Заслужи мою любовь

Отложив последнюю стопку просмотренных документов на край стола, Лукас устало откинулся на спинку кожаного кресла. Часы на стене показывали начало первого, за окном сплошная темнота. Все работники уже давно ушли, и один Кейн-младший засиделся. Сегодняшний день выдался крайне тяжелым. Три собеседования с новыми сотрудниками, подписание контракта, куча документов для проверки и постоянные хождения секретарши… Надоело, но ничего с этим не поделаешь — работа есть работа. Подойдя к огромному окну, высокий светловолосый мужчина легко коснулся с виду хрупкого стекла. Двадцать восьмой этаж — это не шутки, здесь высоко настолько, что люди внизу казались едва заметными точками на огромном мольберте художника. А ночью здесь пейзаж оживал: старые фонарные столбы, яркие вывески, слепящие фары автомобилей — иногда это создавало впечатление, будто мир проснулся, хотя на самом деле все совсем наоборот. Еще раз взглянув на часы, Лукас подумал, что было бы неплохо отправиться куда-нибудь поужинать. Завтра выходной, можно расслабиться и не торопиться. Тем более его лучший друг, Ричард Вуд, уже на протяжении месяца пытался уговорить мужчину заехать в свое новое кафе, которое он выкупил совсем недавно. Лукас, достав телефон из кармана брюк, набрал номер друга и принялся ждать ответа. Но долгие гудки начали раздражать, и когда он вот-вот хотел сбросить, на другом конце провода ответили: — Лукас, чтоб тебя, ты сейчас действительно не вовремя! — Оу, я кому-то помешал? — елейным голосом проворковал мужчина, услышав запыхавшийся голос Ричарда и шорох с тихим стоном на фоне. — Чего тебе надо? — Ну-ну, не стоит так резко, Рич. Будь добр, напомни мне адрес твоего кафе. Насколько я помню, оно работает допоздна. — Идиот, посмотри в сообщениях, я тебе присылал адрес и схему проезда! — после этого собеседник отключился. На самом деле Лукас знал примерное месторасположение кафе, но Ричард всегда считался ловеласом чуть ли не хуже самого блондина и был любителем повеселиться и на работе, поэтому стоило «предупредить» его о своем скором появлении. Добравшись до места назначения буквально за двадцать минут, Лукас припарковался на почти пустой стоянке и вышел из машины, замечая, что у главного входа стоял Ричард, сложив руки на груди. Рыжий альфа пилил своими серыми глазами приближающегося не очень-то и ласково. Подойдя к другу, Лукас смешно произнес, слегка поклонившись: — Доброй ночи, месье. — И тебе здравствуй, засранец. Долго еще будешь меня обламывать? — Тебе важнее друг или шлюха на одну ночь? — ответил вопросом на вопрос альфа, будто обидевшись. — Ладно, закрыли тему. Но однажды я так же тебе отомщу. — Буду ждать. — Не думай, что это так приятно! Весь кайф обрывает моментом! — Но было бы хуже, приди я в твой кабинет в разгар действия, согласись. — Ну да, — Ричард закатил глаза. — Ветер холодный, пойдем уже внутрь, — он устало махнул рукой и двинулся к входу. — Наконец-то ты соизволил появиться здесь, я уж думал, придется тебя вызывать рекламными щитами и посетителями, скандирующими: «Лукас Кейн! Лукас Кейн! Отведай пончика из нового кафе лучшего друга!» — Зато у тебя было время тут обжиться до моего появления. — Что ж, в этом ты прав. Не стыдно будет показать. О прибытии в кафе новых посетителей оповестил колокольчик над дверью, который переливчато зазвенел, стоило войти внутрь. Оформление помещения радовало глаз. Везде и всюду горел свет, но не такой яркий и слепящий, а легкий, приятный, даже теплый. Гармоничное сочетание убранства и атмосферы перерастало в идеальный ансамбль, отвечающий запросам многих гостей: пару десятков элегантных столиков, в шахматном порядке расставленных по всему залу, украшали узорчатые скатерти, в центре каждого стола горела маленькая свеча, вокруг стояли витиеватые стулья с мягкими сиденьями и гнутыми спинками. Прекрасно дополняла лаконичную отделку стен из выбеленного дерева замечательная роспись с английскими пейзажами. В воздухе витали подогревающие аппетит ароматы горячих блюд и десертов, а расположившийся особняком закуток бара с открытой витриной куда больше напоминал маленькую кухоньку, нежели рабочую зону персонала кафе. Множество всех этих мелочей складывалось в великолепный образ европейской кофейни и делало это заведение совершенно особенным; местом, куда приходили отдыхать не только телом, но и душой. Следуя за Ричардом, Лукас с интересом оглядывался. Казалось, его полностью окружил тонкий, но соблазнительный аромат… фисташек. Этот запах присутствовал везде, где только можно, но и уловить его было не так-то просто — стоило только почувствовать, как он тут же будто соединялся с другими запахами, путая и не давая услышать свое соло. Когда мужчины заняли столик в углу, к ним тут же подоспел симпатичный официант. Лукас сразу положил глаз на этого мальчика. С первого взгляда его запросто можно было принять за девчонку, но запах говорил сам за себя — это мужчина, пока молодой, но уже вполне себе удивительный. Потрясающая фигура, шикарные светлые волосы, достигавшие поясницы, изящные руки и длинные стройные ноги. Более того, этот аромат фисташек… — Доброй ночи! Ваше меню, — и мальчишка перед каждым альфой положил на стол по плотной папке. — Спасибо, Милан. Солнышко, будь любезен, принеси мистеру Кейну список вин, — дружелюбно ответил Ричард. — Сию минуту. Едва омега удалился, Лукас тут же повернулся к Ричарду. — Рич! Это что за чудо? Засмеявшись над выражением лица впечатленного по самое не балуй Лукаса, хозяин кафе произнес: — Нет, друг мой, эта рыбка на тебя не клюнет. — Почему это? — сощурился Лукас. — Непокорный он, неласковый. Я проверял уже. Услышав последнюю фразу, Лукас нахмурился. Альфа теперь излучал сплошное недовольство. — Что это значит? — То и значит. Две недели я за ним хвостом бегал, представляешь, я! Но ему хоть бы что, на все ухаживания посылает, цветы и конфеты не принимает, при попытке домогания смотрит волком, да так, что всю охоту отбивает. Зато работник он просто великолепный. Когда я с прошлым владельцем кафе разговаривал, тот просил не увольнять Милана. — Настолько хорош? — И не только. Парню всего двадцать лет, а он уже сирота. Копит деньги на поступление в университет к следующему году, поэтому в последнее время очень много работает, трудится даже в выходные и все до глубокой ночи. Как еще держится, не представляю. Лукас задумчиво поджал губы. А он даже и несчастным не выглядел, этот Милан. Типичный трудяга-сирота. Разве что ну очень соблазнительный. Через пару секунд Милан снова вернулся, протягивая тонкую папку Кейну. — Здесь собрано лучшее вино. — Не подскажешь? — Извините, сэр, алкоголь не употребляю. Но буду рад предложить особые сорта французских вин, которые пользуются в нашем кафе большим спросом. Кивнув, Лукас позволил омеге раскрыть перед ним меню, следя за тонким пальчиком, быстро перемещавшимся по списку. Задумавшись о том, что бы эти пальчики могли сделать, он пропустил мимо ушей все объяснение, а в конце произнес наугад: — Давай то первое, про которое ты говорил. Милан кивнул. — Что-нибудь надумали помимо? — Пока нет, можешь идти, — отпустил его Ричард. Взгляд карих глаз Лукаса внимательно проводил хрупкую фигуру до бара, где та остановилась и присела на стул. — Ричард, он великолепен. — Я знаю и могу только пожелать, кхм, удачи, если ты будешь пытаться его добиться. — Смеется тот, кто смеется последним. Он не устоит передо мной. На что Ричард только улыбнулся. Меньше чем через десять минут, сделав заказ, Лукас лениво осматривал зал. Ричард откланялся, сказав, что скоро вернется. Осталось всего три посетителя, считая Лукаса и решившего перекусить вместе с ним друга. Второй официант, девушка, обслуживала последнего человека, по ней было видно, что она уже устала. Ночь вступала в свои права. Вокруг царило спокойствие и умиротворение. За окном редко мелькали автомобили, приглушенный свет от люстр обволакивал, укрывал словно одеяло. С наслаждением зевнув, Лукас глубоко вдохнул уже знакомый фисташковый аромат. Руки тянулись к этому красавцу-официанту, хотелось его обнять, поцеловать и погрузить в негу удовольствия. Но больше всего хотелось спрятать. Забрать с собой, скрыть от всех и не позволять выходить на улицу, заменяя собой все нужды и потребности. Странное ощущение накрыло Лукаса, ничего подобного ранее он ни к кому не испытывал. Может быть, дело было в отличительной внешности омеги, может, в его непокорном характере и уверенном взгляде, никогда прежде не обращенном на него. Медленно потягивая вино из бокала, Лукас прикрыл глаза. А когда открыл их, уже принял решение: завоевать мальчишку, чего бы это ни стоило. Все его существо рвалось к этому омеге Милану, так почему бы и не удовлетворить себя, а вернее их обоих? Вот из двери, ведущей на кухню, вышел Милан, держа поднос с едой. Плавная и уверенная походка, на лице ни единой эмоции. Подойдя к столу, Милан аккуратно расставил все тарелки, уточнив, не желают ли гости что-то ещё. — Тебе очень идет эта белая рубашка, Милан. Может, тебе помочь ее снять после смены? — Благодарю, мистер Кейн, но я не нуждаюсь ни в комплиментах, ни в откровенных предложениях, — нейтральным тоном произнес он. Глаз официанта заприметил опустевший бокал, и парень вновь поспешил наполнить его. Стоило ему только поставить бутылку с вином обратно на стол, как Лукас, позволяя себе больше, чем положено, хлопнул ладонью по упругой попке. Не успев среагировать, альфа тут же ощутил хлесткую пощечину. Такой наглый ответ, впрочем, на такое же наглое действие, заставил его округлить глаза. «Строптивец? Ну, посмотрим, как ты потом запоешь, малыш». Без слов омега ушел на кухню, не удостоив Лукаса и взгляда. Мужчина же, негодуя, потирал пострадавшее место. Но отчаиваться тоже было рано, ведь все только началось. Ричард, вернувшийся через две минуты, удивленно уставился на красный след на щеке Лукаса. — Это что, тебя Милан огреть успел? То-то я смотрю, что он на кухне уже чуть ли не тарелки бьет. — О, что, возмущается? — ухмыльнулся Кейн. — Скорее свирепствует. Скрыв улыбку за бокалом с вином, Лукас принялся за еду. — Эй, Лукас, ты серьезно вознамерился за ним приударить? — спустя какое-то время поинтересовался Ричард. — Я его ни за что не отпущу, Рич. Тот даже вилку уронил. — Ничего себе, какая прыть! Ты же обычно не зацикливаешься на ком-либо, что тебя сейчас-то завлекло? Молчание. — Лукас? — Мой. Он мой омега. Широко распахнув глаза, Ричард то открывал, то закрывал рот. Приблизительно через минуту он смог выдавить из себя новую фразу: — Сочувствую, — но увидев злой взгляд, быстро исправился, — вернее, поздравляю! Нет, Лукас, я без сомнения за тебя рад, что ты наконец нашел свою половинку, но не думай, что это будет так легко. — Без тебя уже понял. — Если он — твоя Пара, то обязан был это почувствовать с самого начала. Если Милан не удостоил тебя добротой и снисхождением к твоей, э-эм, выходке, то теперь тебе точно придется постараться. Когда тарелки опустели, и настало время возвращаться домой, Лукас с тоской смотрел на Милана, который оставил чековую книжку на столе и убирал посуду. Все бы ничего, но Милан даже не взглянул на него! Лукасу это надоело, и когда на поднос была поставлена последняя тарелка, альфа схватил Милана за тонкое запястье. Смерив холодным взглядом Лукаса, парень вырвал руку, забрал поднос с посудой и ушел. Вздохнув, Лукас спросил: — Рич, когда у него заканчивается смена?