Je mourrai sans ton amour

      После первых оздоровительных процедур Гарри впервые за столько лет стал просыпаться не разбитым и уставшим, а вполне себе отдохнувшим. Он точно не знал, какие препараты ему прописали, но, если они позволяли проспать всю ночь без кошмаров, парень точно готов был лечиться ими. Всё-таки, несмотря на хорошие ночи, привычная моральная усталость осталась нетронутой, поэтому перед подъёмом он валялся на кровати не менее часа, собираясь с силами. Через две недели вернутся студенты, поэтому Поттер поставил себе цель на это время — учиться держать лицо на людях и хотя бы здороваться. Он не был уверен, что будет готов преподавать, но посещать одну-две лекции в день у других профессоров было бы хорошей подготовкой. Жить с целью почему-то особенно приятно, особенно когда она общая. Встав с кровати, он поплёлся в ванную, но уже не умывать опухшее от слёз лицо, а приводить себя в порядок. Отражение в зеркале всё ещё оставляло желать лучшего, но внешняя оболочка — последнее, о чём стоило думать. «Отсутствие результата — тоже результат», — успокоил себя Гарри, плеснув в лицо холодную воду, которая отрезвила его.       Утро в Хогвартсе кардинально отличалось от Лондонского: комната казалась светлее, воздух чище и свежее, и все вещи будто подсвечивались под мягкими лучами солнца. То ли процедуры давали такой «фальшивый» волшебный результат, то ли привычная апатия действительно тронулась с мёртвой точки и позволила Поттеру осмотреть мир без мерзкой занавесы отчаяния.       Через какое-то время парень был готов идти в Большой Зал, на мгновение даже показалось, что он почувствовал голод. В коридоре взгляд упал на соседнюю дверь, за которой не было слышно никаких звуков. Усмехнувшись, Поттер юркнул сначала в кабинет, но никого не обнаружил, поэтому последовал к личной комнате, аккуратно постучал, и, не дождавшись ответа, вошёл. Тактичности ему не занимать. Перед глазами возник образ сонного Драко, едва ли разлепившего глаза. Он недовольно сморщился, когда в комнату, утонувшую во тьме, проник ослепляющий свет. Последние три дня они не просто «изредка общались», а полноценно обсуждали насущные дела.       — Утро доброе, — выпалил Гарри, получая в ответ недовольное шипение. — Ты проспал завтрак.       — Свали в туман, Поттер, я вижу время, — зарычал Малфой, пряча лицо в ладонях, протирая глаза. У него никогда не получалось просыпаться в хорошем настроении, а к этому ещё добавился надоедливый сосед-будильник. Парень лёг обратно, не горя желанием светить оголённым торсом. — Уходи.       — Нет, — безэмоционально отмахнулся Гарри и бесшумно удалился в ванную. И когда столько сил прибавилось? Что же будет после курса процедур? Хогвартс снова придётся восстанавливать?       Драко совсем не по-малфоевски простонал от надоевшего Поттера. После вечера, когда он предложил свою незаурядную помощь и позволил себе вымолвить слова поддержки, Гарри стал вести себя более открыто — обращался с вопросами о преподавании, о планировке замка, о заклинаниях, которые он по неизвестным для Малфоя причинам не помнил. Изменившиеся между ними отношения пугали Драко, он прекрасно помнил, как семь-восемь лет назад они гнобили друг друга так, что мама не горюй. А теперь… Поттер почему-то завалился к нему в комнату утром, пока парень чуть ли не голышом нежился в кровати. «Стоп», — резко осёкся Малфой, открыв глаза. — «Чего он там притих?» Насторожившись, он вскочил с кровати, на ходу напялив первую попавшуюся кофту, и ворвался в ванную.       — Чем ты тут занят? — хриплым низким голосом спросил он, пытаясь разглядеть, что Поттер держал в руках. — Показывай.       — Я не думал, что ты пользуешься таким, — разочарованным тоном сказал Гарри, от которого по коже Драко пробежал табун мурашек.       — Что? — недовольно переспросил Малфой.       — Ты пользуешься уточкой? — улыбнувшись, спросил Поттер, вытягивая ярко-жёлтую ванную игрушку и вызывая тем самым шквал всех негативных эмоций Драко.       — Придурок, выметайся, — на выдохе тихо ответил Малфой. Из-за удушающей злобы он едва ли мог повысить голос. Он совершенно не привык к гостям, тем более к таким наглым. Неприятный осадок от вторжения в личное пространство остался, хоть парень и не хотел ругаться… то ли из-за сочувствия к ситуации Гарри, то ли из-за нежелания общаться по утрам. — Я хочу собраться в тишине. Без тебя и уток.       — Ты придешь в Большой зал? — с некой надеждой в голосе спросил Поттер, выводимый из комнаты под шкирку.       — Зачем? Вызову эльфов, они принесут мне всё в кабинет.       — Почему тогда вчера так не сделал?       — Макгонагалл попросила, — соврал Малфой. Конечно, Минерва оповестила всех о возвращении Национального Героя и тактично намекнула, что стоило бы уважить его присутствием, но Драко бы пошёл и без этого. Интересно было глянуть на человека, который пропал без вести на пять лет. — Просто выйди, Поттер.       — Только если пойдешь на завтрак со всеми. Знаешь, не только мне нужна социализация, — съязвил Гарри. Несмотря на плохое самочувствие, скорее, остаточной усталости в теле, которая отзывалась неприятной ноющей болью в животе, Поттер, неожиданно для него самого, хотел с кем-то поговорить, может даже посмеяться, поэтому для него было важно быть замеченным. А как быть замеченным Малфоем? Наговорить раздражающей ерунды прямо ему под руку.       — Чёрт, да понял я, — сгорал от недовольства Драко и, наконец, выставив соседа за дверь, облегчённо выдохнул. Чудесно, когда есть с кем поговорить вечерами, но утро нужно оставлять на себя любимого.       Поттер, удовлетворённый ответом, удалился в свой кабинет. Время в замке до новостей, связанных с ним, сливалось воедино, никакой день не отличался яркими событиями, недели сливались воедино, а года пролетали, как месяцы. Дружбы, полной взаимопонимания и шуток, Малфой от Гарри не ждал, натуры гриффиндорцев и слизеринцев кардинально отличаются, как ни посмотри, но было приятно видеть хоть кого-то своего возраста среди занудных стариков.       После Войны Драко пришлось несладко, он ощутил на себе все прелести одиночества и молчаливого предательства. Он потерял связь с Панси, Теодором, Блейзом и едва ли был осведомлён об их судьбах после победы над Лордом. Из «Пророка» он знал, что родителей Паркинсон приговорили к заключению в Азкабане и поцелую дементора, а куда пропала сама девочка — никто и близко не предполагал; Нотт бежал из страны, связавшись с Малфоем с помощью летучего пороха на пару минут, чтобы попрощаться, вероятно, навсегда. В сердце Драко, если быть откровенным, не было место печали. Он осознавал, что никогда не сможет построить новую жизнь, в которой не будет Меток и Пожирателей Смерти без потерь, такова цена искупления вины. Вскоре он сделал вывод, что не хотел бы поддерживать связь с властолюбивыми и стремящимися к тёмным силам людьми.       Вскоре Малфой собрался, вышел из кабинета и тут же наложил заклинание на дверь, чтобы входить можно было строго после десяти часов утра. Гарри на это ухмыльнулся кончиками губ, но говорить ничего не стал, всё-таки Драко никогда бы не стал терпеть такие хамские визиты. Профессора зашли в Большой Зал, привлекая внимание остальных преподавателей, которые уже сидели за столом и завтракали. Поттер удивлённо раскрыл глаза, когда узнал среди них Лавгуд.       — Полумна, какая неожиданность, — поприветствовал подругу Гарри, усаживаясь вместе с Драко за стол. — Неужели преподаёшь?       — Доброе утро, Гарри, Драко, — произнесла девушка свойственным ей загадочным протяжным тоном, который Малфой терпеть не мог. — Я ненадолго здесь, думаю, на один семестр. Работаю магозоологом, директор Макгонагалл попросила меня рассказать о профессии студентам.       — Только давай без изучения василисков на натуре, — отшутился Гарри, накладывая себе порцию омлета, хоть и меньше положенного.       — Я была удивлена новостям о твоём возвращении. Думаю, дети получат ценные советы. — Девушка улыбнулась и отпила из кружки в виде совы. — Вижу, Драко тоже в полном восторге. Нечасто его видят на совместном завтраке.       Малфой остановился жевать на мгновение, перевёл недоумевающий взгляд сначала на Лавгуд, потом на Поттера и изогнул бровь в непонимании. Чтобы он был в восторге от появления Гарри, да ещё ходил на завтраки из-за него? Да ни в жизнь. Профессора ЗоТИ это несколько раззадорило, он многозначительно посмотрел на коллегу и самодовольно усмехнулся, а-ля «Какой я молодец, что бы без меня он делал — гнил бы в темноте». Драко подавил сильное желание пнуть Поттера под столом.       — Мистер Поттер, профессор Малфой, зайдите ко мне в кабинет после завтрака, — попросила Макгонагалл, до этого не обращавшая внимания на беседу молодых.       Парни кивнули и вернулись к завтраку, слушая рассказы Лавгуд о её путешествиях с мужем и об интересных волшебных существах:       — Я прочла в книге Локонса несколько способов избавления от мурлокомля, так что он не такой бестолковый.       — Кто знает, может, он подслушал это где-то, — протянул Гарри. — Но тебе стоит рассказать об этом Хагриду.       Каким бы противным ни был Златопуст, его имя почему-то эхом раздалось в голове Поттера, возвращая к приятным школьным воспоминаниям, когда не было последствий войны, совершенно поспешной свадьбы Рона и Гермионы, отвратительного состояния Гарри… Глаза предательски защипало, когда Полумна продолжила говорить о людях из прошлого, но Поттер продолжал упиваться её словами, позволяя себе растворяться в боли от потерь. Малфой, напрягшийся от любви Лавгуд болтать без рамок, украдкой следил за мимикой своего соседа, чтобы он не согнулся пополам в истерике. Драко, как только понял, что девушка перегибает, аккуратно перевёл обсуждение в русло предстоящего семестра. Он не понял, зачем так поступил — из жалости или из сочувствия к Национальному Герою, а может он в принципе не хотел видеть того плачущим.              Через час преподаватели стояли у кабинета Макгонагалл и мялись. Создавалось ощущение, будто они снова маленькие и теперь виновато ждут наказания за проказы.              — Как думаешь, что она хочет? — прервал тишину Поттер шёпотом. Его руки незаметно подрагивали, наверное, по привычке. Пропадёт ли это когда-то?       — Зачем гадать? Иди и узнай. И не трясись, как лист, она тебя не съест, — на выдохе холодно ответил Драко, подойдя к гаргулье. Она вновь потребовала пароль. — Виноградный щербет.       Фигура отъехала в сторону, оголяя тёмные коридоры и позволяя парням зайти. Звонкий звук цоканья каблуков на туфлях Малфоя ещё больше нагонял страха. В кабинете Минерва сидела за своим столом и, хмурившись, перебирала груду бумаг, но, увидев вошедших, смягчилась:       — Спасибо, что пришли. Присаживайтесь. Хотела бы начать с хорошей новости, профессор Малфой, — преподавателей стало достаточно. Теперь не будет необходимости в заменах.       — Это действительно хорошо, — сдержанно ответил Драко. Как же сильно он менялся в присутствии других людей. Почему-то с Поттером он так обходительно не общался!       — Соглашусь. Но, как я заметила, на выходных детям нечем заниматься, у нас нет внеурочной деятельности в школе. Должно быть, вы помните Дуэльный клуб? — поинтересовалась Макгонагалл. Парни молча кивнули. — Я бы хотела возродить такие мероприятия. А вы, мистер Малфой, можете продолжить дело Слизнорта с «Клубом Слизней». Рекомендации я смогу направлять в Министерство, где ребята смогут трудоустроиться. Думаю, остальные преподаватели также поддержат идею.       — Интересно, — воодушевился Гарри. — Я возьмусь за Дуэльный клуб, а то прошлый… Ну, сами понимаете.       — Профессор Малфой может помочь вам в создании клуба, подсказать в заполнении бумаг, — украдкой предложила директор, мягко улыбнувшись. Драко же, оскорблённый предложением, — «Я? Быть его помощником?» — обречённо вздохнул.       — Тогда это всё, что я хотела сказать, — протянула директор, будто пытаясь о чём-то вспомнить. — Ах, да, я хотела поговорить с профессором Малфоем наедине, не возражаете?       — Да, до свидания, директор, — оживлённо сказал Гарри, удаляясь.       — Что ж, я бы хотела попросить… — начала женщина, когда дверь захлопнулась, — присмотреть за Гарри. Я понимаю вашу многолетнюю вражду, но думаю, после стольких лет детские обиды уже покинули ваши сердца.       — Я… уже догадался, — отмахнулся Драко, но эта просьба отозвалась в нём. По глазам Минервы можно было увидеть беспокойство и закрадывающийся страх, она боялась за Поттера, как за родного сына. — Где он был пять лет?       — Не думаю, что я должна рассказывать, но скажу вам так: Хогвартс — действительно последняя надежда для него. — Тишина повисла в комнате после её слов. Каждый задумался о чём-то своём, но Малфой понял, что спрашивать её о делах Поттера бессмысленно.       Вскоре Драко присоединился к Гарри, который всё это время беседовал с гаргульей. Глянув на Малфоя, Поттер почему-то озадачился. Лицо аристократа не выражало никаких эмоций, но взгляд был затуманен, будто он крепко задумался о чём-то. Даже не прочитать, что за разговор был между ним и Минервой…       — Что думаешь о клубах? — разбавляя гнетущую тишину спросил Гарри, заламывая пальцы.       — Хорошая идея, но помогать с Дуэльным клубом я не собираюсь, — молниеносно ответил он.       — Почему это? Макгонагалл попросила…       — Да мало ли что она просила, — перебил его Драко, устало потерев переносицу. — Сам посмотри: бывший Пожиратель Смерти и Национальный Герой восстановили Дуэльный клуб. Это похоже на план убить тебя.       — Мне кажется, ты забываешь важную вещь, — тихо ответил Поттер, подняв полный уверенности взгляд на Малфоя. — Ты — бывший Пожиратель, отрёкшийся от Лорда во время войны. К тому же ты примкнул по принуждению.       — Не говори о том, о чём понятия не имеешь, — зашипел Драко, остановившись на лестнице. Безусловно, большое влияние на него оказала семья, но он не хотел, чтобы его считали бесправной марионеткой. — Тогда я был горд принять Метку.       В одно мгновение парень почувствовал лёгкое, почти невесомое прикосновение к его сознанию, будто кто-то ключиком открыл его мысли и проскользил по ним, цепляясь за болезненные воспоминания прошлого. Не сразу среагировав, Малфой растерялся, но в ту же минуту выгнал любопытного гостя из головы, побагровев от ярости. Отвесив тучный подзатыльник Поттеру, он тихо, но грозно зашипел:       — Как ты смеешь?       — Мне было интересно, правда это или ты нагло врёшь о таком перед борцом с подобными людьми, — скучающе ответил Поттер, наблюдая, как краснеют уши Драко от злости.       — Думаешь, тебе такое просто сойдёт с рук? Ты не настолько важный, чтобы хозяйничать в моей голове, как у себя дома, — рявкнул парень и, громко топая по коридору, вошёл в свой кабинет, громко хлопнув дверью, но не закрыл её. Что за принцесса?       Гарри хмыкнул перед закрытой дверью и без раздумий зашёл за ним. Он увидел, какой ужас испытал семнадцатилетний Драко во время встречи с Тёмным Лордом, как лились слёзы из его глаз, когда он смотрел на чёрную Метку… и совершенно не винил его. В свои двадцать два Поттер вообще мало судил других людей, понимая, что на любой поступок нужна причина, а у каждого она своя.       — Извини, перегнул, — сказал Гарри, встречаясь с Малфоем, которая сидел на диване, сложив руки на груди. Картина настоящей обиды! — Пошли к Хагриду?       — Поттер, ты охренел? — прорычал Драко, поворачиваясь на парня. Как только выдалась свободная минутка, так сразу у Поттера начинается генерация новых, глупых идей. И Малфой совершенно точно не хочет идти к вонючему леснику, который взаимно ему не нравится.       — Решено, — легко отмахнулся Гарри, пропуская слова Малфоя мимо ушей, на что тот измученно простонал, но, вспомнив просьбу Минервы, послушно поднялся, накладывая на себя согревающие чары. — А мне?       — Обойдёшься.       Холодный резкий ветер обдал лицо, изредка летящие снежинки царапали щёки, отрезвляя. После стольких часов в замке контраст ощущался как глоток свежего воздуха. Поттер, перед этим сходивший на процедуру, чувствовал небольшую сонливость, поэтому шёл в тишине медленным шагом, пока мороз румянил его щёки. Драко смутился долгим рассматриванием соседа, поэтому быстро отвёл взгляд, так и не начав разговор.       Сад, запорошённые снегом деревья в нём, замёрзшее озеро, безоблачное небо создавали неописуемый пейзаж. Звуки тонули в начавшемся снегопаде, поэтому кругом стало ещё тише. Идти стало зябко, Поттер съёживался и тёр без того красный нос, поэтому Малфой прошептал согревающие чары и для него. Из-за затуманенного сознания после процедуры парень даже не заметил, но точно почувствовал себя лучше. «Не хватало ещё за больным ухаживать. Решаю проблемы перед их началом», — оправдался Драко.       — Как ты жил в магловском мире, если даже от таких температур трясёшься? — невзначай спросил Малфой, скорее, чтобы подшутить.       — Я не выходил на улицу пять лет, — безэмоционально ответил Поттер. Его пустой взгляд был устремлён вдаль, так что было непонятно, что именно он испытывает. Такие побочные эффекты наблюдались после каждого раза, примерно на полчаса Гарри становился похож на куклу без души.       Малфой вздрогнул от прямолинейности соседа. Он не мог собрать целостную картину произошедшего с Поттером, но постепенно стал понимать: затворничество, самоповреждения, мощные процедуры, которые ему проводили здесь… Всё это наводило на один грустный вывод, который Драко не спешил делать. «Захочет — расскажет, когда будет в трезвом состоянии», — подумал парень. Лезть в душу без спроса не хотелось, особенно когда она была оголена.       Вскоре эффект спал, Гарри оживился, забыв о сказанном, и расслабленно завёл тему о магических существах, которых он видел у лесника. На горизонте показался Рубеус, рассматривающий что-то в снегу.       — Хагрид! — изумлённо крикнул Гарри. Они не виделись пять лет, но это время длилось как вечность.       — Гарри, мой мальчик, — пробасил великан, утягивая парня в объятия. — Я так рад видеть тебя в Хогвартсе! Ох, — удивился лесник, отпуская Поттера и переводя взгляд на Драко, — приветствую профессора Малфоя. Очень странно видеть вас вдвоём, — растерялся он. — Ах, точнее, я имел в виду…       — Да, я понял, — перебил его Драко. С одной стороны, Хагрид раздражал его своим видом и неопрятностью, но, с другой, его доброта даже к бывшему Пожирателю смущала. Периодически парню становилось стыдно за слова в сторону лесника, которые он говорил в школе.       — Чем занят? — спросил его Гарри.       — Под снегом что-то шевелилось, поэтому я решил глянуть, а там, понимаешь ли, засел маленький лукотрус.       — Кто это? — поинтересовался Гарри, переводя на маленькое странное зелёное существо, которое копошилось в снегу.       — Ну-с… Это — лукотрусы, да. Очень милые создания, — с нежностью глядя на них, пояснил Хагрид, а затем взял одного из них в руки. У существа было три маленьких ноги и две руки с длинными тонкими отростками, на верхушке головы вились два листочка, а на лице маленькие, как бусинки, чёрные глаза с интересом рассматривали гостей.       — Они безобидны? — поинтересовался Драко, пытаясь разнообразить разговор, заодно и расширить кругозор.       — Лукотрусы безобидны сами по себе, но, если кто-то причиняет вред их дереву, они прыгают на обидчика и кусают его. Лучше запомните их, чтобы потом не попасть в какую-нибудь передрягу, — сказал Хагрид и спрятал существо себе в карман. — А вы просто так зашли или по делу? Пошлите что ли, чайку выпьем…       — О, я хотел передать тебе слова Полумны, она рассказала, как избавляться от мурлокомля… — рассказывал Гарри, на что Хагрид добродушно улыбнулся. Тогда у Малфоя возник вопрос: «А он знает, что было с Поттером пять лет? Кажется, они остались близки», но спрашивать было бы неуместно. Через пару минут они закончили. — Вроде всё сказал. Нам нужно ещё сходить в Хогсмид, поэтому… до встречи!       — О, конечно-конечно, — засуетился Хагрид. — Приходите ещё!       Гарри попрощался, улыбнувшись, и поволок возмущающегося Драко за собой прямиком в деревню. Приятный пряный аромат тут же ударил по носу, навевая идеи об отдыхе в уютных пабах. Повсюду гуляли расслабленные жители, любовавшиеся красотой зимы, и приглушённо смеялись. Малфой, благоговея, даже не стал ворчать, а-ля «А меня предупредить, что мы идём в Хогсмид?» Поттер снова бездумно болтал о всякой ерунде, на что профессор по зельям изредка отвечал и сдержанно кивал. В голове Поттера промелькнула мысль: «Что было бы, пожми я ему руку на первом курсе?», которая обожгла сильнее раскалённых углей. Почему-то возвращаться к прошлому после процедур становилось все больнее и труднее, будто разум сам запечатывал воспоминания. Хотя, возможно, это к лучшему. Меньше знаешь — крепче спишь.       — Зачем мы здесь? — недовольно спросил Малфой, раздражённо глянув на время. Становилось зябко.       — Я бы хотел зайти в магазин «Шапка-невидимка», сшить себе мантии, а в «Сладком Королевстве» взять что-нибудь интересное. Давно не ел магические сладости. — Гарри сдержанно улыбнулся, вспоминая вкус шоколадной лягушки. — Можем потом посидеть в кафе «Чайный пакетик», — предложил Поттер, уставившись в список дел, написанный на пергаменте. Жаль, из-за снегопада Малфой ничего не видел.       — Я не девчонка, чтобы ходить с тобой по кафе, — пробубнил Драко, но напрямую отказываться не стал. Прошло уже много времени, живот начинал недовольно урчать, да и не хотелось такой чудесный день проводить в душном замке… хотя, и компания была неплохой. «Он добр с бывшим Пожирателем. Немного настораживает», — подумал парень, накладывая на них двоих новое согревающее заклинание. Теперь они вдвоём находились под их личным тёплым куполом, хоть и невидимым.       — Хотя часто бываешь на неё похож, — отшутился Гарри и тут же получил вполне заслуженный подзатыльник от Драко. — Да понял я! Но всё равно надо будет передохнуть.       Чтобы выполнить все планы, потребовалось не менее нескольких часов. Молодые люди бегали из одного места в другое, то деньги разменять, то спросить что-то, но почему-то ни одного из них это не раздражало… Признаться, в какие-то моменты было даже весело, особенно когда Поттер расслаблялся и позволял себе отпускать шутки. Тогда он будто просыпался после долгого сна и, несмотря на безжизненно пустой взгляд, который не покидал его ни на минуту, его движения постепенно наполнялись уверенностью, тремор рук отходил на второй план и едва ли был заметен посторонним, а пугливость сменялась любопытством. Драко, отметив эти детали про себя, почувствовал неяркую радость. Не как за друга. Не как за товарища или знакомого. А как человек радуется за человека — не зная всей истории, но всё равно искренне.       В магазине одежды Поттер заметил, что прибавил сантиметр в талии, что тут же вызвало у него самодовольную ухмылку. Хоть он и питался в разы больше, чем в Лондоне, однако всё равно недостаточно, чтобы набирать вес. Дело было в том, что затяжная депрессия отнимает у организма возможность поглощать полезные свойства из пищи, и любая сбалансированная еда становится «пустышкой». Из лавки сладостей парни вышли с маленькими пакетами, наполненными яркими привлекательными упаковками. Драко не прошёл мимо и выбрал себе плитку белого шоколада.       — Здравствуйте, молодые люди, — поприветствовала парней официантка в «Чайном пакетике», проведя их к столику. — Выбирайте, у нас чудесные напитки.       — Добрый вечер, — холодно и сдержанно отозвался Драко, пробегая взглядом по глянцевым страницам. Он не привык бывать в таких заведениях. Косые взгляды ощущались липкой паутиной. — Мне, будьте добры, молочный улун.       — Чудесный выбор. Сладкий, сливочный вначале, но терпкий в конце.       — Мне чай с душицей, — решил Гарри, у которого глаза разбегались от разнообразия выбора. — И это пирожное с земляникой.       Приятный аромат чая заполнял помещения, расслабляя мышцы. Где-то в углу трещал камин. Все посетители вели тихие беседы, не было оглушительного смеха или попрошаек, как в той же «Кабаньей голове». Интерьер ласкал взгляд: маленькие круглые столы, живописные пейзажи на стенах, приглушённый свет и обои, изредка меняющие цвет с бежевого на молочный.       — Прошу. — Официантка Рози принесла заказ. — Приятного вечера.       — А здесь неплохо, — невзначай сказал Драко, осматриваясь. Гарри тут же улыбнулся. — Только я не понимаю, почему ты притащил меня сюда. Мог же сам это всё сделать. — Малфой бы так или иначе присоединился бы к нему из-за просьбы Минервы, но излишняя доброта и открытость Поттера настораживала. Может, он ждал чего-то в ответ?       — Я подумал, тебе было бы скучно одному в замке. Почему бы не прогуляться, — преспокойно признался парень, засмотревшись на падающий за окном снег. Даже когда он проявлял искренность, лицо не выражало никаких эмоций. Гарри либо сдержанно улыбался, либо пялился в никуда.              — На нас постоянно смотрели жители.       — И что? Людям пора бы перестать жить прошлым, Война давно закончилась, а все виноватые получили по заслугам, — уверенно заверил его Поттер. Он говорил так, будто сам не упивался болью битые пять лет. — И, знаешь, если бы я слушал всех подряд, мы бы все ходили под Тёмным Лордом. — Оба неприятно поёжились от этого имени, потупив взгляд на напитки.       — Ты, наверное, много раз слышал это… — неуверенно начал Малфой, выпрямившись и напрягшись, как струна. — Но спасибо тебе за победу. — Драко было важно сказать эту фразу, которую он вынашивал последние три года рефлексии. Возможно, он бы действительно не выбрал тёмную сторону, если бы не родители.       — Пожалуйста, но давай не будем об этом, — понуро произнёс Гарри, отведя взгляд и делая глоток чая. Слышать это от Малфоя ощущалось… по-другому.