голову оторвёт, когда узнает, что я позволил ей нажраться! Как она будет готовить наркотики, если подсядет на спиртное? — размышлял Мелоне, пытаясь выдернуть руку — Откуда в ней столько сил?!»       Одним глотком осушив вино, девушка потеряла интерес к бутылке и схватила юношу второй рукой. Мелоне удалось ослабить Клару, но та была сама не своя, и, вскочив с дивана, продолжала упорную борьбу. — Ты даже не понимаешь, что делаешь. Завтра тебе будет стыдно, — Мелоне хотел достучаться до нетронутой алкоголем части её сознания — в твоём состоянии вообще нельзя пить! — Это ты не понимаешь, если он прочитает мои мысли, когда я ослаблена, он убьёт нас всех! — её язык заплетался, но она не сдавалась, напирая на парня. — Ему нет до нас дела! Клара, у тебя уже паранойя! — он сам не заметил, как повысил голос. — Разумеется! Я должна ему грёбанные шесть миллиардов! Он при мне размозжил голову девушке, которая просто зашла… — девушка осеклась, споткнувшись о бутылку из-под вина, которое еще недавно с таким упоением распивала.       Девушка упала на пол, выругавшись себе под нос, больно ударяясь копчиком. — Ох, cazzo... Уже на ногах не стоишь… — Мелоне собирался поднять её, но Клара вновь схватила его руку. — …а всё продолжаешь бороться. Сходи умойся, и ложись спать.       Но девушка больше не пыталась отстаивать своё желание выпить. Мелоне заметил в её темных глазах шаловливые огоньки, но, припоминая их недавний неловкий зрительный контакт, больше не решался смотреть на неё. Клара сама поймала его взгляд, и расслабленно произнесла: — У тебя такие красивые глаза, зачем ты носишь маску? «Что?!» — Мелоне не поверил своим ушам, отводя взгляд. Кальцоне дернула его руку, заставляя смотреть на неё. — Вообще-то, это для… — не успел он и закончить фразу, как девушка, облизав губы, потянула его вниз, заставляя нависнуть над ней. — Я знаю, что ты хочешь меня, — шептала она его на ухо, обжигая нежную кожу горячим дыханием — так возьми меня, чего ты медлишь… — Клара, ты пьяна, ты… Ох, чёрт… — Мелоне сдавался под натиском разгоряченных губ, покрывающих поцелуями его шею, а когда влажная рука девушки оказалась у него под штанами, он окончательно потерял рассудок.       Воспользовавшись заминкой, Клара впилась в его губы, раскованным, страстным поцелуем. Он не привык передавать инициативу девушке, а ей, кажется, только оно и было нужно. Не отстраняясь от него, она перевернулась, оказываясь сверху. В этом поцелуе чувствовалась неопытность, некая небрежность, она хотела всего и сразу, но Мелоне не мог понять, чего именно. Он отвечал, как мог, не поспевая за движениями её языка. От Кальцоне исходил терпкий запах алкоголя, что служило молчаливым напоминанием о том, что процессом рулит он, а не кто-либо еще. Неожиданно Клара разорвала поцелуй, поднялась на ноги, и пока Мелоне еще не успел опомниться, повалила его на диван, усаживаясь сверху. — Ну же, ты так давно рассматривал меня, трогал, а теперь, когда я полностью в твоём распоряжении, медлишь? Смелее, — искушено шептала она, кладя его руки себе на талию. — Клара, тебе пора… — она вновь не дала ему договорить. — Тссс, меньше слов — больше дела, — девушка продолжала целовать шею, вплетая пальцы в его длинные волосы. Мелоне едва сдерживал стон, что так и норовил предательски вырваться из его губ. Кальцоне, заметив его возбуждение едко усмехнулась: — Не противься своему телу, — она медленно проводила рукой по его оголённой груди, опускаясь всё ниже. Он чувствовал себя портовой шлюхой, прижатой к дивану местного борделя каким-то пьяным мужиком. Совсем не так он представлял себе их первый поцелуй и первую ночь. Вот она, перед ним, готовая на всё, бери и радуйся. И несмотря на то, что он так давно уже хотел её, прекрасно знал, что сейчас это была не Клара. Не та тихая, умная, пускай и немного сумасшедшая девушка, о которой он заботился, проводил значительную часть своего времени и думал чуть ли не каждую ночь. Проклятый алкоголь за одну ночь разрушил все его грёзы о Кларе, превратив столь дорогую ему девушку в похотливое животное.       Так больше продолжаться не может. Нужно остановить её во что бы то ни стало, пока они не достигли точки невозврата, когда он уже не сможет контролировать себя. Собравшись с силами, Мелоне резко отстранил её. — Прекрати, — строгим тоном выдал он. — Как это? Неужели я тебе не нравлюсь? Может, мне раздеться, как в тот день, помнишь? — девушка намеревалась было снять пропитанную вином майку, но Мелоне вскочил, вылезая из-под Клары. — Все, хватит, basta! Ты не слышишь меня? — говорил он, его голос нисколько не дрожал. Кальцоне заметно погрустнела, словно ребёнок, которому отказались покупать игрушку. — Ложись спать, ясно? — И ты даже не посидишь со мной, как обычно? — она соблазнительно закусила губу. — Нет. Поговорим, когда проспишься, — он взял со стола бутылку водки, понимая, что Кальцоне вряд ли вновь полезет в драку за неё — Сегодня с тобой посидит алкоголь.