chapter 3
19 ноября 2023 г., 23:13
Парень подходит к картине, что лежит на кофейном столике. Он вспоминает слова младшего.
«Богатый ублюдок, еще и родители есть»
Это бьет по самому больному. Ему очень хотелось иметь любящую семью, как у всех, но судьба так сложилась и ничего уже не поменять.
Он кладет руку на стекло рамки и ставит ее на стол, прошепытая тихое «Мне жаль»
Ближе к вечеру, старший заканчивает работу над еще одним заказом редакции. В этот раз, ему пришлось корректировать ошибки другого журналиста, который цитировал слова самого Кима. Он неспешно проходится по статье, и сразу же заканчивает ее, переделав лишь пару строк.
Он снова поглядывает на кофейный столик и замечает небольшой пакетик с таблетками, что перемешаны вместе с каким то белым порошком.
Все тепло его тела скапливается у горла, и тот тревожно идет его проверять.
— Черт. — у него на уме лишь один человек, и он понимает во что он влип.
Чон в комнате обыскивает все карманы и шкафчики на наличие последних веществ, что у него остались, пока в дверь не постукивают мелодичным ритмом.
Красные глаза парня глядят на дверь, а ноги подкашиваясь идут проверять кто за ней. В мыслях уже самое страшное — полиция.
Он приоткрывает щелку двери, и смотрит начиная с ног до головы человека напротив.
Он закрывает немедленно дверь и дает себе отдышаться, усмирить тревогу.
Он снова дергает за ручку, и распахнув дверь побольше, видит Кима, с кем встретился еще сегодня утром.
— Ты обронил у меня сегодня кое что, могу зайти? — парень кладет руку на дверь, и идет прямо в гостиную.
Он комфортно усаживается на старую тахту и вертит в руках тот самый пакетик.
— Отдай. — смотря на парня с высока, протягивает руку, в надежде что ему вернут его вещь.
— Давай сначала поговорим. Ты знаешь сколько статей я писал на тему наркотиков? А какая уголовная статья за их хранение? В курсе? — он дразнит парня, но в душе он также переживает за молодого парня, не часто увидишь 17-ти летнего что уже во всю употребляет.
— Это мое, отдай. — он настырно просит вернуть свое. Ему не важно сейчас ничего, кроме последней дозы. Ему нужно успокоиться, расслабиться чтобы провести остаток дня, не волнуясь ни о чем.
— Твоё, но это незаконно. Я не хочу тебе отдавать эту вещь, чтобы ты губил себя этим из раза в раз. Я тебе не мама, чтобы указывать, но хочу предупредить.
— Рот закрыл про мать, ты мне никто, не смей даже упоминать это слово.
— парень разозлился не на шутку, и пытается вырвать из рук свое.
— Я согрешил, прошу прощения. — парень медленно кладет пакетик на тумбочку рядом, и поднимает руки в знак, что он «сдался»
— Ты даже не знаешь через что я прошел, и с чем я справляюсь сейчас. Это необходимость, а не что-то, что я делаю от скуки.
— Ты прав, я не знаю через что ты прошел, но предупредить — моя обязанность.
Младший рассыпает порошок на стол и скрученной в трубочку купюрой вынюхивает его через ноздрю.
— Какая мерзость.
— Не тебе это пробовать.
— Даже и не собирался.
— Это все, что ты хотел мне сказать? А теперь уходи отсюда.
— Уйти? Забыл, что было сегодня утром? Может обсудим это?
Парень смотрит на него с вопросительным взглядом, он ждёт что его будут отчитывать или ругать, но тот протягивает свои руки и подтягивает парня к себе в объятия, от чего тот шугается и с силой отталкивает его.
— Ч-что ты творишь? Убери руки.
— Прости… Я просто хотел дать тебе поддержку. Не думал, что ты так резко отреагируешь.
— Уебывай нахуй отсюда! — младший пихает его с силой за дверь и скатывается по ней нервно дыша.
Он пытается восстановить дыхание, но все четно.
Он вытаскивает из кармана новое лезвие и снова проводит им по запястьям. Прошлые раны еще не успели зажить, покрываясь небольшой и мерзкой корочкой, и снова истекает кровью без остановки.
Кровь капает на пол, впитываясь в ковер, под ним уже большая лужа, но он не поведет и глазом.
Рваные раны так и сочатся кровью, он прорезает их до мяса. Все его руки не имеют ни одного живого места, они выглядят так, будто руки были перерезаны на маленькие кусочки и сшиты вместе, оставляя большие и противные шрамы.
Он в попытках успокоиться, делает себе только хуже.
Он в стрессе не может даже подняться, падая с ног, тут же как встает на них.
— Уебок конченный.
***
Ким берется за новую пачку сигарет и тут же поджигает одну из них. Он больше не курит, но сейчас срывается, стоя перед входом в дом. Он поглядывает на людей вокруг и думает о вчерашнем дне. Холодный ветер морозит нос, а в горле тлеет дым никотина. Его тело пронзает иголками и он чувствует себя как во времена, когда только-только переехал в эту квартиру. Все те же самые сигареты, их запах напоминает о плохом. Будто в мозгу разблокировалась история, которую он так долго пытался забыть, но ничего не получилось. Опять та самая улица и маленькая студия под магазином, где находилась редакция. Он буквально поднял ее с колен, и теперь он занимает самую высокую должность, а сам он пишет статьи для огромных газет. Он гордится своей работой и своими коллегами. Он уверен его родители им бы тоже. Он наконец исполнил мечту стать кем то, чтобы родители поставили его во что то, учли его мнение. Он показал свои возможности, хоть для родителей это уже не важно. Он пускает слезу не замечая как закончилась сигарета и бросая ее в лужу, заставляя все вокруг покрыться небольшим дымком, он входит в подъезд. Он останавливается у почтовых ящиков и засунув руку в карман нащупывает ключи от своего. Вокруг никого нет, лишь что-то дергается у мусорных баков с разделителями. По началу он не обращает внимание забирая письма, но проходя мимо, что-то в душе не дает покоя. На полу валяется младший, его глаза приоткрыты, а пахнет он не лучше чем его вид. — Все в порядке? — пошатывает его Тэхен, заглядывая в лицо, но слышит в ответ лишь злые мычания. Он закатывает ему рукава и видит несколько синяков от уколов и глубокие раны что сочатся сукровицей, и снова ему становится тревожно. Будто бы он имеет дело с чем-то неправильным, с чем-то, чем он не должен заниматься, но он не может его оставить в одиночестве. Он тянет парня за руку, и накинув на плечо, вызывает лифт, надеясь не встретить в нем кого то, кто будет пускать косые взгляды.
