Случайная улыбка

Следующие три дня были настоящим игнором со стороны Бекхена по отношению к Чанелю. Он тщательно избегал встреч с ним, что было непросто, особенно их соседство по комнате да и учеба в одном классе. Но и здесь парень выкручивался так, как только мог. Когда они оставались одни, то Бекки надевал наушники и пребывал в своем, известном только ему, мире. Тогда Чанель никакими способами не мог привлечь внимание парня. Даже если у Бекхена в эти моменты были открыты глаза, он смотрел через рыжика, словно его и не было. И Чанель мог только слушать, как Бекхен иногда негромко подпевает. Когда Бекки учил уроки за столом, Пак также пытался завлечь его разговором или просто присесть рядом. В таких случаях Бекки чуть скашивал глаза в сторону мешающего ему человека и один раз пристукивал пальцами по обложке какого-то учебника или тетради. После снова утыкался в свои записи. И Чанель также не имел возможности сказать еще хоть что-то. Потому что мгновенно получал книгой по голове, причем, Бекхен даже не смотрел на него, словно прибивал достававшую его муху. Конечно, рыжик мог бы использовать ночное время. Тогда-то сосед никуда бы не ушел, не сумел бы вовремя отгородиться от него. В прочем, Чанель так и сделал еще первой ночью. Поколебавшись, он все-таки пошел к Бёну за перегородку и потряс за плечо. Тогда было два часа ночи. Разбуженный Бекхен оказался вовсе не таким милым, сонным и растрепанным, как ожидал Чанель. Стоило Бекки приподнять голову от подушки, как Чанни стало страшно. Злобный взгляд и устрашающий оскал волка отбивал всякую охоту поговорить. Но даже если бы Чанель решился, то ему бы не дали этого сделать. Бекхен нарушил свое игнорирующее молчание первый и единственный раз. Он накричал на соседа, а когда тот в спешке добрался до края перегородки, то Бекки метким и сильным броском швырнул подушку прямо в пятую точку Чанеля. Больше соваться до спящего пианиста Чанни не рискнул. Сделай он это еще раз, то его и без того шаткое положение в сей комнате падет крахом. И Бекки без всяких зазрений совести сможет вышвырнуть рыжика посреди ночи из комнаты. Шел уже четвертый день этой «холодной войны». Чанель валялся на своей кровати в полной тишине и одиночестве. Ему не хотелось снова доставать Бекхена, пытаться навязаться к нему. Ему уже было все равно. Он не узнавал себя. Обычно напористый, не отступающий, при виде соседа он просто… трусит. Рыжик смотрел в потолок, отслеживал взглядом тонкие черточки, линии едва заметного узора. Редко у него в комнате бывало так тихо. Разумеется, Сухо и Кай заходили к нему примерно полчаса назад. Но, побыв с ними лишь десять минут, Чанель понял, что не хочет слышать сейчас ни шуток Кая, ни заразительного смеха Джунмена. Поэтому он мягко и быстро попросил их свалить из комнаты. Удивленно переглянувшись, Джонин и Сухо пожали плечами и быстро ретировались в коридор. Сейчас Чанель был похож на одну из кукол, в которые обычно играют маленькие девочки. И сейчас эту куклу уложили в кровать и, со словами: «Тебе пора спать!», оставили в одиночестве. Возможно, что парень и хотел сейчас побыть один, но ему этого не дали. Дверь открылась снова. Пак собирался было повторить, чтобы друзья ушли, но осекся, так и не произнеся ни слова: это был Бекхен. Но не один. По голосам, Чанель узнал Криса и Тао. Неразлучная парочка. Три пары ног прошествовали за перегородку, мягко скрипнул кожаный диванчик под весом трех тел. Чанель даже встал и подошел ближе к перегородке, чтобы лучше слышать. Да, разумеется, это было ужасно некрасиво, да и Чанни никогда раньше не подслушивал. Но как по-другому наладить какой-то контакт с Бекхеном? А вдруг, узнает что-то полезное. -Бекки, так как, сегодня едешь с нами? – Тао поерзал на диванчике, сжимая в объятиях подушку – игрушку в виде панды. Бекхен про себя мысленно отметил, что у младшего, наверняка, слабость к этим милым животным. Особенно учитывая, что парень и сам похож на панду. -Нет. Я хочу поискать места, где бы я мог подольше попрактиковаться в игре на пианино. -Крис с Тао незаметно переглянулись. Все же, Бекки иногда был заядлым игроманом, или же, просто упрямым «ботаником». Он мог несколько часов подряд просидеть и заучивать ноты, чтобы после, при практике, не пользоваться записями. -Тебе что, недостаточно кабинетов с инструментами? Беки пожал плечами. Его лицо не выражало никаких негативный эмоций. Но голос был разочарованный, с какими-то грустными нотками. -Учителя закрывают все кабинеты в четыре часа. Я еле-еле успеваю побыть там около получаса. Это слишком мало. У меня скоро выступление, а качество моей игры настолько мизерно… Бекхен остановился, что-то прохрипев: он подавился воздухом. Крис несильно, но с чувством постучал его по спине, заставляя прокашляться. Чанель настороженно слушал сухой кашель Бекхена, а после голос Ифаня: -Мы поняли. Ну, таких простых мест с инструментами нет. Тебе остается только одно: купить его. Тао молча закивал головой, а Бекки лишь посмотрел на них большими, почти круглыми глазами. -Я и сам бы хотел его купить, но дело в том, что сейчас у меня нет таких денег, - негромко напомнил Бекхен, переплетая свои пальцы в замок. Крис понимающе вздохнул, а Панда, как всегда не думая, спросил: -А ты не можешь попросить у родственников, или… Парень не успел договорить: Ифань залепил ему крепкий подзатыльник и Тао умолк. Он даже не думал обижаться, ибо сам понимал, что он ляпнул. Еще тогда они оба слышали краткую историю жизни Бека, стоя на лестнице около комнаты. Тогда, честно говоря, впечатлительный Цзытао разревелся, как девчонка, а Ифань практически зажимал ему рот ладонью, чтобы всхлипы младшего не достигли комнаты. И вот сейчас Тао, пусть и не нарочно, но напомнил Бекхену о его дыре в груди. И пока пианист не успел что-либо ответить, расстроившись еще больше, Крис поспешно предложил, уводя тему в другое русло: -Слушай, Бекки, мы же так и не знакомили тебя с еще двумя представителями нашей дружной компании. В следующий миг Тао развеселился, словно не получил никакого удара по затылку, захлопал в ладоши. Все же, этот Панда временами становился слишком уж милым и по-детски наивным. -Ой, точно! Хотя, у нас так и не было времени этого сделать. Эти двое зазнаек только вчера ночью прилетели из Франции. Даже злости на них не хватает: без зазрения совести пропустили десять учебных дней. Со вздохом, Бекхен поглядел на друзей, а после смирился. Хочет он того или нет, но знакомство рано или поздно состоится. И ему в любом случае не удастся отвертеться. Кивнув, парень поднялся с дивана, а Тао и Крис пошли за ним. Дверь закрылась. Чанель наконец-то оторвался от перегородки. Мысли в его голове выстраивались в правильную цепочку и постепенно рождали совершенно простую идею. Решение нашлось само. Вот что значит везение: оказаться в комнате и сделать вид, будто тебя здесь нет. Чанни довольно взвизгнул и бросился искать мобильный телефон. ••• Крис толкнул одну из дверей на первом этаже общежития, пропуская Бекки вперед. На посторонний шум обернулись двое светловолосых парней. Личико одного показалось Бекхену смутно знакомым, но он никак не мог вспомнить, где он мог видеть его. Заметив Криса и Тао, хозяева комнаты радостно улыбнулись и поспешили обнять их. И снова Бекки чувствовал себя чужим, находясь рядом с четверкой друзей. Тао с улыбкой несильно пихнул одного из парней, который напоминал девочку. -Почему вы уехали сразу, как началась учеба? И нам даже ничего не сказали! Вы же приходили первые пару дней. И тут Бекхен вспомнил, где он мог видеть этих двоих. Парень с миловидной женской внешностью был началом их инцидента с Чанелем: Пак толкнул его в столовой, проходя без очереди и освобождая себе место. Второй паренек бросился его поднимать с пола, но его лица Бекки толком и не запомнил. Отпихнутый парень виновато извинился и, обнявшись с Крисом, ответил на вопрос Тао: -Вообще-то, мы хотели улететь на зимних каникулах. Но из-за погоды рейсы во Францию и еще несколько стран временно отложили. Поэтому полеты возобновились только с началом учебного полугодия. -Я хотел остаться, но Лу настоял на полете. Все равно, билеты были уже куплены, - добавил второй парень. Бекки думал, что про него благополучно забыли, и он, улучив минуту, сможет выскользнуть из комнаты. Но этого не случилось: Тао притянул его к себе за рукав и, разворачивая лицом к друзьям, сказал: -Ребята, это Бекхен. Новенький в нашем классе. Бекки смущенно опустил взгляд и слегка улыбнулся. Парень с женскими чертами приподнял брови, узнавая его. -Это ведь ты вступился за меня тогда в столовой? Да? Перед глазами Бекхена снова мелькнуло красивое личико, чуть подрагивающие губы и едва влажные оленьи глаза. Брюнет кивнул и протянул ладонь, которую стоящий напротив проигнорировал, и обнял опешившего Бекхена. -Я Лухан, и я люблю обниматься, - со смешком представился блондин. К нему подошел второй светловолосый паренек и сказал, отчетливо проговаривая слова: -Меня зовут Сехун. Мы с Луханом… друзья, - последнее слово Се произнес с нажимом. Но Бекхен, все еще сжатый в объятиях Лу, не обратил на это внимание. Наконец Лу расцепил руки вокруг талии Бекхена и сделал шаг к Сехуну. Тот по-хозяйски обхватил его за плечи. А подошедший Крис выявил еще часть информации. -Директор Университета – дядя Лухана. Поэтому, для Лу существуют некоторые поблажки, благодаря которым он иногда пропускает уроки. А так как эта парочка неразлучна, то поблажки действуют и на Сехуна. Бекхен неодобрительно сдвинул брови. В конце концов, поступить в этот Университет было нелегкой задачей. А эти двое так спокойно могут прогуливать занятия тогда, когда им захочется. -Разве это правильно? Разве не стоит больше времени уделять занятиям? Все-таки, они для этого поступили в Университет. Тао похлопал все еще нахмуренного Бекки по плечу, невольно призывая того расслабиться. -У Лулу и Се очень хорошие вокальные данные, поэтому они толком и не заморачиваются насчет этого. Хотя знаешь, ты тоже мог бы спокойно поступить на вокально-танцевальное отделение. Бекки залился краской. Вообще-то, он редко поет. Просто в тот самый первый день у него внутри бушевали самые различные эмоции. И он знал только единственный способ выплеснуть их, снять напряжение – спеть. -Я готовился стать пианистом с самого детства. Мой дедушка говорил, что мои пальцы просто созданы для того, чтобы я мог стать пианистом. Поэтому, он и учил меня игре на клавишных, - это был первый раз, когда Бён сам упоминал о своих близких. И в его глазах не было грусти, лишь некая отрешенность. Но она быстро сменилась любопытством, когда Лу и Сехун достали пакет с прикупленными вещичками из Франции. Забавней всего было наблюдать за реакцией Тао, когда Се достал рубашку от Гуччи из последней коллекции. Панда визжал от восторга, потому что такой у него не было. Выход коллекции он благополучно пропустил, полностью поглощенный новичком. -Он всегда себя так ведет, когда видит новую вещь? – подождав, пока вопли Тао утихнут, поинтересовался Бекхен у Криса. Блондин обернулся к нему с теплой улыбкой на губах. -Нет. Просто он почти зависим от Гуччи. И он совсем не стесняется хватать меня за руку и, вопя на весь магазин, вымаливать: «Крис, ну купи-и!», - ответил Ифань, и в следующую секунду получил тычок в ребра от довольной Панды. В комнату Бекхен вернулся только вечером. Он полдня пробыл с компанией Тао и удивился, как быстро они приняли его. Улыбаясь неизвестно кому, Бекки толкнул дверь в комнату, зашел и застыл. Перед ним стоял сияющий Чанель, который небрежно опирался рукой о поверхность нового, блестящего синтезатора. Разбирающийся в таких вещах, Бекки сразу распознал модель « Ямаха DGX-220». Чанель деловито прошелся рукой вдоль клавиш и проговорил: -Принимай. Вначале я, правда, хотел купить пианино. Но оно бы просто не поместилось в комнате. – Поймав удивленный взгляд Бекки, Чанель добавил, уходя к себе за перегородку. – Ты же сам жаловался, что тебе практики не хватает. А Бекхен стоял около двери и не знал, что ему делать. Дать этому рыжему существу подзатыльник, чтобы не подслушивал чужие разговоры, или крепко-крепко прижать к себе, благодаря за такой подарок.