Тирамису с клубникой (Кофе с кардамоном 3)

У Ахилла была только ахиллесова пята. У меня же все тело Ахилла. Вуди Аллен Никто не одинокий остров. Томас Мертон Лишь тот, кто готов ступить навстречу равновесию между миром собственных чувств и миром чувств других людей, равновесию, которое требует необычайной внимательности, открывает сокровище эмпатии. Он особенно ценен, поскольку составляет основание нашей гуманности и нашей морали. Шармен Либерц

      В противопоставление душе, человеческое тело легче всего описать с помощью чисел. Удивительно, но этот биологический робот, механизм, состоявший прежде всего из сухожилий, мышц и костей, содержит целых шестьдесят процентов воды.       Вода есть везде, в частности, в слюне или крови, которой в жилах стройной сколько-нибудь летней девушке течет около пяти литров. Это немного, представьте себе пять пачек мультивитаминного сока. Скелет такой девушки весит примерно десять килограммов. Жир — это еще двадцать или двадцать с хвостиком процентов массы тела, следовательно, у этой девушки — несколько килограммов. У другой, чьи гены унаследовали склонность к полноте, и которой постепенно не хватает места на автобусном сиденье, количество жира может приближаться даже к пятидесяти процентам. Человеческая кожа — это обычно полтора или два метра квадратных, столько, сколько нужно ткани, чтобы сшить одно пальто. Цвет кожи, хоть и разный у представителей разных рас, у одного человека одинаковый на всем теле. Зато под кожей царит настоящая феерия красок. От красной крови и некоторых органов до красно-фиолетовых мышц и желтоватых костей. Жир — это наименее желательная составляющая человеческого тела, имеет желтый цвет.       Человеческое тело можно считать комплексом атомов. Мы состоим из химических соединений, а те в свою очередь — из химических элементов. Среднестатистическая взрослая женщина, которая весит семьдесят килограммов — это сорок три килограмма кислорода, шестнадцать углерода и около двух килограммов азота. Состав нашего организма отнюдь не впечатляет и не слишком отличается от химического состава других тел в космосе. Но наше тело космическое не только из-за химического состава. Оно космическое, потому что атомы, из которых оно состоит, не умирают, а лишь изменяют свое состояние. Каждый атом, из которого создано наше тело, был когда-то в середине звезды, а некоторые образовались даже во время Большого Взрыва.

***

      Наталья открыла глаза. Перед ее маской промелькнула стайка серебристых рыбок. Маленькие рыбки ей нравились. Наталья часто протягивала руки, пытаясь прочесать стайку пальцами, словно расческой. Но это была иллюзия: рыбки оказались пугливыми, и одного движения ладони достаточно, чтобы все они моментально исчезали, словно их и не было. Больших рыб Наталья боялась. Когда впервые нырнула с маской, то думала, что умрет от испуга. У рыб были выпуклые белесые брюшки и неподвижные глаза. Рыбы плыли медленно и всегда казались чуткими. Были ли они счастливы? Человеческие проблемы их точно не обходили. А может, они вообще не думали. Просто существовали. Наталья тоже иногда хотела бы перестать думать и просто существовать. Переплывать с места на место и ни о чем не волноваться. Ни о разводе родителей, ни о Мартине, который не захотел приехать сюда с ней, ни о Лео, который в этом году снова здесь не появился.       Девушка вышла из воды и отряхнулась. Было жарко, хотя солнце медленно садилось над заливом. Наталья заметила, что икры, а прежде верхняя часть ступней, у нее чуть покраснели. Умостилась в шезлонге и тщательно намазалась солнцезащитным кремом. Ступни у нее действительно были очень красивые. Узкие, с хрупкими ногтями, всегда покрашенными красным лаком. Затем принялась мазать кремом икры. Волоски на них начали отрастать, а она ведь только позавчера побрила ноги.       Ну почему человек такой несовершенный? Неужели не существует способа, благодаря которому можно не обрастать волосами, словно животное? Но свои икры Наталья любила, считала, что они имеют хорошую форму. Остальное выглядело хуже. Колени были какие-то бесформенные, а бедра явно за толстые. Наталья ущипнула свою начавшую загорать икру. Конечно, загоревшие под португальским солнцем ноги выглядели неплохо, но тело от колен до талии имело явно слишком много жира. Ничего не поделаешь: португальская еда. Жареные кальмары, картошечка в чесночном соусе. Португальцы не потребляют слишком много овощей. Основа их кухни — вредное жаркое… И эти пирожные, нежные и сладкие, с едва уловимой ноткой корицы и лимона, их здесь называют «кошачьими язычками». От них у нее образовались складки на боках, а на животе — валики жира. Действительно надо немного похудеть. Недовольная собой, Наталья обернулась полотенцем. «Съем легкий ужин, — подумала она. — А завтра буду худеть по полной программе. Начинается новая жизнь».

***

      Линка удивленно разглядывала подарок Адриана на день рождения. Это была фигурка, точнее целых три. Вырезанные из дерева три маленькие обезьянки. Каждая из них сидела на корточках на камне, издали они казались одинаковыми, но присмотревшись пристальнее, можно было заметить, что одна из обезьянок заслоняла себе лапками глаза, вторая — уши, а третья — просто сложила лапки на груди.       — Что это? — спросила Линка. — Обезьяны? — Их называют Тремя мудрыми обезьянками, — ответил Адриан. — Это странная история. Когда я был с отцом в Закопанах, мы пошли к Костелиской долине. Отец хотел купить несколько осципок*, какая-то старушка продавала. И у нее были деревянные фигурки, которые она вырезает сама. Я их разглядывал, пока папа покупал сыр, а старушка подозвала меня ближе. И подарила этих обезьянок. — Подарила? — Ну, да. Не захотела взять за них денег. Сказала, что они защищают от зла, и чтобы я подарил их дорогому мне человеку.       Линка вздрогнула. Такие подарки она получала нечасто. Защищают от зла? Но почему они заслоняют себе глаза и уши? — Понятия не имею, — искренне признался Адриан. — Может, чтобы не видеть, не слышать… — Окей, пусть. Три мудрые обезьянки… Хотя мне бы лучше обезьянку, которая бы разбиралась в математике, вторая — чтобы понимала физику, а третья — химию. — В следующий раз я действительно постараюсь! Всего наилучшего, моя мудрая обезьянка, — и поцеловал ее. — Ага, а чтобы ты не думала, что это единственный подарок, который я, к тому же, получил даром, то вот, — и протянул ей маленькую коробочку.       Линка вздрогнула во второй раз. Чувствовала себя так, словно у нее начинался грипп. — Ну же, открой, — нетерпеливо сказал Адриан.       Внутри было колечко. Серебряное, с синим камешком.       Линка разволновалась. Чтоб так сразу колечко, это же не помолвка какая-то, в самом деле… — Эй, что с тобой? Какая-то ты такая… — Нет, просто… — Нет, ты ничего такого не думай… То есть… Я просто хотел подарить тебе хорошенькое колечко. Чтобы ты его носила, потому что ты любишь украшения и вообще. — Ага, ну разве что так, — просветлела Линка. — Не обижайся, я подумала что просто рановато, — она примерила свой подарок. — Как раз! Он великолепен! — Я снял твое с пальца, когда ты спала, и сделал отпечаток в пластилине. — Ну и Умник же ты! — Конечно! А теперь знаешь, о чем я думаю? — Даже не представляю, — соврала Линка. — Представляешь, — дразнился Адриан, сдвигая ей бретельку платьица. Погладил плечо, которое было золотистым от солнца. Прижал к себе покрепче. Линка закрыла глаза, однако под веками видела море звезд. Его пальцы чертили молочные пути, сладко-медовые, пахнущие имбирем и кардамоном. — Ты знаешь, что каждый атом, из которого мы состоим, был когда внутри звезды? Я читала об этом вчера…       Но он уже закрыл ей губы поцелуем.