Походная романтика, или план по завоеванию Шестого Хокаге.

***

— Давайте, поднажмите, даттебайо! — громкий голос Узумаки подначивал остальных членов команды двигаться быстрее. Даже не смотря на то, что они поднимались в гору. — Если бы кое-кто не кидался на всех подряд ночью, — с укором посмотрела на блондина Сакура, — то мы бы были гораздо активнее, знаешь ли. Парень обиженно насупился и скрестил руки на груди. — Между прочим, я вовсе не виноват, что вы занимаете в палатке так много места, — тихо пробурчал он и тут же ускорился, не желая попасть под горячую руку подруги. — Не могу же я контролировать себя, пока сплю! — Отличное замечание, добе. Теперь мы уверены, что обязаны связывать тебя на ночь, — ухмыльнулся Учиха и над ним появилась едва заметная тёмная аура. — Сомневаюсь, что это поможет, — поёжился мужчина, шедший самым последним. Воспоминания о Наруто, который в очередной раз спал с ним в обнимку, пуская на него и его подушку слюни, вызывало не самые приятные ощущения. Хатаке не позволял себе дрогнуть на глазах бывших учеников. Собственно, другим блондин тоже доставлял не мало неудобств. Кроме девушки, которая, к счастью, была отгорожена от «грозы всех спящих шиноби» крупным телом Шестого Хокаге. Ей, разве что, мешал только противный шелест с их стороны и несколько вымученных вздохов Хатаке, из-за которых она всё больше сочувствовала ему. Иногда скрывая собственный смех. — Мы собираемся ночевать там? — спустя некоторое время поинтересовалась куноичи, поправляя на спине свой рюкзак. Сегодня перед выходом они собрали свои вещи и покинули озеро. — Да, — кивнул Саске. — Мы переночуем там, а после отправимся обратно в деревню. От этих слов Сакуре стало как-то тоскливо. Не смотря на всё то, что происходило с их компанией в этом походе, она наслаждалась этим временем. Ей всем сердцем не хотелось возвращаться домой именно сейчас. Но в Конохе её ждала больница — место, в котором помощь ученицы Цунаде просто необходима, как воздух людям. Таким способностям нельзя было позволить пропадать где-то в лесу за отдыхом. Сакура находила в этом одиночество. Она никогда не жаловалась, была только благодарна за тот шанс, который давался ей, чтобы показать свою полезность миру. Но в глубине души она хотела совсем другого. О чём она мечтает? Харуно обернулась и посмотрела на джонина, который снова опустил взгляд в любимую книгу. — Знаете, Какаши-сенсей, — она быстро подошла к нему и сровняла шаг, — с нашей первой встречи вы сильно изменились. А поняла я это только сейчас. — Действительно? — Угу, — мягко улыбается Сакура. — Вы совсем не такой, как раньше. В вас, скажем так, будто появилось желание жить. По-настоящему. До войны мне казалось, что вы смотрите на весь мир в чёрно-белых тонах, а сейчас он в коем-то веке заиграл для вас красками. — Как думаешь, — он осторожно убрал литературу в карман рюкзака, — с чем это связано? Но на его вопрос Харуно лишь загадочно пожала плечами и заправила локон волос за ухо. Её глаза засияли ярче. — Разве есть разница? Не важно, в чём причина. Если я правда не ошиблась, то тогда нужно просто радоваться, что вы, наконец, можете быть искренне счастливым. — Тебя это беспокоило? Печалило? — Конечно, — легко ответила ему куноичи и придвинулась на несколько сантиметров ближе. — Вы не чужой для меня человек. Поэтому я не могу смотреть, когда вам плохо. Вернее, тяжело стоять без дела в такой момент. Мужчина промолчал, обдумывая услышанное. От неловкости он по своей привычке пропустил волосы на затылке сквозь пальцы. — Просто в какой-то миг среди всей серости окружающих меня пейзажей появилась яркая розовая макушка, от которой я более не мог отвести взгляда. Думаю, с того самого времени всё изменилось. Сакура вздрогнула и остановилась, пристально всматриваясь в отдаляющуюся спину Хатаке. Ей не послышалось? Это было признание, или она ошибается? Невероятно. Она стояла на месте, как вкопанная, до тех пор, пока её не окликнули друзья. Нет, не время смущаться и думать о таком, иначе будет тяжело смотреть ему в глаза и пытаться объяснить своё поведение. Сейчас Сакура просто насладится этим моментом и чужими словами, которые эхом раздавались внутри неё и грели, будто огонёк в груди.

***

Девушка была в небольшом недоумении, когда они подошли ко входу в мрачную пещеру. По её лицу было сразу видно, что она ожидала чего-то явно другого. Саске даже тихо засмеялся от такого. — Потерпи, — парень слабо потрепал подругу по голове, на что в ответ получил небольшую улыбку. — Скоро всё сама увидишь. Харуно только кивнула и проследовала за остальными вглубь. Прохлада и сырость неприятно морозили кожу, но интерес не давал ей на это отвлечься. Она была слишком заинтригована. Когда Наруто радостно воскликнул, что они почти пришли, сердце куноичи забилось с трепетом быстрее, и она схватила рядом идущего Учиху за руку, утягивая за собой вперёд. Она была похожа на ребёнка, и это не могло не нравиться. В этом плане они с джинчурики были чересчур похожи, и Саске не мог отделаться от мысли, что ему нельзя спускать с них обоих глаз. — Добрались! — громко рассмеялся Узумаки, за что тут же получил по затылку и быстро замолк, потирая ушибленное место. Сакура удивлённо охнула. Они стояли на небольшой скале, а перед ней открывался просторный вид на небольшое озеро внизу, окружённое тысячами кристальных сталактитов и сталагмитов. Из-за некоторых лучей света, которые пробивались сквозь пещеру снаружи, всё переливалось радужными красками, и от этого тяжело было отвести взгляд. Пожалуй, сказка выглядела именно так. — Неплохо, — мужчина усмехнулся и поймал себя на том, как завороженно наблюдает за восторженной девушкой. — Откуда узнали про это место? — Я давно слышал о нём, но не был уверен, что оно находится рядом с нашим лагерем. Поэтому решил проверить, чтобы убедиться в своих догадках, — крепче сжал руку подруги в ответ и потянул её в сторону, к спуску, Саске. Оставшуюся дорогу до следующего места их ночёвки, которое располагалось снова рядом с водой, шиноби шли в тишине. Им не нужно было что-то говорить, потому что все мысли сейчас сводились лишь к красоте этой пещеры.

***

Вечер они решили провести внутри палатки, не смотря на то, какой прекрасный вид им открывался по другую сторону тканевых стен. В конце концов, там было всё ещё прохладно, а костёр разводить из-за влаги было тяжело. Впервые за весь день Харуно почувствовала усталость, которая навалилась на её тело тяжким грузом. Видимо, все эмоции, пережитые сегодня, выжали из неё последние силы. Проводя много времени за работой, она не привыкла, что вокруг неё может происходить столько разных событий. Ей иногда казалось, что на войне было едва легче, чем сейчас. Думать об этом было не совсем правильно. Трое шиноби что-то увлечённо обсуждали, а Сакура даже не замечала их слов, словно погружаясь в своеобразный вакуум. Всё её внимание привлекал к себе Хокаге, сидящий к ней боком. — Эй, Наруто, — окликнул тихо блондина Учиха, привлекая к себе внимание, — нужно вернуться и проверить кое-что. Я видел днём свежие следы возле входа. Вставай. Джинчурики лишь с сомнением посмотрел на своего напарника, но всё-таки поднялся с места, не упуская возможности произнести вслух несколько недовольных комментариев в сторону Саске. Естественно, девушка не могла не заметить, как ониксовые глаза долгое время следили за её поведением. Она подняла уголки губ и чуть-чуть напряглась, понимая, что парень ей предоставил время на разговор с Хатаке. Кажется, Саске был единственным, кто понимал её и не задавал лишних наводящих вопросов. Она была ему благодарна. — Сакура, — мужской голос резко вернул её из своих мыслей, и она встретилась взглядом с Шестым. — Можем поговорить? Я не буду настаивать, если не захочешь. — Конечно. Она разворачивается всем корпусом к нему и садится, тем самым, напротив. Ей неловко от этого, но избегать чужого внимания было бы некрасиво и странно, как минимум. Её пальцы невольно вцепились в край свитера, который она снова надела. — Я как раз собиралась спросить вас о тех словах, которые вы сегодня мне сказали. Что они значили? — тихо начала Харуно и смотрела прямо в серые глаза Какаши. — Ровно то, что ты о них подумала, — спокойно ответил ей он и скрестил ноги в позе лотоса. — Вы уверены? Я сомневаюсь в этом, — она хмыкнула себе под нос, подтверждая про себя, что её бывший сенсей сейчас сильно смахивает на какого-нибудь лиса. На очень хитрого лиса. Её уверенность возросла ещё больше, когда он растянул губы в улыбке, стягивая с лица маску, и прищурился. Харуно отметила, что он на некоторое расстояние наклонился ближе к ней. — Тогда хочешь, чтобы я сказал это напрямую? — Да. — Ни за что. Девушка довольно закрыла глаза, ожидая услышать признание, но вместо этого прозвучали совсем другие слова, и она нахмурилась. Поднимая веки, она увидела, как джонин сдерживает себя от смеха. — Не знала, Какаши-сенсей, что вы — такой мазохист! — её костяшки в тот же миг хрустнули, но Шестой не пошевелился, продолжая наблюдать за ней. — Предпочитаешь, чтобы я был педофилом? Я стану для тебя тем, кем захочешь, — с ухмылкой сказал Хатаке, чуть ли не урча, как кот. Ему доставляло удовольствие наблюдать, как куноичи мгновенно вспыхивает и из её ушей почти начинает валить пар. Конечно, он не виноват, что в её голове появились всякие непристойности, но всё равно это было забавным. Но ликовал он ровно до того момента, как в глазах Сакуры промелькнули подозрительные искорки, и она опустила руки обратно, расслабляясь. — Правда? Надеюсь, Хокаге-сама умеет держать своё слово. Никто ведь вас за язык не тянул. — Естественно, — он не собирался ей так просто уступать. Теперь их диалог был превращён в небольшую словесную битву, которую он был обязан выиграть. — Тогда, я хочу.. — М? — ..чтобы вы стали подушкой для Наруто. Хатаке побледнел, а девичий смех звонко заполнил всё пространство в палатке. Таких эмоций на лице мужчины Сакура никогда не видела и спокойно реагировать на это уже никак не могла. — Я отказываюсь, — поднимает ладонь в качестве протеста джонин и морщится, когда мысленно случайно представляет себя, спящего в обнимку с блондином. — Так нельзя! — возмутилась ирьёнин, подскакивая на своём месте. — Вы сказали, что выполните любое условие. — Значит, я нагло врал, — категорично заявляет Какаши, закрывая глаза. — Я ни за какие деньги и славу не соглашусь на это. Никогда. Сакура по-детски надувает губки и исподлобья смотрит на джонина. Его плечи заметно расслабляются, и он выдыхает, понимая, что больше она не будет заставлять его сделать это. Мысли о том, что сейчас их разговор состоял на некоторую долю из лёгкого флирта, немного будоражила Шестого. Он знал: это было неприемлемо между учителем и ученицей. Но ничего менять не хотелось. Кроме одного пункта, пожалуй. — Ты мне нравишься, Сакура, — почти шепотом, но уверенно говорит Хатаке и смотрит ей прямо в глаза. Он не даёт ей опомниться, чтобы до конца осознать то, что он сказал, и наклоняется вперёд. Его пальцы ловко хватают её за ворот свитера и тянут на себя. До тех пор, пока лица двух шиноби не сокращают расстояние между ними до минимума. Харуно только открывает рот, желая произнести хоть что-либо, но ей не позволяют и этого. Какаши целует без заминок, напористо, но всё ещё нежно. Так, что потом хочется только больше. Она продолжает смотреть на то, как он закрывает глаза и быстро опускает свои руки ей на затылок. Кажется, девушка лишь через время начинает понимать, что происходит. До этой поры она бесконтрольно отвечала ему на поцелуй. Будто тело помнило эти чужие прикосновения и отзывалось сразу, не обращая внимание на то, что разум не поспевает за происходящим. Это не могло не радовать мужчину. — Я.. — когда они отстраняются друг от друга на пару сантиметров, Сакура чуть вздрагивает. — Ты согласна, если я буду лично твоей подушкой? — Да, — кивает она, и её тут же притягивают в крепкие объятия. Кажется, счастливее неё уже нельзя было найти никого в этом мире. Только вдруг её голова начинает неприятно гудеть, и Сакуре приходится отстраниться. Она чувствует, будто что-то пытается вытолкнуть её из собственного же тела, и это очень тяжело описать словами. Словно кто-то хватает тебя за плечо и тянет куда-то наверх. Туда, куда ей явно не хочется. Чужой голос вдалеке заставляет её напрячься ещё больше, и в один момент она вздрагивает, подскакивая и открывая глаза. — Что? — хрипло спрашивает Харуно, когда взглядом встречается с нависшей сверху пепельной макушкой волос. Видимо, она лежит на спине. — Прости, Сакура, — виновато улыбается сквозь маску мужчина и убирает руку с её плеча. — Мы приготовили ужин, поэтому мне пришлось тебя разбудить. — Р-разбуд-дить? — едва заикаясь, повторяет за ним девушка и приподнимается на локтях. — Да. Ты не помнишь, как уснула? Видимо, совсем устала после дороги. Я бы оставил тебя и дальше спать, но хотел, чтобы ты поела, пока всё горячее. И Сакура разочарованно падает на свой спальник обратно, шепча про себя всевозможные проклятия. Пожалуй, в этот раз её фантазия перегнула палку, вмешиваясь в сны куноичи. Но от ужина Харуно, конечно, не отказалась.