Дом. Любовь. Жизнь.

Сколько времени прошло после этого? Ну довольно многовато. Какие-то несколько недель, или больше, месяца. И почти все это время Данте приходил, и они общались по два, а то и три часа. От чего явно у одного из них режим полетел к чертям собачьим. Колдун стал его единственным лучшим другом… Иногда странное чувство промелькнуло в мыслях, но все это смахивало на просто крепкую дружбу. Что же еще сказать. За это время Фел даже не таким нервным стал, о чудо! Правда иногда охота на людей бывала, но после приходилось извиняться перед другом. Ведь, «повел себя как дикое животное» это единственное, что может держать. День как день, начинался спокойно, а значит после будет в какой-то заднице. Так и было, частично. Уже который день какая-то проблема с дыханием, и он начал не хило так линять, чего не особо казалось нормальным. Над водой, под водой плавали чешуйки с рук, и с хвоста. Иногда перебирая аккуратно руками по жабрам, что находились на шее. В которых проблеме тоже была, от чего находился в воде дольше. «И где я успел заболеть так, блять…» — размышлял русал. Сегодня по теории должен быть прийти красноволосый, может он, поможет? Тем временем у самого Дани вновь прошёл обычный день в роли колдуна. Конечно его помощник выздоровел тогда на следующем дне, но вскоре сказал, что за это время, пока тот болел, нашёл друга. С какой-то стороны эльфу было наплевать, но с другой интерес брал над ним вверх, и иногда задавался вопросами, но все равно Гэб показывал ему вид, тип аля «мне похуй на него». И вот, сейчас Данте идёт к нему, своему другу русалу, с которым он хорошо дружит. Знаете, он как-то в последнее время чувствует с ним какую-то легкость, теплоту и свободу. Ну как бы он и так и сяк был свободен, но здесь это выражено немного по-другому. В особенном стиле, который невозможно объяснить. Добравшись, он заметил странности на озере. Тот берег, на котором они вместе сидят, было много чешуек. И ясное дело, что это чешуйки Феликса. Только бы с ним что-то плохое не произошло. Подбежав и присев на берег, алый начал взывать верного друга русала: — Фел, ты где? Я пришел! — Тут я, чего кричишь? — спросил тот,  выплывая на поверхность. Из воды выглядывали плечи, ну и лицо. В воде становилось теплей, а вот на суше… Уж слишком прохладно для начала августа. Подплыв к другу улыбаясь. Тот не садился на край берега, лишь оставался в воде. На этот раз положил руки с которых тоже сыпалась это хренова чешую, но вспомнил об этом только потом. — Привет, Дань. — голос казался немного хриплым, но сразу откашлявшись повторил более точно. Главное позже не забыть спросить. Бывает такое за общением, забываешь позже спросить его. И это забавляло, что просто забываешься вместе с ним. — Тебя блин звал. Привет, Фел. — а вид у Фела не из лучших. Сразу понятно, что он какой-то усталый, словно от чего-то переутомился. И милая доброжелательная улыбка, которая почему-то греет душу третьему, и взаимно улыбнулся ему. Только вот кашель испортил все эту милую композицию. Такой хриплый, и словно больной. — Как день прошёл? — неожиданно задался с любопытством червовый русал. — День прошел у меня нормально. Немного поколдовал, исполнил один заказ. И считай свобода появилась вновь. И конечно же до новой просьбы-заказа. Но зато какие деньги у меня в итоге. Ты лучше скажи как сам провел день? И как ты чувствуешь себя? Хорошо? — все же жалко в каких-то моментах смотреть на него такого грустного. Каждый раз когда за червового так волнуются, блондина это как-то бесило. И чувство того, что тебя жалеют, гр… Но он просто беспокоится, поэтому сразу хмурил брови он в попытках так не делать. Чертов кашель все испортил, несмотря на это пытался быть бодрым, и веселым. Если сразу печальный, значит и собеседник, то есть Данте начинает слишком беспокоиться. — Как обычно, охота, новые вещи со дна, которых там бесконечность. А насчет этого…хуево, что тут сказать. Приболел походу, а так нормально. — с рук иногда сыпались маленькие чешуйки, такие маленькие, серебристые, почти прозрачные. Данте за это время смог досконально изучить характер Феликса. И было понятно только одно, Фел был этим раздражен. Но третьему это почему-то нравилось. Когда он раздражался, то казался милым, особенно когда надувал свои щечки от некого мини озлобления. — Мне это почему-то не нравится… — особенно смотря на то, как с его рук сыпались маленькие прозрачные чешуйки. Вновь усевшись как раньше на колени, Данте взглянул в глаза Флекса. Взгляд у того был страннее обычного, словно по-настоящему уставший мученик. — Надеюсь, ты не против, если я возьму и взгляну на твою руку. — забрав одну его руку, стал смотреть на постепенное рассыпание чешуи. Когда Фел не успел сказать ничего, как тот взял того за руку потянув на себя. Горячие немного больше руки, обжигающие проводили иногда по чешуйчатой бледной, и холодной руке четвертого. Чешуйки сыпались, а он прилинял это все, и гадал, что же такое он подхватил. Рука иногда вздрагивала. От чего было решение пересесть на край берега. С хвоста так же иногда сыпались чешуйки. — Холодно, пиздец…  — промолвил он, слабо плеснув хвостом по воде, показывая  очередное недовольство. Насчет этого он сильно удивлен, ведь Данте  всегда недовольство червового считал безобидным, и вообще даже милым, как многие поняли, от чего он начинал бывало бомбить еще больше. Пока огненный рассматривал внимательно его руки, он смотрел на то, как рассыпаются чешуйки. А вообще лучше задаться тому таким вопросом… А у него такое вообще в первый раз? Или как? Но так-то ему даже интересно на это смотреть. Он даже парочку уже опавших чешуек взял и положил к себе в карман, задаваясь вполне интересным и логичным вопросом в данной ситуации. — А у тебя этой прям первый раз происходит такое? Может уже это у тебя было? — ну и пока тот думал, другой без всяких там размышлений взял и начал тереть своими ладонями об плечи Фела. А зачем он это делал? Просто заметил, как он замерз, мурашки у того прошлись. Как только Даня завершил свое деяние, он взял уже другую руку, рассматривая и проверяя на ней чешуйки, хотя там все было так же, как и на той руке. А что только что было, он сам не особо понимал. Сделал взгляд тип «ничего не было» и все. — Не спрашивай о том, что сейчас только что было. — Линял немного, но в редких случаях. Такого прям, не было… — взгляд  упал на воду,  обдумывая все это. Но то, что пробудила с мыслей… Странные действия Данте, от чего лицо покрылось еле заметным румянцем. Это согрело, и на этом спасибо. — Понял, принял. — довольно долго ожидая ответа. Все это происходило в тишине, что давила. Плечи  горели, радовало. — Ну что? Жить буду? — Честно, сам не знаю. Но, по-моему, это не к лучшему. — и в ту же секунду бубновый вспомнил об одной энциклопедии, довольно крупной книге, в которой рассказывается обо всех мифических существах и их болезнях. В том числе и про русалок. Вот прям точно помнит, что она была в какой-то полке, но именно какой не помнит. — Вспомнил я о одной энциклопедии своей. А она про всех существах в нашем мире, и твой род в том числе есть. А предлагаю следующее: я иду за книгой, возвращаюсь и мы ищем про твой род, и там узнаем, что с тобой такое происходит. Насчет слов Данте Фела ой как не радовало. От чего червовый начинал ещё больше нервничать, что было видно. До того времени как бубновый сказал об этой энциклопедии. Настроение чуток, так поднялось. Но настрой был уже так себе. — Отлично, тогда… — и маг ушел, после чего тот плюхнулся в воду, в тепло. Он стал ждать его с надеждой на то, что все будет в порядке. Сама ходьба у бубнового была недолгая. Минут занимала так пятнадцать. Пять минут прошелся до дома, пять минут искал, и слава богу Гэб смог ему найти, ибо же сказать на какой полке была, и вернулся за пять минут к Феликсу. Сев в своей привычной позе, он оставил рядышком полотенце, со словами: — Феликс, я здесь. Если же ты хочешь тоже полистать, то прошу тебя вытереть хотя бы руки. Мокрые следы же останутся, а у нас еще другому поколению передавать. — сдув с книги пыль, он начал искать нужную страницу, также разыскивая нужную раздел, про русал. Также мысленно следил за реакцией червового. Сам Фел сев на свое место, протерев руки, тоже интересно. Ведь ему если честно говоря, не все поведали предки. И хоть не в слух, но почитать может. Так почему бы и нет? Интерес к тому, может это все легкая простуда, а он нагнетает зря. Подвинувшись к другу ближе  смотря на то, как мужчина быстро перелистывает страницу за страницей. Что-то успел даже увидеть, а что-то нет, хотя сейчас это особо и неважно. В скором времени на  почти самых последних страницах нашлась тема по русалам, и ахереть, не выхереть. Он конечно знал что есть много видов, и даже поагрессивний, и опасней. Но мать моя родимая. — Тааак… Ага, наконец-то нашел! Теперь ищем главу про болезни… — пролистав еще парочку страниц бубновый вскоре нашел ее, ликованное ура в мыслях. — О, нашли, Фел, читаем… — дальше они начали читать ту самую главу. Наконец он и наверняка Феликс, нашли про те самые симптомы. Но никто из не ожидал того, что они слишком серьезны… Немного отползая, блондину было стремно читать, вдруг что-то и вправду серьезное. А он даже не знает? А вдруг… Любопытство охватывало, и заманивало,  но что-то говорило не заглядывать. Смотря на воду что когда-то была почти что прозрачной, он ждал. Как оказалось, блондин сейчас находится на грани жизни и смерти. Эта болезнь может принести для него летальный исход. Называется она «Аквафения». В книге написаны две загадки, которые они должны разгадать. Но они слишком сложные, даже для самого сильного мага, как Данте, как он по-крайней мере считал. В какой-то момент он даже удивился, что тут и зелье не нужно готовить. Хотя… Лучше бы он это сделал, он готов чем угодно помочь. Только бы его хороший друг был бы жив. — Фел… Ты на грани жизни и смерти. Эта болезнь называется «Аквафения». Тут написано, что есть вероятность, что ты скоро умрешь от пересыхания. То есть в скором времени твоё тело станет совсем тощим, как косточка. А чешуек больше не будет, и они никак не восстановятся. Ты только не паникуй, здесь две загадки. И если мы угадаем, про что они, и какое в них таится лекарство, то ты будешь жив. — Ну заебись конечно…