Молитва ангелу: Начало

Дом Джона Кэмпбелла, 11:48 РМ

Джон вновь выпивал. За окном смеркалось. Засуха мучала эти края уже несколько суток. Шуршал мусором где-то на улице воришка-енот, отчаянно разыскивающий воду уже третий день почему-то в людских мусорных баках. Изголодавшаяся по влаге земля давно потрескалась, будто грозя вот-вот разверзнуться и выпустить из своих пучин жаждущих крови разгоряченных дьяволов. Тихо скрипнула дверь, послышались тихие детские шажочки. Из-за угла прохода выглянул маленький Эйд, сияя широченной радостной улыбкой. — Папочка, смотри! Я купил нам хлебушек! Ты рад? Лицо Джона перекосило болью. Кулаки мужчины сжались, бессильные, и он опрокинул в себя еще одну стопку с алкоголем. Ребенок все также улыбался, держа перед собой упаковку какого-то дешевого батона из ближайшего магазина. — Прости меня, Эйд. Я не хотел этого, — зажмурился мужчина. Дышать отчего-то становилось сложнее. Мальчик, будто понимая, о чем шла речь, перестал улыбаться. Печальными глазами с кровоподтеками он посмотрел на отца, и из рук с поломанными, будто веточки, пальцами, выпал хлеб. Вода стекала с его волос, перемазанных в вытекающей из проломленного черепа крови. По окну поползли тонкие узоры инея. — Найди мое тело. За окном разразился громом и молниями долгожданный ливень.

***

Гарри скучающе зевнул, прикрыв рот ладонью, и перевел взгляд в окно Импалы. Дин на переднем сидении осушал уже которую бутылку воды, пытаясь перебороть дикий сушняк. В последние дни холод начинал отступать. Гарри не понимал, с чем это могло бы быть связано, но он ощущал от этого самое что ни на есть настоящее счастье. Даже дышать ему становилось легче без этого льда, который, казалось бы, забрался глубоко-глубоко в его легкие и расцвел там прозрачно-мертвыми розами. Понемногу возвращались и чувства. Гарри не нравилось это, но он не мог не смириться. В конце концов, ему хватало и того, что он перестал ощущал постоянное желание пойти к инквизиторам и сдаться с поличным в том, что он маг, лишь бы оказаться в центре такого теплого костерка. Дин с тихим шорохом открыл еще одну бутылку, и маг вздохнул. Решив, что такими темпами они разорятся на покупке этой недоделанной бон аквы, Гарри взмахнул рукой, избавляя Дина от похмелья, старательно получаемого им накануне ночью. Дин издал такой звук чистейшего наслаждения, который, наверное, не издавал еще ни с одной женщиной, отчего Сэм кинул на него наигранно-пораженный взгляд, но все же решил промолчать. — Я понятия не имею, что и как там у вас, палочкоковырятелей, работает, — простонал Винчестер, — Но я начинаю любить ваш мирок. Гарри лишь хмыкнул, промолчав. Машина спустя некоторое время наконец остановилась, шурша шинами, и маг оглядел представший перед ним дом. Это было самое обычное здание, имеющее в себе три этажа, чердак и, скорее всего, подвал. Мысленно Поттер решил, что в подвал он пойдет первым делом — в конце концов, по всем канонам различных детективов именно в подвале и содержались различной степени неприглядности картины. А, ну и по статистике большинство трупов прятали именно в подвалах, но кто такая эта ваша статистика в сравнении с детективами, найденными им в комнате Сэма?.. Маг тихо фыркнул себе под нос, смеясь над собственными мыслями, и посмотрел на Дина. — Ну что, девочки, на выход, — проговорил тот с крайне счастливым видом. Неужели похмелье было настолько ужасной штукой? Гарри понял, что, несомненно, когда-нибудь проверит это. Из научного интереса, разумеется. Все во имя науки. Да-да. Сэм, будто что-то поняв по задумчивому выражению лица чародея, нахмурился, впрочем, неспособный ничего доказать. — Мне кажется, что ребенок в компании двух агентов ФБР может вызвать пару-тройку вопросов... — с сомнением протянул на удивление дельную мысль Дин, покосившись на невозмутимого Поттера. — Об этом можно не волноваться. В конце концов, я волшебник с бесконечным потенциалом и потрясающим разумом, и пути мои неисповедимы... — То есть ты станешь невидимым? — перебил его Дин. Гарри взглянул на него со снисходительной улыбкой: — Я же сказал, что вам, жалким смертным, не познать глубины моих замыслов... — заметив скептические взгляды обоих братьев, он с тяжелым вздохом пояснил: — Я просто стану взрослым. — Волшебники и так умеют? — удивился Сэм, задумавшись о чем-то своем. — Волшебники — нет. По крайней мере, без помощи специального зелья или заклятья, — Гарри улыбнулся, отчего-то немного напомнив этой своей улыбкой лиса. — Но я ведь Избранный. Дин обреченно застонал, едва лишь заслышав об избранности. По понятным причинам, эту тему оба брата ненавидели, и казалось бы почти забытый всеми ярлык Поттера они восприняли без особого позитива. Гарри же, понявший, что они терпеть не могли избранность и всё с ней связанное, решил изредка напоминать им о собственном статусе, не сильно-то и отличающемся от их собственного кучу лет назад. Просто потому что мог. К двери дома подходил уже совершенно непримечательной внешности мужчина из числа тех, которых на улице увидишь и забудешь через мгновение. Дин подивился тому, как легко мальчик сделал это — опять же, хватило лишь одного взмаха его руки, — и нажал на дверной звонок. Послышались шаркающие шаги, и из-за занавески в окно с подозрительным прищуром выглянул какой-то мужчина лет сорока-пятидесяти на вид. — Кто вы такие и что вам нужно? — День добрый. Джон Кэмпбелл? — дождавшись медленного кивка, Сэм завел привычную шарманку: — Мы из ФБР... Гарри вновь огляделся, впрочем, ничего интересного не найдя. Лишь пара царапин от грабель на дверной раме, да сами грабли, валяющиеся на полу. Джон Кэмпбелл спустя почти минуту впустил их в дом. Благо, Гарри вовремя спохватился и успел создать собственное удостоверение агента, пускай и иллюзорное, ибо вряд ли мужчина впустил их так просто. Сэм и Дин увели его куда-то на второй этаж, ведя свой разговор и довольно-таки профессионально выспрашивая у него нужные им сведения. Гарри же слегка отстал, и, дождавшись, пока все трое скроются на лестнице, решил все же поискать подвал. Лестницу вниз он нашел достаточно быстро. Дверь, разумеется, была заперта, но когда бы его волновали такие мелочи? Чародей легко вскрыл замок, и с тихим скрипом дверь распахнулась. Повеяло запахом затхлости, плесенью и чем-то сладковато-гнилостным. Гарри подумал, что ему был знаком этот запах, но вот вспомнить, откуда, он не мог. Ступени вниз были тяжелыми, каменными. Чем-то они напоминали те, что были повсюду в Хогвартсе, пусть и, определенно, не имели с ними ничего общего, кроме материала, цвета и того же ощущения прохлады под ногами. Гарри спускался все ниже и ниже, и спустя некоторое время он наконец ступил на обычный каменный пол типичного подвала, который был совершенно пуст. В самом далеком от него углу ему на какой-то краткий миг вдруг померещилось движение, но голос Сэма, доносящийся с лестницы, отвлек его: — Гарри, возвращайся! Мы уходим. Поттер бросил еще один взгляд в темноту, понимая, что еще вернется в это место, и пошел к выходу. Джон Кэмпбелл встретил его настороженным взглядом, но молчал. Вместе с Винчестерами маг вышел из дома и сел в Импалу. — Итак... вы что-нибудь выяснили? — спросил чародей, глядя на них. — Ну... он точно связан с нами, — как-то даже буднично заметил Дин, — У него отец был Охотником и рассказывал ему всякие "сказки". Разумеется, Джон в них не верил. А потом его отца нашли с вывернутыми кишками в каком-то склепе, сочтя каким-то жертвоприношением. Оборотни или перевертыши, скорее всего. Гарри покивал. — Еще у него была жена Пасифика. Она пропала без вести, когда их общему сыну Эйду было пять лет. Джон много выпивал. В одну прекрасную ночь послал сына в магазин и... в общем, ребенок так и не вернулся, — добавил Сэм. Гарри был уверен в том, что на деле братья не были так спокойны и собирались обсудить еще одного внезапно нарисовавшегося члена семьи в то время, пока он будет спать. Впрочем, зла на них за такие "секреты" он не держал. В конце концов, это не было его делом. — Когда я вышел из подвала, я прочитал парочку его мыслей. "Он же не видел её?" Но в подвале было пусто. Мне показалось, там кто-то был, — произнес маг, подумав. — Если его отец был Охотником, монстром он быть не может. Может, он говорил о кошке? Или там о какой-нибудь коллекции оружия... Гарри промолчал. О том, что он прочел еще одну мысль Джона Кэмпбелла, он не сказал. "Плевать. Я же монстр, мне не страшны эти людишки..."