Жизнь для смерти

Пасмурное утро. Ветхая деревушка. Старые серые домики с покоробившимися крышами, потрескавшимися стенами, обросшими плющом. Узкие грязные улочки с извечными обозами с продовольствием не лучшего качества. Мерзкий смог запахов, словно едкий туман окутал это место, напоминая о безысходности, что рано или поздно настигнет всех. Не так давно мир разделился и начал вражду. Страна погрязла в хаосе. Люди боялись магии и тех существ, что она порождает. Началась охота на всех, кто обладал хоть каплей дара. Ведьм и магов обвиняли в приходе чумы, смерти младенцев, неурожайности полей. Их отлавливали, вешали, пытали, сжигали на кострах. С каждым днём всё становилось только хуже, всё пропиталось неизбежностью и неимоверным ожиданием конца, что рано или поздно обрушится на здешние и другие места. Тогда-то и родилась легенда о маге, отнимающем жизни и несущим хаос в мир, и о существе, дарующем вечную жизнь и приносящем мир туда где уже давно загнила земля. *** — Эй, он здесь, держите его! -Быстрее, он удирает! Позади слышались голоса, из-за дождя размыло дорогу, ноги тонули и разъезжались в клейкой грязи, насквозь промокшая одежда прилипала к телу, небольшие ранки от веток саднили мальчишеское тело, горло уже болело от холодного воздуха, что раздирал глотку и лёгкие. Чем дальше дорога уходило в лес, тем сложнее было пробираться сквозь спасительные кусты, голоса становятся ближе, «ветка?», мимолётно проносится в голове мальчика в момент падения. Приподнявшись он увидел перед собой кудрявого мальчика о чью ногу, он споткнулся, послышался гул голосов, недолго думая он преставился к его немного пухлым губам палец и обхватив за худые плечи затащил в кусты. — Куда он делся? — Не знаю, наверно удрал в чащу, он уже выдохся, догоним. — Там овраг, дальше уже некуда, скорее всего он упал в него. Осмотримся, если тела нет, значит, унесла вода. Шансов выжить нет. А если и выжил, то это ненадолго, зверьё почует кровь и сожрёт его… — Или кто похуже… -…идём. Тёмные глаза курчавого парнишки быстро перемещались по лицу его нового знакомого выцепляя незначительные детали в виде больших оленьих глаз цвета мёда и россыпи веснушек на миловидном лице. Стояла тишина, нарушаемая их еле слышным дыханием, поняв, что всё позади, словно опомнившись мальчик, быстро скинул руку и отодвинувшись подальше негромко произнёс: «Не приближайся…» — Прости… я не хотел тебя напугать, за мной гнались и ты, я… я не нарочно… Растерянно оправдывался мальчик, рассматривая своего собеседника. Чёрные кудри, тёмные карие глаза, веснушки, пухлые губы, белая потрепанная рубашка, что ему явно велика и потрёпанные штаны, грязные босые ноги, он явно сельский беспризорник и он напуган. — Меня зовут Эдди, а тебя? — Не имеет значения, просто убирайся… — Мне некуда идти. — оборвал его мальчик. — Неважно, просто уходи и не приближайся… — уходя сказал мальчик, собираясь оставить Эдди на едине с самим собой, как его пронзила боль в ноге, и он рухнул на землю тут же хватаясь за правую ногу. — Эй, покажи мне… — Нет, не прикасайся! Убирайся! — Не веди себя как маленький, у тебя может быть серьёзная травма и того хуже заражение, мне нужно посмотреть… — придерживая повреждённую ногу в попытках осмотреть говорил парень. Протирая грязь глазу открывалась глубокая рваная рана, что была воспалена и судя по ущербу получена дня два назад, «если так пойдёт её придётся ампутировать или он умрёт… как он двигается, у него должна быть лихорадка…», не дав закончить ему мысль парень вырвал свою ногу пытаясь отодвинутся. — Не прикасайся ко мне… — Да что ты делаешь? Почему? Я же… — Потому что не хочу, чтобы и ты тоже умер! Повисла тишина, заполняемая шелестом листьев и веток, что колыхал ветер. — Я помогу. — уверенно заявил парень. «Сначала нужно промыть…», осмотревшись сложив руки лодочкой он стал водить по мокрым листьям пытаясь хоть как-то набрать воды, рана была не сильно грязная, но лучше было подстраховаться. От таких манипуляций пострадавший всячески извивался, пытаясь не показывать эмоций, перестав сопротивляться, что радовало Эдди. Воспользовавшись замешательством, он схватил парня за руку и приложил к ране руку плотно прижимая, чтобы совместить края, закрывая глаза. Через мгновение из-под руки стал просачиваться лёгкий желтоватый свет, что вспышкой растворился в воздухе так же быстро, как и появился. — Попробуй подвигать. Я срастил ткани, но не до конца, всё же я не лекарь. Так что болеть всё же будет, но уже не так. Быстро переводя взгляд с собеседника на рану, он заметил большой плохо заживший шрам, что ещё недавно заменял рану ещё большего размера. «Не человек…» — Как ты это сделал всего в одно касание? — Я… я не знаю. — Не знаешь?.. Маги не заращивают раны касанием… даже лекари… Эдди поджал губы, он знает, что маги так не могут. Для любого проявления магии помимо знаний и энергии нужны живительные силы, они словно нить его жизни, что поддерживают тело живым, чем больше живительных сил, тем больше энергии для преобразования магии он может вместить, так измеряется сила мага. Но даже у лекарей, у которых больше всего живительных сил, не могут так быстро залечить раны, ведь в процессе лечения они делятся своей жизнью с раненным, восстанавливая процессы жизнедеятельности в нём, наполняя его своей силой, для такого нужно много сил, знаний и опыта. Ребёнок, пусть он даже и лекарь, на такое не может быть способен, как бы талантлив он не был. Вздохнув он заметил заинтересованный и опасающийся взор карих глаз, набравшись сил он решил заговорить. — Маг не маг, это важно? Я тебе вообще-то жизнь спас, мог бы и поблагодарить. — Я не просил о помощи, — отвернувшись пробурчал мальчик. — А зря, ты хоть представляешь сколько инфекций ты мог занести за это время в рану и какие последствия они могли с собой принести и… Парень уже не пытался вслушаться в этот монолог, он просто наблюдал за тем как Эдди сосредоточено читал ему лекцию о инфекциях и его безответственности. Удивительно. Сначала споткнулся о него и упал, затащил в кусты, залечил рану, а теперь это, и всё при том что он вообще видит его впервые в жизни. Он поджимает губы, делает вдох перебивая своего собеседника. — Ричи… Фраза повисает в воздухе, вызывая недоумевающий взгляд, а затем и добрую улыбку на веснушчатом лице. — Красивое имя. .