Вызов времени

      За окном что-то активно чирикали птички, будто бы напевая мелодию. Прохладный ветерок подвывал, заползая в тёплое помещение. Он окутывал собою всё пространство. Проносясь по коже, прохлада покрывала её мурашками. Белые простыни ощущались удобно и мягко, но болезненное ощущение от нахождения в комнате все равно вызывал апатию и безнадёжность. Запах лекарств и свежего воздуха дурманили разум, доводя ощущения до предела. За дверью можно было услышать приглушённые голоса. — Ох…       Моя голова раскалывалась. Я машинально дотронулся до лба, смахивая с него наполовину высохшую тряпку. Лоб казался тёплым, я бы даже сказал горячим, схожим на подогретый в микроволновой печи пирожок. Боль прознала, а мысли путались. Сколько я проспал? Вдыхая свежий воздух из открытого окна, я потихоньку приходил в себя. Пытался фокусироваться на потолке, но в глаза всё расплывалось.       Родная больничная палата. Сколько раз я имел возможность очнуться не у себя дома, а среди пастельных цветов и болезненного вида людей? Учитывая, что моей приёмной матерью является Исцеляющая девочка… было бы забавно, если бы мы с ней жили где-нибудь в больнице, каждый вид наблюдать за пациентами, видеть раздачу лекарств, и ощущать чувство горечи на языке.       Послышались приближающиеся к моей палате шаги. В комнату зашла Чиё. Она подошла ко мне с новой тряпкой и положила мне её на лоб, забирая из моих рук предыдущую, уже сухую тряпку. Я почувствовал прилив холода на лбу, прикрывая слегка пульсирующие и уставшие глаза. Лежать было действительно хорошо. Она простояла рядом со мной несколько мгновений, оглядывая моё состояние. Выражение её лица было скорее спокойным, но опущенные уголки губ выдавали Исцеляющую девочку с потрохами. Она аккуратно осматривала моё израненное тело, покрытое ушибами и синяками, и спрашивала, где и что у меня болит. Я лишь слабо кивал или качал головой, давая своему телу немного больше возможности для передышки, и не насилуя голосовые связки. Попутно с этим я следил за телодвижениями женщины, которая выглядела слегка скованной и неловкой. Это выражалось в её подрагивающих руках, когда она касалась меня, в приспущенных ресницах, скрывающих за собой что-то неподвластное моему пониманию. Возможно, я бы и не заметил эти маленькие странности, но зная Чиё больше десяти лет, я не мог не задаваться вопросами о том, куда же пропала её улыбка? Почему её взгляд не может удержаться на месте, а бегает из стороны в сторону? С чего бы её движения были такими слабыми и непрофессиональными?       Не говоря мне ни слова, эта женщина показала, что наполнена переживаниями. Я закрыл глаза, чувствуя себя виноватым. Всё таки, она ответственна за меня.       «А ещё она моя мама».       Я взял её за руку, переплетая с ней пальцы. Она шире раскрыла глаза, давая мне в ответ слабую полуулыбку. Негодную версию настоящей улыбки. — Мама, как прошёл спортивный фестиваль? — Я закашлялся, а женщина поспешно приложила свою руку к моему горлу, применяя причуду. — Зайчонок, лучше бы ты так о себе волновался сейчас, — Чиё заворчала, убирая пальцы и поглаживая меня по голове. Было видно, что она достаточно сильно утомлена. Вероятно, ей пришлось использовать свою причуду на других израненных учениках. Например, на Мидории, — с фестивалем всё в порядке. Бакуго победил. — …вот как, — я поджал губы. Глаза прикрылись, а кончики пальцев подрагивали. Мимолётное чувство недовольства распространилось по моему телу, заставляя заживающие раны изнывать с новой силой.       «И всё же, я проиграл»       «Может, если бы я мог использовать время…»       Женщина убрала свою руку с моих волос и перевернула тряпку. Я вновь почувствовал желаемый холод на своём  лбу, что несомненно меня радовало.       «Нет. В прошлый раз случилось что-то странное. Мне нужно обдумать всё произошедшее. Нельзя устраивать подобные игры со временем без подготовки. Всё может не окончится ничем хорошим»       Этим же вечером мы с мамой вернулись домой. Чиё предложила доехать на машине. Женщина достаточно редко водила, поэтому я слегка удивился. Весь вечер я наблюдал за тем, как она непривычно себя ведёт. Мне хотелось с ней поговорить, но я не мог разобраться даже в собственном рое мыслей. И не мог найти нужного момента, чтобы спросить банальное: "Что случилось?". Оставалось просто наблюдать за тем, как её прежняя улыбка сменяется на безразличное выражение лица.       Дом приветствовал нас обыкновенным уютом. Сколько бы я не возвращался в родимые края, каждый раз чувствовал себя в своей тарелке, там , где я и должен быть. Это ощущалось странно: мой дом. Место, где я вырос и могу находиться  в безопасности. Сердце слегка покалывало от этих чувств, но я не придавал этому значения, закрывая за собой дверь. Я присел на кровать и наконец могу включить телефон. Он разрядился ещё во время фестиваля, поэтому узнать что-нибудь я могу только сейчас, спустя несколько часов после окончания всех событий Спортивного фестиваля ЮЭЙ. Маму допрашивать не хотелось, учитывая её состояние. Мне нужно структурировать мысли.       Блокнот? Нет, не то. Музыка? Не думаю, что это может помочь. Телефон наконец включился. Я сидел в своих мыслях, попутно рассматривая уйму выскакивающих уведомлений. Одним из последних было сообщение от Бакуго. Удивившись тому, что именно он мне написал, я нажал на выскочившее уведомление. Взрывы-взрывы много взрывов: Тид, ты в норме? Взрывы-взрывы много взрывов: Пацаны сказали мне это написать, потому что всем сообщили, что ты в больнице Взрывы-взрывы много взрывов: Хорошо я тебя подпалил, согласись?       Я смотрел на тройку пришедших сообщений, и вкупе с никнеймом «Взрывы-взрывы много взрывов» это выглядело ещё безумнее. Это точно реальная жизнь, а не какой-то дебильный фанфик? Вздохнув, я потёр переносицу. Проведя с ними так много времени, начинаешь забывать, что они персонажи, а не реальные люди. timetid: привет timetid: я в норме. timetid: спасибо за беспокойство! [smile face]       Я отправил улыбающийся смайлик, но уже через мгновение понял, что это того не стоило. Не думаю, что Бакуго оценит излишнее дружелюбие. К чёрту. Убрав пальцы от клавиатуры, мои мысли переключились. Не хочу думать об этом слишком много. Лучше сосредоточиться на том, что действительно вызывает внутри меня беспокойство. Кацуки зашёл в сеть и мои сообщения оказались прочитаны. Я решил написать то, что меня волновало, ожидая в ответ совета. timetid: что ты обычно делаешь, когда в голове много мыслей, и ты не знаешь, куда их деть? Взрывы-взрывы много взрывов: дерусь. timetid: …понял timetid: а если тебе нужно провести серьёзный разговор с человеком? Взрывы-взрывы много взрывов: тогда я дерусь с ним.       Я выключил экран, отбрасывая его в сторону. Это совсем не помогло, я же не собираюсь драться со своей матерью? В итоге я просто вышел в коридор, не придумав никакого плана. Свет горел на кухне, чувствовался запах чая.       Женщина сидела за столом, медленно смакуя напиток. Её глаза были наполовину закрыты, выражение лица я бы назвал нейтральным, но всё же видел за этим некоторые непонятные мне чувства. Я бы даже сказал, что кожа выглядела бледнее, чем обычно, словно вся кровь ушла, превращая Исцеляющую девочку в "исцеляющую поганку". Рядом с ней стояла вторая кружка с чаем. Полная. Женщина, находившаяся в просторной кухне в совершенном одиночестве. Сгорбленная фигура Исцеляющей девочки казалась в этот момент маленькой и глубоко опечаленной.       Я наблюдал за женщиной сверху вниз. Она молчала, совсем не замечая моего присутствия. Я мялся, будучи не уверенным, что стоит сказать. Спортивный фестиваль не был таким тяжёлым, как преддверие личного диалога между сыном и матерью. Моя милая, добродушная матушка. устала ли она, или тревожило её что-то иное? Я всегда смотрел на неё, как на обычного персонажа второго плана. Прожив с ней столько лет, я свыкся с её образом милой и доброй матери, которая временами напоминала мне мою самую первую мать.       У нас бывали тяжёлые диалоги, но чаще всего мы вдвоём их избегали, находя более простые решения. Да и они никогда не касались чего-то настолько личного. Женщина лояльно относилась к тому, что я отказывался разговаривать на некоторые темы, и сама в ответ скрывала то, что считала нужным. Я не знал, чего боялся сильнее — откровенного диалога или его отсутствия. В первом варианте была возможность раскрыться больше, чем хотелось бы, а вторая предвещала отдаление от того близкого, что я имею и ненависть. Ненависть к себе.       Как бы я не называл их всех картонками, она отличалась. Она столько раз лечила мои раны, она избавила меня от этого бесконечного одиночества. Она подарила мне материнскую любовь. Подарила мне мой дом, в котором я чувствовал безопасность. Она подарила мне одежду, подарила мне учёбу в ЮЭЙ и постоянно спасала меня. Мне стало невыносимо стыдно в моменте за то, что я делал. Хотя скорее за то, что я не делал. Не ценил её.       И теперь я наблюдаю за тем, как она, после длинного рабочего дня, вынуждена лечить своего приёмного сына, который постоянно заставляет её волноваться. Мне хотелось провалиться под землю и вернуться в прошлое, чтобы хорошенько себя ударить.Разве я заслуживаю такого хорошего родителя? Она столько всего делает для меня, а я... я поджал губы, садясь напротив неё за стол. Мне требовалось усмирить кипящую внутри неприязнь к собственным поступкам, я чувствовал ужасное желание просить прощения. И при этом ощущал, что не заслуживал прощения. — Мам, я хочу поговорить с тобой, — я взял в руки кружку со слегка горячем чаем и отпил пару глотков. Женщина кивнула, на что я попытался улыбнуться, но вышло довольно глупо. Кривая полуулыбка вкупе с печальным взглядом выглядели, возможно, весьма нелепо, — извини, что так часто попадаю в неприятности. Просто... я чувствую, будто я. отличаюсь от других. Я не знаю, как это объяснить. Я не мог поступить иначе. — Особенный, — прошептала Чиё, замерев на мгновение, а после отпила ещё глоток чая, — да, негодник, ты правда особенный ребёнок.       Она хихикнула, продолжая пить и смотреть на меня с лёгкой улыбкой. Я почувствовал себя ещё большим дураком, смутившись, но продолжил говорить. — Я хотел сказать спасибо. Я вижу, ты переживаешь, что я раню себя, это наверняка очень больно видеть, — я опустил голову. В моей голове пронеслись сцены из прошлой жизни, где мать снова и снова позволяла ранить себя отцу. А я всегда наблюдал, защищая её и получая за неё удары. Сердце безумно сжималось, когда я видел израненную мать. Мама чувствовала себя также? — впредь я постараюсь больше себя так не ранить, я обещаю, хорошо?       Женщина взяла меня за руку, поглаживая. Я смотрел ей в глаза. Она мягко улыбалась. — За всю свою многолетнюю службу я повидала множество ранящих себя героев, — она смотрела куда-то в сторону, предаваясь воспоминаниям, — не было ни одного инцидента, чтобы герой ни разу не поранился. Тид, ты однажды сказал мне, что желаешь стать героем. Я дала тебе эту возможность, поэтому я была готова на это. Ты прав, видеть тебя каждый раз в больничной палате страшно. Но я давно согласилась на это. Все же, спасибо, что сказал мне об этом всём. — Мам... — Тид, я горжусь тобой.       Я замолк, поражённый. Женщина встала со стула, подошла и обняла меня. Это были самые длительные объятия в моей жизни. Я сидел в ступоре несколько секунд, с глаз полились слёзы. Мои руки переплелись на её спине, я обнимал маму в ответ. Мы вдвоём правда утомились за этот трудный день.       Проболтав ещё некоторое время, я вернулся к себе в комнату. Чиё порядком устала и улеглась спать. Я чувствовал себя бодро после того, как столько времени пролежал в больничной палате. Следующую пару дней сделали выходными, как подарок ученикам после трудного мероприятия. За это время я должен многое обдумать. Следующим делом должна начаться стажировка у героев. До самого конца полной уверенности во всём, что касается стажировки, у меня не было. Это полностью зависело от исхода событий за последние несколько дней. А в ближайшее время я буду пожинать плоды этих событий.       Листая уведомления на смартфоне, я видел кучу поздравляющих сообщений. Люди радовались как за меня, так и за друг друга. Уведомления текли рекой. Вся лента буквально ярко сияла в прошедшем спортивном фестивале.       «Событие явно трендовое...»       Я отвёл глаза от поста о "безумном победителе от первокурсников!" и увидел пост от Кьёки Джиро. Расписала целый пласт о том, как соревнования её вдохновили и что она готовит следующую песню. В комментариях спрашивали о загадочном парне, с которым девушка записала совместную песню. Я хмыкнул, пролистав ниже. Пение было даром. Я считал себя счастливчиком, учитывая, что в прошлой жизни мне досталась участь немого.       Ещё пара постов о победе Бакуго, один из которых – полон оскорблений от самого Каччана и о том, что он жаждет реванша. Хихикая, я покрутился на кровати, ища посты с собой. Листая дальше и дальше, я почти ничего не заметил. Всё внимание приковывали близкие к победе участники. Немного обидно. Интересно, заинтересовался ли мной кто-то из героев? Всё таки, вскоре пройдёт стажировка.       Мне пришло уведомление. Я нажал, даже не вдумываясь, от кого этот месседж. Взрывы-взрывы много взрывов: Как насчёт сходить со мной и Киришимой в "ХХХ" тц? Взрывы-взрывы много взрывов: Киришима сказал у тебя просить насчёт этого Взрывы-взрывы много взрывов: Хотя, если честно, я бы лучше предпочёл спарринг timetid: я свободен, во сколько будете? Взрывы-взрывы много взрывов: В 12. собираемся ещё сходить в кино timetid: [палец вверх]       Наш диалог подошёл к концу. Отчасти это помогло мне отвлечься от муторных размышлений. Мысли переключились на завтрашний день и я принялся смотреть, как добраться до места встречи. От усталости я не заметил, как уснул. И правда, прошедший фестиваль смог хорошенько меня помотать.       Утро приветствовало хорошей погодой. В комнате чувствовалась невыносимая духота, так что я открыл нараспашку окно, вдыхая порцию свежего воздуха. – Какая отличная погода! – будь мы в аниме, то начало дня сулило хорошей филлерной серии, где герои бы хорошо проводили время, радуя читателя перед чередой тяжёлых событий.       Матушка спала. Ей несомненно требовался усиленный отдых после того, как она подвергалась стрессу после длительного использования причуды. Я с осторожностью приоткрыл дверь её спальни и замер, прислушиваясь к звукам внутри. Из глубины тёмного пространства доносилось едва слышимое тихое дыхание. Не решаясь зайти, я тихонько прошмыгнул в душ, соседствующий с её комнатой. Спортивный фестиваль оставил на каждом свои шрамы. Вспоминая отголоски вида Бакуго в аниме, когда он вышел победителем - этот момент был для меня слишком ярким. Я думал о том, что эта сцена являлась ужасной для любого зрителя. Должно быть, многие дети, смотрящие за фестивалем, получили психологические травмы, наблюдая за озверевшим старшеклассником. Сами же участники испытывали ужасающий стресс, неисправимый причудами. Физическую боль тоже приходилось ощущать. Ноги ныли, мозоли неприятно чувствовались на холодной плитке. Я успел получить пару тройку синяков. Причуда Чиё обладала невероятной целительной силой, способной исцелить самые страшные раны. Вспомнить даже ранения, полученные Мидорией. Но даже Исцеляющая девочка не была всесильной. Порой, когда её силы истощались, а времени на лечение не оставалось, Чиё приходилось оставлять на теле пациента несколько мелких повреждений. Раны ныли под струёй душа, пока я пытался настроить напор воды.       Я омывал свои волосы, пытаясь смыть накопившийся жир и грязь. Мои пальцы путались в непослушных рыжих кудрях, пока я плавно распределял шампунь. На спину лилась струя воды, а я тщательно втирал шампунь в корни волос, чтобы смыть все загрязнения. Волосы стали более послушными, вода снизу душевой кабинки запенилась. Я мыл свое тело водой, мылом очищая кожу. Выходя из душа, дышать было тяжело. Воздух ощущался мучительно душным. Зеркало запотело, поэтому я ладонью прошёлся по нему, пытаясь разглядеть себя в отражении.       В слегка мутном зеркале я мог наблюдать светло-зелёные глаза, смотрящие на меня с любопытством. Вглядываясь в самого себя, я кивнул. Мокрые волосы падали на тело, капли воды стекали вниз. Я растормошил их полотенцем и оделся, снова встав перед раковиной. Почистив зубы, второй рукой я дотронулся до шрама на своём подбородке и шее.       "Как я получил этот шрам..? Кажется, я этого не помню?", – я нахмурился, сжимая за область горла. Хотелось кашлять, горло на мгновение наполнилось жаром. Я выплюнул пасту из рта, начиная пить воду из под крана, – "Надо будет поговорить с Чиё по этому поводу. Вроде, в детстве она лечила меня. Или я записал про это в блокноте? Не помню..."       Я вышел из душа, заходя на кухню. Поставив чайник, я подогрел себе хлопья с молоком и взял из своей причуды одну из старых тетрадей. Пролистав несколько десятков страниц, я находил скорее описание сюжета основного аниме, чем рассказы о собственной жизни. Всё проходило так быстротечно, что я и не думал писать о своём прошлом. Проживая вторую жизнь, я совсем не позаботился о том, чтобы записывать события раннего детства, которое чаще всего забывается.       "Если так подумать, что я многого не помню из своего прошлого".       Я сидел за столом и ел хлопья, когда в комнату вошла мама. – Доброе утро, – она потянулась, принявшись заваривать себе кофе. – Доброе, мам, ты случаем не знаешь, почему место шрама может жечься? – спросил я, продолжая есть и глядя в телефон. В тот момент я совсем не заметил её удивлённого взгляда, направленного на меня. Она встала с кофеваркой в руках, смотря на меня с округлёнными глазами, но не произнесла ни слова, – ой, кстати, я через пару часов пойду гулять, вечером осмотришь шрам? – ...Хорошо, – она произнесла это тихонько, я взглянул на её сгорбленную спину. Неужели, всё ещё расстроенная и уставшая? Волнуясь о состоянии своей матери, я попросил ей помочь и заварил ей кофе, пока Чиё сидела и смотрела на пейзаж из окна, думая о чём-то своём. Мы поели в спокойной тишине.       Улица приветствовала меня щебетанием птиц. Кроны деревьев развевались на ветру. Разноцветные листья сияли на солнце. На синеве неба не разглядишь и облачка. Я стоял у выхода из дома, наблюдая за тем, как ветви медленно раскачиваются из стороны в сторону. Ветер играючи плыл кругами, приятно вея на лицо и окутывая окружающее пространство. Солнечные лучи играючи бегали по земле, отбрасывали тени  деревьев и мою. Свет, находясь на моём лице, заставил меня закрыть глаза, прикрываясь от природной силы рукой. Я широко улыбнулся, вдыхая порцию свежего воздуха.       Погода ощущалась весьма сухо, но я не придавал этому значение. Глотнув свежей воды из купленной в ближайшем продуктовом бутылки, я сел на электричку. Под звуки "чух-чух" и чужих разговор путь до торгового центра прошёл в лёгком умиротворении. Люди дружелюбно болтали и смеялись. Детишки пробегали кругом, чувствуя себя игриво. Окружение было полно беззаботного настроения.       "Однажды лига злодеев заставит Всемогущего уйти в отставку и это может погрузить мир в хаос", – я поджал губы, с грустной улыбкой наблюдая за этой мимолётной радостью. Мирные дни - это то, что действительно нужно больше ценить всем людям kirikirishima: алоо, Тид, ты скоро? я немного опоздаю, но Бакуго уже на месте timetid: почти приехал timetid: [фотография] kirikirishima: ПОГОДА ТАКАЯ ВАУШНАЯ kirikirishima: черт я чуть не споткнулся, потом напишу timetid: оке       Торговый центр перед ним был одним из крупнейших в районе. Они хотели сходить в хороший кинозал, поэтому выбрали не ближайший к геройской академии, а более отдалённый. Зато шанс встретить одноклассников был гораздо ниже и зал, судя по картинкам, выглядел  комфортно. В кинотеатрах сейчас можно было посмотреть несколько хороших фильмов, но мы решили сначала прогулять по самому торговому центру, чтобы обсудить, на что пойти. Я особо не интересовался, что да как, просто хотел отдохнуть от царившего за последние дни хаоса.       Пробираясь сквозь шумную толпу посетителей, я остановился у фонтана. Передо мной застыл человек, погруженный в свои мысли. Его задумчивая фигура притягивала взгляд. Некоторые люди позволяли себе несколько мгновений засмотреться на парня, а после пойти дальше по своим делам. Я не мог разглядеть его лица, так как он стоял ко мне спиной. Но что-то в его позе и осанке заставило меня задержаться. Я наблюдал за ним со стороны, пытаясь понять, о чём он думает. В этот миг время словно замерло. – Бакуго? – я окликнул одноклассника, на что светловолосый обернулся, схватив меня за макушку. Отшатнувшись, я взял его за эту руку, пытаясь отцепить её со своего лица. – Ебнулся? –  его голос не соответствовал виду, который мне удалось лицезреть секундой до этого, звуча по особенному раздражённо. На мгновение он сжал мою голову крепче, а затем слегка, словно играючи, оттолкнул. – нахуй так пугать, Тид.       Я с извинениями поклонился и Бакуго, зарядив мне кулаков в плечо, повёл меня в ближайший продуктовый.У нас обоих закончилась вода, а сушило невероятно. В торговом центре было весьма прохладно, в отличие от уличной погоды, однако толпа народа с воскресного дня и некоторый осадок после недавнего фестиваля давали о себе знать. К Кацуки несколько раз подходили фанаты, выпрашивая автограф, но тот смотрел на них таким озлобленным взглядом, что большая часть ребят разбегалась в страхе. Несколько счастливчиков уловили роспись, написанную на любых существующих клочках бумаги. Я даже предложил свою ручку, но Бакуго, догадываясь, что надпись с неё может пропасть при отмене причуды, воспользовался теми, что подавали ему фанаты.       Мы застряли на месте где-то минут на 15. Я слышал сыплющиеся с телефона уведомления, но не успевал взять и ответить на сообщения, потому что Бакуго пытался вытащить меня из толпы. Он крепко ухватил меня за предплечье и утаскивал подальше от посторонних глаз. Я повиновался, сам желая поскорее избавиться от наблюдающих за нами людей. Мы забежали за дверь аварийного выхода. – Наверное, поход в тц был не самой лучшей идеей после прошедшего фестиваля, – я прислонился к стене, которая была покрыта известью. пытаясь восстановить дыхание после столь стремительного бега. Мой одноклассник двигался очень быстро, и я едва поспевал за ним, несмотря на свою неплохую физическую форму.       Бакуго одной рукой держался за ручку двери, готовый удерживать, если вдруг кто-то попытается помешать их отдыху. – Надо было припугнуть их, – скорее в шутку высказался Кацуки, тяжело дыша, – у героев тоже должен быть заслуженный отдых. – Захотел стать террористом, Бакуго? – я фыркнул.       В дверь постучались, сбивая нас от диалога. Кацуки крепче схватился за ручку, но я кое-что понял. – Открой, там Киришима. – С чего бы...       Отойдя от стены, я попытался оттащить Кацуки, но едва не получил взрыв в лицо. Однако мне удалось увести его несмотря на угрозу моему здоровью. За дверью нас действительно ждал Киришима. – Я вас разыскался, – парень улыбнулся, здороваясь, – не отвечали на сообщения, убегали постоянно, я уже подумал, что решили остаться наедине.       Бакуго сжал Киришиму за макушку и последующий диалог сошёл на нет. Мы вышли из аварийного выхода. Посетители торгового центра, наконец поняв, что нас трогать не стоит, отстали. По большей части отстали, но одного гневного взгляда Бакуго хватало на то, чтобы спугнуть большинство смелых ребят. До сеанса было ещё несколько часов, поэтому мы решили прогуляться по магазинам.       Забежали в канцелярский магазин, потому что я напросился. Киришима спрашивал меня о работе причуды, а Бакуго по большей части критиковал и предлагал идеи по улучшению моих сил, предлагая различные материалы. Причуда была податлива к некоторому изменению, но в ней всё ещё было множество ограничений, о некоторых из которых я даже не подозревал. Я всё таки взял на заметку испробовать несколько интересных идей, предложенных Кацуки.       После этого мы ходили по магазинам одежды, высматривая что-нибудь, что можно совмещать с ЮЭЙской школьной формой. Мы особо ничего интересного не нашли, однако позабавились с геройских костюмов. Бакуго стоял прямо перед одним из старых нарядов Всемогущего. Киришима ушёл примерять стопку рубашек разного цвета, а мы ждали его, зайдя прогуляться в геройский отдел. Кацуки рассматривал костюм, плечи были слегка наклонены, а руками он хватался за дешёвую ткань, перебирая пальцами, будто пытаясь понять, из чего материал сделан на ощупь.       Я изначально рассмотрел несколько костюмов, но эта часть одежды особо меня не интересовала. Отдаю предпочтение чему-то более нужному. В итоге я вернулся к Бакуго и застал его за детальным рассмотрением чужого костюма. Жалкой подделки этого костюма. Прерывать парня не совсем хотелось, особенно учитывая чужой взрывной характер. Я стоял рядом некоторое время, запечатлевая в памяти это мимолётное спокойствие. Не "горящий" Бакуго даже мог умиротворять. Мирный хаос.       Мне приходилось уже сегодня наблюдать за тем, как парень ведёт себя достаточно спокойно. Если бы не его неуправляемый нрав, то Кацуки Бакуго смог бы обладать большей популярностью среди девушек и парней. – Чего пялишься? – рыкнул Кацуки в мою сторону, от чего я слегка вздрогнул. Я не думал, что он обратит на меня внимание, ведь он был так увлечён изучением вещи, которую держал в руках. – Ты фанат Всемогущего, – заключил я. – Костюм полная туфта, – Кацуки убрал свои руки от ткани, вытирая пальцы о свои штаны. Словно избавляясь от грязи. – Согласен, но тут всё таки материалы не для настоящий геройствований, – Я прикрыл рот рукой, зевая, – ожидаемо, что одежда не будет такой, какую предоставляет ЮЭЙ и иные геройские организации. – Бесит, – процедил Кацуки сквозь зубы. Он будто бы меня не слушал, засунув свои руки в карманы брюк и хмуро смотря на костюмы, – если делать, то делать хорошо.       Киришима вышел из примерочной. Он был немного растерян. В руках у него был пакет с одеждой, которая ему не подошла. — Ну что за дела? — ворчал он, хмуря брови. — Все эти вещи — и ни одна не подходит.       Бакуго, который всё это время молча стоял рядом, сложив руки на груди, не выдержал чужого недовольства. — Эйджиро, задолбал ныть, — огрызнулся он. — не будь таким привередливым. — Чел, да это же пиздец, — продолжил ругаться в ответ Киришима. — я не хочу ходить в вещах, которые мне жмут или болтаются. Почему массмаркет ниче подходящего не сошьёт?       Бакуго лишь цыкнул и отвернулся, но было очевидно, что и он начинает утрачивать терпение. Я понял, что если ничего не предпринять, то эти двое могут разругаться прямо здесь, в магазине. — Ребят, — сказал я, вставая между ними.- Давайте лучше пойдём в кафе, — предложил я. — как раз неподалёку есть хорошая лапшичная.       Киришима нахмурился, но спорить не стал. Он молча кивнул и направился к выходу из магазина. Бакуго последовал за ним, всё ещё недовольно бурча себе под нос. Когда мы подошли к кафе, я открыл дверь и пропустил их вперёд. Внутри было уютно и тихо, играла ненавязчивая музыка, а в воздухе витал аромат специй и лапши. Мы сели за столик у окна, и парни пошли к прилавку, чтобы заказать нам поесть. Я остался сторожить наши вещи, разглядывая интерьер.       Я случайно услышал знакомые голоса краем уха. — Может, всё-таки там поедим? — с некоторым смущением спросил один из них. — Нет, это исключено, — ответил другой, и его голос звучал более уверенно. — Это место не выглядит стерильным. — Иида, прекрати, это же фастфуд, — попыталась урезонить его девушка.       Обернувшись, я пытался всмотреться в чужие силуэты. Позади меня, на входе в кафе, стояли трое моих одноклассников: Урарака, Мидория и Иида. Их голоса звучали уверенно, но в то же время слегка взволнованно. У них не получалось прийти к единому мнению: стоит ли им заходить в кафе или пойти в фастфуд напротив.       Я поднялся с места и выглянул за стеклянную дверь, махая им. – Привет, ребята! – решение поздороваться было скорее машинальным. Да и мы в одну школу ходим, так что почему нет? – Не ожидал вас здесь увидеть.       Урарака отреагировала первой, оборачиваясь в мою сторону и сбивая двух парней с их спора. – Тид! – Очако подала мне ладошку и я по ней хлопнул, – рада тебя видеть! Мы пришли отдохнуть после спортивного фестиваля. – Добрый день, – Тенья пожал мне руку, выглядя радостным. От этого улыбка появилась и на моём лице.       Мидория копошился сзади Ииды. Я не мог разглядеть, что он там делает. Только несколько клочков его волос выпирали из-за спины одноклассника, а тот стоял возле меня, полностью невозмутимый. Урарака улыбалась, выглядя достаточно забавно и поглядывая на меня с широко раскрытыми глазами. От этой странной компании я почувствовал себя не по себе. – Ну, тогда хорошо провести вам время? – моё пожелание выглядело скорее вопросительно, но я пребывал в ступоре от этой компашки, – вроде, Бакуго и Киришима уже заказ принесли, так что я пойду.       Я указал на парней, сидящих с подносом и о чём-то бурно беседующих. В итоге мы попрощались и ребята ушли. Я видел, как Мидория быстрыми шагами шёл впереди их и о чём-то с ними говорил.       "Интересно, почему не заговорил со мной? Такой странный. Главный герой, все таки", – я зашёл обратно в кафе и пошёл в сторону парней, – "Может, нашёл какие-то фанатские штуки по Всемогущему, вроде тех костюмов и был слишком зациклен на этом, что даже не заметил моего присутствия? К чёрту, не буду ломать себе голову, слишком тяжело разгадывать именно этого парня».       Я слегка расстроился от того, что парень даже со мной не поздоровался, но решил оставить эти мысли на потом. Ни к чему было грузить себя этим прямо сейчас, при Кацуки и Киришиме. Мы сидели и уплетали лапшу. Киришима резво рассказывал какие-то анекдоты, временами перегибая палку и случайно сплёвывая кусочки лапши обратно в тарелку. Кацуки, безумно бесясь от подобного поведения, давал за это Киришиме щелбаны.       Я попытался сосредоточиться на еде, отвлекаясь от лишних мыслей. Лапша была горячей и вкусной, с кусочками мяса и овощами. Парни забавлялись, смеша меня. Я тоже не отставал, выдумав несколько шуток. Киришима смеялся так громко, что работник дал нам предупреждение. Кацуки чуть не взревел, но в итоге я отвлёк его и мы доели нашу лапшу в ценности и сохранности.       Оставшийся день прошёл достаточно хорошо. В лапшичной мы недолго обсуждали, вместе выбрав фильм, который обещал быть захватывающим боевиком. Я был достаточно заинтересован, ведь это был первый фильм в жанре экшен, который я смотрел за долгое время.       В кинозале мы заняли свои места, и свет начал гаснуть.Фильм с первых кадров вызывал во мне чрезвычайно смешанные чувства. С одной стороны, спецэффекты были на высоте, с другой — сюжет казался слишком предсказуемым. Я поедал попкорн, пытаясь понять, как должен оценить то, что мне показывают на экране. Бакуго, который всегда был критичен ко всему, что видит, не мог сдержать своего возмущения. Он громко комментировал каждую сцену, критикуя постановку боя и слабохарактерного главного героя. Его комментарии были настолько громкими, что некоторые зрители начали оборачиваться на нас. Это слегка забавляло меня, но я подавал ему попкорн, затыкая его на некоторое время. Не хотелось бы, чтобы нас в итоге выгнали с кинотеатра.       Киришима, напротив, выглядел увлечённым. Он внимательно следил за каждым действием на экране и даже иногда кивал в знак одобрения. Однако, когда фильм подошёл к концу, даже он не смог сдержать своего разочарования. После того как главный герой потерпел поражение, Киришима едва не вскочил со своего места и плевался в сторону экрана, злобно раскидывая остатки попкорна в разные стороны. Часть попкорна попала в сторону Бакуго, за что Эйджиро поплатился синяком на щеке.       Я громко смеялся, выходя из кинозала с пустой коробкой от попкорна. Парни были весьма недовольны, но поддались моему смеху и улыбались, послав это горе киноиндустрии далеко и надолго. После этого мы разбежались, решив, что хуже этого быть уже не может.       Электричка была битком набита, и я с трудом нашёл себе место. Протиснувшись к окну, я вытащил телефон и вбил в поисковик два слова, которые мучили меня на протяжении долгого периода времени.       "Убийца героев".       На экране появилось множество результатов, и первые ссылки вернули меня в реальность. Я читал всю дорогу до своей станции и не мог поверить своим глазам. – Убийцу героев обнаружили у полицейского участка, он был пойман неизвестным героем... детали расследуются, но преступник на данный момент находится под арестом, – я прочитал вслух несколько первых строчек и мои руки затряслись. Я почувствовал, как щёки болят от улыбки, а я едва ли не плачу, – смог... я смог это сделать...       Я поднял свой взгляд на окно. Закат нежно горел на горизонте. Оранжевый цвет просачивался, касаясь меня лучами солнца.       "Следующая станция..." – Я смог изменить будущее.