Шашлык на выходных

— Здравствуйте, в эфире информационная программа «Время», в студии Екатерина Андреева, коротко о главном, — под просмотр передачи Союз готовил яичницу с колбаской и гренками, вымоченным в молоке, а Россия переодевался на утреннюю тенеровку на льду. Пришельцы пришельцами, а Алексей Николаевичтребует явиться, или говоря его словами «не просиживать место падений". Да и не пропустят НЛО — визы российской нету. Да и не дадут, если сказать, что Курилы с Крымом не наши. — Боевик наяву: под натиском инопланетного вторжения пали штат Нью-Йорк, Вашингтон, Лихтенштейн, Бразилия, — Совет вскинул брови. — Что?! — из своей комнаты выбежал полуголый Рос, одетый в одни носки со штанами. — Как?! — Оденься для начала, — спокойно подсказал отец, заставив сына смутиться. — Ой, да что я там не видел? В детстве ты вообще голышом бегал. — Пап! Соседи могут услышать! — Ну, пусть знают. * * * — Да ты, Иван, не переживай, до нас они не доберутся. А если что, весь народ эвакуируем в подземный бункер, ты же знаешь, туда все поместятся. — юноша отдал бы все, чтобы не сидеть за этим столом в неудобном пиджаке и смотреть на его же партию. Единая Россия, а он же Антон </s>гандон</s>, выглядел не очень привлекательно: он, мягко скажем, был очень толстым, весом под 200 кило, его коричневые волосы были постоянно сальными, и никакое мытьё головы не могло спасти их, однако всегда были до истерики и желания хорошенько вмазать идеально уложенными. Кожа отличалась отсутствием любых прыщей, угрей, но всегда жирно блестела, хотя иногда её чуть припудривали. Крохотные глазёнки отличались непомерно маленькими зрачками и тёмной, почти чёрной радужкой. А его сладкая улыбочка? Впрочем, многим шишкам власти он нравился: нередко они резко отвечали на жалобы России на Антона: «Хоть он не худенький, каких ты, Россия, любишь, он очень добрый и придёт на помощь. Всегда придёт на помощь.» Тогда Рос злился и уходил — половина была неправда: он любил не за фигуру, а за душу, а ЕР никогда бы не помог. Однако стране мало кто верил, только отец, братья, сестры да ещё несколько стран. — Ты же ничего не сделаешь. Скажи сразу, харе врать! — стукнул фигурист по столу. — Росси, успокойся, я не вру. Скажи, кому из нас поверят, мне или тебе? — Пошёл нахер! И юноша, не выдержа таких выпадов и нападков, ушел.

* * * — Да, он так и сказал, — на кухне, за столом, сидели Совет, Россия, Беларусь, Казахстан и Украина. — Расстрелять бы его как предателя! — воскликнул отец семейства, а украинка обняла брата. — Мы что-нибудь придумаем, обещаю, Иванушка, — прошептала Укра. — Я из него сделаю пирожки с бульбой и мясом! Или пельмени! — разгорячилась Беларусь. — Значит, будешь действовать сам! — строго сказал отец семейства, поглаживая Казахстана по голове. — Ты мой сын или как?! — Не знаю… я один… и против всех, — Ваня отпил чая. — Мы с тобой. Мы, — хором сказали девочки. — В одно слово, Верка! — хихикнула Инка. — Извиняюсь, — Кази ответил на дребезжание своего телефона. — Да? А! Здравствуйте, Касым-Жомарт Кемелевич! М? — на линии Токаев рассказывал ситуацию. Он знал, что Анвар, а именно так звали златокрылого, поехал навестить отца и нисколько не возражал, в отличие от Зеленского. Бедной Украине пришлось соврать, что она едет на шоппинг, потому что это отвадит любого мужчину. — Всмысле? Как?! Прямо совсем забрали?! Что-нибудь придумаем… До-до встречи! Передам! — Арик сбросил вызов, почесал нос и посмотрел на Алексея. — Тебе привет от моего президента, — Лёша кивнул, переключившись на поглаживание по голове Укры. — Кстати, президента Америки пришельцы забрали. — Чё?! — Ваня подавился печенькой и зашёлся в приступе кашля.