Придурок

      Америка отодвинулся от экрана компьютера, потягиваясь и потирая глаза под очками. Он провел в своем кабинете за компьютером последние десять часов, отвечая на сообщения и заполняя документы. На сегодня у него еще был запланирован деловой ужин, а он уже чувствует себя вымотанным. В последнее время у него совсем не было времени на себя. Работа с утра до вечера, а после еще нужно заскочить к России и разобраться с его проблемами. Но Америка не имел ничего против последнего.       Недавно Россия стал часто готовить что-нибудь вкусное к его приходу. Никто от него это не требовал, естественно. Кажется, он просто чувствовал себя обязанным и таким образом пытался отблагодарить. А по какой-то причине вся благодарность России всегда сводилась к еде. Но Америка не жаловался, он вкусно полезно кушал почти каждый день и Россия больше не чувствовал себя обязанным. К тому же кажется, русский действительно увлекается готовкой. Это его маленького хобби, что ли. Кругом одни плюсы. Не говоря уже о том, что готовка всегда было традиционно омежьим занятием согласно всем книжкам и теориям.       Но из всего, что произошло за последние несколько месяцев, Америка усвоил, что этим книжкам нельзя доверять. Создавалось впечатление, что все эти теории созданы кем-то, кто никогда не общался с омегами и только смотрел на них свысока, думая, что все про них знает.       Россия нерешительно принимал его подарки и наотрез отказывался ходить в рестораны. Похоже, простое внимание нравилось ему больше, особенно если оно не публичное. Он также часто открыто говорил Америке, что устал от него и хочет побыть один. Грубо. Но Америка научился не доставать его каждый день и каждый час, и теперь Россия почти всегда был рад его видеть.       И честно говоря, Америка никогда не встречал таких омег. Все его прошлые пассии были в восторге от всего, что он им отдавал. Они жаждали проводить с ним как можно больше времени, всегда быть рядом, всегда требовали все его внимание. И он был не против, он с радостью проводил с ними почти все свое свободное время. Америка и сам очень любил внимание к своей персоне и был счастлив, когда кто-то в нем постоянно нуждался. Поэтому, жаловаться ему было не на что.       Но в последнее время Америка начал думать, что возможно он специально искал себе прилипчивых омег, которые всегда идеально совпадали с описаниями в книжках. Он никогда и не задумывался, что возможно это не все омеги одинаковые, а это он неосознанно выбирает себе одинаковых омег.       Америке даже было стыдно за то, что он пытался впихнуть Россию в эти омежьи стереотипы. Очевидно же, что тот не был заинтересован в элегантных нарядах и дорогих украшениях. Макияж он категорически возненавидел и наотрез отказался пробовать снова. Как то Америка предложил ему отрастить волосы, но Россия сразу сказал, что ему не нравятся длинные волосы. Он просто не хочет, и заставлять его Америка не будет. Ему очень идет его короткая шевелюра.       Но проблема в том, что теперь Америка понятия не имел, как сдвинуть динамику России. Они перепробовали все, что обычно ассоциируется с омегами. Есть, конечно, еще один метод – секс. Но Россия совершенно не готов к этому, он ни за что не согласится. Не говоря уже о том, что это должен быть грубый секс, который наверняка оставит отпечаток на психике. И Америка был не уверен, хватит ли одной такой встречи, что бы что-то изменилось. Как он и говорил, он никогда раньше не обращал альф в омег. И точно не знает, как это работает.       Так они и застряли на этапе объятий и легких поцелуев уже который месяц. Они ведь даже ни разу не целовались «по-взрослому» (так Россия называл французский поцелуй, и очень покраснел, когда Америка попросил уточнить, что он имеет в виду).       Из раздумий Америку вывела мелодия, заигравшая на мобильном. На экране высветилось привычное «Ruski». Америка долго думал, стоит ли добавлять к имени контакта сердечки, когда забивал его. Но решил, что пока не стоит.       Обычно он пишет сообщения. – Подумал Алекс, проводя пальцем по экрану мобильного. - Неужели сам решил позвонить? Неужели соскучился? - Hey babe, what’s up? – Радостно спросил Америка, надеясь, что Россия не пропускал свои занятия английским и понял, что он сейчас сказал. - Алекс, ты можешь приехать? – Россия звучал так, как будто он был невероятно зол. Улыбка пропала с лица Америки. - Эм, я сегодня целый день занят. Что-то случилось? - Блять, - Было слышно, что Россия становится злее с каждой секундой. - Да, блять, случилось Америка! Сука, как же меня это заебало все! - Воу, воу, не кричи. Ты можешь просто рассказать? – На удивление, Россия редко матерился. Так что, такой набор плохих слов доступно дал понять Америке, что произошло что-то плохое. - Не помогает, Америка! Нихуя, блять, не помогает! – Кажется, Россия что-то пнул на своем конце, раздался глухой грохот. – Ты можешь приехать или нет? – Теперь он звучал так, как будто вот-вот расплачется.       Америка глянул на часы на компьютере, взвешивая свои варианты. Оставалось еще немного документов для прочтения и подписания, еще и деловой ужин позже. Можно было бы конечно отложить это все, а после извиниться, пойти на уступки и т.д. Но очень уж не хотелось.       С другой стороны, у России случилось что-то настолько плохое, что он сам ему позвонил и просит прийти. Еще и звучит так разбито. Сердце американца болезненно сжалось, когда он услышал последний вопрос. Россия нуждался в нем. Его…омега нуждался в нем. - Okay. Я приеду через час. Россия первым положил трубку, услышав ответ. Америка, быстро схватив свои личные вещи и сунув телефон в карман брюк, выскочил из кабинета и быстрым шагом направился на стоянку.

***

- Что случилось? – Америка захлопнул за собой входную дверь, быстро скидывая туфли. Один взгляд на Россию дал понять, что с ним что-то не так. Русский, держась за живот и облокотившись на стену, кажется, из последних сил стоял на ногах. - Ничего блять не случилось Америка! – Он оттолкнулся от стены, проходя внутрь квартиры. Америка поспешил следом. – Ты обещал помочь! - Обещал. Я помогаю. – Америка развел было руки, чтобы обнять Россию, но тот резко оттолкнул их. - Не трогай. Нихуя ты, блять, не помогаешь! - Что случилось, Руслан? - Ничего не работает! У меня, блять, опять все тело ломит так, что я сдохну скоро! - Россия почти проскулил, опуская на корточки и держась за живот. - Руслан… - Ну что Руслан? Что Руслан? Ты сказал, что поможешь! Прошло уже почти три месяца и ничего не изменилось, Америка! - Было же улучшение… - Мое тело болело не так сильно, как всегда! Вот это заебись улучшение! – Он поднялся на ноги, почти не качаясь. - Зачем я вообще согласился на твою помощь? Знаю же, что ты никогда ничего хорошего для моей семьи не сделал. Это все бы уже давно закончилось, попроси я кого-нибудь другого.       Америка стоял молча, опустив голову. Слушая гневные речи России, он и сам начал закипать. Он ведь, правда, пытался помочь. Он тратил все свое свободное время, свои деньги и нервы на это неблагодарное занятие. Да, он сам вызвался помочь, но сейчас, когда его обвиняют в отсутствии результатов, он чувствовал обиду. Он делал все возможное, чтобы Россия как можно менее болезненно стал омегой. Ведь фактически, он единственный в их «паре», кто делал всю работу. Сам Россия и пальцем не пошевелил, чтобы что-то поменялось. Все ждал, что Америка ему на блюдечке принесет решение всех его проблем. Вечно эти русские не могут с собой разобраться, а виноваты всегда все вокруг. - Тебе ведь просто нравится, да? Нравится, что у тебя в распоряжении теперь есть альфа, которого нужно подчинить? Учитывая твои вкусы, неудивительно. Небось, всю жизнь такого шанса ждал! – Россия продолжил, ядовито ухмыльнувшись.       И когда Россия в очередной раз приблизился, выплевывая оскорбления ему в лицо и тыкая пальцем в грудь, Америка сорвался.       Схватив Россию за руку, он скрутил ее за спину и приложил Россию об стену. Из русского вырвался тихий удивленный вскрик, и снова посыпались оскорбления. Россия попытался вырваться, но Америка только сильнее завернул его руку, и русский, тихо проскулив, прекратил попытки.       От России исходили смешанные сигналы. Организм Америки не мог понять, альфа перед ним или омега. Но, во всяком случае, чувствовать свое превосходство над ним было приятно. Настолько приятно, что Америка почувствовал нарастающее возбуждение. Америка будто загипнотизированный рассматривал загривок России, сильнее прижимая его к стене. Он придвинулся ближе, пахом упираясь в пятую точку русского. Тот заметно напрягся от этого. Пытаясь развернуть голову, он снова начал сопротивляться. - Нет, Америка, отпусти меня! – Панические нотки сквозили в его голосе. - Ты хотел результатов? Будут тебе результаты.       Америка оторвал его от стены и толкнул по направлению спальни. Россия на удивление удержался на ногах, разворачиваясь и замахиваясь на альфу. Удар пришелся по носу, американец отшатнулся, прикладывая руку к лицу. Теперь он был в ярости. Россия сразу почувствовал, как изменилась атмосфера вокруг и по телу прошла дрожь.       Раньше их конфликты часто доходили до драк, где они просто мутузили друг друга пока их не разнимали. А после еще месяц ходили с синяками и ссадинами, зло стреляя глазами в сторону друг друга. Но это было тогда. Тогда Россия был, каким-никаким, альфой. Тогда запах противника не заставлял бояться. Тогда была какая-то слепая уверенность в собственных силах.       А сейчас Россия был хер пойми чем! Уже не альфой, но еще и не омегой. И половина его рассудка стремилась подчиниться и извиниться. А другая половина твердила о том, что его гордость задета и за это нужно кое-кому как следует врезать. Поэтому Россия просто застыл на месте, чувствуя как запах другого альфы проникает в легкие и не зная, что делать. Желудок теперь скручивало какой-то другой болью, более тягучей.       Америка, смахнув рукой струйку крови из носа, быстро направился к нему. Россия начал отступать назад, хаотично соображая, есть ли у него шанс просто сбежать из квартиры. К сожалению, его раздумья были грубо прерваны, когда его схватили за запястья и потащили в другую комнату. Его буквально затащили в спальню и грубо толкнули на собственную кровать. Подкашивающиеся ноги русского сделали весь этот процесс более легким для Америки.       Россия приземлился на живот. Разворачиваться и снова встречаться лицом к лицу со злым альфой не хотелось, потому Россия попытался проползти вперед. И у него это даже получалось, ровно до того момента, как на него навалились сверху. Его руки снова завели за спину, фиксируя их в довольно болезненном положении. И снова уперлись пахом в его пятую точку, нависая сверху и шумно втягивая носом воздух где-то рядом с ухом.       Россия чувствовал, что в его организме происходит что-то странное из-за всей этой ситуации. Эрекция альфы четко давала понять о его намерениях. Мускусный запах сквозил возбуждением, заполняя почти всю комнату, так что дышать становилось тяжело.       Америка мокрыми поцелуями стал спускаться по шее России. Одной рукой удерживая запястья России, другой он приподнял его бедра, в спешке приспуская трико вместе с боксерами. До конца стянуть не удалось, но и этого было достаточно. Открывшийся вид на гладкие половинки был невероятно привлекателен. Захотелось также снять с России футболку, но Америка решил не рисковать. Пока он расстёгивал собственные штаны, Россия снова начал брыкаться. Америка резко укусил его за плечо, сразу же зализывая и целуя. Это не было меткой, но это было напоминанием. Напоминанием, что Америка сейчас здесь главный. Россия, проскулив что-то в подушку, успокоился. Америка почувствовал, как уходит напряжение в удерживаемых запястьях и как обмякло тело под ним.       Медленно огладив живот и бока, он стал спускаться рукой ниже, продолжая выцеловывать шею и плечи русского. Пройдясь рукой по бедру, он осторожно дотронулся до члена России, честно не ожидая многого. В конце концов, Америка принуждал Россию. Было понятно, что тот этого не хочет и очень боится. Поэтому, если он сможет хоть немного возбудить Россию, возможно, тому будет не так больно. Но опустив руку на член русского, его ждал сюрприз. Почувствовав эрекцию России, Америка приподнялся в легком недоумении.       Ему нравится? - Америка совершенно этого не ожидал. Если все действительно было так, как Россия сказал, и его динамика совсем не сдвинулась с места, ему не должно быть приятно сейчас. Честно говоря, Америка даже готовился к тому, что Россию может вырвать в процессе, настолько это был бы отвратительный для него опыт. Россия под ним немного приподнял бедра, тяжело дыша куда-то в подушку.       Теперь Америка, наконец, обратил внимание на то, как тихо Россия себя ведет. И на то какой сладкий запах стоит в комнате. Насыщенный, пьянящий запах сосновой смолы, словно из неоткуда, появившийся в спальне. Это не был его собственный запах, Америка знал это наверняка. Не отрывая взгляда от покрасневшей шеи и загривка России, Америка аккуратно запустил руку между ягодицами, нащупывая дырочку. Россия тихо простонал, выгибаясь в спине. Почувствовав теплую вязкую жидкость на пальцах, Америка сразу же отдёрнул руку. Смазка? Это быстро протрезвило альфу.       Америка перевернул Россию на спину. Лицо русского было красным, волосы растрёпаны, он тяжело дышал и томно смотрел на Америку приоткрытыми глазами. Прибавив ко всему этому пряный аромат и выделяющеюся смазку и вы получите крайне нестандартное поведение для альфы.       Значит, все предыдущие методы сработали? Мне не обязательно принуждать его? Тогда почему Россия чувствовал себя так плохо сегодня? – Мысли не желали формироваться в единую стройную идею, вопросов становилось все больше. - Руслан. У тебя течка. – Кажется, русский совсем его не слышал, ерзая на кровати и прикрывая рот рукой.       Shit! - Америка быстро подскочил с кровати, на ходу застегивая штаны. Ему нужно срочно уходить отсюда. Теперь, в принуждении нет никакого смысла, Россия уже омега. Это будет просто изнасилованием. Россия сейчас не в состоянии дать осознанное согласие, и Америка не хочет, чтобы тот потом пожалел о содеянном. - Закрой входную дверь на замок, когда тебе станет лучше. - Нгх, стой! Алекс, не уходи… - Россия тихо прохныкал, приподнимаясь на локтях. - Не могу. Через пять-семь дней все пройдет, sweetheart. Stay strong. - Бросив последний взгляд на Россию, он поспешил уйти из спальни. Плотно закрывая дверь в комнату и почти на бегу надевая туфли.       Америка не знает, как много из того, что случилось, запомнит Россия. Но он точно знает, что русский вряд ли снова захочет общаться с ним. Да и причин у России поддерживать общение больше нет.       Уже в машине у него появилось время, успокоится и подумать обо всем. Эрекция начала спадать. Слава богу он успел убежать оттуда до того как стало слишком поздно. Вытирая салфетками засохшую струйку крови с верхней губы, он рассуждал, стоит ли предупредить кого-нибудь из родных России обо всем этом. Может, стоит вернуться? Понравится ли это России? А у него вообще есть еда на эти семь дней? Может, стоит завести ему продуктов?       Тяжело вздохнув, Америка завел машину. Он слишком сильно переживает за Россию. Руслан ведь не маленький и не беспомощный, справится. Сейчас Америка решил, что ему не стоит быть рядом с Россией. Об остальном он подумает позже.