Лучший вариант из возможных

— Баки не будет до завтра, — сообщил Роджерс, когда Брок к полудню выполз на кухню. Для разнообразия — в своем собственном теле. — Одиночка? Роджерс поджал губы, но кивнул — стало понятно, что он не одобряет такие вот вылазки Барнса. Помолчали. Брок, пройдя мимо Роджерса, отыскал в холодильнике молоко и, сунув хобот кофемашины прямо в пакет, выбрал на дисплее "капучино". — У тебя планируется субботний приступ трудоголизма? — спросил Брок, принимаясь сооружать бутерброд. — Обед уже, — справедливо заметил Роджерс. — Так что никаких приступов. — Тогда какие планы? Игнорировать существование друг друга, пока Барнс не вернется? Роджерс странно на него взглянул, будто такой вариант устроил бы его больше всего, и отпил кофе из черной кружки с изображением скрещенных костей. — Не думаю, что у нас выйдет, — наконец ответил он. — И поэтому?.. — И поэтому завтракай и собирайся. Форма одежды прогулочная. Брок, присвистнув, оглядел Роджерса с головы до ног. — Развей мои сомнения — это свидание? — Когда-то, — после небольшой, но ощутимой паузы произнес Роджерс, — я хотел с тобой… всего. Потом это как-то нивелировалось твоим предательством… — Совершенным под давлением обстоятельств непреодолимой силы, — вставил Брок. — Предательством, — с нажимом повторил Роджерс. — Но теперь по каким-то необъяснимым причинам оказалось, что ты — часть идеальной триады. И пренебрежение тобой может привести к печальным последствиям. — Огласишь список? — Нет, — ответил Роджерс, снова пригубив кофе. — Пункта об ослаблении здоровья достаточно. Я не готов рисковать Баки. — У него, кстати, левое колено хрустит, ты заметил? — кофемашина наконец доплевала ему кофе, и настроение стремительно пошло вверх. — Особенно в коленно-локтевой, — не совладав с дурацкой привычкой дергать тигра за усы, добавил Брок. Роджерс, уже открывший рот, чтобы изречь что-нибудь обеспокоенное и подходящее к случаю, закрыл его и вместо того, чтобы изобразить на лице "брови скорбного осуждения", хмыкнул. — Если бы я не был уверен, что ты это все не вполне контролируешь, то мог бы разозлиться, — заметил он. — Это так и работает, верно? — Брок сложил еще два бутерброда и протянул один Роджерсу. — Магия херни не посоветует. — Не уверен. Бутерброд Роджерс взял, но тут же вышел из кухни, лишив Брока отличного утреннего вида на свои голые сиськи. Ничего, за последние полтора года Брок научился ждать как никто. Но довольствоваться малым уже как-то не очень и хотелось. *** Роджерс вывез их на остров Говернорс. Брок там никогда не был. Роджерс выглядел настолько решительным в своем желании устроить ему "культурную программу" и выгулять, что они исколесили этот остров вдоль и поперек, облазив старый форт, перекусив в каком-то ресторанчике, и выдохнули, только устроившись на газоне вдали от пешеходных и велосипедных дорожек с двумя порциями мороженого на каждого. Роджерс при этом выглядел как человек, следующий плану и проставляющий галочки напротив каждого из пунктов. — Расслабься, — посоветовал ему Брок, устав от вида сосредоточенной складки между бровями. — Это так не работает. — Что? — Отношения. От того, что мы молча облазили места боевой славы, ничего не наладится само собой. — Я хоть что-то делаю. — Это упрек? Ты напрягаешься каждый раз, как я оказываюсь ближе, чем на расстоянии вытянутой руки. И это — заметь — ты точно знаешь, что я без оружия и не собираюсь тебе вредить. — Мне проблематично навредить, — как-то даже с облегчением набычился Роджерс. — У тебя не вышло. — Потому что я не ставил себе такой задачи — у тебя с памятью все норм, я вроде говорил уже. Мог отстрелить тебе что-нибудь не очень ценное, приказ звучал "взять живым". Живым — это очень широкое понятие, согласись. — Я до последнего не верил, — глядя в сторону, признался Роджерс. Будто ему самому было стыдно за свою доверчивость. — Но ты прав. Постель — не повод для знакомства. — Не в нашем случае, — прикончив мороженое в два укуса, Брок вытер платком руки и ухмыльнулся. — Слабо поцеловать меня? Или ждешь, пока я наброшусь? Даже если наброшусь, ты же понимаешь — силы не равны. Ну, пока что. Может, потом ваш зеленый профессор и сделает из меня суперсолдата, но пока тебе не составит труда отбросить меня аж до того дерева. Мы чего пришли сюда? Налаживать отношения? Так давай это делать без мучений. Показать как? — Поцелуи решат проблему? Вот так просто? — Они хотя бы не так мучительны, как твои попытки в романтические свидания. К тому же мы с тобой почти не целовались. В губы. Роджерс нахмурился, пряча смущение, и Брок, придвинувшись ближе, с насмешкой на него взглянул. — Не трусь. Я охуенно целуюсь. — Рамлоу. — Брок. Ну давай же. Могу губы бантиком сложить. Как у Барнса не выйдет, конечно, но я… Роджерс притянул его за шею и агрессивно прикусил губу, будто наказывая за какие-то воображаемые грехи — ха, поцелуями Брока могли пытать сколько угодно. И такими проявлениями ненависти тоже. Брок послушно приоткрыл рот, давая понять, что готов прогнуться, но Роджерс, тут же будто устыдившись, провел языком по нижней губе, углубил поцелуй и, дождавшись отклика, навалился сверху, откинув куда-то мороженое. Они целовались — впервые вдвоем, в своих телах, пусть потому, что Роджерс привык решать проблемы силовыми методами, но приятно от этого было не меньше. Роджерс его целовал. Именно его, а не Барнса в его теле, и это был охуенный прогресс по сравнению с тем желанием придушить захватчика, вместо Баки нагло его трахнувшего, которым Роджерс пылал всего пару недель назад. Брок не собирался отказываться от пусть не добровольно, но предложенного, и обхватил его за горячую гладкую шею, как хотел когда-то, когда на крошечное мгновение позволял себе поверить, что все может быть иначе. — Блядь, — сказал вдруг Роджерс. — Я рад, что вы поладили, но мне почти жаль тех парней, к которым сейчас попал Стив.