I'll be your candle on the water

— Сугавара-кун! — девушка из параллельного класс приветливо помахала ему рукой и тут же отвернулась, покраснев. Коуши растерянно помахал в ответ, ничего не понимая. Может у него что-то не так с одеждой, или волосами, или лицом. Обычно он практически незаметно доходил до класса. Это там его ,как старосту, тут же осаждали ребята. Но сегодня он еле добрался. Казалось, вся школа решила в один день с ним поздороваться. Парень занервничал: как нарочно, Дайти опаздывал и не мог прояснить ситуацию. Забежав практически в кабинет, он с облегчением вздохнул, увидев Мори, что-то увлеченно читавшую в телефоне. — Доброе утро, Мори-чан. — девушка оторвалась от экрана и кивнула. На ее лице тут же расцвела хитрая улыбка.  — А ты разве не раздаешь автографы? А? Сугавара-сан?!!! — Вы что? Сговорились? — взвился парень, но его остановила тяжёлая ладонь, легшая на плечо: — Ты, видно, не читал..... На сайте школы, в разделе новостей, Айкугава-сан про тебя написала. Теперь не только мы знаем, какой ты замечательный, — пробасил довольный Асахи. — Ччччч…чего? — севшим голосом смешно пискнул Коуши и с маху сел на стул, роняя сумку. Ребята вокруг засмеялись: — Мы и не знали, что значит истинное значение связующего. Первогодкам ещё расти и расти до вас, — улыбаясь проговорил светловолосый парень, сидевший позади Суги. — поздравляем. — Ага. Как раз недавно был день матерей, — еле сдерживая рвущийся наружу смех, вклинилась одноклассница, — чем не повод написать про «Суга-маму». — Ну!!!!! Ёсико!!!!! Ну погоди, — подскочил сеттер и пулей вылетел из класса, сопровождаемый неконтролируемым, но добрым гоготом. -Айкугава-сан!!! — прогремело прямо над ухом первогодки. Ёсико зажмурилась и втянула голову в плечи, услышав знакомый голос с несвойственной ему интонацией: «Все! Карачун тебе, писака!» — пронеслось в голове. Однако ни подзатыльника, ничего другого не последовало. Осмелев, она обернулась, встретившись с…обиженным и каким-то испуганным, но отнюдь не злым взглядом второго номера: — Ась?! Доброе утра, Сугавара-сан, — натянуто улыбнулась первогодка, выискивая в коридоре знакомую лохматую черную (да хоть рыжую; ой что греха таить, она и на светлую согласна) макушку. — Утро добрым не бывает, — фыркнул сеттер. — Ты что там написала?!!! Я как муха под микроскопом, — взвыл парень. Словно в доказательство его слов к ним подлетели две девчонки, весело щебеча: — Сугавара-сан! Вы такой замечательный! Мы будем ваше группой поддержки на соревнованиях!!! — покраснев, они упорхнула. Все взгляды моментом обратились на пепельноволосого, чье лицо медленно окрашивались алым. — Вот, полюбуйся, — простонал он. — И что тебя не устраивает? — приняла девушка воинственную позу. — Теперь-то ты выкинешь из головы этот бред про уход из клуба! — Откуда?!!!!! Я никому не говорил… Вроде… — внезапно перед глазами всплыло парк, мяч, листья и яростный взгляд Сэнго. Таааак. Все сложилось: явно она Савамуре настучала. И понеслось. — И что мне теперь делать, — протянул он, оглядываясь по сторонам и поеживаясь. Ну не любил он повышенного внимания к своей персоне. — Наслаждаться славой, — саркастично раздалось над ухом. — И ты, Брут, — брякнул Коуши, вызывая смех Цукишимы. О боги! Этот очковый динозавр смеётся, все: завтра солнце встанет с запада! — Да бросьте, семпай, — о, и Ноя с Танакой подтянулись. — Это же круто! Все девчонки на вас смотрят, ну кроме некоторых. — поспешно добавил Либеро, словив недвусмысленный взгляд от Айкугавы. Да уж, надо быть аккуратнее, а то на тренировке ее бойфренд такие подачи устроит, потом неделю синяки не сойдут. Звонок прервал дискуссию, на урок Суга опоздал, чем немало удивил учителя. Весь день Коуши передвигался или короткими перебежками из класса в класс, или под охраной Дайти или Асахи. Но в обеденный перерыв эти подлецы слиняли куда-то сразу после звонка. Коуши теребил коробку с бенто, когда взгляд его остановился на Сэнго, идущей в проходе между партами. — Сэнго, — он аккуратно коснулся ее кисти, но от неожиданности она резко отдернула руку, словно ее током ударило. — Прости, может пообедаем? — А. Это… Ну да. — она справилась с волнением и весело спросила: — А твои поклонницы мной не пообедают потом? — Эммм. Я надеялся, что увидя тебя, они и не подойдут. — Что?!!! Ты… Ты дурак! Сугавара-сан!!! — хлопнувшая дверь и звук удаляющихся шагов. Все. Мори ушла. Суга сидел, переваривая произошедшее. Чтобы Мори и вот так вспылила в классе?! Да скорее Цукишима запоет опенинг из слезливого аниме. Сэнго, всегда тактичная и выдержанная в школе, лишь тет-а-тет она позволяла выпустить наружу весь тот адский коктейль из эмоций и чувств, что бурлил, подогреваемый возрастом и гормонами, внутри. И что он такого сказал???? Ну не может он признаться, что просто напросто хочет побыть с ней. Вдвоем. — Сугавара-семпай? — две девушки, явно классом младше заглядывали класс, смущённо теребя лямки сумок, но парень так сердито зыркнул, что милашек как ветром сдуло. «Ты идиот, Сугавара Коуши. Звезда, блин, недоделанная», — злился он сам на себя, мрачно на автомате жуя свой бенто. Повышенное внимание окружающих и реакция Мори на его слова вывели парня из равновесия, и на тренировку юноша плелся в прескверном расположении духа. Он уже проглядел статейку, и немного остыл. Ничего такого из ряда вон, хотя слишком много диферамбов от команды, прямо скажем. Ну и прозвище, конечно… Оттянулись товарищи на славу. Охххх. И Цукишима. Вот от кого не ожидал. Как оказалось, они на пару с юной журналисткой затеяли это: опросить команду, что они могут сказать про него, а после мелькнувшего «мамочка» и понеслось. Со стороны все выглядело мило: отличные фото, показавшие связующего прекрасным во всех отношениях. Да он, блин, не выглядит так (краснел он каждый раз, читая отзывы под статьей). И заслуг у него на порядок меньше. Хотя, где-то вглубине души что-то сладко мурчало от удовольствия, все же друзья дорожили им. Даже этот ядовитый блокирующий. Почти примирившись, он шел в сторону спортзала (рановато, там ещё женская команда, ну ничего, скажет им пару приветствий), когда впереди заметил стремительно приближающуюся с другой стороны Мори. Он юркнул за угол здания, но, судя по шагам, она тоже шла в зал. Убедившись, что она скрылась в дверях, парень шмыгнул следом и притаился у приоткрытой двери. — Хоши!!! Дай мяч, будь другом! — Ого! Мори-семпай!!! Да, конечно. А что слу… — Ничего!!! Просто одного человека хочется убить!!! — выпалила шатенка, получая мяч. — Чи! Хочешь потренироваться в жёстких приемах? — Ещё бы! - Отозвалась Либеро. — Вы только это, за временем следите. Скоро мужской клуб придет, — напомнила им Моцумото — капитан. Сэнго только кивнула. — Агррр! — она подбросила мяч, разбежалась и отправила вращающийся снаряд прямо на сияющую азартом маленькую Либеро. Бамц! Мяч улетел в аут. Брюнетка не удержалась и проутюжила корт, но тут же вскочила, чуть не вопя от восторга! — Ещё раз!!!!! — Да на здоровье, — прорычала третьегодка, сбрасывая олимпийку. Через пятнадцать минут пол был усеян мячами, а девушки, казалось, только вошли во вкус. Команда махнула рукой на этих чокнутых и удалилась. А вот за дверями..... Коуши нервно втягивал голову в плечи, глядя на то, с каким остервенением любовь всей его жизни плющит мячи, прекрасно понимая, про кого она говорила, упоминая убийство. Она может, и следы заметет. При всех ужасах, услужливо рисуемых богатым воображением блондина, он не мог оторвать взгляд от девушки. Жаль, она в спортивном костюме, а не форме команды. Наверное, она потрясно смотрится в коротких шортах. Черт! Да о чем он вообще думает!!! Но стыд не помешал продолжить подглядывание! — Вахххххаа! — раздался за спиной восторженый шепот-возглас. Нишиноя вперился глазами на происходящее на площадке. — Ты это видел, Суга-сан!!! Вот это подача. Прямо как у Ойкавы! — Неудивительно, — буркнул Коуши, — он ее этому и научил в средней школе. Они же оба из Китагавы. — Что???? — уже в голос удивился Ю. Однако на площадке маленькая Либеро уже что-то прикинув, готовилась к приему. На этот раз мяч был точно отправлен через сетку обратно. — Ого!!! Вот даёт!!! — выдохнул Ноя. — А что это вы тут делаете????? — раздался прямо над ними удивленный низкий голос, а на плечи легли тяжёлые руки. — Ааааааа! — от неожиданности парни завопили и, подавшись вперёд, ввалились в зал, прямо в гостеприимно распахнувшиеся двери. Картина маслом: два краснеющих придурка в школьных гакуранах и с сумками, позади возвышается годзиллой Асахи с совершенно невинным детским выражением на бородатой физиономии, а с двух сторон от сетки на этот цирк взирают две девушки. И взгляд одной, как и нервно подбрасывающая мяч рука не сулит парням ничего хорошего. — Ух! — только и выпалила Сэнго, запустив мяч прямехонько в ненаглядного. По счастью, Ноя не щелкал клювом, в секунду вылетел вперёд и закрыл «мамочку», встав в привычную стойку. Мяч упруго отскочил от натренированных рук и вернулся на площадку. — Вау!!! — вопль восхищения прорезал наступившую было тишину спортзала, как ножницы старую ткань, с треском. Брюнетка в яркой форме, сверкая глазами, подлетела к Ю и Асахи и на одном дыхании выпалила: — А давайте два на два!!!!!!! Ну хоть пять минут. — Нишиноя чуть не заверещал от радости, но положение старшего обязывало немного держать форму. Он пихнул в бок аса: — Эй! Асахи-сан! Наш выход! Чего встал? — офигевший третьегодка был беспардонно выпихнут неугомонным приятелем. А Суга..... А тот как плюхнулся у дверей, так и сидел с дебильной рожей, даже не предпринимая попыток найти логичное объяснение всему этому бедламу. Следующие пятнадцать минут мячи, подобно кометам, рассекали воздух зала. Играющие разошлись не на шутку. Сначала девушки стояли против мальчишек, надо сказать у Чи неплохо получалось принимать мячи Асахи, правда тот тоже не лупил в ауты. Однако после Юу поменялся местами с коллегой, как он выразился, заключив пари с ней: кто больше примет мячей, тот выиграет. Играли на желание. Неизвестно, что там возжелал этот мелкий, но он не давал мячам ни единого шанса, впрочем, как и своим рукам. Новые отметины красовались повсюду. Конец шоу положил Дайти, грозно напомнив всем, что пришло время тренировки мужского клуба (и что с того, что, строго говоря, оно уже пять минут как наступило, ибо сам он, разинув рот, наблюдал за этим бесплатным спектаклем; только эпического саундтрека, как в кино, не хватало). Девушки моментально испарились, Нишиноя и Асахи получили нагоняй от Савамуры, а Коуши почему-то ползком покинул зал (за всеми этими приключениями он ещё не переоделся). За дверьми парень принял вертикальное положение и пулей понёсся в раздевалку. И никто не заметил, что за ними все время наблюдал очень высокий парень с блондинистой лохматой шевелюрой, поправляя очки на носу и многозначительно ухмыляясь. ********* Зимний фестиваль приближался, все школьники, даже третьегодки, лихорадочно украшали школу, возились с подготовкой классов и номеров. Сугавара взирал на это с буддийским пофигизмом и.....нервозностью. Внутренний критик требовал активных действий, особенно после того, как к Мори подкатили несколько парней из их класса, предлагая себя в качестве компании на предновогодний вечер .(Балом этот сумасшедший дом язык не поворачивается назвать). Однако она, похоже, их мягко отшила, судя по кислым лицам. Все уже давно активно включились в процесс: его класс устраивал чайные церемонии в традиционном стиле, поэтому на каждой перемене ребята бурно обсуждали фасоны кимоно, юкат и стиль оформления чайной. Сугавара вляпался в этот весёлый кавардак, когда кто-то вспомнил, что тот в прошлом году расшивал по школе в самурайским прикиде. (Родители зачем-то подарили ему кимоно самурая и бутафорскую, но весьма близкую к оригиналу, катану, и на новогодний карнавал он и притащил всю эту амуницию). Как он не отбрехивался, одноклассники приперли к стенке железобетонным аргументом: — Мы же выпускные! Надо показать класс! Ну ты же «мамуля», а мама всегда помогает детям, — пошла в ход тяжёлая артиллерия. Популярность парня после статьи не сбавляла обороты, хоть и не так донимала его, все ж кохаи несколько распугали фан-клуб «истинного связующего», как его прозвали, (Особенно преуспели в этом деле, естественно, второгодки). Кагеяма ржал, ухмыляясь, как людоед, комментируя: — Ага. А я так — поссать вышел, — получая от Ёсико по загривку, ну или куда она там дотягивалась. На самом деле, он радовался, так как на него перестали обращать внимания, и он мог не опасаться косых взглядов Айкугавы. Нет, она не ревнивая, но, если кто-то положил глаз на ее парня, это что значит? Значит глаз у кого-то лишний!!! Ничего личного. Стоило Коуши смириться с неизбежным маскарадом, как он оказался втянут в нечего совершенно невообразимое. — Сугавара!!! — парень даже отнял трубку от уха, таким количеством децибелл запросто можно акустическую травму устроить. Поморщившсь, он спросил: — Юки-сан, не стоит орать. Я неплохо слышу. — Прости, прости. Тут, вообще, такое дело. Ичиго разосрался с Рензо по-полной. И эта истеричка бросил нас на полпути. — Постой, — нахмурился Коуши, он всегда старался вникнуть в суть проблемы, даже если не понимал, каким боком он тут оказался, — объясни толком. — Короче, ты же помнишь нашу группу? — Дикие вороны? — Ого! Не забыл названия! — К делу, — цикнул блондин — Вобщем, мы репетировали к дискотеке несколько стареньких песенок, ну там девчонок порадовать. А этот козлина вдруг решил, что мы его затираем в плане соло, и свалил, прихватив гитару. Электро. Ты понимаешь намек? — Я понял, но..... Времени не очень. Да и… — Суга!!! — завыл приятель, будто кто-то защемил ему самое дорогое. — Спасай!!! Я не знаю никого, кто ещё умеет играть и петь. — Петь!!! Ты в своем уме, — завопил сеттер на всю улицу, так что вороны на дереве в ужасе разлетелись, возмущённо каркая. — Не ломайся. Я слышал. У тебя вполне подходящий под репертуар тембр. И попса, она ж не сложная. Ты ж все умеешь, ну? Ну выручай. И вообще, кто тут у нас «мать-всея-Карасуно»? Я что, должен прийти к тебе на тренировку и умолять при всех? — Ой, не надо, — скривился второй номер, живо вообразив реакцию команды на подобный фортель. Особенно будет изгаляться Цукишима. Нет, уж лучше поучаствовать в этом безобразии. — Хрен с тобой, черт языкатый, — выругался Коуши. — Спасибо!!! — рев Юки вынес наверное половину содержимого черепной коробки Коуши, так что тот быстро попрощался и повесил трубку. Играть и петь! Прекрасно! Только этого ему и не хватало. Цукишима уже полчаса околачивался под дверьми спортзала, ожидая пока девчонки закончат тренировку. Нет, он не сталкерил, хотя и был не прочь перекинуться парой цитат с одной языкастой особой, неплохо блокирующей атаки. Сегодня он договорился с Хоши, что она познакомит его с одноклассницей Суги и Мори. Проблемы их «мамочки» были очевидны всей команде. Если им и удалось вернуть его в стаю, то с личной жизнью «второго солнышка» дела обстояли гораздо хуже. Дайти мрачно взирал на товарища, но в этих делах он был, как свинья в апельсинах, а парочка умников тупила не по-детски. В голове у главной «дылды» Карасуно созрел план «вправления мозгов», которым он и поделился с..... Нишиноей. А почему? А потому, что именно Либеро под большим секретом поведал о том, что видел их сеттера в рок-клубе, репетирующим какие-то попсовые песенки. Откуда знал этот шилозадый? Просто ударник учился вместе с ним. А так как с барабанами он был примерно в столь же серьезных отношениях, что и Юи с волейболом, то, понятно, они часто встречались на пересдачах. В итоге, теперь вся команда знала, что помимо косплея, их «мать» будет ещё и зажигать на сцене. — Охренеть! — выдал Танака и замолчал, качая головой. — теперь ему точно хана. Девчонки задушат вниманием. Он не доживёт до национальных, не то что до выпуска. — Угу. Или ему мячом голову снесут, — мрачно изрёк Ноя. — Вы подачу Сэнго видели? — Если бы они были вместе, то ни то, ни другое ему бы не грозило. — глубокомысленно изрёк..... — Цукишима!!!!! — Тц. Нельзя потише?! — скривился блондин, который до сих пор подпирал стену. — Что? Это же очевидно: ничто так не умеряет пыл фанаток, как наличие девушки. Уж кому, как Королю этого не знать, — криво усмехнулся он. Кагеяма оскалился, но властная рука капитана пресекла кровопролитие в зародыше. Кей поправил очки и удалился. План его был до неприличия прост: одноклассница должна притащить Сэнго поближе к сцене, а их чудо непременно будет пялиться во время исполнения на нее. (Или он не знает Сугавару совсем). Надо только репертуар выяснить, ну и ее предпочтения. Тогда через Нишиною можно подкорректировать программу. А дальше — дело фортуны. Этими мыслями он поделился с Хоши, своей девушкой. Правда эти двое как раз великолепно скрывали свои отношения, подкалывая друг друга при встрече, назначая свидания на нейтральной территории. Во всяком случае, пока никто не догадывался о всей серьезности ситуации. Девушка с пониманием отнеслась к проблеме и переговорила с Чихо, бывшей левой диагональной, как и Мори, покинувшей осенью клуб ради учебы. Чихо задачу поняла и поделилась своими данными насчёт предпочтений «жертвы» в попсе. Кей и Хоши полвоскресенья провели, штудируя тексты песен и дружно сошлись на "Ангеле с дробовиком". Ну, а дальше, зажав Юки (лидера группы) в угол, Танака и Нишиноя доходчиво объяснил ему, почему надо внести изменения в программу. Весомым аргументом шантажистов послужило обещание Есы посвятить им разворот. Хотя Юки по жизни был за любой кипешь, а уж за такие «пончики» и подавно. Самым сложным было во время репетиций не проболтаться Суге, но каждый раз перед глазами вставал «милый оскал» Танаки, и желание трепать языком растворялось в вечернем тумане. На удивление, Коуши спокойно воспринял идею новой композиции, хоть и долго упирался в отношении соло. Но Юки пообещал, что вся группа не будет больше называть его «мамочкой», и он сдался. Ещё бы, он уже две недели мурлыкал именно ту композицию по вечерам. Он и сам не знал, чем его зацепила эта простенькая песня парней из-за океана. Но она вызывала бег мурашек вдоль загривка с первых тактов. Кстати, Angel довольно быстро был сыгран и спет. Как —то пошло сразу, и его даже не тошнило от собственного исполнения. К тому же, краем уха он слышал, что Мори не планирует идти на дискотеку, а на мнение прочих ему как-то фиолетово. В общем подготовки к национальным и фестивалю шли полным ходом. Сугавара пасовал, проводил комбинации, как раз накануне праздника они весело вынесли в очередной раз Датеко (понравилось этим мазохистам) и продули Шираторизаве в тренировочных матчах (после чего они с Тендо прилепили всем на спины стикеры с прозвищами, а потом на пару отсиживались в подсобке от праведного гнева капитанов, прявивших редкостное взаимопонимание в желании немного встряхнуть оборзевших сокомандников). С Мори он почти не общался, она постоянно испарялась из поля зрения или придумывала нелепые отмазки при малейшей попытке поговорить. Другой бы уже рявкнул и потребовал объяснений, но только не Коуши. Он молча страдал и выпускал пар на площадке и репетициях. Успеваемость съехала, но капитан вовремя напомнил другу, насколько он может быть страшен и к началу фестиваля все было окей. ********** Чайный домик пользовался популярностью. Ещё бы: красавицы в традиционных нарядах и загадочный бледный самурай с печальным взглядом так и взывали испить чаю и сфотографироваться на память. Как нарочно, Сэнго играла роль хозяйки и волей не волей постоянно сталкивалась с Сугаварой. К конце дня оба измученные и покрытые краской смущения, которая проступала сквозь грим, разлетелись в разные стороны. Мори собиралась слинять сразу после классной части, надеясь похоронить идею посещения танцулек, но… Вырваться из цепких рук подружек — это вам не фунт изюма. Чихо и Хоши взяли ее в тиски и чуть ли не силой потащили в зал, где уже собралась толпа подростков, отбивающих ритм на танцполе. Группа ещё готовилась, и народ резвился под записи. Махнув рукой на свои «идеальные планы», девушка присоединилась к танцующим. Она не была одной из тех королев драмы, что могли демонстративно стоять в стороне на танцполе. Если пришел — отрывайся со всеми. Постепенно атмосфера меняла настрой, сковывающее напряжение отпустило, и, незаметно для себя, Сэнго с любопытством ждала появления на сцене Диких воронов. Вопли и радостный свист оповестили о появлении героев вечера. Мори непонятным для себя образом оказалась прямо у сцены, матеря мысленно подружек, так как народу там толпилось предостаточно. Но полный шок она испытала, увидев гитариста. Мозг орал «этого не может быть, просто потому что не может, это подстава!», а сердце, отбивая румбу, требовало «вот этого вот мне сюда, и можно без упаковки». На сцене, в рваных синих джинсах, аспидно-черной рубашке с закатанными рукавами, зазывно расстёгнутой на две верхние пуговицы, стоял и приветливо махал рукой… Сугавара. Ещё более бледный в свете ламп и на фоне черной ткани, с серебрящимися искрами светлыми волосами он невозможно притягивал взгляды, хоть и старался держаться дальше всех участников, где-то ближе к ударнику. Через пару минут музыканты утихомирили верещащую толпу и начали играть. Песня лилась за песней, парни неплохо спелись и сыгрались, так что все шло гладко. Коуши, увидев у сцены «ту-кого-нельзя-вспоминать», побледнел ещё больше и вдруг остро понял состояние Хинаты перед матчами. Живот нервно скрутило, к горлу подступил ком и ему пришлось призвать все свое самообладание, чтобы не последовать примеру их рыжей приманки, позорно дезертировав в туалет. Хорошо ещё первые песни он был на подпевках, надеясь, что Мори рассердится и уйдет от сцены. Но соло неумолимо приближалось, а девушка не уходила, вперив в него непонятный взгляд, от которого хотелось стать облачком и раствориться в закате. Перед выходом на эшафот Юки вдруг шепнул ему: — Ты главное не волнуйся, у тебя классно все выходит. Так что не подведи, а то твои кохаи обещали из меня фарш сделать, — и выпихнул его вперёд под громкие вопли женской части зрителей. Вот теперь все встало на свои места. Но на осмысление этой бредятины времени не было. Ведущий под крики приветствовал солиста, который был готов провалиться поглубже, лучше сразу в магму, чтобы быстро и навсегда. Ребята уже начинали, ещё пара тактов… Медово-карии глаза встретились с серыми и..... Страхи, сомнения, все глупости разлетелись, как гаснущие фейерверки. Все нутро заполнило одно безумное, радостное и ошеломляющее чувство. Яркой вспышкой в мозгу загорелось: он не будет петь для них, он сейчас признается ей, только ей. Она поймет, не может не понять его: кричал его взгляд, пока пальцы сжимали холодный микрофон. Get out your guns, battles begun Are you a saint, or a sinner? If loves a fight, than I shall die With my heart on a trigger… Сэнго стояла, не в силах оторваться от происходящего на сцене, хотя до этого каждый раз по окончанию песни порывалась сбежать. Сначала ей не дали этого сделать подруги. Чихо наклонилась у ее уху и сказала: — Подожди, ты все поймёшь. Просто поверь и не уходи. Просто поверь ему! Но когда он вышел вперёд, когда посмотрел, проникая печальным взглядом в самое сердце, внешне спокойный и холодный, этакий ледяной принц. Для других. Она же каждым миллиметром кожи ощущала вулкан энергий, переполнявших Коуши, готовых выплеснуться и сжечь все, что мешает достичь цели. И в то же время он так нежно касался ее взглядом, так трепетно выпевал: They say before you start a war You better know what you're fighting for Well baby, you are all that I adore If love is what you need, a soldier I will be… Все вокруг как будто замерло. Даже если бы подруги не караулили потенциальную беглянку, она бы не ушла. Для нее ничего не существовало в тот момент; ничего, кроме светящихся любовью и одновременно грустью глаз и такого дурманящего голоса, отчаянно твердившего ей под музыку со сцены: I'm an angel with a shotgun Fighting til' the wars won I don't care if heaven won't take me back I'll throw away my faith, babe, just to keep you safe Don't you know you're everything I have? And I, wanna live, not just survive, tonight Какими глупыми казались все ее дурацкие мысли, страхи и комплексы. Как досадно: потерять столько времени на идиотские фобии. Не могли лгать эти глаза, голос, весь Коуши не лгал сейчас, обнажая перед ней сердце. Девушка счастливо улыбалась, по щеке, серебрясь, струилась коварная слеза, переливавшаяся в разноцветных огнях иллюминации. I'll throw away my faith, babe, just to keep you safe Don't you know you're everything I have? (I'm an angel with a shotgun) And I, want to live, not just survive, tonight (Live, not just survive) And I'm gonna hide, hide, hide my wings tonight… О нет, милый, твои ангельские крылья, увы, не спрятать. А иначе, как ты будешь летать. Песня завершилась, потонула в реве и визге восхищённых слушателей. Неожиданно Суга подошёл к самому краю и резко спрыгнул прямо к обалдевшей девушке. Такой знакомый и другой. В этой черной, по фигуре, рубашке, в отличие от мешковатой формы, подчеркивавшей его жёсткие мышцы, он казался больше и сильнее. В абсолютной тишине, акапелла, он обратился напрямую к ней: They say before you start a war You better know what you're fighting for Well baby, you are all that I adore If love is what you need, a soldier I will be… Развернув гитару за спину, в один шаг убрав расстояние между ними, юноша взял ее за руку и поцеловал тыльную сторону тонкой кисти, не отрывая взгляда. Секунда, и зал разразился аплодисментами. Вот так поворот, практически признание без слов, на глазах у всех. Это так не похоже было на вечно тихого, часто незаметного Сугу, которого многие знали. Бросив микрофон и гитару, он увлек ее за собой в расслабившуюся и потерявшую бдительность толпу, уводя прочь в только их вечер. Уже на выходе их перехватил Цукишима с двумя зимними пальто в руках. Точным пасом кинув одежду ошарашенной парочке, он отсалютовал своему семпаю и растворился в темноте, ухмыляясь про себя. Черт побери, иногда приятно поработать купидоном, или как там это сейчас называется: шиппером. Ок! Он не против. Набросив пальто, ребята выскользнули на улицу. Как по заказу, кружась и искрясь в свете фонарей, с неба летели первые одинокие снежинки, сразу окрасив все сказочным налетом. Юноша посмотрел сверху вниз на Сэнго, обхватившую крепкую спину своего «похитителя», в то время как его ладони покоились на плечах Мори. Она любовалась Сугой: его серебристыми волосами, на которых уже приютились первые снежинки, волшебными огоньками, побескивавшие в рассеянном свете. Тонула в тягуче-золотистых глазах и бархатном голосе, шептавшем: — Сэнго… Я… Я люблю тебя. — и мягкие обветренные губы, ласково целующие ее счастливое, смеющееся, пусть и немного, совсем чуть-чуть, заплаканное личико. — Тихо, не высовывайся Ноя! — сердито зашипела маленькая Либеро на своего парня (а Юу не теряет времени, на ходу подмётки рвет) — спалишь всю контору. Не щелкай камерой так! — Нормуль! Фото — огонь. Номинация — самая романтическая парочка точно за ними. — А мы тогда кто? — хихикнула Моримото, обнимая Нишиною и мило тыкаясь носиком в спину, от чего по спине у Божественного стража пронесся табун мурашек. — Мы? — он развернулся, заключая брюнетку в кольцо сильных рук, — Мы самая охренительная пара!