Начать сначала

      Шипение огнемёта, выплевывающего струю раскалённого прометия, нарастающий гул стаббера, отдающийся в зубах, неприятный резкий звук, который издаёт батарея пробивного лазера на предельной мощности – такие звуки окружали Вилхелма всего пару недель назад. Пару недель или почти половину столетия – течения Варпа прихотливы. Как бы то ни было, сейчас Вилхелм оказался в эпицентре шума если и не такого страшного, то почти настолько же оглушительного: звон посуды, пьяная ругань, женские вопли, хлёсткие удары потных рук о пьяные морды. И всё бы ничего, но в этом беспорядке исполняющий обязанности лейтенанта чувствовал себя как на поле боя. Казалось, что вот-вот и из-под соседнего столика выпрыгнет Стальной Урод, занесёт над головой ревущий цепной меч и разрубит Вилхелма пополам. Вилхелм поёжился. Тут же ему в голову врезалась скомканная салфетка. Лейтенант Нере На-всякий-случай заржал как конь. – Вот видишь, Нере, – произнесла метательница салфеток. – Сколько лет прошло, а его до сих пор не отпускает. На Мурцатто Вилхелм даже рассердиться не мог, да и в целом был обязан тем, что та спасла его от развивающейся тревожности. В последнее время участились случаи того, что Вилхелм холодел даже в самом душном свинарнике порта Белами-Ки. – Да я… да просто… От приступа косноязычия Вилхелма спас лейтенант На-всякий-случай. – Да он всегда таким пришибленным был! – прогрохотал Нере и обнял Вилхелма за плечи. – Но ведь вытянул кампанию на своём горбу! Настоящий герой! – Да... так вышло. – Да-да! – подхватил Нере. – Ты же слышала, как Вилхелм поднял парней на защиту Каролуса?! "Спасём короля!" и прочая такая херня?! Вот это весь Вилхелм! – Ой, не начинай, – поморщилась Мурцатто. – Имела "удовольствие" слушать этого… как его… – лейтенант щёлкнула пальцами, – из второй роты стрелок… сержант… – Маргаретти? – предположил Вилхелм. – Да! – воскликнула Мурцатто и добавила уже тише, – ну так вот: большей ерунды я в жизни не слышала. По его словам всё было так, словно ещё рывок и перебили бы Исповедников. Ну вот разве что со второй ротой не всё так ладно вышло, а в остальном – ух! – Ага-ага, – ухмыльнулся На-всякий-случай. В этот миг принесли заказ: стейк из грокса с кровью и тёмным пивом для Нере; пирог с фруктами и обжигающий рекаф для Вилхелма; паламониды, тушёные в красном соусе, и красное сухое вино для госпожи с красными ноготками. – Спасибо, дорогуша, – Нере хлопнул официантку по попе. Он подставил лицо для пощечины, получил её и отправил вслед воздушный поцелуй. – Ну!       На-всякий-случай схватил кружку тёмного напитка с пышной белой шапкой, случайно плеснул немного в качестве соуса на тарелку Вилхелма и произнёс тост:       – За нас! – Нере влил в себя пиво. – Ещё! – прикрикнул он, довольно рыгнув.       – А ты почему не пьёшь? – повернулся он к Вилхелму.       – Да вот здесь уже, – исполняющий обязанности показал, где.       Вилхелм улыбнулся Манрикетте, хотя не был уверен, что вышло хорошо. Мурцатто улыбнулась в ответ, но несколько натянуто и разочарованно.       – Послушайте, парни, – вздохнула Мурцатто. – Я тут уже весь вечер хожу вокруг да около, а вы всё никак не въезжаете, – она сделал паузу и произнесла. – Пора. Валить. Из. Компании.       Нере чуть не подавился. Он даже не обратил внимания на то, что официантка принесла ещё одну кружку.       Мурцатто сделала небольшой глоток вина, посмотрела на собеседников, а потом продолжила:       – Дошло?       – Ну, знаешь ли, такое тяжело пережевать, – сказал Нере.       – Нет, серьёзно, – усмехнулась Мурцатто. – Вот Вилхелм, кажется, понимает, а тебе, Нере, хоть ноги отрежь, хоть член. Без толку.       – Наёмничество – опасный труд с достойной оплатой, – пробурчал Нере.       – Мёртвым деньги не нужны, – Мурцатто отправила в рот крохотное ракообразное существо.       – И в целом… нет ничего увлекательнее, – проговорил На-всякий-случай.       – Да и после битвы… – Нере ухмыльнулся, – как вставишь кому-нибудь! – На-всякий-случай подкрепил реплику движениями кулаков на себя. – Такая ебля только после битвы.       Мурцатто поморщилась:       – Какой ты неисправимый романтик, Нере.       Лейтенант перевела взгляд на Вилхелма, и в этом взгляде не осталось тепла, только бесконечное благоразумие.       – Ну а ты, Вилхелм. Не кажется, тебе, что пора завязывать?       – А я... больше и не умею ничего, – ответил он.       Мурцатто покачала головой с таким видом, будто паламониды прокисли.       – Ну так научись, – сказала лейтенант. – Этот… – Мурцатто кивнула на Нере, – слишком толстокожий. Пьянки-гулянки. Всё кончится тем, что его самого… – лейтенант повторила жест Нере, – натянут.       – Эй, – На-всякий-случай направил на Мурцатто указательный палец. – Следи-ка за выражениями.       Лейтенант отмахнулась. Она прикончила угощения и оставила на салфетке стопку монет.       – Короче, парни, если бы вы хоть немножко соображали, то догадались бы, почему мы зависаем в пиратском порту, а не где-нибудь на Мордвиге.       Нере проскрежетал зубами.       Вилхелм же отпил рекаф. Он догадывался.       – Classis Libera вне закона, – сказала Мурцатто. – Ни одна нормальная верфь "Амбицию" не примет. Инквизиция, скорее всего, арестовала счета Георга и уже выслала за его головой убийц. И шестерёнки, наверняка, тоже кого-нибудь послали.       Мурцатто оглядела собеседников и продолжила:       – Самое время менять документы и попытаться спастись. Георг Хокберг растерял доверие, репутацию, а, самое главное, платёжеспособность.       Мурцатто откинулась на спинку кожаного дивана и продолжила:       – Своим я уже всё чётко объяснила, так что по старой дружбе решила предупредить и тебя, Нере.       На-всякий-случай молчал.       – Ладно... удачи, парни, – Мурцатто встала из-за стола. – Она вам ещё понадобится.       Вилхелм хотел было проститься, но не определился: "прощай" или "до свидания".       Нере сказал чуть погодя:       – Вот пизда. Всё настроение испортила.