Losing game

      Его взгляд сам находил её.       Во время игр, перерывов, тренировок. Куроо сам не заметил, что в какой момент, находить среди толпы именно её каштановую макушку стало ему почти необходимо. Пусть даже это было неосознанно, пусть его взгляд на неё чаще был мимолетным, не задерживаясь больше пары секунд, игнорировать подобное стало невозможным. Он едва ли знал её: младший менеджер команды их главных конкурентов, первогодка и просто девушка с красивым именем, которое он все же предпочитает заменять на ласковое «воронёнок». Она действительно напоминает ему маленькую резвую птичку, постоянно мельтешившуюся перед его острыми, кошачьими глазами, пытаясь успеть за всем и вся. Всего лишь новичок во всем этом, но удивительно легко справляется, располагая к себе почти всех, кто её окружает. Даже на него она не побоялась посмотреть с каким-то вызовом в глазах, и это пожалуй, запомнилось ему больше всего. Это и послужило той искоркой, что разожгла в нем любопытство.       Да и что уж таить, она была красивой. Даже не терялась на фоне небезызвестной третьегодки Киёко, которую некоторые приравнивали к идеалу красоты. Открытая, лучезарная улыбка и какой-то ну слишком мелодичный смех, который ему удавалось пару раз слышать. Скромная, но по-своему смелая; немного наивная и порой слишком эмоциональная. Она напоминала ему открытую книгу, но написанную на другом языке. Словно на шифре, который ему вдруг вздумалось разгадать.       Вот и сейчас, он то и дело бросал на неё взгляды, пропуская мимо ушей слова своих друзей из команды и даже шумного Бокуто. Второй день лагеря уже почти завершился, и после тренировок, ребята зашли поужинать, рискуя из-за задержки пропустить подачу еды. Столовая была почти пустая: кроме его поздней и немного шумной компании, только она, по счастливому стечению обстоятельств, сидевшая прямо напротив их стола. Куроо видел, как ужинала их команда. Девушка едва ли притронулась к еде — буквально поклевала, в то время как остальные набросились на еду словно звери, что в принципе было неудивительно, учитывая сколько раз ребята из Карасуно выполняли штрафы. А когда все доели, Анами что-то шепнула Киёко и, оставшись одна, склонилась над принесённой с собой тетрадью. Вертела меж тонких пальцев ручку, смешно хмурила брови, едва заметно шевелила губами, что-то зачитывая и потирала уставшие глаза. Шумно вздыхала, что-то зачеркивала, усердно записывала и смотрела в потолок, раздумывая. Одним словом — училась. И наблюдать за её усердными стараниями что-то запомнить или понять, Тецуро находил интересным. Настолько забавно ему было видеть, как сполна отражаются на её лице эмоции, пока она с головой погружалась в процесс, и как смешно хмурилась, когда что-то снова не получалось. Трудолюбивая — ещё одно качество, которое он у неё заметил почти сразу же, и получившее подтверждение даже сейчас. Все отправились спать и набираться сил, а она над чем-то отчаянно трудилась даже после активного, рабочего дня.       Конечно, Анами пару раз поднимала на него глаза, чувствуя на себе пристальный взгляд. Делала вид, что ей все равно, и вновь возвращала глаза на тетрадь, заставляя брюнета давить в себе ухмылку, чтобы лишний раз не быть пойманным друзьями за бесстыдное отвлечение от общего разговора. — Куроо, ты идёшь? — спросил Бокуто, с которым он слишком часто в последнее время тренировался, хотя шутить над эмоциональным капитаном другой команды помогало справляться с его надоедливой компанией. Тецуро поднял глаза, оторвавшись от созерцания шатенки, и заметил, что все закончив трапезу, уже готовились покинуть столовую. — Идите, я чуть позже подойду.       Ребята пожали плечами, в принципе не особо заботясь о том, почему капитан Некомы решил задержаться, однако перед уходом бросить задумчивые взгляды на единственную оставшуюся девушку не забыли. Бокуто может и хотел что-то выкрикнуть или пошутить в своем стиле, но благо Акааши сумел подавить его рвение к очередному неуместному выкиду.       Анами, не поднимая головы, краем глаза проследила за покидающей столовую компанией, которая о чём-то громко перешептывалась, прежде чем скрыться за дверями. Может, она могла бы позволить себе расслабиться, наконец оставшись в столь необходимой тишине, однако присутствие кое-кого этого сделать не позволяло.       Куроо поднялся со своего насиженного места и неторопливо направился вперёд. Девушка надеялась, что он пройдёт мимо и так же выйдет из столовой, ведь перспектива разговора с ним наедине в абсолютно пустом зале не казалась сейчас столь привлекательной. Однако, капитан Некомы любил действовать лишь по своему сценарию, поэтому он, совершенно не стесняясь и руша любые надежды Анами, свернул к её столу, и подойдя к сидящей девушке со спины, навис над ней, уперевшись одной рукой о стол, а второй о спинку её стула. — Что мы тут делаем? — слегка наклонив голову, чтобы разглядеть чужие записи, игриво протянул брюнет. Нос тут же уловил сладкий запах персикового шампуня, исходящий от её волос, и Куроо с особым трудом подавил в себе импульс наклониться ещё ниже, чтобы жадно вдохнуть этот пьянящий аромат. Это было бы слишком. Даже для него. Особенно для него. — Ничего интересного. Это связано с учебой, — как можно непринужденнее ответила Анами, не поднимая на него взгляда. Пожалуй, игнорировать странное чувство его присутствия так близко было невозможно, поэтому девушка всем телом ощущала какой-то жар, исходящий от его массивного тела, которым от так нагло навис над ней, словно куполом. — Учишься во время летнего лагеря? — конечно, он не перестал подшучивать. — Это задание на каникулы, хочется с ним поскорее расправиться.       Анами решила не вдаваться в подробности и предысторию того, почему она сейчас вдруг мучается над всеми этими формулами и непонятными реакциями. Получив от подруги звонок с криком души и даже слезами о том, что учитель по химии задал нечто нереальное, что понять совсем невозможно, она сама вспомнила про то, что должна выполнить домашнее задание, а потом видимо, благополучно прислать его Мико. Сам факт того, что подруга дозвонилась до Токио, чтобы сообщить о безуспешных попытках сделать задание, уже не предвещал ничего хорошего. Но взявшись за дело самой, Анами, кажется, сломала себе мозг. Она не ожидала, что задачи будут такими сложными, хотя химия другой быть и не могла. То, что у Хотару пока не было проблем с оценками по этому предмету, остаётся чудом и величайшей загадкой человечества. Да и погрузившись с головой в менеджерство, учеба спешно отошла на второй план, поэтому включаться в неё снова было трудно.       Куроо тем временем сполна оценил записи в тетради шатенки, заметив на полях несколько маленьких, но симпатичных рисунков, которые обрамляли бесконечные формулы и реакции, что прямо мозолили глаз, несмотря на то, что были написаны аккуратным и почти каллиграфическим почерком. — Химия, значит? Давай помогу.       Не дождавшись какого-либо ответа от Анами, Куроо отодвинул стоящий рядом стул и ловко на него уселся. Теперь, расстояние между ними приобрело допустимые нормы, и Анами позволила себе поднять на него вопросительный и недоуменный взгляд, изящно вскинув к верху бровь. — Что? — видя негодование и даже недоверие на её лице, усмехнулся брюнет, — Я не похож на человека, который хорошо учится?       Спросил он это скорее в шутку, однако судя по тактичному молчанию и отведённому взгляду шатенки, на котором мелькнула задумчивая полуулыбка, ответ на его риторический вопрос был положительным. А ведь она сейчас его откровенно оскорбила, хоть и сделала это самым безобидным и вежливым способом. Что же, он не может отставать, и так просто ей это оставить. — Понятно, — фыркнул Тецуро, деланно обидевшись, — Но ты мне ещё спасибо скажешь, когда я тебе это объясню. — Я не просила помощи, — проговорила Анами, вновь на него повернувшись. Тецуро сделал вид, что не услышал и наклонился чуть ближе. Приставив руку к уху, он попросил повторить. Анами закатила глаза, и сказала это вновь, слегка перефразировав. Но снова до его слуха сообщение не дошло, хотя девушка понимала, что он просто придуривается. — Знаешь, я совсем тебя не слышу с такого расстояния, — Куроо вцепился пальцами в край её стула и одним движением, притянул к себе, буквально вместе с Анами. Шатенка вздрогнула, не ожидая того, что окажется перемещена чужой рукой так легко и без препятствий. Только она хотела возразить, как повернувшись к нему, осознала что брюнет оказался слишком близко. Настолько, что наклонись он ещё немного, так просто коснётся носом её. Чувствуя, как по телу прошла волна мурашек, а её голое колено коснулось его, взывая к лёгкости где-то под рёбрами, она просто мгновенно лишилась всех мыслей. Сглотнув своё возмущение, которое уступило охватившему её ступору, Анами с трудом разобрала уже более тихие и вкрадчивые слова Тецуро: — Что ты там говорила, Воронёнок?       Он играл не по правилам, ведь знал, что оказавшись в таком положении, Анами позорно замолкнет, не в силах не то, чтобы отказать ему, а вообще, сказать и слова. Слишком легко было смутить её, а наблюдать ярко-розовый румянец на её щечках и вовсе было приятно. Анами не смогла возразить, и даже отделавшись от удивления, не стала толкать его или отодвигаться, что ему определенно нравилось. Но, Куроо вдруг осознал, что и его сердце пропустило удар, а разум на мгновение потерял связь с реальностью. Он попался в собственную же ловушку и не мог оторвать взгляда от её лица, которое впервые оказалось к нему так близко. Чувствуя разогнавшееся сердцебиение, что уже гулом отдаётся в ушах, он смог придти в себя лишь тогда, когда Анами первая нашла в себе силы вдохнув, отвернуться, вернув взгляд на тетради. Лишь столкнувшись с её профилем, Тецуро очнулся, осознав что стараясь смутить её, довёл и себя до напряжения и смущения.       Конечно, было рискованно идти на то, что он сделал. Это было не совсем в его стиле, хотя результат его более чем устроил. Однако, чтобы дать ей и себе свободно вздохнуть, он слегка поубавил свой напор, перестав так сильно к ней наклоняться и нормально сев на своем стуле. Но отодвигаться он не стал. Впрочем, и она этого, по неизвестной причине, не делала. Хотя ей стоило больших трудов стараться держать невозмутимую мину на лице. Куроо же, слегка прочистив горло, удобнее раскинулся на сидении, не забыв поместить руку на спинке стула девушки. Он слегка увеличил расстояние между ними, и ему стало легче мыслить. Поэтому, не желая терять времени, пока его мозг все ещё способен функционировать, он принялся заниматься делом, с которым обещал помочь.       Спустя несколько минут, кажется, оба привыкли друг к другу.       Куроо действительно доступно и простым языком объяснил то, что сам помнил из программы первого курса старшей школы. Не забывая напоминать о том, что дальше будет только хуже, он разряжал обстановку привычными шуточками и усмешками. Какое-то время, Анами оставалась невозмутимой и даже слишком серьезной, но как только до мозга начали доходить значения его слов, а тема уже не казалась такой сложной, она заметно расслабилась. Все недавнее напряжение растворилось, уступив лишь приятной лёгкости в общении с ним. — Ну, все оказалось не таким сложным, так? — повернувшись к девушке, спросил Куроо. Одна рука все ещё находилась за её спиной, поэтому он все это время сидел вполоборота, имея возможность сполна лицезреть любое изменение на её лице. Анами как-то странно на него покосилась, но глаза уже не излучали презрение или пренебрежение, которые прослеживались в начале. Эти изменения в их коммуникации не могли не радовать. Уже через мгновение, Хотару расплылась в очаровательной улыбке с искренней благодарностью на него посмотрев. — Спасибо, Куроо-сан. — Кажется, я не только превосходнейший игрок в волейбол но и бесподобный учитель, — самодовольно ухмыльнулся брюнет, проведя рукой по непослушным волосам. — Ну, сам себя не похвалишь - никто этого не сделает. Так, Куроо-сенсей?       Брюнет хотел бы сказать, что подобное шуточное обращение из её уст повлияло на него несколько иначе, чем следовало бы, вызвав не самые безобидные мысли в его голове. Но озвучивать это вслух он пока был не в силах, ведь сам не ожидал от себя подобного. Сегодня ему пришлось осознать, что обычный интерес к Анами перерос в нечто совершенно иное. В нечто другое, нежели просто симпатия. Сидеть и говорить с ней, пусть даже на тему химических реакций, ему действительно нравилось. Нравилось смотреть, как она улыбается. Как хмурится, уточняя то, что не поняла. Как, то и дело, аккуратным и таким невинным движением убирает за ухо мешающие пряди волос, сосредотачивая всё внимание на материале. Кстати, именно из-за этого жеста, он заметил забавную вещицу на её руке. Чёрная резинка с двумя маленькими, нежно-голубоватыми бусинками покоилась на тонком запястье Анами. Именно цвет бусинок привлёк его внимание, так как он был очень похож на цвет её глаз...       ...в которых он начал добровольно тонуть. — Ребята, — обратилась к молодым людям низкая полноватая женщина, одетая в фартук и халат, заставив обоих провернуться, — Я должна уже закрывать столовую. — Да, простите. Мы сейчас уйдем. — улыбнулся Куроо, получив и улыбку в ответ.       Анами встрепенулась, поняв что слишком сильно засиделась. Заглянув в телефон, чтобы узнать который час, она с ужасом осознала что время уже двинулось к полуночи, а на дисплее высвечивалось несколько сообщений от Киёко-сан, что наверняка начала беспокоиться. Конечно, Хотару обещала что задержится максимум на полчаса, а прошло уже куда больше с того момента. Девушка начала быстро собираться, но Куроо оставался неподвижен, лишь наблюдая за ней со странным и внимательным выражением лица. Она повернулась к нему, в непонимании вскинув бровь: — Что-то не так?       Не успел Куроо что-либо ответить, как слух поразил чужой голос, который был ему отдаленно знаком: — Чё это вы тут делаете? — скривив устрашающую мину, направленную на капитана Некомы, поинтересовался волейболист. — Танака-сан? Что вы тут делаете? — увидев семпая в дверях, спросила Анами, сильнее прижав к себе тетради. — Киёко-сан за тебя беспокоилась и собралась придти, — он принялся эмоционально рассказывать историю, в котором мелькнул предмет его обожания, размахивая руками, а затем прижав их к груди, — но я, встретив её в коридоре, сказал что сам тебя найду, чтобы она не ходила поздно по лагерю одна! — Как благородно с вашей стороны, Танака-сан, — беззлобно усмехнулась Анами, но осеклась, когда взгляд его вновь принял серьёзный и немного устрашающийся вид. — Однако, она не говорила что ты не одна здесь.       Он покосил взгляд на Тецуро, что так же непринуждённо сидел на стуле, кажется, не собираясь убирать руку, которая все ещё покоилась за спиной Анами. Хоть девушка уже стояла, желая выйти, он не спешил выпускать её и вставать сам, уверенно встречая пронзительный взгляд Рю глазами. — Куроо-сан вызвался мне помочь, — улыбнулась Анами, почувствовав себя неловко. Да, положение оказалось щекотливым и наверняка, только что вошедший Рюноске не мог не включить свои инстинкты «старшего брата» по отношению к Анами, видя девушку буквально в ловушке из рук третьегодки еще и из другой команды. Возможно, для него это выглядело так, что капитан Некомы к ней приставал, что в принципе, было недалеко от правды, если вспомнить некоторые моменты. — А, вот оно что...— тут же смягчился Танака, даже улыбнувшись. Анами вздохнула, радуясь тому, что к Некоме в Карасуно относились достаточно хорошо, чтобы не проявлять недоверия. Будь здесь кто-то из другой команды на месте Тецуро, вряд ли бы всё так легко и благополучно окончилось. Да и Рюноске-сан был намного безобиднее, чем могло показаться на первый взгляд. — Я бы ни за что не обидел вашего Воронёнка, — задумчиво усмехнулся Куроо, отпуская руку и поднимаясь со стула. Анами бросила на него мимолётный взгляд, вновь вспомнив про разницу в их росте и габаритах, которая была не так очевидна, пока они сидели. — Хорошо-хорошо, я понял...— не прекращая улыбаться, снисходительно махнул рукой Танака, а Анами тем временем уже направилась к нему, чтобы лишний раз никого не задерживать, ведь сложившаяся ситуация её действительно напрягала.       Куроо проводил её фигуру взглядом, заметив, что вместо привычных форменных штанов на девушке были джинсовые шорты. Конечно, он это почувствовал, когда они коснулись коленями, но, кажется, только сейчас действительно осознал, а главное — увидел. Однако, брюнет поспешил вернуть взгляд в пригодное положение, не заостряя внимание на том, на чём не следовало бы. — Спокойной ночи, Куроо-сан, — слегка улыбнулась напоследок Анами и двинулась к выходу вместе с Рюноске. Тот остановил её, накинув свою чёрную куртку поверх белой футболки девушки. — Накинь-ка, там прохладно. — Ой, спасибо Танака-сан, — широко улыбнулась Анами, получше устроив вещь на своих плечах, — Вы, прям, настоящий джентельмен. — Я знаю, — довольно улыбнулся юноша, открывая для Анами дверь, а затем слегка тише спросил, — Ты ведь скажешь об этом Киёко-сан? — Конечно.       Наблюдая за странным, но забавным разговором Анами вместе с бритоголовым чудиком из их команды, Куроо даже задумался. Она, как Тецуро успел заметить, каким-то удивительным образом располагала к себе людей и со всеми находила общий язык, даже с самыми отбитыми. Этот Танака тому доказательство. Может конечно, дело в том, что они из одной команды, однако факт того, что она довольно быстро там стала «своей» все же его приятно удивлял. Ребята из Карасуно всегда были хорошими, поэтому их отношение к девушке как к сестрёнке, которую нужно оберегать было вполне естественным и даже ожидаемым. Но ему вдруг стало интересно, все ли относились к ней так же, как и этот Танака? Только как к сестре?       Через несколько секунд, и сам Куроо вышел из столовой на улицу, вдохнув освежающего прохладного воздуха, который помог немного расчистить мысли. Хотя, кое-кто все ещё в них оставался и вряд ли собирался куда-то деваться в ближайшее время, этому факту он противиться не стал. — Ты где так долго был? — раздался сбоку знакомый голос, заставивший брюнета повернуться. Кенма держал в руке приставку, но не играл, вопросительно глядя на друга. Он, в отличии от Тецуро, уже был переодет из спортивной формы в одежду для сна, поверх которой накинул куртку. — Ой, ты обо мне беспокоился, Кенма? — шутливо протянул Куроо, равняясь с другом. — Тренер просил найти тебя. Я кстати по пути сюда встретил девушку, которая второй менеджер из Карасуно и того странного парня. — И? — Ты был с ней? — вполне логичный, прямой и немного странно прозвучавший вопрос. Но врать другу ему не пристало, поэтому Тецуро, почти без колебаний, ответил: — Да, я помогал ей с домашкой по химии.       Оба двинулись в сторону корпуса, идя неторопливым шагом. Куроо продолжал жадно вдыхать прохладный ночной воздух, периодически поднимая глаза на усыпанное звёздами небо. Козуме же почти сразу уткнулся в приставку. — Ты? С домашкой? — на обычно каменном лице Кенмы мелькнула ухмылка. — Эй, тоже намекаешь что я тупой? Я же и тебе помогал, помнишь? — Я не это имел ввиду. Просто не думал, что ты станешь помогать кому-то постороннему с чем-то, что не связано с волейболом. По крайней мере, сейчас.       Тут Куроо замолчал, слегка задумавшись. Действительно, где это было видано, чтобы он занимался чужими уроками, да ещё и посреди тренировочного лагеря? Он считал себя добрым, но не настолько. Конечно, для друзей он на многое готов, а помогать соперникам в улучшении их качества игры, давая советы и вместе практикуясь, тоже стало уже чем-то обычным. Но то, что он решил сам предложить кому-то не просто помочь, а объяснить тему по химии, хотя никогда не делал этого раньше — было действительно странно. Да и согласие на это Куроо пришлось буквально вытянуть, причём не самым честным способом, но занятным. Для всего этого, в его голове нашлось лишь одно, ясное как день, объяснение: он просто хотел побыть с ней. Поболтать, использовать представившуюся возможность лучше узнать её без посторонних глаз, которые то и дело окружают в лагере. В тот момент он просто поддался каким-то импульсам, но ничуть не пожалел. Тецуро действительно хорошо провёл время, даже сидя за формулами. — Ты что, влюбился? — вновь прямой и странный вопрос, который Кенма без колебаний задал другу, даже не отрывая взгляда от игры. — Влюбился? — Куроо засунул руки в карманы куртки и задумчиво свёл брови, вздохнув, — Я бы сказал, что она просто мне...понравилась.       В этом он был готов себе признаться. Чуть больше чем симпатия — определенно, но меньше чем громкое «влюблённость». До сегодняшнего дня, брюнет вообще не задумывался над тем, что именно заставляло его все время кидать на девушку мимолётные взгляды, подходить к ней, подшучивать и прислушиваться порой к разговорам. Кто знает, обратил бы ли он на неё внимание вообще, если бы в первый же день, не поймал на себе её взгляд, которым Анами над ним будто бы посмеялась. Хотя, наверно, все же заметил бы. Ведь ему, как и многим другим парням, просто нравится смотреть на красивых девушек. Что ж поделать...       А потом, чем больше у него получалось с ней контактировать, узнавать её, пусть даже наблюдая издалека, он осознал что дело не только в том, что она показалась ему симпатичной внешне. Что-то всё же было в ней, что зацепило, но как это объяснить, а уж тем более, как назвать - капитан не знал. Несмотря на свой образ дурачка, что складывался из-за его манеры общения, он не был пятнадцатилетним мальчишкой, который стал бы легкомысленно относиться к подобному, и любую симпатию называть любовью с первого взгляда. Он через это уже прошёл. Сейчас, у Куроо итак полно того, о чем ему стоит думать - на носу отборочные на Национальные, окончание школы, поступление. Поэтому, вместо того, что бы стараться разобраться в этих странных импульсах, он просто позволил мозгу расслабиться и посмотреть на то, во что может вылиться общение с этой девушкой, которая определенно вызывала в нем какие-то чувства. — Кстати, — вновь послышался голос друга, заставивший вынырнуть из мыслей, — что значит «тоже»? — лицо было непроницаемым, но в опущенных глазах мелькнула усмешка, — Она назвала тебя тупым?