Встреча в маршрутке

      Плисецкий распахивает дверь, одаривая меня острым настороженным взглядом зелёных глаз. — Ты чё, в спринтеры заделался? Побегать решил? — Ну да, — отвечаю стараясь отдышаться и протягиваю ему мятую пластиковую коробку с тортом. Во всяком случае с тем, что от него осталось — жара, давка в автобусе и мой безумный кросс-бросок от остановки явно плохо на нем сказались. — От маньяка убегал. — Какого ещё маньяка? — Сексуального, Юр. Он пару дней назад ко мне в маршрутке приставал, облапал всего, а сегодня вот в автобусе прижимался. — Да ладно… — с сомнением тянет Плисецкий, не совсем доверяя моим словам. — Так прям при всех приставал? И что ты сделал? — Сбежал, — пожимаю плечами, — так расстерялся, что просто сбежал от него. Прости за торт, — запоздало извиняюсь, проходя на кухню, — хотел тебя порадовать, но от него мало что осталось. — Да к черту торт, Кацудон! Он сладкий — на мелкие кусочки порежем и съедим с чаем, сойдёт. Лучше скажи: ты внешность маньяка запомнил? Какой он из себя? Плюхаюсь на стул возле батареи, рассеянно наблюдая, как Юра ставит на стол три чашки и небольшие тарелочки. — Он… — перед глазами всплывает бледное лицо с сапфировой синью глаз, — красивый. Очень! Высокий, стройный, лицо такое аристократическое… И глаза… синие… как майское небо. Юра ничего не отвечает. Просто задумчиво смотрит на меня, усевшись с другой стороны стола, медленно крутит чашку в руках. — Да уж… Ты что, влюбился в него там, пока он тебя лапал? — Что? Нет, конечно! — Мне кажется, или мои щёки опять покраснели? Наверняка от жары. — Нельзя влюбиться в человека, которого первый раз в жизни видишь! Да ещё и так… — Ладно, — соглашается Юра. — Нельзя так нельзя. Тебе ж виднее, — и резко переводит тему: — Сейчас брательник придет, чаю попьем и репетировать будем. Пошли в комнату что ли, там телек есть. — Брат? — переспрашиваю поднимаясь. — Ты не говорил. — Теперь говорю. Двоюродный. Мы на двоих квартиру снимаем — все ж дешевле, да и родителям спокойнее. — Ясно, — киваю, присаживаясь на диван и клацая кнопку пульта. Звонок. — Сиди тут, я открою, — бросает Юра, направляясь в прихожую. Я немного нервничаю при мысли о том, что мне придется знакомиться с новым человеком. Но, в конце концов, что может пойти не так? Это просто кузен Юры. Сердце замирает, когда я слышу голоса, доносящиеся из-за неплотно прикрытой двери. — Ну, и где ты был? — привычно резкое Юрино. — Остановку проехал, пришлось возвращаться… — усталое Викторовское. — Старость она такая… Забываешь про остановки, что дома ждут. А если серьезно, то что случилось? — Ты не поверишь, — краткий ответ. — Удиви меня. — Я встретил ангела… Прижимаю руки ко рту, удерживая готовый вот-вот сорваться с губ вскрик. Виктор меж тем продолжает. — Так и знал, что ты мне не поверишь. Но, Юр… Это сущий ангел, спустившийся с небес и упавший мне на колени. Он прекрасен! Я забываю как дышать, весь обращаясь в слух. Слишком страшно пропустить хотя бы слово. — Это лицо, фигура! Он весь, как сладкая булочка с корицей! Эти медово-карие глаза и аппетитная фигура… Быстро оглядываю свою фигуру. Он точно обо мне сейчас? — И попа… «Толстая!» — проносится ужасающее в голове. — …лучшая в мире! Ладная и мягкая, я мог бы каждый день писать оды, просто восхваляя её достоинства. Она божественна! — Пф… Я даже знать не хочу, откуда ты знаешь про мягкость его попы, — замечает Юра. — Я же говорил, — отзывается Виктор поясняя, — он приземлился прямо в мои объятия в маршрутке. А сегодня ещё и в автобусе. — И ты пощупал его за попу? — в голосе Плесецкого явно слышны нотки веселья. — Как я мог устоять против совершенства? Но… он сбежал от меня. — Наверное решил, что ты полоумный маньяк. Преследуешь его в транспорте и хватаешь за попу. И знаешь, у него был повод так думать. — Возможно… — соглашается Виктор. В его голосе столько надрывной печали, что мне хочется броситься к нему, сжать в объятиях и поцеловать утешая. — Ладно, нечего киснуть, старик. Может, ты его ещё встретишь, поговорите нормально. Может, он тоже к тебе неровно дышит. — Не дави на больное, Юра. Не думаю, что я встречу его ещё раз. Это было бы слишком хорошо. Да и он меня после сегодняшнего совсем психом считает… А я просто влюбился. Взглянул в его удивительные глаза и пропал. Лишь бы не расплакаться… — Прям каким-то Купидоном себя чувствую… — вздыхает Юра. — Я на кухню за чаем, а ты иди гостя развлеки пока. Он в гостиной сидит. Слышны удаляющиеся шаги Юры, а я до боли вцепляюсь в подлокотники кресла, пытаясь усмерить бушующий внутри меня ураган эмоций. Вдох… Поднимаю на потрясённо застывшего в дверях Виктора затуманенный волнением взгляд и слабо улыбаюсь, приветствуя. — Здравствуй....