Лисы и ружья

      Триш с готовностью вызвалась помочь Марции с переездом в новый дом. Сейчас, наблюдая за старшей сестрой, Триш подумала, что ни за что в жизни не хотела бы быть без неё. Да, они ругались, в каких-то вещах были не согласны, но Патрисия не представляла, что Марции может не быть. Она всегда была рядом: учила, наставляла и заступалась.       — Поверить не могу, что он решился на такое: покуситься на жизнь жены Майкла и его ребёнка, — возмущалась Триш, проходя в гостиную и придирчиво осматривая ремонт: Марции такой дизайн не понравится, и она точно будет всё это переделывать.       — Безумных людей хватает. Вспомни Итана: что он делал, прекрасно осознавая, что папа это просто так не оставит, если узнает о том, как он со мной обращался.       — Да, Итан стрелял в тебя из-за Майкла. И Найт тоже. Марция, ты не могла бы выбрать кого-нибудь, кто не будет пытаться тебя убить?       Марция усмехнулась, сторонясь: грузчики заносили коробки. Корлеоне села на диван и разгладила юбку. Триш плюхнулась рядом, вновь скользя взглядом по комнате: нет, даже она бы переклеила обои и выкинула бы этот дурацкий тяжёлый стол с нелепо обитыми бархатом стульями.       — Может, во мне всегда была эта жажда к адреналину? — хмыкнула она.       — И к глупым поступкам тоже? — приподняла брови Триш. — Иногда, конечно.       — Иногда я тоже этим грешу, — к ним присоединился Майкл. Подошёл к дивану и, склонившись, поцеловал жену в щеку. — Здравствуй, Триш.       — Привет. Но, думаю, дом в Лонг-Бич станет неплохой моральной компенсацией за причинённые страдания, — хмыкнула Триш. — Кстати, в каких цветах вы…       Договорить она не успела — раздались крики опешивших охранников, и Конни явилась перед ними, как смерч. Никто ничего сделать не успел: она сразу же набросилась на Майкла с кулаками, не обращая никакого внимания на сидящих рядом Марцию и Триш.       — Ты негодяй! — визжала она. — Негодяй и убийца! Ты только и ждал, пока папа умрет, а как дождался, так сразу и убил его. Я ведь знаю — ты не мог простить ему Санни. А на меня тебе наплевать. Вам всем на меня наплевать. Никто не подумал, как мне теперь жить, без мужа? — Конни истерически разрыдалась.        — Конни, давай успокоимся и поговорим, — поднялась на ноги Марция. Конни даже не плакала, а выла по-звериному. Два телохранителя подошли к ней и встали наготове, ожидая сигнала босса. Но Майкл молча ждал, пока Конни успокоится. — Ты сама не понимаешь, что говоришь. Это от горя…       — От горя? — воскликнула Конни, справившись, наконец, с истерикой. Она зло посмотрела на невестку. — Ты его ещё и защищаешь? Ну правильно говорят, что муж и жена — одна сатана! И ты ещё рожаешь от него детей! — на этих словах Марция инстинктивно накрыла ладонью округлившийся живот, не видный под просторным платьем. Хотелось сказать, что Карло был ничем не лучше, но Марция благоразумно промолчала.       Она иногда задумывалась, как причудлива порой бывает судьба. Когда-то Марция читала нотации и считала, что Кей нужно оставить Корлеоне в прошлом и двигаться дальше. Когда-то она мечтала пересадить всех преступников за решетку, а вместо этого стала защищать преступников. И, вдобавок ко всему, полюбила и вышла замуж за Майкла. И родила детей. За Тео, Рэйчел и будущего ребёнка Цици была благодарна. Дети стали её главным сокровищем, и она не представляла себя без них.       — Конни, я думаю, что тебе стоит успокоиться, — Цици попыталась урезонить сестру мужа.       — А ты задумывалась, почему твой муж всегда так холоден со мной? И почему он не отпускал от себя Карло? Майкл просто держал камень за пазухой. Он всегда знал, что убьет Карло, только ждал подходящего момента. Пока отец был жив, он не мог себе этого позволить. И ведь согласился быть крестным отцом нашего мальчика, изверг! Надо же быть таким бесчеловечным подонком! А ты думаешь, что знаешь своего муженька? Черта с два… Ничего ты не знаешь. Хоть бы газеты посмотрела, сколько душ он на тот свет отправил вместе с моим Карло — Барзини, Таталью и еще целую кучу. Все это дело рук моего братца Майкла! — она прицелилась послать презрительный плевок в его адрес, но в пересохшем от плача горле не нашлось слюны.       — Ее надо отвести домой и вызвать врача, — спокойно сказал Майкл. Телохранители тотчас подхватили Конни под руку и выволокли за дверь. — Триш, сможешь позаботиться о ней?       — Конечно, не беспокойся, — Триш с готовностью поднялась с дивана и выскочила на улицу, подхватывая Конни под руку.       — Майкл, это правда? — Марция не смогла не задать вопрос, повисший в воздухе. — То, в чём обвиняла тебя Конни?       — Марция, ты — моя жена. Я не считаю нужным это обсуждать.       — Но я спрашиваю тебя сейчас не как жена, а как твой партнёр. Ты обещал мне, что мы будем на равных. Ответь мне на этот вопрос, Майкл.       Он внимательно посмотрел на неё, беря за руку и несильно сжимая пальцы. Приблизился и прошептал на ухо:       — Ты уверена, что хочешь получить ответ на свой вопрос?       — Я знала, за кого выходила замуж, Майкл. Поверь, я не строю розовых замков.       «И я знаю ответ, просто произнеси его», — подумала она, сжимая его пальцы в ответ и замирая.       — Я не мог поступить иначе, — тихо произнёс Майкл. — Люди Барзини с особой жестокостью расстреляли Санни. Пусть у ребёнка вообще не будет отца, чем такой, как Карло. Вдобавок, Конни была с ним несчастлива. Со временем она поймёт, что я думал о ней и её ребёнке.       — Она не знает о связи Карло с убийством Санни?       — Нет. И я не хочу, чтобы это ей стало известно. Справится ли она с мыслью, что её муж причастен к смерти её брата? Сомневаюсь.       — Главы нью-йоркских семей были убиты по твоему приказу?       — Это уже второй вопрос.       — Он взаимосвязан с первым, — не осталась в долгу Марция.       — Полагаю, ты прекрасно знаешь ответ, — он отпустил её руку и взглянул на часы. — Думаю, что нам не помешает выпить. Мне — алкоголя, тебе — сока.       — Выпьем здесь?       — Я поднимусь к себе в кабинет. Ты принесешь мне стакан туда?       — Да.          Марция вошла на кухню, достала лед и тоник, смешала коктейль и услышала, как распахнулась парадная дверь, раздались голоса людей, поднимающихся по лестнице.       Кто-то пришел. Она, взяв поднос, поднялась следом и застыла на пороге кабинета Майкла. Майкл не видел её — он стоял к двери спиной. Перед ним, как на параде, выстроились полукругом Клеменца, Альберт Нери и Рокко Лампеоне с телохранителями. Она сделала ещё шаг вперед — теперь Майкл был виден ей сбоку, в профиль. Марция только собралась поздороваться с гостями, как услышала торжественный голос старого Клеменцы, который со значением произнес:       — Дон Майкл…        — Дон Майкл…        Марция тихо оставила поднос на столик около двери и сделала шаг назад.       Перед тем, как отойти, посмотрела на Майкла.       Сердце заныло сильнее.