Синяя Панацея

      Гермиона проснулась рано, но неподвижно лежала с закрытыми глазами, не желая покидать теплые объятия постепенно уходящего сна. Она слышала, как Тео встал, как принял душ и как начал что-то готовить на завтрак, тихо бренча посудой. На мгновение ей показалось, что она вернулась на много лет назад в родную когда-то Нору, где миссис Уизли готовит завтрак на огромную семью, беспрестанно хлопоча над очередным коронным блюдом.       Потянуло запахом яичницы, и рот девушки наполнился слюной. Решив, что лежать и дальше бессмысленно, она распахнула глаза и уставилась в потолок.       — Мне было интересно, сколько ещё ты будешь притворяться, — послышался насмешливый голос Тео.       — Откуда ты знал, что я не сплю? — Грейнджер заинтересованно посмотрела на него.       — Во сне ты дышишь по-другому, — Нотт беззаботно пожал плечами, будто сказал что-то весьма очевидное.       — Ясно, — протянула Гермиона, решив не вдаваться в подробности.       Она опустила голые ступни на пол и вздрогнула от его холода. Схватив со спинки кровати полотенце, девушка уже направилась в ванную, как в дверь нетерпеливо постучали. Переглянувшись с Тео, она изменила свой маршрут, подойдя к двери. Стук повторился, и Гермиона открыла.       Льюис, не дожидаясь приглашения, ввалился в комнату и тяжело опустился на стул, вытянув длинные ноги.       — Утро доброе, — на выдохе произнес он, хотя, судя по его виду, с этим эпитетом можно было смело поспорить. Осунувшееся бледное лицо подсвечивалось темными синяками под глазами, форменный комбинезон расстегнут на несколько верхних пуговиц, а на колене расползлось крупное темное пятно, подозрительно напоминающее кровь.       — Веселая ночка? — насмешливо спросил Тео, но на его лице явно читалось облегчение.       — Неимоверно, — сквозь зубы процедил Питер. — Чёртовы твари будто с ума посходили перед Выбросом! Целыми стаями, суки, ломанулись к ограждению, ладно хоть, минное поле есть, большинство из них подорвалось, только вот некоторые добрались, сволочи такие, пришлось вручную отстреливать, еби их в рот. Всю ночь, блядь, как проклятые, трупы разгребали и поле латали. Даже поссать сходить некогда было. Есть чё пожрать? — неожиданно закончил он свою пламенную речь.       Гермиона с открытым ртом смотрела на Льюиса, а Тео кашлял в кулак, старательно маскируя рвущийся наружу смех.       — Да что вы на меня так смотрите? — он перевел угрюмый взгляд с Нотта на Грейнджер и обратно.       — Просто понимаешь, Питер, если я уже привык, что ты в подобном состоянии разговариваешь как самый настоящий русский сапожник, то для Гермионы это слегка неожиданно, — ответил ему слизеринец, посмеиваясь.       — Эм… Прошу прощения, — вяло произнес Льюис, впрочем, без тени вины на уставшем лице.       Грейнджер, поджав губы, пожала плечами и всё-таки направилась в ванную. Вернувшись, она обнаружила накрытый на троих человек стол и сидящих за ним Тео и Питера, последний из которых вовсю уплетал яичницу.       — Итак, — хмуро произнес Льюис после молчаливого завтрака. — У вас есть полчаса на сборы. К сожалению, смогу проводить только до первого блок-поста, — затем, положив на стол два листа голубого цвета, продолжил. — Вот ваши научные пропуска. Особо ими не светите, на каждом шагу не козыряйте, используйте только в крайнем случае. Когда доберётесь до Кордона, идите в Бар. Там всем заведует Сидорович. Вам придется осваиваться как обычным новичкам, тут ничего не попишешь, а они все первым делом идут к нему. Он даст вам задание — ни в коем случае не отказывайтесь. Сначала вы работаете на репутацию, потом репутация работает на вас. Считайте это неким посвящением. Когда закончите, можете отправляться на все четыре стороны. Все понятно? — Тео и Гермиона молча кивнули. — Отлично! По припасам что-нибудь нужно?       — Нет, у нас есть все необходимое, — ответил Нотт.       Американец обвел их хмурым взглядом.       — Надеюсь, у вас действительно очень веская причина отправиться в это пекло, — со вздохом сказал он. — Я бы и врагу не пожелал там оказаться.       — Слишком веская, чтобы отступить, Питер, поверь мне, — тихо произнес Тео.       Лицо Льюиса, наконец, смягчилось.       — Ладно, ребята, собирайтесь. Буду ждать внизу через 30 минут, — и он вышел из комнаты.

***

      Тревога. Она наполняла легкие так, что становилось трудно дышать. Пробирая до самых костей, она все же поддтакивала сделать хотя бы ещё шаг по этой проклятой земле… Земле, на которой расстояние отмеряется количеством четных цветов.       Грейнджер оставалась все такой же холодной, собранной почти до крайности, но тревога… Она появилась в ее нутре сразу же, как девушка совершила первый шаг после последнего блок-поста.       Вокруг стояла оглушающая тишина. Верхушки деревьев качались от несуществующего ветра. Глаза резало от неестественно зелёной травы. Зона жила как умела, не оглядываясь на своих детей — родных и приемных, дышала радиоактивным воздухом, отталкивала и манила одновременно.

***

      Подвальное помещение было погружено в полутьму, едва разбавляемую мутным жёлтым светом нескольких ламп. На земляном полу разместились разномастные столики и стулья, в данный момент по большей части пустовавшие: скорее всего, после Выброса многие сталкеры предпочли покинуть Кордон и отправились попытать счастья в поисках хабара.       Это место, гордо именуемое баром «Кордон», напоминало, скорее, любое из злачных заведений Лютного переулка: стойкий запах пота вперемешку с перегаром и едким папиросным дымом, странно одетые люди, угрюмо разглядывающие спустившихся с лестницы новичков. А посмотреть, действительно, было на что…       — Баба в Зоне — жди беды, — ворчливо пробасил кто-то из темного угла. Впрочем, на этом комментарии по поводу гендерной принадлежности Грейнджер закончились. Зато несколько пар внимательных глаз пристально, почти осязаемо, ощупывали элитные экипировку и снаряжение, явно показавшиеся весьма лакомым кусочком для местных бродяг.       — Кажется, мы привлекаем слишком много внимания, — тихо произнесла Гермиона.       — Можем себе позволить, — Тео подмигнул ей, ободряюще улыбнулся и направился к барной стойке. Девушка по-прежнему стояла на месте, растерянно, что совсем не свойственно для нее, осматриваясь.       Внезапно шатенка ощутила позади какое-то движение. Резко обернувшись, она увидела перед собой внушительных размеров молодого человека лет двадцати с небольшим. Крупный, высокий, со светлыми коротко стриженными волосами, он напоминал теленка: карие на выкате глаза, обрамлённые длинными пушистыми ресницами, создавали впечатление, что ты встретился взглядом с типичным представителем семейства рогатых. Мягкие черты лица отдавали некой детскостью и в сочетании с внушительными размерами вызывали диссонанс у любого, видевшего этого парня впервые. Рядом с ним Грейнджер казалась ещё более хрупкой, чем обычно, но никого из них этот малозначительный момент явно не смущал.       — Какая малышка, — совсем не по-детски пробасил блондин. — Не хочешь немного развлечься, сладкая? — он мило улыбнулся, и доля ребячества в его образе резко перевесила.       В опешившем было взгляде Грейнджер промелькнула хитринка, и Тео, напрягшийся сначала, улыбнулся и покачал головой: он уже понял, что мальцу несдобровать. Гриффиндорка никогда не давала себя в обиду никому из гадких слизеринцев, а уж с двадцатилетним юнцом она разберётся в два счета.       Тем временем Гермиона подошла к парню вплотную и, положив руку ему на грудь, плотоядно улыбнулась. Не ожидавший такой реакции пацан недоуменно захлопал своими коровьими глазами.       — А ты ничего, — мягко произнесла девушка и медленно повела рукой по крепкому торсу, спускаясь ниже. — Пожалуй, я не против развлечься, — шатенка резко и крепко обхватила яица парня и, заметив промелькнувший в его взгляде испуг, улыбнулась ещё слаще. — Я люблю пожостче, а тебе так нравится, сладкий? — сделав акцент на последнем слове, Грейнджер усилила хватку, и молодой сталкер пискнул как-то совсем по-девчачьи, вызвав этим ряд смешков среди других находившихся в помещении. — Ещё раз подкатишь ко мне свои шарики, я познакомлю их с кое-чем погорячее, ты меня понял? — холодное спокойствие пронизывало голос, наполняя его сталью.       Полнейшее недоумение парня, наконец, начало приобретать очертания праведного гнева. Черты его лица ожесточились, и, набрав в легкие воздуха и шумно выдохнув, блондин, наконец, нашелся с ответом:       — Ты охренела? Да я тебя, сука, …       — Остынь, Бык! — прозвучал совсем рядом звучный мужской голос. — Сам виноват: негоже так новоприбывших встречать.       Парень как-то сразу сник, совсем съежился, что весьма нелепо смотрелось при его комплекции, и сделал пару шагов назад, ощутив, наконец, свободу своих причиндалов, которую Грейнджер, впрочем, и не собиралась больше ограничивать.       — Да ладно тебе, Якут, ты ж меня знаешь, я ж пошутил, — начал поспешно оправдываться парень, продолжая пятиться назад. — Я ж ничего такого… — последние слова потонули в грохоте его шагов по лестнице.       Провожавшая взглядом своего непутёвого обидчика Грейнджер, наконец, посмотрела на человека рядом. Высокий крепкий мужчина лет сорока с темно-русыми волосами «ёжиком» и широкими чертами лица насмешливо смотрел на нее ясным взглядом серо-зеленых глаз.       — Ты на него внимание не обращай. Парень побыковать любит, оттого и Бык, а в целом он неплохой, — у него была добродушная плутоватая улыбка, непременно вызывающая желание улыбнуться в ответ, что Гермиона и сделала. — Я — Якут, а к вам как обращаться? — он обвел взглядом девушку и подошедшего к ней Тео.       — Меня зовут Тюдор, а это Лукта, — внезапно на чистом русском произнес Нотт, и Грейнджер опешила. Она ведь даже не задумывалась о том, как обстоят у слизеринца дела с местным языком. Оказалось, неплохо: акцент почти не угадывался.       — Какие имена у вас интересные, — задумчиво протянул Якут. — И откуда вы к нам пожаловали?       — Мы из Англии, — ответила Грейнджер.       Русоволосый неопределенно хмыкнул.       — Был тут у нас один англичанин, — во взгляде мужчины промелькнула некая грусть, и Тео ощутимо напрягся, что не укрылось от Гермионы.       — Б…был? — голос Нотта подпрыгнул насколько октав, и Грейнджер косо взглянула на напарника. Какого хрена происходит?!       — Я его давно не видел. Здесь, на Кордоне, его редко встретишь.       — Но он… жив?       — Да что ему сделается! Живучий как кровосос. А ты его знаешь что ли?       — Что? Нет. Не знаю… Всякое бывает.       На лестнице послышался топот, и вскоре в проёме показался невысокий худой сталкер.       — Якут, пора! — тот в ответ махнул головой и двинулся к выходу. Поставив ногу на первую ступеньку, он остановился и развернулся к англичанам. Внимательно рассматривая их, он будто что-то обдумывал. Кивнув своим мыслям, русоволосый произнес:       — Смотрю, игрушки у вас серьезные, — он указал головой на примостившийся под правой рукой Тео FN P90. — Да и намерения, похоже, тоже… Поиграть не желаете? Ситуацию обрисую по дороге, — Якут смотрел выжидательно. Напарники, не сговариваясь, одновременно кивнули и последовали за сталкером.

***

      Часом ранее       «Телка и тощий парень. Экипировка на вес золота. Двинут к центру. Свалка. Делёж»

***

      Якут явно обладал внушительным авторитетом среди сталкеров, что было заметно невооруженным взглядом: к нему не просто прислушивались, а буквально ловили каждое его слово, чем решили не пренебрегать и англичане. Слова Льюиса про репутацию еще были слишком свежи в памяти, а находиться на хорошем счету у опытного сталкера точно не помешало бы в будущем, да и сам Якут как-то расположился к забугорным гостям и не преминул взять их под свое крыло.       — В общем, телега такая: местная гниль, они же бандосы, окончательно распоясалась. Оккупировали, сволочи, Свалку: ни пройти, ни проехать, а это, между прочим, единственный путь вглубь Зоны. Сидят там как курочки в ожидании золотых яичек в лице вольных сталкеров. Полчаса назад товарища моего подстрелили. И чего они там засели, ума не приложу. Не припомню, чтобы особо любили засады устраивать. Разве что заказец поступил… — Якут задумчиво посмотрел на англичан, пробежавшись взглядом по экипировке. — В любом случае, территорию необходимо почистить. Надоели они до чёртиков, жить спокойно не дают.       Около дюжины вольных сталкеров, разделившись на группы по 3-4 человека и находясь в некотором отдалении друг от друга, в ускоренном, но все же безопасном для Зоны темпе двигались от Кордона к Свалке. Подобное, когда свободные объединялись в отряды ради общей благой цели, было практически нонсенсом.       Марш-бросок в несколько километров по пересеченной местности почти никак не сказался на внешнем состоянии Грейнджер, чем гриффиндорка невольно заработала пару молчаливых одобрений от местных, однако вслух никто высказываться не спешил.       Местом сбора была выбрана огороженная густорастущими кустами и кривыми березами поляна неподалёку от северного КПП, который предположительно занимали бандиты. Основным ориентиром стал небольшой Трамплин с южной стороны, который по каким-то ведомым одной Зоне причинам находился здесь всегда. То есть, конечно, само наличие этой аномалии не было чем-то необычным, однако, она действительно поселилась здесь на постоянной основе. По одной из местных баек этот Трамплин возрождается сразу после нейтрализации, но это уже давно никто не проверяет: пусть себе живет в качестве местной достопримечательности. И именно его сейчас Тео рассматривал с почти детским восторгом, с трудом удерживая себя от желания потрогать нечто не менее волшебное, чем то, к чему он привык в обычной жизни в магическом мире. Нетерпеливо дернув Нотта за локоть, Лукта молча указала взглядом на Якута, который как раз собирал вокруг себя людей, и слизеринец разочарованно поплелся к этой разношерстной компании.       — Первостепенная наша цель — северный КПП, — Якут махнул головой в нужную сторону. — Причина одна и проста как русский рубль: это единственный проход на Свалку. Быстренько зачищаем территорию, и по домам. Как говорится, против лома нет приема… И ещё, — Якут, прищурившись, выразительно посмотрел на англичан. — Особо не выпендривайтесь: не хотелось бы менять жизни порядочных сталкеров на мародерское дерьмо. Ну что, ребятки, потанцуем? — он по-мальчишески ухмыльнулся и махнул рукой, давая старт.

***

      Грейнджер лихо перемахнула через остатки ограждения вокруг разрушенного здания типичного советского образца. Штурм, по всей видимости, подходил к концу, однако на крыше этой самой постройки засел хитрый снайпер, то и дело стреляющий во все, что движется. За исключением периодического свиста пуль вокруг стояла оглушающая тишина, давящая на мозг гигантским прессом.       С Тео они намеренно разделились с целью пробраться внутрь и устранить упрямое недоразумение бандиского разлива.       Слегка подогнув колени, гриффиндорка кралась между ржавыми кузовами машин и изогнутыми во все стороны железяками, невесть чем бывшими в далёком прошлом, от которых почти осязаемыми волнами исходила радиация. Свист совсем рядом заставил девушку присесть ещё ниже и замереть.       Судя по всему опыта у горе-снайпера было не очень много, однако это не давало гарантии ещё одной его неудачи, поэтому мозг Грейнджер начал работать с удвоенной силой, формируя план дальнейших действий.       Помощь пришла с неожиданной стороны: сильная рука бесцеремонно дернула Гермиону и чуть ли не за шиворот затащила за ближайшую кучу бесполезного ныне металла. По ощущениям мужчина крепко прижал ее спиной к себе, обхватив за плечи так, что она не могла пошевелиться. Возмущенный возглас гриффиндорки был нагло прерван прижавшейся ко рту рукой.       — Тшш… Не шуми, — прошептал прямо на ухо мужской голос, обдавая горячим дыханием, от которого у Грейнджер шее и спине побежали толпы мурашек. Он убрал руку от ее лица. — Вот уж кого, а тебя я точно не ожидал здесь встретить, — проговорил мужчина в полголоса, до жути знакомо растягивая чёртовы гласные, и Гермиона замерла от изумления, широко распахнув глаза. Она точно узнала ЕГО.       — Мал… — он снова закрыл ей рот, на что Грейнджер возмущённо пискнула.       — Не нужно имен. Зона этого не любит… Называй меня Гурд.