Глава шесть: Очень рад знакомству
19 августа 2024 г., 17:11
— Когда ты сказал, что я должен быть частью компании, я не думал, что ты потащишь меня на встречу буквально со всеми своими друзьями!
Джон нервничал. Он то и дело теребил рукав футболки, пока его держали за руку и что-то строчили в телефоне. Прошла неделя. Неделя с того самого дня, когда всё встало на свои места в их жизнях. По крайней мере, так казалось. И всю неделю Алекс ни дня не упускал, чтобы предложить Джону встретиться с его друзьями и познакомиться. Это такая замена знакомства с родителями, да? Что ж, лучше не становилось. Стресса как будто только прибавилось, потому что Джон и представить не мог, что там его уже теперь парень рассказал про него своим друзьям. Всё в мельчайших подробностях? Или упустил детали по типу: «Хэй, помните девушку, которая мне нравилась? Так вот, она мне врала, и она не она, а он, то есть он мне врал». Боже, какой кошмар.
Но Александр был уверен, что всё пройдёт более, чем хорошо. В компании ожидалось семь человек, не считая их самих. И, слава Богам, двух людей из компании Лоуренс знал. Повезло ему быть знакомым с семьёй Скайлер, и это могло быть хорошим аргументом в сторону того, что нервничать сильно не будет, знакомая компания! Да, знакомая на четверть. Уверенности это все не придавало. И даже несмотря на то, что Алекс рассказывал ему про своих друзей, Джон чувствовал, что может крупно облажать. А самое страшное это запутаться в именах… Перепутать людей! Нет, это слишком большой для него стресс, к такому сложно стать готовым, когда у тебя всегда была меленькая компания, которая никогда не превышала трёх человек. Видимо, время пришло, потому что Гамильтон назначил встречу в субботу, все согласились и уже ждали их в кафе, из которого они благополучно после небольшого знакомства должны были отправиться на прогулку, возможно по пути зайти ещё куда-то, чтобы развлечься, но то скорее к вечеру. И сейчас они вдвоём шли к кофейне.
— Не нуди, чем больше людей, тем веселее, — Ал успокаивающе погладил Джона по костяшкам и повернул к нему голову, — Все в сборе, нам нужно поспешить.
— Ещё лучше, — тихо прошептал Лоуренс и вздохнул, сжимая чужую руку сильнее.
Чем ближе они были к кафе, тем нервознее становился Джон. В голове крутился ураган из мыслей: что ему стоит сказать в первую очередь, как представиться, что рассказать про себя, что в целом говорить?! Ответы на вопросы никто не даст, Алекс вот во всю воодушевленный, словно выиграл в лотерею. Лоуренс жалобно посмотрел на него прямо у входа в кафе. На это Александр лишь хмыкнул и поправил Джону волосы, выбившиеся из его высокого хвоста. Маленькое движение чуть успокоило парня, но потом Гамильтон потянул его за собой в кафе, сразу махнув рукой своим друзьям, которые расположились за дальним столиком у окна. Было очевидно, что этой большой компании даже очень тесно здесь находиться, но при этом, учитывая заливистый смех, им также было и очень комфортно.
Первыми подали свой голос Алексу два парня сидящих рядом. Они казались самыми громкими в компании. Джон никогда их не видел, хотя не сказать, чтобы он вообще помнил кого-то с той самой вечеринки, — Алекс говорил, что был там с друзьями, и Джон мог точно сказать, что видел их компанию, — все воспоминания о внешности быстро стёрлись, да и не сказать, что он пытался запоминать кого-то. Эти парни выглядели довольно добродушно, широко улыбались, почти что скандировали имя Гамильтона, чем, наверное, очень раздражали других посетителей кафе.
— А вот и наш геро-ой! — прокричал один, более коренастый, обнимая своего приятеля за плечо.
— Алекс собственной персоной! — добавил второй, парень вытянутый, — А кто это с ним? — он приложил ладонь к своей щеке. Его напарник ахнул рядом, и вместе они крикнули:
— Это Джеки! — парни замахали руками в приветственном жесте.
Вся компания лишь похихикала и обернулась на сладкую парочку, зашедшую в кафе. Алекс на поведение друзей усмехнулся и закатил глаза, сжимая ладонь Джона крепче, как будто боясь, что всё это выступление спугнёт его ещё больше, и тот, как пугливый заяц, убежит прочь. Лоуренса парни позабавили, они казались приятными, но небольшой страх оставался. Никогда не знаешь, как тебя будут воспринимать после общения.
— Очень весело, ребят, я вам тоже рад, — Ал кротко кивнул им, — Лаф, Герк, — видимо, вот и имена этой громкой парочки. Рядом со столом стоял самый, как казалось, тихий из присутствующих. Парень держал стаканчик кофе, он повернулся к Алексу и пожал его руку, по-доброму улыбнувшись двоим.
— Неужели Гамильтон в хорошем расположении духа? Видимо, Джон и правда вершит волшебство, — подал голос кудрявый, рядом с Герком. На его слова даже Лоуренс фыркнул, Алекс же пропуская мимо ушей, или вернее сказать, отмахиваясь от этих слов, встал перед друзьями и гордо улыбнулся.
— Джон, ребята, мне нужно вас познакомить. И я попрошу всех вас! — он указал рукой на компанию, — Быть предельно деликатными и воспитанными, Джон немного переживает.
Сёстры Скайлер сидевшие на противоположном диванчике от Герка и Лафа нежно взглянули на Лоуренса, от чего ему вдруг стало как-то легче. Вся компания друзей с улыбкой кивнула Гамильтону и ждала, когда каждому из них будет дано слово, когда их представят новоприбывшему члену их «тусовки». Теперь, когда Джону выпала маленькая пауза, он пытался сообразить, кто может быть кем, учитывая, что имена двух парней он уже знал и имел представление, как они выглядят. Теперь осталось соотнести все остальные описания Гамильтона с теми, кто тут сидит. Вслух, конечно, Джон ничего не будет угадывать, но в голове поиграть в подобную игру — пожалуйста.
Вот, например, язвительный парнишка за столом — явно Джефферсон. Недодруг, недовраг, как его Алекс обозвал, но было понятно, что сходятся они в баталиях лишь ребячески, на самом деле давно уже это переросли и смирились с тем, что у них на деле много общего, и быть друзьями они могут. А вот оставшихся парней было сложно определить. Оба они тихие, как Алекс и говорил, да и не было заметно, что кто-то из них более отчуждён от компании. Вот Геркулес и Лафайет сразу были угаданы им верно. Два весельчака, вечно держащиеся вместе. Лаф явно был высокий, у него в голосе едва проскальзывал акцент, а вот у Герка, как Гамильтон описывал, был более грубый голос.
— Итак, Джеки, это мои друзья, — Алекс положил ладонь на плечо парня, что стоял рядом, — Это Аарон, всезнающий задрот, с которым я, к моему сожалению, делю комнату в общежитии, — с явной иронией протянут Александр. Аарон Бёрр, так вот, кто это был. Он кивнул Лоуренсу и протянул руку для рукопожатия. Джон протянул свою в ответ незамедлительно и улыбнулся. Была мысль что-то сказать, но его опередили.
— Приятно познакомиться, Джон, мы все очень хотели тебя встретить, — коротко отозвался Бёрр, и тогда ему вслед добавил кудрявый парень за столом.
— Естественно! Мы не могли обойти стороной новость о том, что котяра Алекс обзавёлся новым другом, по совместительству парой.
— А это Томас, самый болтливый и невоспитанный из нас! — перебил его Гамильтон и наклонился к столу, чтобы как можно громче сказать это в лицо Джефферсону.
Джон тихо посмеялся с этого. Аарон рядом с ним, пожал плечами, как будто извиняясь в какой-то степени за их перепалку. В его глазах так и читалось: «У нас такое часто, привыкнешь». За столом сразу стало шумно, ребята рядом с Томасом завыли в унисон, дамы напротив пытались угомонить всех и сразу, чтобы не создавать ещё больше шума. Джон тогда обратил внимание на ещё одного члена компании, который единственный был ему ещё не известен. Низенький парень протянул руки в сторону Алекса и Томаса, как бы выдвигая их между ними. Говорил он тихо, но как будто именно к его голосу эти двоя и прислушивались. Он сидел прямо напротив Джефферсона, рядом с Элайзой и Анжеликой.
— Ну, всё парни, брейк.
— Не я тут с цепи сорвался, Джейми, — закатывая глаза, протянул Джефферсон, на что Гамильтон и Джеймс усмехнулись вдвоём.
— Бла-бла, — Алекс выпрямился и указал на сидящего напротив Томаса парня, — Это Джеймс, мистер-дзен, вечно простывший бедняга. А еще бедняга, потому что связался с Джефферсоном. Напомню, я был против, — Ал махнул рукой Джеймсу, и тот тихо рассмеялся.
— Тебя никто не спрашивал насчет этого, Гамильтон, — сквозь смех сказал Джеймс, ему поддакнул Джефф, но все это проигнорировали. Он развернулся в сторону Джона и добродушно ему улыбнулся, — Джеймс Мэдисон, очень приятно познакомиться.
— Вполне взаимно, — наконец выдавил из себя что-то Лоуренс.
И вот в его голове складывалась ещё более подробная картина этого микро-мира, который выстроили себе ребята. Теперь, зная не просто набор характеристик этих людей, Джон мог видеть их общение друг с другом. В какой-то степени он даже завидовал. Они все были такие разные, но при этом находили общий язык и так гармонировали друг с другом. Взять того же Мэдисона и Джефферсона. Они были совсем не похожи по манере поведения. Один более спокойный, другой более взбалмошный — но они сошлись, и, кажется, вполне комфортно чувствуют себя в компании друг друга. Становилось самую малость грустно, что Джон не нашёл таких людей раньше. Его подруги прекрасны, он ими дорожит, но, чёрт возьми, как же сейчас было интересно познакомиться с кем-то ещё, тем более, когда эти люди не смотрят на тебя как на дурака.
— Так, ну, сестёр ты у нас знаешь, — обняв за талию своего спутника, Алекс указал на девчонок у окна. Джон кивнул и сложил руки на груди.
— Поверь, Ал, мы его лучше тебя знаем, — промурчала Анжи, хлебнув свой кофе и подмигнув Лоуренсу.
— А я рада, что ты теперь будешь в нашей компании. Ты украл у нас Алекса, но теперь он вернулся, ещё и с радостными новостями! — Лиззи похлопала в ладоши, и Алекс посмеялся её энтузиазму.
— Не хотел никого красть, оно само вышло, — неловко пробубнил Джон, опуская взгляд.
— Само так вышло, это когда Алекс пропадает с вечеринки, приятель. А не когда пропадает из жизни на пару месяцев, — усмехнувшись, прошептал Аарон и толкнул друга в плечо. Александр просто закатил глаза и отмахнулся, пробормотав типа: «Хватит врать».
Стол снова загудел. Каждый начал искать подтверждения словам Бёрра. Джон пытался уловить слова каждого, но в какой-то момент осознал, что он правда немного… Увлёк Гамильтона. Он очень часто с ним встречался в один промежуток времени. А если и не встречался, то подолгу переписывался, явно отвлекая его от многих дел. Хотя Алекс никогда не жаловался, но его друзья явно заметили перемены в нём. Джон сам это замечал, то есть, он мог чувствовать, что Алекс относится к нему с добротой и нежностью. В общем, он чувствовал особенное отношение к себе. Конечно, всё ещё были свои нюансы, ведь помимо этого ощущения была огромная тревога, куча накручиваний себя и так далее. Но тем не менее, друзья наверняка заметили перемену в Алексе в последняя время, когда стало понятно, что он влюблён?
Гам пытался заткнуть всех и каждого, как будто те несут всякий бред. А в это же время его щёки самую малость порозовели, что не мог оставить без внимания Джон. Он кротко улыбнулся и осторожно ткнул пальцем в щеку парня, тем самым привлекая его внимание. Алекс повернул к нему голову и, кажется, смутился ещё больше, когда Лоуренс сдавленно посмеялся. Приняв это за коллективные «унижения», Ал сложил руки на груди и принял позу. Обиженное лицо строил он, конечно, Джону, но посмеялись с этого все. А все попытки оправдаться теперь выглядели ещё смешнее. Но как хорошо, что этот неловкий момент всё-таки прервался. Руку поднял, по предположению, Лаф и громко попросил продолжить приветствие. Хотя казалось бы, он был один из первых, кто начал смущать всем этим Алекса.
Гам не стал долго ждать и поспешил как можно скорее прекратить эту глупую болтовню без дела. Он снова переключился на представление друзей и постучал по столу, создавая торжественное настроение.
— О, дамы и господа, поприветствуйте неповторимого Лафайета! — вся компания застучала руками вместе с ним, а Алекс указал на парня у окна, который показательно приподнялся и поклонился, прижав руки к груди. Несколько раз повторив «merci», он опустился обратно на диванчик и послал всем воздушные поцелуи.
— Очень рад наконец-то встретить тебя, Джон! Уверен, мы с тобой подружимся, — с хитрой улыбкой протянул Лаф и помахал рукой Лоуренсу. К разговору подключился, как уже было понятно, Герк, сидящий рядом. Парень похлопал своего соседа по бедру, как будто охлаждая его пыл, а затем повернулся к Джону, прикрывшись ладонью от Лафайета, и прошептал:
— Первое, что он сделает — это проведёт лекцию по произношению его полного имени. Радуйся, что пока знаешь только одно.
— А это Герк, телохранитель нашего французского друга, — добавил Ал.
Джон улыбнулся смелее и начал продумывать слова, которые ему теперь стоит сказать им всем. Он надеялся, что пауза не будет слишком длинной, но переживать и не стоило. За столом почти ни на секунду не умолкали голоса. Сейчас Лафайет что-то возмущенно пытался доказать Гамильтону, как будто защищая свою честь (или честь своего друга, сложно было понять). Но при этом никто из них также и не переставал улыбаться. Вокруг витала атмосфера дома. Именно так Джон ощущал себя, когда мама была жива. Это вечный смех, улыбки, долгая болтовня даже без особой темы. Это также навеивало ему его общение с Мартой и Пегги, когда они собирались вместе у него дома. Он старательно пытался прогнать из своего сознания мысль о том, что он тут лишний. Рука Гамильтона на его плече создавала своеобразный купол безопасности.
Лоуренс на секунду прикрыл глаза и вздохнул, начиная говорить, отпустив всю свою тревожность прочь. Ему нужно быть искренним. Нужно быть самим собой и открыться им, если он хочет, чтобы они смогли им проникнуться. Чтобы они поняли его.
— Я так рад, что смог познакомиться с каждым из вас! Я смотрю на вас всех и чувствую, что у вас тут своя собственная связь. Это так здорово, что у вас такая дружба, и сейчас я рад, что смог присоединиться к вам, — чуть заикаясь под конец, Джон глубоко вздохнул и посмотрел на Гамильтона, который нежно смотрел в ответ, — Я рад, что Алекс решил нас познакомить.
Все компания, кажется, впервые за всё время замолчала аж дольше чем на пять секунд. У Джона сложилось мнение, что он не подкачал. Всё-таки ещё есть шанс влиться. Первым голос подал Лафайет, который подтолкнул двух своих соседей, чтобы те поддержали его слова.
— Ох, Джон, это мы рады встрече с тобой! Алекса тут вовсе и не решал! — со смехом протянул он и наклонился к парням, а те закивали. Томас, откинувшись на спинку диванчика, ехидно высказался про знакомство, что якобы это им нужно было уговаривать Гамильтона о всей этой встрече. Кажется, остальная часть компании поддержала этот настрой.
Улыбка не сходила с лица Лоуренса. Друзья начали осыпать его вопросами, как только Гамильтон скрылся из виду, отойдя за кофе. А Джон с радостью, пусть и не без доли смущения, рассказывал им и о их с Алексом знакомстве, и о своих интересах, учёбе и планах. И теперь с прямым контактом Джону всё больше становились понятны эти люди. Ему было комфортно и приятно общение с ними, казалось, они уже нашли что-то общее. После возвращения Алекса, компания наконец-то покинула несчастное кафе и направилась по улице.
Такая смена обстановки только усугубила ситуацию для окружающих. Шума прибавилось вдвое. Но зато Джон смог приметить для себя ещё больше черт новых друзей, если он может их так теперь звать. Он смог пообщаться с каждым отдельно — это относительно, ведь всё равно в диалог встревали остальные. Аарон осторожно расспрашивал его про жизнь, стараясь случайно не задеть какие-либо щепетильные темы. Джеймс и Томас интересовались дальнейшим поступлением нового знакомого в университет, не скрывая надежды на возможную тесную коммуникацию в будущем. Анжи и Лиззи в тихую расспрашивали Лоуренса про его новые отношения, но хорошо, что Алекс обрубал подобные расспросы на корню. А вот Лаф и Герк пытались раскрыть для него новую сторону Алекса, рассказывая разные курьёзные и веселые ситуации из их жизни — на это Ал, конечно, тоже не мог закрыть глаза, поэтому почти всегда прерывал их на самом интересном, но Лаф обещал когда-то всё досказать.
Их встреча прошла на удивление гладко. После долгого хождения по городу ближе к вечеру друзья решили расходиться. Александр тихо предложил Джону проехаться с ним и побывать у него дома. Это предложение удивило не только Лоуренса, но и друзей, которые, кончено же, услышали всё. Джеймс пожелал Джону удачи и похлопал его по плечу, на что Алекс возмущенно прикрикнул ему что-то про один раз. Контекста так Джон и не смог осознать. Лишь по пути он попытался выведать у Алекса информацию. Да, в этот день он очень осмелел и решил встретиться не только с друзьями своего новоиспеченного молодого человека. Гамильтон поведал забавную, но смущающую историю, которая случилась с ним и Джеймсом на первом курсе, когда Ал решил заняться каким-то проектом не в стенах университета или общежития, а у себя дома. Дома — это дома у его приёмной семьи. И именно с родителями Алекса связана вся курьёзность.
Прибыв домой, ребята были приняты даже слишком радушно. Наверное, слишком закрытый и необщительный на тот момент Джеймс не был готов к внезапной атаке гиперактивных взрослых, которые не хотели отпускать парней несколько часов, просто болтая обо всём на свете. Теперь Джону становилось понятно, почему некоторые из друзей знали об Алексе много подробностей, в том числе и о его буйном подростковом прошлом, которое они никак застать не могли, в виду их знакомства лишь в колледже или в последний год школы. Всему виной очень общительное семейство Вашингтонов, вот какими были родители Гамильтона. Поэтому, да, смущающей встреча была не только для Алекса, но и для Джеймса, который явно не хотел оказаться в таком положении, да и узнавать такие интимные подробности жизни своего тогда ещё не слишком уж и близкого друга (сложно вообще их назвать тогда друзьями). Теперь Мэдисон постоянно припоминает Гамильтону эту встречу и рассказ его мамы о прошлом Алекса, как не состоявшегося рэп-исполнителя. Было сложно поверить, что такой романтичный сейчас Алекс, пишущий скорее более лиричные произведения, мог заниматься рэпом, и отнюдь не лирическим. От всей этой истории Джон еле сдерживал смех, потому что представлял, что теперь его может ожидать. Но то, что Алекс не постеснялся поделиться с ним чем-то настолько сокровенным и смущающим, придавало ему уверенность.
Оказавшись возле дома Алекса, Джон почувствовал себя так, словно он пришёл к себе. Их дом до жути напоминал ему его собственный — вот эта подъездная дорожка, вот цветы на крыльце, кресло-качалка (Джон даже задумался, отец Ала тоже проводит тут вечера, как и его?). Лоуренс опустил взгляд в пол и оценил свой внешний вид. Проверил не развязались ли шнурки, не испачкалась ли одежда, пока они были в пути, а может быть он вообще не заметил, как испачкался своим кофе. Александр нежно погладил Джона по щеке и ласково произнёс:
— Ты чудесно выглядишь, им ты понравишься, каким бы ни был.
— Очень обнадёживает, — промямлил Джон и поднял взгляд вновь на дом. Он сосредоточился на мысли, что это очень похоже на его родной дом, что тут тот же уют, родители Алекса такие же, как и его собственные. Он был уверен, что они безумно милые.
Парни подобрались к двери, и Гамильтон позвонил в звонок, взяв Джона за руку и переплетая их пальцы. Постоянный сегодняшний телесный контакт прибавлял Лоуренсу спокойствия, его собственное состояние уже пару часов таким образом становилось менее нервным, или просто менее взволнованным. Он пошире улыбнулся, когда входная дверь открылась и на пороге их встретил высокий лысый мужчина. У Джона на мгновение пронеслась мысль в голове, что он когда-то видел его, только вот где, вспомнить не мог — может быть кто-то из знакомых отца. Алекс и слова не сказал, лишь хмыкнул и улыбнулся своему отцу. У того от удивления слега расширились глаза, но, быстро собравшись, он отошёл от двери и позвал свою супругу. Женщина не заставила себя долго ждать. Она была ниже его, на ней было милое цветочное платье ниже колен, сверху фартук. Джону она напомнила его маму, когда та встречала его после прогулок на улице. В доме стоял вкусный запах выпечки, словно только что из духовки достали имбирные печенья. Женщина тоже удивилась гостям, она вытирла руки о свой фартук и неловко улыбнулась, как бы ожидая, когда кто-то пояснит ей, что происходит.
Алекс повернулся к Джону и ласково улыбнулся, начиная разговор. Он вновь посмотрел на родных и прижал Лоуренса ближе.
— Мам, пап, простите, что не предупредил о том, что приду с гостем. Я говорил вам про то, что, — он замолк на пару секунд и вновь заговорил, отводя взгляд в сторону, — мне кажется, я влюбился. Так вот… Это Джон. И он тот, кто будоражит моё сердце. Я хотел бы познакомить вас сегодня, потому что боюсь, что другого удачного момента уже не будет.
Лоуренс взволнованно закусил губу тихо поздоровался, боясь подать свой голос. Речь Ала естественно смутила его, но этого он старался не показывать сейчас. Родители Алекса внимательно выслушали. Их выражения лиц сменились с недопонимания на полное дружелюбие и энтузиазм. Казалось, что у них загорелись глаза. Гамильтон указал рукой по очереди сначала на отца, а затем на мать.
— Джеки, это Джордж, а это Марта. Я уверен, вы прекрасно поладите.
Мистер Вашингтон пожал Джону руку и широко улыбнулся, чуть прищурив глаза.
— Рад знакомству, Джон.
— И я очень рад! — Джон закивал головой, — Ваш сын очень замечательный, для меня честь быть его…
— Ох, прекрати, дорогой! — прервала его Марта, осторожно обнимая, — Это мы должны говорить о чести. Раз нам выпал такой шанс, я не могу оставить тебя без внимания. Пожалуйста, расскажи нам всё, Алекс очень скрытный! — дама взяла Джона за руку и повела его в гостиную. Вот о чём Джеймс говорил.
— Марта, прошу, оставь парня, думаю, их личные дела, должны оставаться личными, — протянул Джордж.
— Брось ты! Я лишь хочу немного узнать Джона, — женщина села с парнем на диван и очень нежно, по-матерински взглянула ему в глаза, — Александр не любит рассказывать о сердечных делах, но я так рада, что он привёл тебя к нам. Если ты хочешь, я могу сделать чай. Мы можем поболтать вместе. Расскажи, откуда ты, чем увлекаешься? Может быть, ты расскажешь тёте Марте, как вы познакомились?
— Мама! — послышалось из коридора. Алекс сложил руки на груди, заходя в комнату. Рядом с ним прошёл его отец и похлопал по плечу. Он сел в кресло рядом и тоже в ожидании посмотрел на Джона. Марта лишь отмахнулась от сына и тихо похихикала.
У Джона на сердце стало так тепло. На него словно смотрела его мама. Он задумался, а задавала бы она такие же вопросы ему? А его второй половинке при встрече? Конечно, да. Она была такой — немного сплетница, но при этом добрая и ласковая, никогда не делающая что-то из злого умысла. Марта казалась такой же. У них с мамой было много общего. Это потому что они обе матери, конечно же. Элеонора тоже всегда любила так поболтать в гостиной. Она по вечерам сидела там с отцом и расспрашивала его о работе, а в детской всегда внимательно слушал все рассказы Джона, и те, что он рассказывал от чистого сердца, и те, что он прямо в этот же момент придумывал.
Лоуренс слабо кивнул и прошептал что-то про чай. Марта сразу подхватилась и скрылась из виду на кухне. У них было очень уютно. Джон уверен, что это благодаря Марте, что старалась создать идеальный семейный очаг, по ней это видно. Алекс опустился рядом с Джоном и прошептал ему:
— Не жалеешь?
Кудрявый отрицательно помахал головой. Тогда в игру вошёл Джордж. Он начал задавать более конкретные вопросы, не такие абстрактные, как его жена. Александр пытался чуть прервать беседу, чтобы не сильно нагружать своего возлюбленного, но того, кажется, всё устраивало. И всё равно, что сегодня он всё это уже несколько раз повторял для друзей Ала. Именно в этом месте всё ощущалось иначе. Тут он чувствовал, что полностью находится в безопасности. Именно в ходе этого разговора он убедился, что видел Вашингтона среди знакомых своего отца. Мужчина сильно удивился, что перед ним сидит сын Генри Лоуренса, но в конце подметил, что всё-таки они с отцом похожи, пусть и очень многое ему досталось от матери. Слова про маму задевали особые места в его сердце, но при этом боль после этого не отражалась. Он чувствовал себя только спокойнее и комфортнее. Мама будто была рядом всё время. Когда рядом оказалось Марта, Джон словно ещё сильнее начал чувствовать присутствие самого близкого ему человека.
Расспросы Джона прервались на моменте, когда наступил момент признаться в том, что он изначально обманывал Алекса при их знакомстве. Гамильтон попросил поменять тему, сославшись на то, что это слишком личное. Тогда любящие родители переключились с одного ребёнка, на другого. Лоуренс оперся о плечо Алекса и слушал, как Джордж и Марта старались в красках описать ему период начала влюблённости, который Александр переживал.
— Когда он звонил нам, он словно витал так где-то в облаках. Он был вообще не с нами, — продолжал Джордж.
— О, да! А на любые вопросы он сразу говорил, что всё нормально. Но я то знала к кому обратиться, поэтому попросила Мари разузнать обо всём, — Марта откусила печенье и потянулась к своему чаю.
— Кто такая или такой Мари? — поинтересовался Джон.
— Это одно из имён Лафа, — пояснил Гам, — Он пытался за мной шпионить, но я это пресёк. Хотя от этого француза ничего не скроешь, он и без слежки всё доложил маме.
Джон тихо посмеялся, опустив руку на бедро Гамильтона, ища в нём опоры. Так разговор и продолжился, но недолго, потому что Алекс вновь решил прервать увлекательную беседу и отправиться в куда более уединенное место. Пообещав поболтать в другой раз подольше, Джон поднялся с Алексом на второй этаж и вступил в его комнату. Она была чистой и прибранной, словно здесь вообще никто не жил. Что было частично правдой, ведь большую часть времени Ал проживал в общежитии.
— Прости, я не хотел, чтобы они тебя смущали или спрашивали, болтали лишнего, — произнёс Алекс, прикрывая дверь.
— Всё нормально, всю жизнь же избегать эти темы не будешь, — пожал Джон плечами, — Думаю, тебе стоит рассказать им всё. Лучше уж они это услышат от тебя, чем от меня.
— О чём ты?
— О знакомстве. О том, какой я…
Джон остановился у книжной полки и начал разглядывать корешки книг одну за другой. Он совсем не задумывался над словами, что произносил. Совсем не замечал, что говорит совсем не то, что ему бы хотелось произносить вслух. Свою неуверенность ему бы хотелось скрывать. Даже после всего, что произошло между ними, тяжело свыкнуться с мыслью, что вокруг тебя есть куча людей, которые способны быть не просто мудаками по отношению к тебе, но и понимать и принимать тебя.
— Джон, я не понимаю. Я же сказал, они примут тебя любым. Им не нужно это пояснять, они вообще не должны хоть как-то высказывать свое отношение по поводу того, какой ты. Ты никого не убил, чтобы говорить о том, какой ты! — Алекс всплеснул руками и подошел ближе, обнимая его за талию, — Ты хороший человек. И они это видят. Если это так тебе важно, я поясню им, но если ты думаешь, что они могут настроиться против тебя после этого…
— Ты не можешь знать наверняка.
— Я знаю, что я не отвернусь от тебя.
Слова эхом раздались в голове и застряли там. Уютная комната Алекса словно растворилась. Сейчас Джон был у себя дома, в своей комнате, лежал на кровати и смотрел в потолок, ожидая очередное СМС. Вечер у Вашингтонов был чудесен. От начала и до конца. Алекс просто тихо читал ему что-то из своих черновиков стихов, Джон почти что засыпал под этот убаюкивающий голос. Кажется, Алекс даже специально приглушил в комнате свет. Будь воля, Лоуренс бы остался в том моменте навсегда.
Сейчас он был дома. Прошло уже пару дней. Вся стена над кроватью была увешена новыми рисунками, сделанными карандашом в порыве чувств. Джон поднялся со своего места и потянулся, подходя к своему зеркалу. Он посмотрел на свое лицо и чуть оттянул кожу, словно пытаясь проснуться. Поправил тенистую юбку, что чуть задралась из-за лежания на кровати. От него не отвернутся. Он может быть таким, какой есть. Оглядев себя в зеркале, Джон усмехается. Выводит буквы на стикере и клеит его на зеркало в углу.
«Ты хороший человек»
Этого напоминая будет явно достаточно, чтобы не сжирать себя за то, что ты просто пользуешься одной особой частью своего гардероба. Потерев виски, Лоуренс вздохнул и всё-таки улыбнулся своему отражению. Ему нравилось, что он видел в зеркале. Ему нравится видеть счастливого себя в зеркале. Что делало его несчастным? Он задумался и начал перебирать мысли. Отсутствие поддержки? Отсутствие возможности примерять то, что он хочет? Отсутствие уверенности в себе? Кажется тут было намешано всё и сразу. Невозможность делать то, что ему хочется, сжирала его всё это время. Но сейчас он свободен. На телефон пришло сообщение. Парень упал на кровать и схватился на мобильник, проверяя входящие. Это был Алекс. Улыбка на лице стала ещё шире. [Алекс <3] 15:43 Ты уже получил письмо о поступлении? Я могу позвонить им, если ты хочешь. Как по мне ответ уже должен прийти.15:44
Нет, ещё не получал, но и тебе не нужно волноваться.
Я и сам, если понадобится, свяжусь с ними. Думаю, на днях получу ответ, расслабься.
[Алекс <3] 15:44 Окей. [Алекс <3] 15:45 Пойдёшь с нами на вечеринку в субботу? Её устраивает наш знакомый. Там будут все ребята. [Алекс <3] 15:46 Лаф сильно просит, чтобы ты пошёл.15:46
Я подумаю
15:50
Ты уверен, что мне стоит идти? Ты знаешь, мне не везёт на таких мероприятиях.
[Алекс <3] 15:51 Поверь, теперь ты будешь с нами, а значит не соскучишься. И ничего не произойдёт. Обычно к этому парню приходят нормальные ребята. Обещаю, мы классно проведём время. Тем более отпразднуем твоё поступление!!15:52
Только если так…
Я напишу позже, ещё подумаю.
15:52
Люблю тебя
[Алекс <3] 15:53 А я тебя больше, чем можешь представить. Джон закусил губу и улыбнулся, поднимая голову к потолку. Вечеринка значит, да? Провести время с новыми друзьями — звучит вполне достойно. И разве он может отказать Алексу, когда тот правда хочет его там видеть. Ему стоит начать вливаться в компанию. Нужно наконец-то расслабиться и дать себе волю. Вечеринка того стоит, если после этого он почувствует себя более свободным. Это новый этап его жизни. И он куда радужнее, чем всё, что было ранее. Собравшись с мыслями, Лоуренс снова берётся за телефон и хочет написать Меннинг, чтобы узнать её мнение. Возможно, они смогут собраться перед вечеринкой, и Джону станет ещё спокойнее. Прежде чем ткнуть на чат с подругой, парень смахивает уведомление с почты вверх. Он пишет, объясняя всю ситуацию. И, конечно, получает восторженные возгласы в голосовом сообщении. Ещё с полчаса они обсуждали встречу и думали над тем, как рассказать всё Генри. Конечно, он бы не смог запретить сыну идти, но стоял другой вопрос. Алекс. Им пора нормально встретиться и познакомиться, как это сделал Джон с Вашингтонами. Нужно организовать им встречу, и, возможно, стоит обрадовать этой новостью отца заранее. Джон закрыл чаты и зашёл на почту. Ему пришло письмо, скорее всего оно из университета. Адрес был ему незнаком, но может быть он просто что-то не так понимает. Он открывает письмо и почти сразу хочет отбросить телефон в сторону. Он видит фото, на нём изображён он со спины. Что за чёрт восьми? Это день его знакомства с компанием Гамильтона. Вот рядом с ним сам Алекс, а по другую сторону стоит Томас и размахивает руками. В тот момент они уже почти начали расходиться. По телу от накатившей тревожности побежали мурашки. Подпись гласила: «Для чего ты меня игнорируешь? Значит так теперь ведешь диалог, Лоуренс?» Скрипнув зубами, Джон погасил экран телефона. Он не понимает, что от него хотят. Он догадывался, что тот, кто стоял за этой почтой был Ли. Но зачем ему всё это? Уже месяц он находился в чёрном списке, ведь начал строчить сообщения с просьбой возобновить общение. Опять писал о недопонимании, о том, что Джон глупый, всё неверно воспринимает. Настаивал на встрече, личной, один на один. Чтобы всё обсудить. Именно это стало последней каплей, ведь Лоуренс ещё не так сильно выжил из ума, чтобы соглашаться на подобное. Но это письмо добавляло больше поводов для беспокойства. Если подобный сталкинг продолжится, то ему ничего не останется, как… В комнату постучали. Джон пискнул наподобие «открыто» и сел на кровати. К нему зашёл отец и прокашлялся. Ну, пока стоит на время снова забыться, что там он хотел обсудить с отцом?
