Без сил

       Сложно было сказать, чем раньше меня так привлекали игры, в которых были стелс-режимы или которые полностью посвящались этому жанру. Наверное, в "призрачном" главном герое, свободно проникающем на закрытую территорию и также свободно её покидающем, не замечаемом людьми и делающем свое дело молча, без поднятия шума, видела себя. Ту себя, какой хотела бы быть. Ту себя, какой сейчас обязана быть, чтобы выжить. Прижимаясь к стене водного канала, ощущая кожей прохладный, поросший мхом камень, я старалась затаить дыхание. Конечно, слух у тварей был ни к черту, но много ли шума надо в мертвой тишине города некоторым особям из этой породы?        Девиантов, обладавших острым слухом или зрением, слава богам, я встречала всего трижды и каждый раз - на приличном расстоянии, наблюдая из укрытия. Но кто знает, может, прошествовавшая мимо шустрая мелкая тварь - именно такая?        Гулкие громкие шаги стали тише, стремительно отдаляясь, и я выдохнула, поняв, что почти не дышала с минуту. Водная гладь поблескивала в солнечных лучах, пока края искусственной реки цвели зеленым от размножившихся кувшинок. Взгляд скользнул левее: огромная стена, выше большинства многоэтажек родного города, скрывала от меня маленький человеческий мир, в котором не так уж и безопасно, но куда уютнее и комфортнее, чем может быть в этом ежедневном аду. От людей меня отделяли огромные решетки на водном канале, через которые и ребенок-то не мог протиснуться, чего уж говорить о местных людоедах по эту сторону стены?        Огромные карие глаза наблюдали за мной то ли с интересом, то ли с плотоядным желанием. Маленькие ручки, непропорциональные остальному огромному телу и особенно раздутой лысой голове, обнимали и притягивали острые коленки к груди. Юное лицо без морщинок намекало на возраст твари, и я бы назвала это детенышем, однако рост существа заставлял язык присохнуть к небу от одной мысли о том, чтобы счесть это - ребенком. Какой ребенок может быть ростом с советскую пятиэтажку? Да и половым путем титаны не размножались, слава богам.        Отсалютовала титану, сидевшему на другом берегу и практически каждый день наблюдавшему за мной, и осторожно двинулась к лестнице, осматриваясь и прислушиваясь. Почти у самой стены мелькнула голая спина женской особи (она отличалась от остальных тонкостью тела и длинными волосами), тут же скрывшаяся за высоким зданием с колоколом - пожарной частью. Выдохнув, стремительным рывком преодолела дорогу, скрываясь в чернеющем провале здания, и, не мешкая, рискуя засветиться в окне, нырнула в подвал.        Уже привычная сырость и крысы. Вытащила из рюкзака фонарь, освещая себе путь. Прелесть этого дома была в соединении подвала с канализацией. Вода в ней, конечно, к питью была уже непригодна - застоялась и протухла из-за заваленного выхода к основной реке... Однако другие пути в канализации были почти свободны, если игнорировать вонь и крыс. Это облегчало передвижение по городу в поисках еды и оставляло шансы на побег, если вдруг какой девиант полезет за мной. Такое уже пару раз случалось, и я совсем не жалела разрушенных тварью домов: моя жизнь казалась как-то ценнее зданий, которые и так обветшают и разрушатся со временем, да и не нужны ни сейчас, ни в ближайшие годы никому.        Масляная лампа зажглась не с первого раза, но всё-таки слабый огонек в стеклянных стенках разгорелся и осветил теплым светом подвальное помещение. Здесь было чуть суше, чем в других подвалах, наверное, из-за хорошей вентиляции. Горка матрасов, заменявших нормальную кровать, высилась в углу, укрытая множеством мягких пледов и подушками. Бросив в другом, где тумбы и столы создавали своеобразный кухонный уголок, рюкзак с бутылками, наполненными водой, упала в кресло у ещё одного стола, на котором высились стопками книги, тетради и журналы.        Местный язык... был той еще тарабарщиной! Я ни слова не могла прочитать из газет или книг. Поиск школы и вылазка в неё заняли не меньше месяца: постоянно приходилось прятаться от бродящих по городу, как хозяева, титанов! - но это оказалось бесполезно, ведь обыкновенный детский букварь показал мне неприличный жест. Расшифровать язык жителей стен самостоятельно я не могла, не такой уж гениальный у меня умишко, а носителей языка в прямом доступе не было. Титаны же тут явно не помощники, они и сами слегка не местные. - Я уже даже не молю о возвращении домой. Я просто хочу, чтобы наконец кто-нибудь из развед-корпуса меня нашел...        Как уже можно было понять по моему сокрушительному поражению от букваря, я не то что родом не отсюда, а даже не принадлежала этому миру. Сходя в одиночестве с ума, я напоминала себе: в моем мире титанов не было нигде, кроме... страниц манги.        Попаданчество как оно есть.        Пробуждение принесло головную боль и тошноту. Притащенные с ближайшего склада галеты плохо усвоились или выпитое перед сном вино оказалось лишним, но общение с умывальником на первом этаже дома, который я обживала, затянулось. Радостно на душе было лишь от того, что никакой огромный глаз в окне не смущал меня. Какой извращенец вообще ставит такие огромные окна в туалете? Утерев воду с лица, криво улыбнулась отражению в грязном зеркале. Тени скрадывали морщинки, масляная лампа не очень хорошо освещала ванную, однако рассмотреть кое-что было возможно.        Косой широкий шрам на лбу, увы, не похожий на таковой у Гарри Поттера - каменный осколок, рассекший кожу на лбу и бровь, отлетевший от стены, снесенной шестиметровым гигантом, желавшим полакомиться моей костлявой тушей; понимаю, что он на самом деле когда-то был простым человеком и у него всего лишь работают инстинкты, но менее искренним мое пожелание ему сдохнуть поскорее не становилось. Огромное желтеющее пятно от шеи до плеча, к которому с трудом вернулась чувствительность, - кусок штукатурки, отвалившийся от прошедшего мимо дома титана, вымахавшего выше пожарной части с колокольней. Хорошо, что упал не на голову, хотя в момент получения этого синяка я думала лишь о том, как не закричать. И уж поверьте, нежные чувства титанов, которые могли услышать нецензурную брань из моих уст, волновали в последнюю очередь. Больше волновало, что, как истинные моралисты, они поспешат объяснить юной леди в моем лице, как плохо материться. Ха, титаны-моралфаги! Запишу эту шутку для своего следующего стэндапа наедине с бутылкой вина.        Волосы отросли. Скривилась, смотря на рыжие корни. Видок тот еще, конечно. Розовая краска так и не смылась. Что же, если когда-нибудь вернусь домой, пойду в тот же салон и скажу, какая замечательная стойкая краска у них! Истеричный смешок разрушил тишину. Каждое мое пробуждение теперь - игра в русскую рулетку. Выживу ли я сегодня в резко разонравившемся стелсе или стану пищей для титанов? Найди я ружье, давно застрелилась бы. Хотя и так уж дошла до того, что выбираюсь куда-либо днем, хотя в первый месяц четко следила за тем, чтобы передвигаться исключительно ночью. Как будто сама напрашиваюсь на гигантский зуб.        Взглянула в окно, отметив, что солнце еще не скоро осветит этот прекрасный (нет) мир. Час или два, судя по светлеющему небу, в запасе имелись, а раз так - можно продолжить предаваться бесцельным мечтам и надеждам.        На крыше было неуютно. Выработалась фобия открытых пространств из-за тварей, шаставших то там, то сям и готовых схарчить за милую душу. Ночью они не шевелились, однако я знала, что могли. От этого становилось неуютно, но, вроде, девиантов, передвигавшихся без солнечного света, я ни разу еще не видела.        Тихо шелестела на слабом ветру простынь, привязанная к длинному шесту. Алая, как кровь, шелковая и легкая; её шум успокаивал. Это - флаг моей надежды. Сигнал человечеству, сообщение людям за стенами "Я здесь! Я живая!". Мольба о спасении... шмыгнула носом, но не от слёз, я не настолько плакса! Трудно быть плаксой, когда выплакала всё еще в первую неделю, не в силах даже смотреть на трупы людей, особенно детей. Сейчас-то ничего, спокойно переступаю через разлагающиеся останки и даже не стремлюсь похоронить каждое тело. Не до того. Шмыгала я от утреннего холода, пробирающегося под одежду, найденную в каком-то из домов, который я уже не упомню, наверное. Моя собственная, джинсы и футболка, местами порванные, бережно лежали в подвале, завернутые в бумагу. - Говорить самой с собой - не сумасшествие. Это практика, чтобы не забыть, как вообще разговаривать, - отсалютовала огромным стенам бутылкой с крепким то ли ромом, то ли виски. Надо же продезинфицировать желудок после отравления!        Ответом был лишь шорох ткани. Фыркнула, утирая рот тыльной стороной ладони, и достала из поясной сумки сигнальный пистолет. Таким не застрелишься, зато пустишь красивый снаряд, оставляющий за собой в воздухе цветной след из дыма. Я пускала его каждую гребаную ночь за некоторыми исключениями, гадая: видит ли кто-то? Не зная местного наречия, я так же не могла выяснить своего конкретного местоположения и времени попадания.        С одинаковым успехом я могла быть как в Тросте, так и в Шиганшине... географию и названия из "Атаки Титанов" помнила из рук вон плохо. Кто этому вообще уделяет особое внимание, когда просто наслаждается интересной историей?!.. Однако понимала, что второе намного дальше от человеческих поселений... что значило бесполезность моего маленького ритуала. На самом деле, я подозревала, что в Шиганшине... в самом начале истории, показанной в оригинале, потому как трупы разложение тронуло не так чтобы сильно. Почему? Хотя бы потому, что в Тросте было слишком весело и оживленно, он не успел превратиться в город титанов благодаря Эрену, вовремя открывшему в себе способность оборачиваться. - М-м, только не все сразу бросайтесь меня спасать! УБЛЮДКИ! - прокричала в светлеющее небо и приложилась к бутылке, унимая ярость и страх.        Человек ко всему привыкает, но мне требовалось либо больше времени, либо больше алкоголя. Сопьюсь в подвале со своими обожаемыми крысами... которыми, кстати, в отличие от галет из пожарной части я еще ни разу не отравилась. Какая же прекрасная экология в городе, где нет людей, а только титаны!        Маленькая девочка Саша на крыше сидела. Была б она бабочкой, то полетела...        Но пока у девочки Саши летела только крыша, а маленькой меня назвать язык не поворачивался. Хотя по сравнению с титанами, конечно, я та еще лилипутка. Никогда бы не подумала, что в свои двадцать пять окажусь в таком положении.        Мой режим переходил дорогу... и его сбили. Меня, наверное, вместе с ним приложил Грузовик-сан, иначе своё феерическое попадание я объяснить не могла. Однако, говоря о режиме, я просто не могла толком составить распорядок дня. Железное чудовище, зовущееся будильником, редко использовалось по назначению. В последнее время особенно: стало плевать, в какое время суток выходить на улицу. Адреналин от прогулок днем демонстрировал либо ту степень отчаяния, в которой опасность развлечений не имела значения, либо прорезавшиеся на почве одиночества суицидальные наклонности. Ставила на третий вариант - смешение первых двух. Именно из-за скачущего распорядка дня и сна когда попало, я больше не пускала сигнальные ракеты с крыши по расписанию.        Ровно в полночь дымный след расчерчивал небо... Теперь же - когда того захочет моя душа или как повезет найти снаряды для ракетницы. Сегодня как раз был такой день; даже увековечила в своем дневнике: я нашла маленькую кондитерскую с вполне съедобными карамельками! И пакетик прихватила сейчас на крышу, собираясь просто попялиться на ночное небо и пустить пару снарядов из ракетницы в честь личного праздника. Могу себе позволить! Ведь, - здесь можно слышать мой истерический смех, хотя насладиться им могли лишь спящие ночью (в отличие от меня) титаны, - скорее всего мне тут куковать еще много лет! Сколько там Эрен учился до того, как обернулся титаном в Тросте? Пять лет? А сколько еще понадобится, чтобы отбить Шиганшину? Уныние - смертный грех, потому я не унывала! А просто пьянствовала.        Кто-нибудь спросит, почему я не отыскала устройство пространственного маневрирования и не забралась на стену, по которой можно было бы легко добраться до людей, стоит только запас еды в дорогу взять. Ладно, никто не спросит, я тут одна. - Ну вот как будто я не искала, - фыркнула, языком передвинув круглую плоскую карамельку от одной щеки к другой, наслаждаясь сладостью. - Единственное здание полиции, близкое ко мне, просто в щепки разнесено. Трупы с этими бандурами на ногах знатно пережеваны. Единственное найденное мной целое устройство разговаривало на языке высшего математического анализа, прежде чем впечатало меня в стену. Тут нужно учиться им управляться, - вздохнула, отвечая несуществующему собеседнику так эмоционально, будто бы была здесь не одна.        Ну-ну, схожу с ума с чувством, толком и расстановкой. Учиться - дело благое, но не с ограниченным запасом газа. Искать же целые и нерастраченные баллоны сложно. У меня не было карты города, я не знала, где находятся здания полиции, кроме того разрушенного, да и все равно лишь примерно представляла, как пользоваться УПМ. Быть вторым Леви, точнее, второй Микасой, не светило совершенно. Да и не грело, если честно. Я вообще пацифистка, да.        Других способов залезть на стену в наличии не имелось, а подходить к запертым воротам... я не настолько хочу умереть в пасти титана. А именно титанов было как грязи у ворот, в которые я мечтала постучаться, как вежливая воспитанная девочка, после чего такой милой мне всенепременно открыли бы. Да, единственное, что оставалось, это мечтать. Ну, и пускать ракеты с крыши, на которой развевался флаг моей личной страны Невезения!        Звук скручивающихся металлических тросов резанул уши почище куска штукатурки, упавшего неделю назад на мое плечо. В ночной тишине этот звук был для меня столь отчетливым, что я подумала о начале слуховых галлюцинаций. Вскочив на ноги, чуть не рухнула обратно на задницу, когда передо мной приземлился человек в зеленом укороченном плаще... с бандурами УПМ на ногах.        Я потерла глаза пальцами, боясь, что это лишь галлюцинация. Или вообще сон! Могу же я видеть сны наяву, если протекаю крышей, да? Но настороженный и чуть презрительный взгляд серо-стальных глаз никуда не делся, как и его обладатель. Ниже меня на голову, но сейчас я видела его самым могучим и прекрасным героем. Леви, мать его, Аккерман!        Моя радость не закончилась, но заметно поубавилась на моменте, когда он открыл рот и сказал ту самую тарабарщину, которую я не смогла расшифровать в книгах. Точно, проблемы коммуникации... Почему, когда других попаданцев закидывает в любимые фэндомы, они обладают пониманием языка? Или хотя бы способны с легкостью его усвоить? Чем я хуже?! - Черт... - накрыла лоб ладонью, откидывая волосы назад. Мой спаситель нахмурился, явно меня не поняв, и я неловко улыбнулась ему. Говорят, люди друг друга могут понять интуитивно и с помощью жестов, но сомневаюсь, что Леви - настолько коммуникабельный тип. Если мои смутные знания аниме и манги здесь вообще работают... Титаны как-то не сообщали, канон тут или не канон. - Дорогуша, мне нужно забрать вещи из подвала...        На самом деле плевать на них! Просто пофиг! Джинсы и футболка не настолько мне дороги, чтобы я упускала единственный шанс выбраться отсюда! Однако оставлять свой дневник не хотелось. Вдруг в будущем понадобится вспомнить важную деталь сюжета? Я как могла изложила известное мне будущее этого мира на страницах пустого ежедневника, найденного в школе, и оставлять его здесь грустно. Да и опасно. Сомнительно, конечно, что отыщется титан-лингвист, который расшифрует русский язык, но всё-таки...        Капрал что-то сказал. Или он еще не в этом звании? Во временных рамках я не ориентировалась совершенно. Да откуда мне было знать, что просмотренное ради развлечения аниме и пролистанная в далеком прошлом манга сейчас могли бы значительно облегчить мне жизнь?! В любом случае, слушая низкий бархатистый голос Леви Аккермана я была готова плакать горькими слезами от разочарования: его слова не напоминали даже японский, пару слов на котором я худо-бедно еще могла бы понять. Всё-таки многолетний опыт просмотра аниме с субтитрами за плечами! - Да не понимаю я тебя! У вас все на общем языке, что ли, разговаривают, так странно встретить человека с другим наречием?! - возмутилась я, потерев простреленный болью висок. Не могу вспомнить, говорили ли на другом континенте на том же языке, что жители стен, но какая разница? Облегчить понимание слов Леви мне это знание не сможет.        Под холодным взглядом серых глаз было очень неуютно, особенно когда Леви сжимал в руках рукояти клинков... Даже не хочу думать, как легко ими разрубить обычного человека. Молодой мужчина не выглядел чрезмерно сильным, его одежда, вероятно, очень хорошо скрывала литые мышцы, а рост меньше моего заставлял обманываться в уровне опасности человека... Но я-то смотрела аниме! И знаю, как опасен любой из Аккерманов, будь он такого невысокого роста или женщиной...        Леви снова открыл рот. На этот раз слова были отрывистыми, но произнесены медленнее. Он как будто разжевывал их для меня, думая, что так их смысл точно до меня дойдет. Я печально вздохнула, понимая, что даже так не имела представления, о чем речь. Могла в общих чертах догадываться, по вопросительной интонации, что Леви говорит нечто в духе: "Кто ты такая вообще, черт возьми?". Думаю, без ругательства, хотя не уверена. Но ответить на его языке не могла даже простейшими "да", "нет", "не знаю".        Когда Аккерман шагнул ко мне, я как-то инстинктивно отступила назад и вскинула руки в защитном жесте. Я выше его на голову, но прекрасно понимаю, что ему не противник, даже если смогу воспользоваться элементом неожиданности. При мне и оружия-то не было. - Прежде чем ты закинул меня себе на плечо и унес на растерзание Ханджи, позволь забрать кое-что! - воскликнула я, указывая рукой на дыру в крыше, через которую пробиралась к своему флагу каждую ночь.        Леви замер, лишь сузил свои серые глаза. Его взгляд острым лезвием, как те, что он держал в руках, прошелся по мне. В потоке очередной тарабарщины, вылившейся из его почти не размыкающихся губ, я уловила лишь одно знакомое слово. "Ханджи". О, так имена в наших языках всё-таки совпадают? Произношение немного разное, но поразительно похожее!        Я не думала, как буду объяснять, откуда знаю Ханджи. Хотя бы потому, что мы говорим на разных, черт возьми, языках! Но дружелюбно улыбнувшись, кивнула. - Ханджи Зое, - повторила, чтобы он точно не счел имя своего товарища за какое-то слово из моего языка.        Он умный малый (да простят меня все страдающие от шуток из-за низкого роста!), должен смекнуть, что это не обычное совпадение. Прежде чем Аккерман всё-таки закинет меня на плечо и унесет, повторила попытку жестами объяснить то, чего хочу. Указав на дыру в крыше, перевела палец вниз, пытаясь передать, что нам нужно спуститься. Леви нахмурился. Мимолетно обернулся на стену... и я смогла заметить несколько маленьких темных фигурок на ней, почти сливавшихся с темно-синим небом. Не особо колеблясь, Леви указал лезвием на дыру в крыше, прежде чем загнать одно из лезвий в бандуру на ноге. Понятия не имела, как правильно называть составные части УПМ.        Дважды приказывать не пришлось, я тут же поспешила к дыре, чуть не поскальзываясь от радости и волнения на черепице крыши. Я наконец покину это недружелюбное место! Да, с людьми может быть даже опаснее, чем с титанами, но люди попытаются сожрать метафорически, а не буквально! И для моих расшатавшихся нервов этого было более чем достаточно.        Личной тенью Аккерман скользил за мной. Его шаги почти не были слышны, из-за чего я периодически оборачивалась, чтобы увидеть его. Каждый раз поспешно отворачивалась, когда ловила на себе холодный препарирующий взгляд. Увы, моя интуиция была развита недостаточно, чтобы я ощущала этот тяжелый взгляд затылком. Наверное, путешествие в подвал, пропитавшийся не самыми ароматными запахами, не выбило мне очков дружбы с Леви, но волновало это мало. Я быстро юркнула в своё убежище. На столе, где одиноко стояла неработающая лампа, царил форменный беспорядок, а на большой деревянной доске, прислоненной к стене, висели наброски карты города, которую составляла от нечего делать после вылазок...        Схватив холщовую сумку, лежащую на стуле, закинула в неё дневник и альбом, несколько карандашей, после чего, подумав немного, взяла и свою старую одежду. Из ностальгии и глупой привязанности к тому, что, как и я, не принадлежало этому пугающему миру. Леви внимательно следил за моими метаниями, но больше рассматривал комнату, по которой плясал луч света из масляного фонаря - с ним я и прыгала по убежищу, собираясь. Надо было на случай такой встречи как-то подготовить сумку, чтобы не тратить время на сборы, но, буду честна, я уже сильно сомневалась, что за мной кто-то придет!        Встав перед Леви, смотря на него сверху вниз, неловко улыбнулась и отдала честь. Запоздало подумав, что у этих жителей стен воинское почтение отдается иначе. И что честь не отдают с непокрытой головой, так у меня еще и крыша поехала куда-то... Кашлянув под строгим невыразительным взглядом, послушно вышла в коридор, куда выпустил меня отошедший в сторону Леви. Он откровенно не доверял мне и не собирался подставлять свою спину. Разумно, в общем-то. Я, закинув рюкзак за плечи, совершенно не переживала о собственной безопасности. Даже если Аккерман захочет меня убить, противопоставить ему мне нечего.        Еще одной причиной, по которой я любила стелс-игры, была возможность избежать открытое столкновение и либо пройти миссию полностью, не вступая ни в какие контакты с нпс, либо обойтись сонными дротиками и отвлечением внимания путем бросанием предметов в сторону. Почему же я так любила избегать контактов? Потому что совершенно не способна участвовать в конфликтах, когда те перетекают в плоскость применения физической силы. Не то чтобы я - какой-то хиляк, который упадет после первого же удара или толчка, но... скорее убегу, чем ударю в ответ. Говорила же, пацифистка во мне жива! Это касалось даже компьютерных игр! Как с такими установками вообще пытаться сбежать от Аккермана или как-то его спровоцировать? Никак. Я же не такой уж и враг себе, чтобы загонять в ситуацию, из которой не будет выхода.        Когда мы снова оказались на крыше, Леви быстро вытащил из поясной сумки знакомый мне сигнальный пистолет и выпустил заряд в воздух. Алый дымный след расчертил небо над нами, описав красивую дугу... Не успел дым хоть сколько-то истаять, как снова раздалось металлическое шипение УПМ. Теперь уже с двух сторон. Незнакомые мне люди в форме развед-корпуса приземлились на крышу перед Леви, но, в отличие от него, смотрели просто с оттенком любопытства и удивления, без выражения лица "дернешься - убью".        Леви что-то сказал им, и один из юношей, смуглый и более широкий в плечах, подошел ко мне. Застыл, неловко разглядывая. Как-то сразу пришло понимание, что он не знает, как бы за меня взяться. Разумеется, Леви не собирался тащить на себе какого-то грязного незнакомого человека, вроде меня. Обиды не было: я ведь имела представление, какой конкретно этот Аккерман чистоплюй. Осуждения по отношению к нему, кстати, тоже не имелось. У каждого свои тараканы, и я, пожалуй, умолчу о своих.        Леви что-то сказал. Громко. Хлестко. Стало предельно очевидно, что он отдал очередной приказ, хотя бы если не по тону, то по реакции парня передо мной. Он вздрогнул, вытянувшись в струнку и неловко взглянул на меня. Я ободряюще улыбнулась ему, подмигнув. Говорить ничего не стала: всё равно не поймет, еще и застынет в замешательстве от того, что мы не способны вести диалог на одном наречии.        Парень что-то пробормотал невнятно, возможно, извинения или еще что, а после скрыл от меня свои пунцовые щеки... легко и незатейливо отвернувшись и опустившись на колено, подставляя мне спину. Я аккуратно взобралась на свое транспортное средство, до конца не веря, что этот титанов город останется в прошлом. Не вернусь в него ни за какие коврижки! Считайте меня идиоткой, но лучше помру от рук людей, чем в пасти титана!