Заслужи мою любовь

Солнце давно скрылось за горизонтом, и таинственная ночь плавно сменила тихий вечер; на улице, далеко внизу, жители большого города торопились домой, магазины, кафе и рестораны закрывались до утра, и только некоторые парочки не торопясь прогуливались по длинным полупустым улицам. Арден звонко отстукивал ручкой по столу и думал о чем-то своем, хитро прищуриваясь. Стрелки часов показывали далеко за полночь. В компании «Кейн-Лайт» было тихо и пустынно: все сотрудники еще несколько часов назад ушли домой. Мужчина расслабленно откинулся на спинку кресла и выдохнул табачный дым, рассматривая почти дотлевшую сигару. Кейн-старший взял телефон со стола и набрал неизвестный номер. Ответили ему уже через пару секунд. — Карл? Есть разговор. Утро Милана началось с ожидаемой головной боли и легкой тошноты. Стараясь не делать резких движений, он медленно приподнялся. Сердце издало гулкий стук, еще один и вскоре забилось в неровном быстром ритме. Комната была незнакомой. Взгляд на часы и глухой стон – он опоздал на работу! Катастрофически опоздал! Электронный циферблат показывал начало первого дня, в то время как Милан уже должен был принимать заказы этак часов с пять. Вот дерьмо! Сбросив с себя одеяло, Милан поднялся с постели, но ноги внезапно подкосились, и омега только и успел, что схватиться за угол тумбочки. Голова просто раскалывалась. Попытавшись встать, Милан всхлипнул. Чтобы он еще раз пил… Да ни в жизнь! На шум пришел Лукас. Мягко постучавшись, он открыл дверь и оценил обстановку. Увидев только голову омеги, сидевшего на полу по ту сторону кровати, Лукас засмеялся. — Доброе утро, трезвенник. — Закрой рот, Лукас, — проныл Милан почти жалобно, все же снова опускаясь на нагретую постель. — Как спалось? — Не помню… Перевернувшись на живот, Милан обхватил руками большую подушку и уткнулся в нее лицом, чтобы не встречаться взглядом с Лукасом. Тот на это только хмыкнул и присел подле вытянувшегося на простынях омеги. — На вот, — Лукас взял нетронутый стакан и анальгин и протянул их нехотя поднявшемуся Милану. Тот моментом проглотил обе таблетки разом, жадно запивая божественно прохладной водой. — Еще? — и Милан не отказался от вновь наполненного почти до краев стакана. — Мне на работу надо. — Не беспокойся, Ричард дал тебе отгул на сегодня. — Я все равно не могу прогулять, — упрямо начал Милан, но Лукас, не дослушав, потрепал его по волосам и встал. — Так, все, в душ и на кухню. Возмутившись и тут же резко сдувшись, Милан, кряхтя, сполз с кровати следом. В конце концов, Лукас его и домой привез, и спать уложил, и вон даже таблетками поделился, хотя мог запросто оставить в баре. Передернувшись, Милан пошел за Лукасом, который показывал, что в какой стороне находилось. — Кстати, чего ты хочешь на завтрак? — М-м-м… Яичницу? — Будет тебе яичница. А теперь бегом умываться. Придав Милану ускорения в виде легкого шлепка по попе и получив за это по ушам, Лукас довольный-предовольный отправился на кухню. Через двадцать минут Милан вышел из ванной посвежевший, взбодрившийся и даже с хорошим настроением. Двигаясь на запах, он достиг кухни. На столе уже стояла тарелка с желанной яичницей – и даже с беконом! – и пара тостов, а рядом – чашка ароматного крепкого кофе. Когда Милан появился в дверях, Лукас опустил газету и отставил свою чашку, бросая на него лукавые взгляды из-под аккуратных очков. Сердце вновь зашалило и пропустило удар – второй раз за это утро. В этот момент Лукас был поразительно похож на его отца: такой же уверенный в себе, серьезный, но с добрыми глазами, скрытыми за стеклами очков, читающий утреннюю газету за завтраком. Как часто Милан видел эту картину прежде. Наверное, растерянность была написана на его лице большими буквами, поэтому Лукас встал и обошел стол, приглашающе отодвигая стул для Милана. — Прошу, присядь. Говорят, омеги часто, не осознавая того, выбирают в мужья альфу, похожего на своего отца. В действительности, Милан и вправду пару раз сравнивал Лукаса с Дерилом Шелдоном. Но Лукасу он в этом никогда не признается. Готовил Лукас на удивление очень и очень даже ничего. Почему-то Милан всегда представлял его человеком, который либо имеет собственного повара, либо питается исключительно в дорогих ресторанах. И было приятно узнать о Лукасе что-то такое… домашнее. — Спасибо. И за завтрак, и за то, что последил за мной вчера. — Не стоит, Милан. У Милана становилось теплее на душе, когда Лукас звал его не каким-то там малышом, а именно так, по имени. — Мне все же стоит пойти на работу. Хотя бы на полдня, и то неплохо. — Хм, давно хотел спросить. Ричард рассказывал, что ты копишь на обучение. Но неужели цены сейчас так высоки, что ты без продыху загибаешься с утра до ночи? Зная Рича, могу утверждать, что зарплаты для своих сотрудников он не жалеет. В любом случае, ты же не первый месяц работаешь там. Милан нахмурился. — Дело не в том. Хотя, безусловно, обучение тоже не три цента стоит. — А в чем же тогда? — Можно я не буду распространяться на эту тему? Лукас поджал губы и взглянул на омегу с упреком. — Я расскажу, обещаю. Когда-нибудь. Но не сейчас, хорошо? Альфа только махнул рукой. — А на кого ты хотел бы учиться? — вдруг спросил он с улыбкой. О, Милан много думал об этом. Долго выбирал и решал, что ему ближе, соотносил преимущества и недостатки той или иной профессии… — Я же, кажется, вчера говорил тебе, кем был мой отец? — Как сказать, ты лишь упомянул, что он выводил разные сорта растений. — Так вот, когда-то он был простым биологом-исследователем. Но со временем отец стал подниматься по карьерной лестнице и в конце концов создал фирму по поставке своих цветов и растений в другие страны. — Вот оно как! Значит, если я правильно тебя понял, ты хочешь пойти по его стопам? — Все верно ты понял, — уголок губ Милана дернулся в полуулыбке. — Но, к сожалению, там, куда я хочу поступить, слишком большой конкурс на бюджетные места, и именно поэтому я коплю деньги. — И куда же ты хочешь? Не в Стэлльский ли? — В него… Слишком загнул? — Нет, — помотал головой Лукас. — Ты молодец и при желании даже в Гарвард поступишь. — Делать мне там нечего, я тут хочу остаться, — смешно надулся Милан, залпом опрокидывая в себя оставшийся кофе. Потом в четыре руки они быстро прибрались на кухне. И это ощущение уюта не проходило вплоть до того момента, пока Милан не поблагодарил Лукаса еще раз и решил отправляться на работу. — Я тебя подвезу, — не терпя возражений, сказал Лукас и ушел переодеваться. Он на самом деле немного расстроился, или Милану показалось? Милана Лукас нашел в коридоре через пару минут. Но взглянув на него, только покачал головой. — Нет, так не пойдет, — негромко произнес он и вновь повел омегу за руку вглубь квартиры. Они оказались в гостиной. Не теряя времени, Лукас усадил ничего не понимающего Милана в глубокое мягкое кресло и скрылся в ванной комнате, а когда вернулся, то уже был вооружен расческой. — Ты в зеркало себя видел, чучело мое? — Сам ты чучело! — взбрыкнул было Милан, но тут же растерял весь свой пыл, стоило Лукасу нежно пройтись пальцами по коже головы. О боги, какое блаженство… Он даже приоткрыл рот, не в силах издать и звука. Чистейшее наслаждение… Лукас осторожно перебросил длинные волосы омеги за спину и взялся за свое зубчатое оружие. Чтобы расчесать местами спутанные на кончиках локоны, мужчине потребовалось немало времени. А Милан уже, казалось, и забыл, что торопился на работу. Едва дыша, с закрытыми глазами от отдался в руки Лукаса и разве что только не стонал, ощущая ласковые касания рук и аккуратные движения расчески. Когда все закончилось, Милан даже не сдвинулся с места, не желая верить в то, что все закончилось. Он был готов так весь день просидеть. Трогательное выжидание Милана не оставило Лукаса равнодушным. Тот сидел расслабленно, с прямой спиной, будто одним своим видом прося продолжить. Лукас перегнулся через спинку кресла и выдохнул за ушком Милана, а оставив поцелуй на тонкой шее, отстранился, с нескрытым удовольствием наблюдая за смущением омеги. — По-получишь у меня… — не очень уверенно прошептал Милан, не оборачиваясь. — Поехали уже, — рассмеялся Лукас.

***

День шел за днем, принося новые встречи и новые впечатления. Милан уже не помнил, где он ошибся и дал слабину, но, к своему же удивлению, не пожалел. Лукас и вправду оказался более отзывчивым, более… близким. Омега внутри Милана уже давно таял при виде одетого всегда с иголочки мужчины, с неизменной улыбкой вручавшего ему цветы. Так небольшая квартирка Милана заполнилась очаровательными букетами буквально в одно мгновение. Однажды Милан неожиданно осознал, что Лукас ради него очень старается. Ведь у него была большая отдача, но он не получал взамен ничего. Милану на секунду стало неудобно. На следующее утро, когда Лукас пришел поработать над документами в кафе, как стал часто делать в последнее время, ссылаясь на вдохновляющую обстановку, Милан к заказанному кофе принес пару свежайших круассанов. На вопрос, спрятанный в глазах Лукаса, сказал лишь, что угощение за счет заведения. И позже Милан не мог не заметить, как Лукас светился весь тот день. Каждый вечер после работы прямо за углом кафе Милана встречал слепящий свет фар и высокая фигура. В темноте Милан практически ничего не видел и в первый раз серьезно испугался, когда эта фигура быстро двинулась в его сторону. До такой степени, что даже не успел среагировать и остался стоять столбом на месте, пока вдруг не ощутил уже привычные крепкие объятия и знакомый аромат дорогого парфюма. Глубоко вдохнув в себя запах альфы, смешанный с древесно-пряной ноткой, Милан несмело вцепился пальцами в пиджак Лукаса по бокам. И за этими моментами признания им Лукаса следовали поощрения: альфа обязательно гладил Милана по волосам, еще с первого раза прознав, в какое сладкое оцепенение впадал Милан от такого простого касания. Если на следующий день у Милана был выходной, то Лукас вез его на свидание. Хотя, конечно, первое время свиданием то было сложно назвать – да и Милан все так же старался отказываться. В целом это были просто молчаливые по большей части прогулки по набережной или вдоль слабо освещенных скверов, сидения на скамейке в темном парке или же изучение ясного звездного неба, лежа на нагретой за день траве. Ради последнего Лукас больше часа сидел за рулем, чтобы выбраться к окраине города, туда, где небо было чище, и вокруг оставались одни леса. Отныне Милан не боялся оставаться с Лукасом наедине. Он точно знал, что он ему не причинит вреда. Лукас и сам стал походить на его персональную звезду, которая исполняла любые желания. Звезда, ставшая еще более достижимой, чем прежде. И Милан не смог бы объяснить, что им руководило, когда он впервые коснулся губами чуть колючей щеки. Это произошло в тот самый день, когда Лукас впервые отвез его за сто миль от города, лишь бы вдвоем побывать на природе, насладиться теплой озерной водой и отдохнуть от повседневной рутины. Милан, наевшийся до упаду и греющийся в лучах солнца, расслабился на плече Лукаса. Оба были еще мокрые после купания, но довольные неожиданным спокойствием и тишиной. Сдув с груди альфы какое-то насекомое, Милан рефлекторно провел рукой по тому месту, словно стирая следы маленьких лапок. Лукас нервно обхватил ладонь Милана, не давая ей сдвинуться. И Милан не стал сопротивляться, оставив баловство на потом. Но в благодарность за насыщенный день и вкусную еду все же легко чмокнул Лукаса в щеку, услышав в ответ только несдержанный вздох. Нет, он не соблазнял Лукаса весь день. Нет, это не он ходил в узких намокших шортах и без майки. И он совсем-совсем не собирался дразнить Лукаса, вовсе нет! Тогда омега сладко задремал, согревшись в руках Лукаса, а проснувшись, ощутил, как заложило нос. На следующее утро Милан слег с высокой температурой, впервые на своей памяти прогуляв работу по болезни. Лукас, примчавшийся в середине дня с тяжелым пакетом продуктов и лекарств, оповещенный о состоянии больного, как понял Милан, его работодателем, решительно прошел в квартиру и надолго обосновался в кухне, запретив Милану даже подниматься с кровати. После Лукас, не отходя от него ни на шаг, протирал горячий лоб мокрым полотенцем, без конца вливал в Милана теплый бульон напополам с душистым чаем, время от времени измерял температуру и только ближе к ночи успокоился, когда понял, что Милану стало заметно легче. Милан был очень благодарен Лукасу за все. В последнее время они неплохо стали понимать друг друга. Естественно, они все так же цапались и соревновались в остроумии, местами ругались, но и мирились быстро. Когда Милан выздоровел и окреп, то приготовил в некотором роде праздничный ужин. Лукас еще долго восхвалял навыки и умения Милана в кулинарии. И хорошо, что не знал, сколько Милан продуктов перевел, прежде чем идеально все приготовить. Но и о домашних ссорах они не забывали: — Лукас, хватит разбрасывать свои носки по моей квартире! — Ох, мой дорогой муженек, не злись, я дам тебе конфетку. — Отвали, зараза. — А вот за это я тебя покусаю. — Только попробуй. — М-м-м, и попробую… Я знаю, ты очень вкусный… — Брысь, боже, уйди! Не подходи, я сказал! — Поздно… Не раз Милан ссорился с Лукасом, когда тот выводил его из себя, но альфа не забывал о том, что его избранник – омега, а омеги очень нежные и впечатлительные. И после каждого раздора он обязательно приходил каяться с каким-нибудь подарком в руках и шикарным букетом – потому что понял, что Милан очень любил цветы. В итоге тот успокаивался и даже сам просил прощения за то, что погорячился. А потом они вместе уплетали десерт, врученный Милану вместе с букетом. На днях они разошлись во мнениях. Возвращаясь пешком из супермаркета к Лукасу домой, где планировалось провести дегустацию одной редчайшей бутылки вина, которую альфа достал, чуть ли не семь кругов ада пройдя, Милан заметил пристальное внимание к своей персоне. Следом за ними на протяжении всего пути шел некий паренек. Вряд ли он был старше Милана, совсем молодой, даже скорее юный альфа, и он – Милан был просто уверен! – хотел подойти познакомиться. К его сожалению, Лукас распространял вокруг себя слишком опасную ауру, поэтому преследователь быстро смылся, едва заметив, как рука Лукаса крепко сжала плечо Милана. — Никакого маньяка к тебе не подпущу. Особенно малолетнего. — Мальчик просто хотел подойти и поздороваться, зачем ты так? — Пусть ищет себе другую жертву. А ты – мой. — Пф-ф. Уже дома у Лукаса они устроились на диване перед телевизором: — А если у меня на работе какой-нибудь посетитель попросит личный телефон, ты тоже примчишься на крыльях ночи и будешь меня охранять? — Я с собой начну носить топор, чтобы руки обрубать особо тупым. — Спасибо, Мистер Собственник. — Всегда к вашим услугам, Мистер Соблазнитель-малолетних. И за это Лукас щедро получал подушкой.

***

Милан постучался в дверь кабинета Ричарда, и оттуда послышалось глухое: — Открыто. — Шеф? Можно? — О, Милан, заходи, конечно! Что-то случилось? — Нет, просто вы сегодня без обеда. Вам от повара презент, — Милан подошел к дубовому столу и поставил поднос с бифштексом и соком. — Передай ему от меня сердечное спасибо, — добро улыбнулся Ричард, глядя на неожиданный сюрприз. — Еще у меня тут такой вопрос… Можно на час пораньше освободиться? — Без проблем, тебе, Милан, в этом плане можно всегда. Какие-то планы на вечер? — Ну… да, появились некоторые. — Не удивлюсь, если Лукас придумает что-то особенное. Милан закашлялся. Все же стоило иногда ожидать некоторых комментариев от лучшего друга его альфы. Минутку, он подумал его альфы? — Милан, он очень дорожит тобой. Дорожи и ты этими отношениями. — Я знаю, шеф. Спасибо вам. Вечером, когда Милан уже сам был готов набрать номер Лукаса, альфа позвонил. — Алло? — Милан? Малыш, мне очень жаль, я не смогу сегодня приехать. Ты простишь меня? — А почему не сможешь? — Завал на работе. Отец с ума сошел, скинул на меня все, что только было можно. Дел до утра! — Так много? — расстроился Милан. Он так надеялся сегодня встретиться с Лукасом. — Справишься? — Сомневаешься во мне? — засмеялся Лукас. — Конечно, а завтра обязательно приеду. У тебя же смена? Тогда в десять вечера как штык буду уже на лестничной клетке. — Хорошо. Что-нибудь приготовить? — Думаю, не стоит. Я что-нибудь прихвачу с собой. К слову, как ты относишься к современному кинематографу? — Не очень… А что? — Тогда привезу что-нибудь из классики. Готовь подушки и одеяло, будем смотреть кино. — Договорились, — тепло улыбнулся в трубку Милан. — Как ты? И Милан признался: — Скучаю. — Я тоже очень скучаю, Милан. — Ладно, не буду отрывать тебя от работы. Увидимся завтра. — Увидимся, малыш. Добрых сновидений.

***

— Ну что, как успехи? Арден Кейн зашел в кабинет сына и вальяжно устроился в мягком кресле. Лукас натянуто улыбнулся отцу и вновь включился в работу. — Слишком много ненужных мелочей в договоре. Кто его составлял? — Дай гляну. Это «Гордон Тай»… Опять намудрили. Но и их можно понять, слышал, их не раз обманывали в других строительных компаниях. — У меня уже в глазах двоится от количества прописанных пунктов! — Привыкай. Когда будешь на моем месте, и не такое увидишь. Лукас вздохнул. — Профессионал должен разбираться даже в самых мелочах. И если ты мне скажешь, какая ошибка скрыта на третьей странице, я обрадую тебя хорошими новостями. Раз за разом вчитываясь в мелкий шрифт, Лукас потер переносицу и вдруг обнаружил опечатку. — Вот это? — Лукас неуверенно повернул договор к отцу. Как Арден успел за несколько секунд обнаружить ошибку, Лукас не понимал. Ему такому еще учиться и учиться, а вот у отца глаз наметан. — Именно. — Так что там за хорошие новости? — Уверен, тебе они понравятся. Помнишь моего бывшего коллегу Карла? — Да, помню, — Лукас старался обходить его стороной. Слишком напыщенный старый козел всегда учил Лукаса как и что делать. Тут он, мол, галстук неправильно завязал, а здесь документы не отсортировал. Последний раз он видел Карла года два назад и пожелал бы больше никогда с ним не встречаться. — Его сын, Джозефф, был в отъезде и вот наконец вернулся в родные края. — У него есть сын? А при чем тут он? — Как это при чем? Надеюсь, ты помнишь, что тебе уже далеко не восемнадцать лет. Я в твои годы уже был женат. — По-моему, я говорил, что избранник у меня уже есть. — Да, и имя ему Джозефф. — Отец, я не собираюсь плясать под твою дудку и отказываться от дорогого мне человека, — альфа сурово уставился на Ардена и привстал. — Не нужен мне твой Джозефф. Работать расхотелось. Лукасу казалось, что эту тему они давно закрыли. Собрав документы, он сложил папку в стол и решительно пошел к двери. — Ты все еще про, как его… Милана своего? Нам в доме не нужен бродяжка с улицы, да еще и безродный. У него хотя бы образование есть? Нет? — Это не твое дело! — Ты так думаешь? А мне кажется, что сейчас решаю здесь я. Лукасу стало до боли смешно. Неужели Арден серьезно считал, что он мог бросить Милана? У них в кой-то веки наладились отношения, и все медленно, но верно шло к более тесному общению. И Лукас этого дождаться не мог. — А если я приставлю к этому Милану, скажем… снайпера? Я устрою все так, что нас и не заподозрят. — Ты ударился головой?! Что ты несешь? — Можно и по-другому. Наверное, так даже будет лучше. Есть у меня пара-тройка крепких таких знакомых… — Ты не посмеешь. — Я не потерплю какую-то шавку в своей семье. И ты знаешь, что я говорю серьезно.

***

Едва за окном замелькал рассвет, Милан проснулся. До работы было еще достаточно времени, поэтому, позавтракав на скорую руку, он взялся за уборку. Приведя в порядок квартиру, он остался доволен – теперь вечером тут будет еще уютнее, когда придет Лукас. Интересно, какой фильм он принесет? День на работе пролетел незаметно. Не попался ни один капризный клиент, что вдвойне поднимало настроение. Как же Милан был рад, что Лукас внезапно появился в его жизни. Больше он не чувствовал себя одиноким. Несмотря на всю свою неуверенность в завтрашнем дне, Милан прикипел к альфе. Безусловно, последний месяц не изменил его привычек до конца, но этого времени было достаточно, чтобы выяснить, что Лукас совсем не такой, каким представлялся прежде. Кейн-младший очень ответственный, честный и ласковый. Он никогда не сделает Милану больно. Лукас делал его жизнь светлее и радужнее с каждым новым днем, и Милану хотелось сделать в ответ что-нибудь приятное. Для начала, Лукас наверняка приедет с работы голодный, несмотря на все отговорки. Надо отпроситься пораньше и все же что-нибудь приготовить. Милан почти подошел к дверям шефа, как вдруг услышал знакомое имя, произнесенное грозным тоном: — Лукас, ты совсем слетел с катушек? Какая свадьба? Какой Джозефф? Что значит, это твои обязательства? Друг, я, конечно, понимаю, что ты сейчас расстроен, но Милан… неужели ты его так просто бросишь? Не может быть. Не слыша больше ничего, Милан отошел от кабинета Ричарда. Слепо дойдя до служебной комнаты, он не слушающимися руками снял с себя форму и оставил ее комом лежать на скамейке. Переодевшись, подсчитал деньги на руках. На ночь в гостинице должно хватить. Он не вынесет встречи с Лукасом. Больше нет. Не вынесет стуков и звонков в дверь. Ему нужно уйти. Слез не было. Сердце больше не билось в предвкушении. И вряд ли еще застучит в том ритме.