Свободное падение

Сквозь сизую дымку город был похож на призрак. Казалось, что солнечные лучи вряд ли когда-нибудь еще осветят серые дома и пустые переулки. Самые подходящие декорации для нового мира. Молодой мужчина стоял у окна, вперив невидящий взгляд в пустынный Лондон. Память постепенно стирала воспоминания о тысячах маглов, которые спешили по своим делам, наводняя шумом улицы. Гудели автомобили, застрявшие в бесконечных пробках, выли сирены, разрывая барабанные перепонки, грохотала магловская музыка. Сейчас, только изредка двухэтажный автобус напоминал о былых временах, высаживая утром и забирая вечером маглов, трудящихся во имя процветания Империи Темного Лорда. Люди настолько запуганы, что надзиратели обходятся без Империуса. Рабочие руки нужны молодому государству. И руки эти точно не должны принадлежать чистокровным магам. Вдали над Биг Беном в мутном мареве клубилась Вечная Черная Метка, напоминая о Его величии. Сегодня в пасмурном небе она особенно угрожающе нависала над городом, источая безнадегу и тоску по несбывшимся надеждам. Драко почувствовал, как холодная тяжесть опускается на грудь, и отвернулся от окна. – Мистер Малфой, – в приоткрывшуюся дверь заглянула девушка с миловидным лицом и стянутыми в тугой пучок русыми волосами, – господин Треверс ожидает вас в лаборатории. Он сегодня не в духе, лучше поторопиться, – понизив голос шепнула волшебница. Драко отрывисто кивнул, подхватил со стола свиток и вышел вслед за сотрудницей. Отдел магической разведки располагался в бывшем здании МИ-6, адаптированном под нужды волшебников. Кабинет выходил в узкий коридор, по левую сторону которого тянулись массивные двери, мощные и высокие, до самого потолка. Каждая дверь была украшена металлической табличкой с выгравированным номером. Справа вдоль коридора простиралась полупрозрачная стена, мерцающая изумрудными отблесками. Сквозь нее открывался вид на огромный атриум с величественной скульптурной композицией и агитационными плакатами, разумеется, в характерных зеленых тонах. Огромная величественная фигура Темного Лорда в окружении своих приспешников, выполненная в темной бронзе, победно высилась над поверженными отступниками и маглами, изображенными в основании. Ужас и страх искажали их и без того непривлекательные лица, а конечности застыли в неестественных позах. Окружавшие Повелителя силуэты, укутанные в плотные плащи, почтенно склонив головы, встречали всех входивших в здание имперской разведки проницательными взглядами из–под масок Пожирателей смерти. По задумке скульптора этот впечатляющий ансамбль должен был внушать страх и благоговение работников и посетителей. Однако, с антресольных этажей казалось, что монументальная группа изображает собой погребальный обряд над свежевырытой могилой. Малфой замер на мгновение, поправляя складки на безупречно сидящем пиджаке, и двинулся в сторону лифтового холла. Лаборатории находились на третьем подземном этаже, хотя Алхимическое подразделение магической разведки, где как раз и служил Драко, занимало весь четвертый надземный этаж. Такое необычное архитектурное решение имело свои причины: под землей, помимо лабораторий, скрывались испытательные полигоны и экспериментальные площадки. Рабочие кабинеты же занимали все надземные уровни этого огромного несуразного монстра, который даже при маглах считался бельмом на глазу Лондона. Это, впрочем, не мешало ему быть одним из самых укрепленных и защищенных от немагического вторжения сооружений в городе, а с магической защитой оно и вовсе стало практически неприступным. Без колебаний Драко шагнул в просторное, но темное помещение. Оно за долгие годы службы стало ему почти родным. Были времена, когда он проводил здесь дни и ночи напролет, забывая о сне и еде, погруженный в бесконечные попытки усовершенствовать формулы зелий. Среди бесконечных стеллажей со всевозможными склянками с ингредиентами, книгами, котлами и ковшами, высилась тумба, где в чистейших пробирках голубоватым блеском сверкало нечто совершенно особенное. Лучшее, что он когда-либо создавал. Не в одиночку, конечно. Чертов Нотт тоже приложил к нему свою руку. Но все-таки последний штрих удалось внести именно Драко. – Мистер Малфой, добрый вечер. Заходите, полюбуйтесь, – высокий пожилой мужчина с крючковатым носом и густыми седыми волосами пристально посмотрел на вошедшего. – Полагаю, вам есть чем гордиться. Поздравляю. Драко едва сдержал саркастическую улыбку. Нет, лаборантка ошиблась. Он не был в дурном настроении. Это было его единственное настроение. «Чертов сухарь». – Спасибо, мистер Треверс, – подчеркнуто вежливо склонил голову молодой подчиненный. – Это наше общее достижение. Общее? Как бы не так. Старик даже пальцем не пошевелил, чтобы помочь с формулой. Зато на встречах с начальством сиял, как новогодняя елка. И, конечно, теперь будет купаться в лучах славы. – Разумеется. Но должен отметить Ваш вклад в это чудо. Химера два-ноль, – Он обвел взглядом ряды пробирок, и в его глазах мелькнуло что-то похожее на восхищение. – Инъекции прошли все тесты на крысах, домовых эльфах и маглах. Все неприятные эффекты предыдущих образцов были устранены. И я признаю в этом вашу заслугу. Малфой кивнул. Ну еще бы. Головные боли, галлюцинации, помутнение рассудка и, наконец, расщепление личности – нехилый набор побочных эффектов для зелья, которое должно было всего лишь менять твой облик. Нет, это тебе не средневековое Оборотное зелье. Это нечто новое. Незаменимое в разведке. Одна инъекция и, увидев человека, ты можешь в него перевоплотиться, когда захочешь. И обратно. Моментально. Способность, конечно, не вечная. Метаморфом вот так просто раз и навсегда не станешь. Хватает ее не дольше чем на несколько месяцев, но и этого более чем достаточно. – Вы, надеюсь, помните о завтрашней презентации. Я собирался сообщить вам тогда же, но не вижу смысла тянуть. За ваши успехи я согласовал для вас отпуск с понедельника. На месяц. Вы в последнее время много трудились и как никто заслужили его. – Благодарю вас, сэр, – прозвучало так же сухо, как и эта новость. Конечно, приятно было в кои–то веки получить одобрение от начальства, тем более такого скупого на похвалу. Но сейчас было самое неподходящее время. На отпуск ему было наплевать, хотя последние лет пять он себе такой роскоши не позволял. Но покидать лабораторию в тот самый момент, когда формула готова и эти никчемные лаборанты будут переводить ценные ингредиенты в попытках правильно воссоздать зелье? Черта с два. Он бы им не доверил даже шинковку сушеного лирного корня. К тому же последний этап приготовления знал только он и записать его подробно не потрудился. «Посмотрим, как вы без меня обойдетесь». Но перечить бесполезно, если отпуск согласован на самом высоком уровне. К тому же отказ вызвал бы лишние подозрения. В такое время все, что угодно вызывает подозрения. – Я слышал, профессор Тененбаум ждет не дождется встречи с вами, Малфой. Кажется, у нее на вас какие–то планы. – как бы невзначай бросил старик, внимательно наблюдая при этом за реакцией молодого человека. Впрочем никакой особенной реакции не последовало. Кроме, пожалуй, недоумения: – Руководитель Отдела регуляции Чистоты крови? – Да, возможно вы слышали о ее новом проекте “Возрождение”? – Честно говоря, сэр, только название. – Значит вам с ней будет о чем поговорить, – Треверс сложил руки на груди, всем своим видом показывая, что этот разговор окончен. Драко сдержанно кивнул и вышел из лаборатории. Вопросов после этого только прибавилось. Что это за проект такой? И на кой черт им потребовался алхимик? Было ли это как–то связано с Химерой? У него слишком болела голова, чтобы мучить себя этим. Нужно было только добраться до своей квартиры и рухнуть на кровать. В такие моменты он скучал по Малфой Мэнору. Небольшая жилплощадь, выданная ему взамен взорванного несколько лет назад поместья, была безлика и уныла. И точно не была домом, в истинном понимании этого слова. Драко горестно вздохнул, переступая порог своего жилища. – Алфи, приготовь мне горячую ванну, – устало произнес он. – Сию минуту, сэр, – домовой эльф с готовностью подхватил плащ у хозяина и умчался выполнять приказ.

***

Малфой лежал в кровати, уставившись в потолок, чувствуя, как холодные простыни прилипают к его коже. Было около трех часов ночи, и сон давно покинул его. Он забыл принять снотворное зелье, которое избавляло от кошмаров и бессонницы, а теперь уже было поздно, завтра нужно было собраться к презентации. Сделать кучу бесполезной бумажной работы. А вечером его снова ждала эта ярмарка лицемерных разговоров и фальшивых улыбок. Все то, к чему он никогда не был готов. Тревожные сны, которые преследовали его каждую ночь, не давали крепко спать, еще со школы. Прошло уже девять лет, и сюжетов для кошмаров лишь прибавилось. Сегодня ему снова снилась она. Еще до того, как его жизнь окончательно превратилась в существование. Когда у него еще были какие-то надежды. Когда ему так глупо казалось, что новый мир будет благосклонен к нему. Дурак. Мир, построенный на костях и крови, на трупах детей и взрослых, пережует и выплюнет любого, не подходящего новым стандартом. И внешне он подходил идеально по всем параметрам. Только и этого оказалось мало. Это было еще до казни отца, до того как мать попала в больницу святого Мунго. Они готовились к свадьбе и он верил, что влюблен. Астория. Драко закрыл глаза, жадно втягивая ноздрями воздух, словно пытаясь уловить ее образ, хотя бы ее аромат. Прошло пять лет, и она превратилась в полузабытое воспоминание. Голос Астории стал для него лишь туманным эхом, ускользающим из памяти. Не уберег даже это. Как же мучительно стыдно. Во сне он всегда видел ее нечетко, как будто в дымке, в лучах солнца, сощурившись от яркого света. Он различал только темные гладкие волосы, карие улыбающиеся глаза, длинные пальцы, тонкие запястья и… кровь. Ярче всего вставал перед глазами образ: алая струйка, стекающая по белоснежной эмали ванны на плитку, капающая с ее тонких пальцев. Ванна, уже наполненная ею. И этот ужас, внезапный, сокрушительный, когда он понимал, что это значит. Каждый раз. Словно он снова и снова впервые шагал в эту жуткую комнату. Драко усилием воли распахнул глаза, пытаясь вырваться из этого воспоминания, прежде чем оно поглотит его целиком. И стало так горько от того, что ярче всего он помнил не ее поцелуи или объятия. Даже не улыбку. А смерть. Он привык чувствовать себя виноватым перед ней, хотя и сам не понимал, как это вообще могло случиться. Привык к тому, что эта тяжесть на груди стала частью его. Он сжал кулаки, ощущая как гнев и тоска смешиваются внутри. И все вопросы, которые так хотелось ей задать, снова завертелись в голове, превращаясь в обвинения. За то, что она сделала с собой. За то, что вслед за ней и его жизнь покатилась в пропасть. Он попытался сосредоточиться на завтрашней презентации, на бумажной работе, на чем угодно. Но мысли о ней возвращались, как прилив, смывая все на своем пути.

***

– Смотрите-ка, кто явился. Я было подумал, что ты уже не удостоишь нас своим присутствием. Ты пропустил все самое интересное. Речи сильнейших мира сего. «Слава Мерлину». – Смейся-смейся, Нотт. Мне нужно было подписать благодарности приглашенным лицам, – Драко, сощурившись, посмотрел на самодовольное лицо коллеги. Бывший сокурсник лишь хмыкнул в ответ. – Вы столько работаете, мистер Малфой, когда же вы отдыхаете? – томно протянула юная лаборантка, заглядывая ему в глаза. Кажется, она была из семьи Розье, припомнил Драко. Сегодня на ней было сдержанное длинное серебристое платье, из-под которого выглядывали туфли на каблуках умопомрачительной высоты. Он даже удивился, как невысокая брюнетка оказалась так близко к его лицу. – О, брось, Алтея, ему не до этого, – не растерялся Нотт приобнимая девушку за талию, – у него на уме только сушеные златоглазки, жало брюховерток и прочая мерзость. Когда ему отдыхать? Драко не стал напрягаться с ответом, только закатил глаза и проводил взглядом проходящего мимо официанта с подносом, на котором поблескивали стаканы с янтарным огневиски. Трезвым это мероприятие было невыносимо, но и пьянеть он сегодня не планировал. – Как поживает Флора? Или это была Гестия? Я точно помню, что на прошлой неделе ты уходил с вечеринки Флинта с одной из близняшек Кэрроу. – В добром здравии, полагаю. Я проводил барышню до дома, как настоящий джентльмен, – Нотт равнодушно пожал плечами и резко переключился на девушку рядом, – Алтея, ты уже пробовала снежное шампанское? О, ты должна его попробовать, я уверен, тебе понравится. Теодор Нотт бросил укоризненный взгляд на коллегу, увлекая свою новую спутницу в сторону стола с напитками. Девушки к нему так и липли, наверное, дело в его смазливой внешности. Надо признать, что в любовных победах Драко никогда не приходилось с ним соревноваться, хотя соперничество он чувствовал еще со школьных времен. Правда речь скорее шла об успехах в учебе. А теперь и в работе. Бывший сокурсник возможно мог бы с легкостью заткнуть его за пояс, если б не был таким бабником. Зал для приемов был наполнен гулом светской болтовни. Под потолком полыхало полярное сияние, отбрасывая зеленые блики на все вокруг. Драко внимательно оглядел зал, пытаясь найти знакомые лица. С кем можно было бы поговорить, не испытывая желания немедленно спрыгнуть с Тауэрского моста. У одной из колонн, украшенных растяжками с изображением змеи, он заметил знакомый профиль Забини. Тот с кем-то увлеченно спорил. Со спины разобрать собеседника было невозможно. Ну что ж, можно было просто встать рядом и многозначительно помолчать. – А, Малфой, привет, – расплылся в улыбке старый школьный друг. Хоть кто-то еще способен улыбаться ему искренне. – Мы с Диггори как раз обсуждаем судьбу ближневосточных резерваций. Я считаю, что после недавних событий просто необходимо увеличивать наше присутствие. Можно перебросить туда сотню-другую дементоров, и с миротворческими лозунгами восстановим контроль. Вуаля, дело в шляпе, – он улыбнулся, ожидая реакции оппонента. – Это все бесполезно. Мы можем хоть тысячу дементоров туда отправить, это ничего не решит. Пора прекратить уже корчить из себя добряков перед остальным миром. Уважение можно заслужить только силой, – бывший хаффлпаффец лениво усмехнулся. – Нужно полное уничтожение. Любые полумеры лишь отодвинут неизбежное. Рано или поздно на это придется пойти. Нам от них нет никакой выгоды, если мы их не можем контролировать, так зачем тянуть? Глубокие борозды, казалось навечно расчертили его лоб, а карие глаза всегда были слегка прищурены. В целом он давно перестал походить на того жизнерадостного парня, каким был в Хогвартсе. В лице появилось что-то хищное, будто змеиное. – А ты что скажешь, Малфой? – Диггори перевел на него пронзительный взгляд. Вот именно этого Драко старался избегать больше всего. Политических споров. Он мало интересовался этим вопросом, но особенно громкие новости, конечно, доходили и до него. Он едва сдержал страдальческий вздох, когда понял, что от ответа ему не отвертеться. – Я не специалист в подобных вопросах, но ведь у нас есть союзники на Балканах, – мучительно ухватился за мысль Драко. – Почему бы не предложить им решить эту проблему в качестве знака доброй воли и лояльности Империи? У них там вроде великаны без дела готовы переубивать друг друга. Великаны были головной болью всего подразделения контроля немагических популяций, где служили оба собеседника, насколько знал Малфой. Спор зашел на новый виток уже вокруг ситуации на Балканах. Драко, извинившись, отошел от собеседников. Он прислонился к колонне, чувствуя, как усталость накатывает на него волнами. Взгляд скользнул к часам — еще немного, и он сможет покинуть это утомительное мероприятие. Рассеянно блуждая взглядом по залу, он снова заметил Нотта. Тот все еще увлеченно обхаживал юную волшебницу, и Драко невольно задержал на них взгляд. Малфой слегка приподнял бровь, наблюдая, как серебристое платье лаборантки облегало ее фигуру, вырез на спине был достаточно глубоким, чтобы понять, что на ней не было бюстгальтера. Сзади платье оказалось совсем не таким сдержанным, каким выглядело спереди. А ведь эта Розье клеилась к нему, Драко, а не к Тео, над шутками которого теперь так звонко смеялась . Если бы он проявил к ней интерес, то почти наверняка, сегодняшний вечер закончился бы куда приятнее, чем большинство его одиноких вечеров. Но, черт возьми, они работают вместе, мало ли, что она потом себе напридумывает. Панси, которая ему периодически давала, уехала вместе с мужем в командировку в Америку три месяца назад. С ней было все просто. Никаких ожиданий, никаких обещаний и никаких гребаных отношений. Только то, что ему было нужно. Ей, наверное, тоже. Алтея игриво обернулась и, поймав на себе его задумчивый взгляд, благосклонно улыбнулась. Видимо, Нотт совсем утомил ее. Драко как раз размышлял, стоит ли подойти к Алтее, когда перед ним возникла высокая пожилая женщина. Ее старомодный твидовый костюм и приталенный пиджак выглядели так, будто она только что вышла из прошлого века. Вот уж с кем он точно не планировал коротать вечер. Он почувствовал, как напряжение снова сковывает его плечи. Лицо у нее было очень суровое, и, несмотря на бесспорную былую красоту, сохранившуюся даже в зрелом возрасте, и на широкую белозубую улыбку, приветливой ее назвать было никак нельзя – скорее наоборот. Возможно, из–за резкого разлета тонких бровей или холодного, как сталь, взгляда. – Чем я могу вам помочь? – стараясь сделать свой голос как можно более учтивым, обратился он. – Мистер Драко Люциус Малфой, я повсюду вас искала, – подчеркнуто вежливо протянула она скрипучим голосом. Она осмотрела его с ног до головы и удовлетворенно кивнула, словно он подошел какому–то образу в ее голове. Затем, спохватившись, жеманно протянула ему руку: – Профессор Бриджит Тененбаум. Отдел регуляции Чистоты крови. – Приятно познакомиться, – он озадаченно поднес ее руку к губам, чего, очевидно, от него и ожидали. Малфой вообще чувствовал себя скованно под взглядом этой дамы, словно школьник, ожидающий наказания. И наказанием этим должно было стать приглашение на танец, не меньше. От этой мысли стало еще более неуютно. – Я была бы рада видеть вас послезавтра у себя в кабинете. В полдень. Вам подходит, надеюсь? – ее ледяной взгляд прожигал насквозь. – Да, то есть… – Драко слегка опешил от такого прямого перехода к делу. – Могу ли я поинтересоваться, по какому вопросу? – По вопросу вашего участия в проекте «Возрождение». Ну что ж, до встречи, мистер Малфой, – женщина коротко улыбнулась на прощание, круто развернулась на каблуках и направилась к выходу из зала.

***

Было уже около полуночи. Зябко кутаясь в осенний плащ, Малфой сидел на скамейке в сквере. Сырая трава и лужи на дорожке уныло поблескивали в тусклом свете фонаря. Он прикурил сигарету и в сотый раз проверил внутренний карман. – Драко, конспиратор хренов, чего тебе нужно? – беззлобно осведомился подошедший Забини, ежась от пронизывающего ветра. – Нельзя было встретиться завтра в столовой? – Завтра я планировал уехать после полудня. – И пропустить восхитительный пятничный пудинг? – картинно удивился приятель. – Куда ты собрался? – В отпуск, в Дроглэйр. Я тебя сюда позвал не для того, чтобы поболтать. И мне не нужны лишние глаза и уши. – Насчет этого никогда нельзя быть уверенным, сам знаешь, – усмехнулся Забини. – Теневой Отряд Темного Лорда никогда не дремлет, – добавил он заунывным голосом. Драко вздрогнул и огляделся. Шутки шутками, а слухи не могли быть беспочвенны. Разумеется зарубежные СМИ всячески демонизировали и без того одиозную личность Темного Лорда, но догадки о тотальной слежке за всеми, чтобы найти и устранить предателей Империи, вполне укладывались в установившийся порядок. И то, что о ней ни слова не говорилось в имперских изданиях и упорно игнорировались все доказательства иностранных агентств, делало все лишь еще больше похожим на правду. Он сжал кулаки, стараясь скрыть дрожь в руках. Нет, он не должен показывать слабость. Даже перед Забини. Малфой торопливо встал со скамейки и достал из внутреннего кармана небольшой бумажный сверток, перемотанный бечевкой. – Что это? – посерьезнел друг. – Блейз, – Малфой замялся, не зная, с чего начать. – Я хотел попросить тебя... В случае если со мной что–то… – Ты к чему это? Во что ты ввязался? – Просто пообещай мне приглядеть за моей матерью. И передай ей это, когда… – слова застряли в его горле, и на лбу выступила испарина, – если я сам не смогу ее навестить. Он сунул сверток в руки Забини. Тот машинально взял. – Ты меня пугаешь. Это из–за разговора с той старухой на вечере? – Нет, – он нервно взлохматил волосы. – Просто… ты же знаешь, всякое может произойти... Там ничего особенного, просто, пожалуйста, передай это матери в больницу, если со мной что–то случится. И проследи, чтобы она открыла, когда останется одна. – Ладно–ладно, – он явно не ожидал такого серьезного разговора. – Я понял. Мерлин, во что бы ты ни вляпался, будь осторожен, Драко, – он положил руку ему на плечо. Малфой кивнул, старательно отводя взгляд, чтобы не встретиться с другом глазами. Затем развернулся и зашагал в сторону выхода из парка, бросив напоследок что–то неразборчивое вроде прощания. Он быстро скрылся за поворотом, оставляя застывшего Блейза наедине с его недоумением. Драко била мелкая дрожь. Он пытался как можно скорее покинуть этот парк в маггловском квартале, где назначил другу встречу. Где за ними никто не должен был проследить. Он проверил, что все было чисто, но теперь, уверенности поубавилось. Он не знал, на кой черт его вызывали завтра в этот гребаный Отдел чистоты крови, который находился в бывшем Министерстве магии. Он не понимал, с чего вдруг, его отправляют в отпуск, еще и на целый месяц. На его памяти так еще не поощряли ни одного сотрудника. На ум приходило только одно – его подозревают в измене. Малфой снова закурил, преодолев несколько кварталов почти бегом. Руки тряслись, и он с трудом смог поджечь сигарету. «Надо успокоиться». В квартире, на полке за зеркалом в ванной, стоит пузырек с успокоительным. Нужно только добраться до квартиры. Пешком, конечно. Трансгрессировать точно не стоит. Во–первых, он на это в таком состоянии не способен. Во-вторых, все трансгрессии можно отследить. Слишком подозрительно. Он глубоко вздохнул. «До дома должно быть не дольше получаса, долбанный ты параноик».