Когда не выбирают

Баки быстро ссыпался с лестницы, зацепился чуть отошедшей подметкой ботинка за предпоследнюю ступеньку и едва не пропахал носом землю перед подъездом. Он неуклюже пробежал несколько шагов, удержался на ногах и припустил вниз по улице. Наверху хлопнуло поспешно закрытое окно, Ма не хотела, чтобы весь дом слышал, как мистер Барнс костерил непутевого старшего сына, а все потому, что их старшенький уродился омегой. Ославишь его и как потом замуж отдать? Слова на Баки не действовали, мистер Барнс попробовал было выдрать сына ремнем, но тот проскочил под рукой и дал деру. Не в первый и уж точно не в последний раз. К Стиву Баки поднялся по пожарной лестнице. Сара Роджерс без одобрения смотрела на его слишком частые визиты, а о приходе Баки соседи ей точно бы доложили. Мама у Стива была неплохой, но считала, что сыну нужно беречь хрупкое здоровье, и поглядывала на Баки с подозрением. Будто это Баки раз за разом втягивал Стива в неприятности. Ха. Как бы не так, в неприятности Стив влезал совершенно самостоятельно, не зря же он был альфой. Окно открылось легко, Стив летом редко его закрывал, разве что ветер был совсем сильный. Баки бесшумно спрыгнул с подоконника, но его глазам нужно было время, чтобы привыкнуть к темноте комнаты. — Баки, это ты? — лохматая голова поднялась с подушки, и Баки ухмыльнулся, представив, как друг подслеповато щурится. — Конечно я, балда. Он уже спихнул с ног ботинки и запрыгал на одной ноге, пытаясь снять брюки и одновременно дойти до кровати. — Я уж думал, ты не придешь, поздно же. — Вот еще, я же обещал! Брюки отправились на стул, сверху легла рубашка, и Баки, оставшийся в трусах и майке, нырнул под одеяло. Стив был холодный, как ледышка. Баки сунул его ладони себе подмышки и прижался как можно ближе, чтобы быстрее согреть. Миссис Роджерс и не догадывалась, что Баки не единожды спасал от простуды ее чересчур болезненного сына. Стив вздохнул и уткнулся холодным носом Баки в щеку, а костлявыми коленками в его ноги. — Как тебя отпустили? — спросил он, когда нос немного потеплел. — А меня не отпускали. — Баки! — Да ничего, отец завтра в ночную смену работает, а там, глядишь, остынет. Стив поерзал, кровать была узкая и продавленная, поэтому оба они неизбежно скатывались в середину, и он пытался хоть немного отодвинуться, чтобы заглянуть Баки в лицо. — Может, не стоило тебе приходить? — Вот еще! — с жаром возразил Баки. — Навыдумывали себе. Стив попробовал отодвинуться еще дальше, и Баки обиженно отвернулся. — А чего они навыдумывали? — напряженно поинтересовался Стив. Баки порадовался, что уже темно и друг не увидит его румянца. — Глупости. Твердят, что ты альфа. — Я альфа, — спокойно подтвердил Стив. — Что альфы с омегами не дружат. «Тринадцать всего, а дальше что будет, пропащий», — передразнил Баки отца. — Так я и сам знаю, что не подарок. Баки толкнул Стива коленом, отчего тот съехал обратно в центр узкой постели и навалился на него теплой тяжестью. В груди отчего-то заныло, но Баки хмыкнул и объяснил: — Если бы они тебя пропащим считали, отец бы тебя прибил. — И добавил после паузы: — Это я пропащий. Стив сдвинулся на подушке повыше, утешающе погладил Баки по плечу. — Да не думает он так. И с чего бы? Жесткая ладонь легла на шею, и Баки с облегчением уткнулся лицом Стиву в плечо. Безоговорочная поддержка альфы творила чудеса, все обидные родительские упреки разом вылетели из головы, кроме самого смешного, почти детского. — Ма сказала, что я к тебе миловаться бегаю. Ладонь Стива на мгновение замерла, а потом продолжила свое успокаивающее движение по спине друга. Баки от души зевнул. Стив согрелся, теперь вдвоем под одеялом стало жарко, и спать хотелось немилосердно. Баки так и уснул, и не почувствовал, как Стив легко прижался губами к его виску.