Дом. Любовь. Жизнь.

На следующий день Данте вспоминал эту ночь, в которой он встретил того самого загадочного, но довольно интересного русала. И как ни странно, алый всё-таки не заболел. Ну за весь день он смог наконец нормально отварить два зелья, также он сделал мазь с оставшихся водорослей, чтобы те самые глубокие раны исцеляли и пропали. А также он один глазом следил за бубновым валетом, что иногда бурчал под носом, что за ним не нужна какая-то «слежка». Но тот в итоге упрямился, и все равно надеялся, что всё пройдет. И о чудо голова начинает у него проходить. Но взамен приходят новые признаки болезни: сопли и кашель, да еще и чихание вдобавок. И откуда у того появились еще и эти болезни? Грипп наверно… Теперь опять придется бегать за лекарствами. В принципе все было на месте, только не хватало ромашек пяти и семи кувшинок как на зло. Поэтому ему опять придется припираться в это "сраное болото", что прозывалось озером. Но на этот раз он пошёл чуть пораньше, когда на улице ещё светло, прихватив свою сумочку через плечо с собой. Первым делом он пошел в поле за ромашками. Это дело было сделано проще простого. А теперь озеро… Добравшись по свету вечернего заката кувшинки были чуть ли не на другом концу берега, как назло черт возьми! И именно поэтому бубновый сейчас стоит и думает, как бы из достать, устроив задумчивое лицо на полном серьёзе. Тем временем у червового за день ничего не особенного не происходило. Хоть кричи, хоть молчи. Одна несправедливость по отношению к нему. Заняться было уже нечем, поэтому он решил доставать с дна разные вещи, которые можно найти благодаря людям, что хотели утаить некие вещи тут. Насчет вещей почти ничего поначалу не нашлось, только… какого черта сюда кинули железную кружку?! Выплывая к берегу в глазах мелькнуло… Неужели он? Ускорившись, и поплыв к берегу поставив прямо к приходу бубнового эту кружку, задавая вопрос. — По каким причинам снова пришел? — Да кувшинки мне вооон те нужны, только вот словно специально там находятся, а идти на другой берег ой как не хочется. — мда, чего уж точно ожидал, так это то, что он приплывет. Показав на пару секунд пальцем кувшинки, он начал вновь задумываться. Интересная ситуация, что же будет дальше? Будет ли он стебаться над бубновым? Или… Попросить его? Может он поможет? Этот русал очень даже странный тип, но у него и другого выхода не остается, кроме как попросить его об этом. — Слушай, я конечно не знаю, что ты в ответ мне сделаешь, но можешь их подать мне, пожалуйста. Феликс посмотрел на него взглядом типо «Ты серьезно?», и поплыл за этими хреновыми кувшинками на другой берег. Другого выбора просто нет, ну и было бы приятно помочь, что-ли? Довольно быстро захватив где-то семь штук. Хоть бы хватило… Через пять минут кувшинки лежали у ног колдуна. — Вот, а теперь вали… Или еще что-то нужно? — сложив руки вместе, положив их на бережек. Словно в диснеевских мультфильмах. Смотря на того снизу вверх, ожидая дальнейшие его слова. Не хотелось чтобы тот уходил, но и держать его не хотел. — М, спасибо. — поблагодарив, он положил точно семь кувшинок, как раз по нужному и определённому кол-ву. Странное ощущение, словно не хочется покидать это место. И наверняка это из-за блондина. Хотя… Здесь и природная панорама очень даже завораживающая. Если же парами минут назад он думал, что заскочит ненадолго, то сейчас уже мнение меняется как-то по-другому. Вот точно не так, как нужно. И он решил посидеть минут так пять, так скажем подарить тому общение хоть с кем-то, но если он начнет хамить, то сразу же свалит к себе домой. — Нужно. Расскажи о себе и своё имя, как тебя звать то? — Феликс… — довольно ожидаемый вопрос, тоесть вопросы. Насчет о себе он никогда не понимал. — А о себе… оглянись, что могу рассказать о себе? Правильно, ничего. — ответил тому пожимая плече. Прищуривая глаза от солнца что светило в последний раз сегодня, и он продолжал говорить. — А тебя как зовут? — подозрительно спокойно спрашивал того, вспоминая, что было вчера. И насколько все это мягко говоря странно. И этот странный колдун, что еще не ушел, а решил расспросить его, а не харкнуть в него, и не проклянув. — И как там твои царапины? — голос звучал в этот момент с неким волнением, и неуверенностью в голосе. Сейчас в общем Феликс казался божьим одуванчиком, не то что когда он охотился. Два абсолютно разных существа. — Да не прямо уж ничего. Вдруг ты сейчас вспомнишь что-то ещё интересное… — и заглянул на озеро, в котором естественно тот, смотревший на него. Это странное ощущение, словно ему не полностью доверяют. — А меня зовут Данте. Можешь не волноваться, немного магии, и царапин как не бывало. — повертев руками, он смог показать то, что их словно там никогда и не было. Все таки это приятно, когда он скажем так «забеспокоился», вспомнив о них. Это, как Гэб, которые сегодня утром тоже волновался за его царапины. Но Феликс это словно другой тип, совсем другое существо, вспомнившее о них. Чудная погода, на улице начинает темнеть, а двое разных существ находят общий контакт. Посмотрев еще раз на руки, он решился задаться тому одним довольно интересным вопросом. — Эм… А зачем ты вчера так сильно цеплялся за мои руки? Ты думал, что я настолько лох, и слабак что не знаю о том, что здесь тип ты живешь? На последний вопрос взгляд упал на воду, блин, Феликсу сейчас стыдно. Тогда шёл по своим скажем так природным желанием, хотя кого это он оправдывает? Кроме того, чтобы жрать, и плавать ничего. А выйти на сушу никак, он вам не Ариэль. И благо, что тут жертв намного меньше. Все же он являлся из тех видов не о которых пишут сказки, и сочиняют сопливые истории, а от которых стынет кровь в жилах, но смотря на Феликса, можно понять всю дикость этого вида, у которых не стыда, не совести. Они слишком опустились, что бывало поедали себе подобных существ. Единственное что он сейчас мог выдать из себя, это тихое «прости», которое сам Данте наверняка не услышет. Почему именно перед каким-то человек, колдуном ему становиться слишком стыдно. И вроде бы его не строгий взгляд, но ожидающий ответа. — А если это сказать немного погромче, чтобы я хорошенько расслышал. — по движениям губ червового Данте смог понять, что тот тихо прошептал. Но ему это было не слышно, а только самому понятно, поэтому он требует того, чтобы услышать погромче. И скрестив руки вместе, смотря на него требовательным взглядом стал ждать хотя бы это слово. Может… У них этот инстинкт от природы, и тоже не стоит как бы наезжать. Это же тоже самое, если сам Дан не прикасался к еде весь день, что-то шаманя без остановки, и только вечером ест, словно вечно голодный колдун. Так что… С какой-то стороны его тоже можно понять. Голодный блондин, кушающий только одну мелкую рыбешку и жаждущий чего-то нового для обновления своего меню. Не стоит быть к нему тоже так строго, ему же тоже здесь ее особо хорошо, устал бедолага от одиночества. Если скажет слово погромче, то можно по факту забить на эту мелочь. Феликс поднял заново на того взгляд, хмурясь, но после повторяет заново. — Прости, пожалуйста, Данте… Так по странному. Извиняться. Правда еще удивляло, каким чудом у него нет тех царапин. Что должны были оставить спустя время довольно нехилые шрамы. Чудо зельев, и магии. Саму эту встречу снова можно назвать хреновой магией. Как? Почему? Чудеса, да и только. Словно кто-то сверху напрямую подкинул этого чертового колдуна. Ну хоть сейчас, он общается с кем-то, и разбавляет его скучные вечера. Сейчас блондин ожидал от друга? Знакомого? Ай, хрен с ним, ждал ответ на такое краткое извинение русала для которого это отдельная пытка ада. — Извинения приняты. — наверно Фел потом разозлится немножко из-за этого, но Дан присев на колени погладил его по голове, тем самым растрепав волосы. Такие прохладные и немного влажные они у него были. Это очень даже прикольно и завораживающе. Конечно он не понимал эту самую вчерашнюю встречу, и как все повернулось. Но маг однозначно считал этот чудом. Довольно необычным чудом, да таким, которого он никогда не видывал и в которое сам не попадал, очень странным. Что-то он неожиданно вспомнил о том, сколько тот может находиться на суше, и неужели это правда чистой капли воды? — Эм… Слушай, вот ты вчера говорил, что можешь час продержаться и возможно чуть больше, а это правда? И кстати… Можешь рассказать какие там виды под водой? Может там красиво? От  действия  Данте Фел находился в неком замешательстве, и прошлись мурашки по  спине. Непривычное чувство, и тёплая рука. Когда он утаскивал людей, то все были на ощуп очень холодны, хотя и были руки у тех что и обжигали этим своим теплом? К теплу он  всегда хотел тянуться, особенно когда лето, и когда солнце греет лицо лучиками. Очнувшись на данный вопрос философа, он немного призадумался, вспомнив что сказал это сам, лично. — Ну…это да. Поэтому быстро не подохну, если вытащат какие-то придурки….Ну, а насчет видов, когда то виды были лучше. Люди накидали разного барахла, железяк. — мямля пролепетал он, смотря уже на кружку  что кстати и достал со дна. — Оу, понятно. Жалко тебя. Вот же породятся иногда такие свиноты, которых все и везде. Если бы я нашел этих вредителей и наносителей природе грязи, то они уже давно бы убирались при мне, разве так можно?! — конечно иногда это обидно, когда  твою любимую и чудную матушку природу портят всякими барахолками и мусором. Да еще и не дают нормально жить походу единственному русалу здесь.  Посмотрев на кружку, бубновый уже начал подумывать, что там на дне явно какая-то свалка. И как бедный червовый может жить в таких ужасных условиях. Это же каким нужно быть чудо терпеливым русалом, чтобы обживаться так. Его даже становится как-то жалко. Ну ей богу, Данте на его месте явно что-нибудь придумал для мести других жалких людишек, и подгадил каким-нибудь образом их жизни. — Кстати, а какую ты там можешь ещё барахолку найти? Их же там наверняка дохрена. — и как-то необычно, загадочно, улыбнулся ему. — Мне уже как то похер, одно железо. Поэтому жалеть, для кого-то другого это побереги… — сказ на малое возмущение бубнового. Ему  было давно как-то все равно. И тем более,  барахлишко там, то что надо иногда. На вопрос с загадочной улыбкой, он какое-то время скрылся под  водой. Вернувшись в руках так и трещало барахлишком, ржавая посуда, тоесть  одна тарелка, две вилки, еще одна кружка. И рамка в которой раньше было фото. — Пиздец там конечно хлама… — Не, ну точна, пиздец полный. — немного сменившись в лице, чтобы не казаться конченным дебилом, он осматривал хлам, который тот припер. Хотя его и не просили. И с чего бы именно в озера выкидывают столько посуды? Для этого есть и другие места. Не обязательно их сюда выбрасывать. Но это уже не его дело. Что сделано, то сделано. И это странное сочувствие другому все равно никак не дает ему покоя. Конечно же он брал и трогал эти, но вскоре вновь складывал назад, в эту небольшую стопку. — Если тебе тоже что-то интересует, то задавай, не ссы. На этой фразе в голове русала был один вопрос. Было такое чувство, что тот эльф что часто проходил мимо, как-то связан с Данте. Ну и расспросить насчет  повседневной жизни колдуна. — Ты случаем не знаешь эльфа, что тут вечно бегает? И что значит быть колдуном? Шаманите зелья, это я знаю. А что еще? — крутив в руках вилку, иногда посматривая на неё. Обычная, классик вилка. Иногда такое чувство, что бывшая домохозяйка, просто психанула, и выкинула посудину всю сюда. — Хах, ты ещё спрашиваешь! — на лице выносится немного необычное выражение лица. Ведь Гэб как-то рассказывал о русале немножко, ну… Типа о их тонком и коротком разговоре. Что проносился не совсем хорошими словами. — Ну… Этот эльф — это мой помощник в зельях и брат. А бегает он, потому что я посылаю его за той или иной вещью. Да в принципе и в этот раз мог бы пойти он, но заболел. И поэтому щас хожу я… — и немного начал размышлять, вспоминая о том, что он там может делать. На секунду забылся, скажем так. И вспомнив о том, что он еще может делать, то щелкнул пальцами, и начал перечислять о том, что он делает, не считая варки других зельев. И ещё о предназначении. — Ну быть колдуном быть не особо так просто. Нужно заранее при себе всё иметь. Но как ты понял, иногда не все предметы могут находиться на месте. Ну еще не считая всяких там создавания зельев, я могу что-нибудь создать, и исцелять всякими лекарствами. Моя может практически все, если найти в моей книге необходимое пожелание и там все расписано, как-что. И все по-своему. — Теперь ясно куда делся. Интересно… — Фел был немного удивлен. Ну в жизни многое бывает, и не такое. В общем сейчас общение между этими двумя, можно уже считать странным. После, с интересом слушая его, уже  вслушиваясь в каждое слово,  молча. И то лучше, без комментариев. Теперь уж точно знает о колдунах больше, о которых только слышал. Но и теперь видит, и может узнать ещё больше. Можно считать что два вида существ, узнает от друг-дружке особенности  каждого вида. И  полезно, и интересно? Да, на этот раз да. Им предстоит еще многое узнать, то что иногда не написано в книге, и тем более в сказке. Особенно в последнем, в сказке все розовыми очками, где показывают всех магических существ,  что породил бог, и вселенная  более мягким способом, и то что все добрые, пиздеж чистой воды. Движения хвостом, что стали более спокойным, и медлеными от того, что сейчас слушает. «Ох уж эти межрасовые разницы этих двух существ. И с кем тут только возможно подружиться! Маг и русал, чудеса какие-то невероятные.» — как мысленно считал Данте. А пока он рассказывал и добавлял что-то ещё о своих магических и необычных прибамбасах, то заметил как хвост того начал медленно двигаться. Вроде как немного стыдновато это спрашивать, но любопытство о хвосте брало вверх с каждой секундой. И закончив своё слово о магии, пора и ему узнать о необычности русалочьего тела. — … Фел, слушай. А какого это быть русалом? Как ты живешь с таким хвостом? Ну типа от чего там зависят его движения? — Ну… Жить, так жить. Конечно. Быть русалом? Бля, даже не знаю что сказать, живешь жизнью вечного хищника, как мой род, сверепых существ, или лучше тварей. Хоть и странно сравнивать, но жизнь русалок, похожа на человеческую. А насчет хвоста… — оперевшись руками об «берег», каким то чудом смог приподняться и пересев на край земли оставляя часть хвоста в воде. — Все зависит от того в каком ты состояние, ну или эмоция  которая может с потрохами тебя выдать…  — самому русалу было сложновато объяснить,  хвост так хвост. Прохладный  ветерок  охватывал  всего его, от чего гора мурашек прошлись по телу. — Ясно. Хех, настолько свирепых существ-хищников, что даже простых смертных не щадите. Забавно. — и сидя на коленях он рассматривает этот чертовски крутой, по мнению Дана, хвост. Для кого-то это просто хвост, но не для третьего. Он ещё показался ему немного… Необычный? Ну ближе всего к этому слову, да. На улице почти темно, а они вместе наслаждаются  погодой. Вот чего именно сейчас хотел он, так это тишины. Хоть недолгой и маленькой, но главное, что какой-то тишины. И уходить даже никуда не хочется, сиди и наслаждайся видом с другом. Теперь Данте с уверенностью в лице готов его называть именно так, и никак больше. И единственное, что могло прервать ее, так это шелест травы, небольшого и тонкого течения озера, или звуки сверчков, что прячутся там, где их мало кто найдет. — Как же хорошо здесь ночью, или в такое темное время… — Ну-с, можно согласиться.  — довольно привычная обстановка которая встречает  каждую   ночь. Скучновато, но  может есть и плюсы. Иногда поглядывая на Данте,  и как прикрыв глаза  наслаждался видом. Может повторить за ним? Прикрыть  глаза, задуматься о чем то, вдохнуть свежий воздух, и т.д. Вдох и выдох… Ветер  даже стал более теплей. Буянило счастье того что он сейчас не один, но печально что скоро тот уйдет, и снова один.Но он снова вернется, как я думаю. Дан мельком взглянул на соседа, что сидел рядом с ним, и заметил, как тот словно наслаждается сие моментом. Также как и сам Данте. А почему и не понаслаждаться бы? Эх, только вот жалко, и немного грустно, что нельзя остаться здесь. Так хорошо и красиво тут. Да и к тому же он не может оставить Гэба там больным. Надо его вылечить, чтобы ему стало намного легче. И тогда тот снова будет сидеть там у себя. Но будет ли этому он вновь рад? Ведь именно сейчас он понял, что хочет гулять здесь чаще, и поддерживать разговор с новым другом. Как только он вернется домой, то обязательно что-нибудь поменяет в своём обычном режиме. А сейчас пора прощаться. — Ну что же, мой друг. Пора говорить друг другу пока. Домой мне уже пора. — подал руку для прощального рукопожатия. Можно увидеть  некую  печать и досаду. Но что тут поделать? Пожав тому руку, быстро сползая с края — До встречи, Данте. — уже когда его друг ушёл он долго думал о том. Как то по глупому улыбнувшись, не скрывая от самого себя это. Глаза слипались, и пора уже на дно ведь у берега засыпать, не лучшая идея. Пожав её, бубновый добрался до дома, размышляя о всех событиях сегодняшнего дня. Вроде бы ничего, но общение с Феликсом немного скажем так развлекло его. Обычно он дома сидел, ведь эльф всегда ходил за той или иной вещью. А сейчас он сам. С одной стороны эти короткие деньки его кое-чему научили, когда что-то поискивая ты должен это сделать, словно испытание. Опыт жизненный. Но он уверен, что эта встреча не была последней. А сейчас нужно сделать зелье для Гэба. — И опять все за старое… — невольно вздохнул он, колдуя, использовал новые ингридиенты. Вскоре дав новую лечебную жидкость Гэбу и поболтав немного с ним, он направился к себе поспать, так как глаза слипались, а голова думала только об одном сне.