Она обязана меня полюбить

POV Автор Что может быть лучше воссоединения сына и отца? Наверное, мало что. Но в данный момент Ди считал, что лучше бы на этом месте стоял кто-то другой. Кто угодно, но не этот человек. Он не готов смотреть в глаза тому, чью жизнь он ни то что испортил. Он её переломал на части. Он виновник всех бед, всего, что случилось тогда, сейчас, и случится дальше — Как тебя выпустили? Ты не мог так быстро вылечиться! Обычное спокойствие переходило на гнев. Нет, только не сейчас, он не готов рассказывать отцу всё, что сейчас случилось. Может через лет 5 он будет готов, но не в эту секунду, не в этот час. Чувствуя, как сердце уже стучит в горле, а дышать становится тяжело он хотел захлопнуть дверь, уберечь себя от его взгляда, от его голоса, от мыслей о том, как донести человеку, что его семья прогнила с корнем. От самого основания, до всех листьев. — Что ты такое говоришь? Я пробыл там почти 11 лет. Меня выпустили, Ди Парень сглотнул, пытаясь прийти в себя, рука мужчины, а точнее, как бы не прискорбно это признавать, его отца, лежала на двери, потихоньку открывая ту. Временная слабость заставила мальца выйти проигравшим в этой дуэле и дать открыть спокойно дверь — Ты… просто не вовремя Проговорил парень, опуская взгляд. Непривычная тоска его охватила, слишком резко, слишком необычно. Когда он успел стать таким чувствительным? — Почему это? А где все? Сказав это Глэм прошёл на кухню — Сделаешь мне чай? Не помню, что и где стоит От упоминаний о чае парня чуть ли не стошнило, он достал банку кофе — Давай лучше его? Получив одобрительный кивок, он налил горячую воду в стакан, было тихо, до боли тихо. Ни одного вопроса, ни одной фразы. Принеся отцу кружку, Ди поставил ту — Так что с Вики и где Хэви? Парень тяжело выдохнув сел рядом. Он чувствовал от отца какое-то непонятное тепло. Наверное в этой семье единственным более менее адекватным был отец… да, возможно его раздвоение личности и делало из него кусок говна, но хоть временами он был адекватным — Хэви мёртв, а Вики в тюрьме Сказал блондин непривычно тихо для себя. Он был сломан. Да, личность садиста хоть и властвовала над ним, но до поры до времени, он думал, что смерть человека по вине Ди, принесёт ему удовольствие, он удовлетворит свой интерес, но когда блондин увидел эту смерть так близко, почувствовал её запах, потрогал её, запомнил последние эмоции и слышал последние слова человека, она теперь пугала, не вызывая ничего, кроме дрожи по телу. Уловив эти эмоции, отец парня тяжело выдохнул, казалось бы, он не удивлён ситуацией или же наоборот, может он скрывает удивление? Ди невольно вспомнил остальные личности мужчины, подняв на него взгляд стал пытаться выискать хотябы нотку того самого Глэма, который чуть не убил его в детстве. Услышав горькую правду в лицо, но не заметил никаких изменений в его лице, кроме вновь появившейся вальшивой улыбки, Ди прикусил губу, предчувствуя дальнейшее возможное развитие сюжета — Знаешь… я слышал об этом, но почему-то мне кажется, что в истории всё не так просто, как ты думаешь? Ди замолчал, смотря на того. Отец был единственным человеком, который мог бы с ним хоть как-то тягаться в манипулятивных способностях. Кудрявый никогда не знал пределы его знаний, его опыта, он мог лишь по воспоминаниям и отголоскам детства составить его примерный портрет, но тут-то, уже перед ним другой человек — Мх… я не знаю. не задумывался об этом — Есть некоторые несостыковки в твоих словах Он сделал глоток кофе, смотря на сына, такое чувство, что он читал его как книгу, это конечно же было так, ну или почти так. Ди не мог определиться, что знает его отец, но он знал точно, что Глэм хочет услышать правду, максимально всю правду. И то, что он скорее всего выбьет её из Ди любыми способами и методами — Какие же несостыковки? — Вики хоть и довольно сильна и сила у неё идёт перед рассудком, но она бы никогда в жизни не убила своего ребёнка, даже по какой-то сверх причине. Она не такая — она была пьяна Тут же возразил Ди, смотря на отца. Глэм видит ложь, он её чувствуют. Он прекрасно знает кто убил Хэви и почему Вики сидит «Вот подонок. он же знает! Он в курсе! Он смог бы сложить пазлы и понять, даже я бы понял! Чего он ждёт?» — пронеслось в его мыслях, по телу бежала дрожь от агрессии на отца, на самого себя, а тот сидел на против и пил кофе как ни в чём не бывало. Под какими он успокоительными, чтобы вот так сидеть спокойно рядом с убийцей своего сына и человеком который засадил его жену, его объект обожания в тюрьму? — Да! Я! Я это сделал! И что ты сделаешь? На, звони в полицию, я сделал это в своё время теперь и ты сделай! Парень был на взводе, по телу вновь и вновь бежала дрожь, доходящая до тошноты, но то, что его отец спокойно сидел и молчал убивало больше — Скажи хоть слово! Ударь! Я поступил ужасно, очень. Я сейчас это понимаю, я понимаю это когда потерял всё! Брата семью… я же виноват в том, что вся наша семья сломалась, ведь так? — Та девушка, что повесилась после смерти с Хэви… кто это? Ди замолчал, пытаясь отдышатся от агрессии — Девушка его. н-не важно! Что ты?.. что ты делаешь? Зачем мне это? В руках Глэма были документы, которые он тут же протянул Ди. Парень пробежался по ним глазами — Я знаю причину смерти. она повесилась из-за смерти рыжего. Что ты хочешь, я не понимаю. Глэм молча указал на строку ниже, а Ди прочитав её, тут же сменил гнев на опустошение. При всём при том полное — Она. она не могла. Рыжий бы сказал мне об этом… От куда у тебя это? — Из морга, хотя как я понимаю, у вас с Хэви были наверняка ссоры, если подумать о том, что конфликт возник из-за девушки, поэтому думаю, он не все тебе сказал Ди не верил надписям в бумаге, поднявшись, слегка шатаясь, он тут же ушел в туалет где его стошнило — Думаю смерть их ребёнка была не столь болезненной как его матери и отца — з-заткнись! Просто заткнись! Шипел Ди, понимая, что в его списке жертвы стало на одну больше. Каси была беременна, он убил её, Хэви, их ребёнка. Он убил всю семью, жизнь, которая даже на успела появяться на свет, которая ни в чём не виновата. Ни в безумных идеях и страстях парня, ни в желании быть первым и лучшим. От этого осознания, по щекам лились слёзы, а рвота поступала с новой силой — Успокойся, они уже мертвы. Какая тебе разница? Разве ты умер? Что же ты тогда так убиваешься? Смерть нескольких людей по твоей вине, не спорю, это сильно. Ты молодец, ты перешёл ту черту, которую я переступал в своё время тоже. Не скажу что я убивал родных, но знакомых, которые были мне как родные — Заткнись! Как ты можешь так говорить? Ты козёл! Да, осознание того, что пару лет назад задвинь такую речь бы с ним отец, он был бы согласен с каждым аргументом, с каждым доводом. Его черствая натура не стала бы убиваться по умершим, не стала бы подавать признаки скорби, но тут… тут он изменился, стал другим, осознал. Правда поздно и не вовремя, поднявшись он оттолкнул отца, тут же выйдя из дома. Где тело… тело Хэви. Идя к моргу, парня до сих пор мутило. Он убил его, убил ужасным способом, спонтанно и не взвесив все за и против, он не ожидал, что сломается от этого, не ожидал таких последствий и такой ответственности. Дорога до морга была не такой долгой, а когда парню запретили подойди к телу он просто ввалился в комнату, заперев дверь. Слушая, как за дверью раздаются звонки в полицию он подошёл к телу брата. Тот был не похож на себя, весь белый, а открытые глаза не издавали прошлой радости всему, улыбки не было, не было боли, был покой и умиротворение — Почему ты не сказал, что она беременна? Я мог передумать. я бы не посигнул Свои же слова завели его в тупик. Нет. он бы посигнул, прошлый он был бы в ярости, в такой, что Хэви, может быть бы и выжил, но их ребёнок точно нет. Блондин хотел сказать что-то про доверие, но запнулся. Какое доверие? И к кому, к нему? — Прости… прости-прости. Я не должен был. я должен был думать, я должен был понять, остановится вовремя, не считать людей вещью. ты мне говорил это всё время, всю свою жизнь… почему я осознал это только сейчас, сидя с твоим же трупом Опустившись к трупу брата, он убрал волосы того с лица, дрожащими руками. Осознание того, что сегодня или завтра он будет вынужден положить свою же кровь в гроб, а там и в землю душило его, но посягнуть на тело и так искалеченного им умершего он не мог. Коротко поцеловав того в лоб, отстранился — Не знаю, долго ли ты ждал этой фразы и хотел ли ты её услышать в последние секунды своей жизни, но твои чувства были взаимны. Я понял это недавно, совсем недавно… я такой дурак Вскоре послышалась сирена, желания уходить не было, но было что-то другое. Страх, страх того, что Ди вернётся в тоже состояние, станет тем же эгоистом, сделает ещё кому-то больно на столько, что человек решит уйти из жизни или, что ещё хуже, что блондин вновь посягнёт на чью-то жизнь, будет как отец, а самое удачное, будет гордиться этим. Дождавшись, когда полиция взломает дверь, он поднялся, не слыша ропота и вопросов полицейских он произнёс на одном дыхании — Я его убил. Я убил своего брата с помощью яда, разработанного мной же. Моя мать ни в чём на виновата, тот яд не оставляет следов, я готов дать его на изучение Полиция молчала, а блондин чувствовал, что в их глазах ломаются шаблоны о парне ангеле, о том, кто помогал им и был паинькой — К тому же хочу добавить, что все те обращения девушек на счёт меня были правдой, абсолютной, делайте, что хотите, потому что я уже не знаю что хочу….