Нельзя таить свои желания

Аромат свежезаваренного чая и свежей выпечки, которые наполняли цзинши, делали утро по-домашнему уютным. Лань Чжань поставил столик-поднос на постель, а сам сел у изножья кровати. Вэй Ин поймал себя на мысли, что он привык к такой милой традиции. Она стала одной из важных мелочей, что составляла полную картину его семейного счастья. Забота Лань Чжаня будто наперед обещала, что день будет хорошим. По своей натуре бывший старейшина Илин не был особо прихотливым в быту, его запросы были весьма скромными. Но когда о тебе заботится самый лучший на свете человек, отказываться от такой роскоши непозволительно глупо и недальновидно. Сегодня супруги планировали провести целый день вдвоем. Дела клана и занятия с молодыми адептами подождут. Мужчинам хотелось наслаждаться обществом друг друга. И поэтому второй господин клана Лань выглядел вовсе по-домашнему. Он грациозным движением поправил волосы, верхние пряди которых сегодня были просто перетянуты обычной белой лентой без высоких заколок. Вэй Усянь поймал взглядом этот короткий жест супруга и невольно залюбовался — ох, уж эти сильные, но такие аккуратные руки Ванцзи, они способны на такие горячие вещи! Бывший старейшина Илин невольно покраснел от мыслей, связанных с руками Лань Ванцзи, и сглотнул пересохшим горлом. Он ухватился за чашку, отпил чаю, чтобы погасить накатившее вдруг воспоминание. Лань Чжань заметил странную реакцию Вэй Ина, обеспокоенно взглянул на него: — Что-то не так? Вэй Ин чуть было не поперхнулся чаем, ведь Лань Ванцзи заметил его неловкость, но все же решил не таить своих мыслей. Он поставил чашку на столик и сжал ее двумя руками, огладил. Мужчина старался сохранить серьезность и интимность момента. Но присущий Вэй Ину шутливый тон и выражение лица настоящего заговорщика все же побеждали в этой схватке. — Гэгэ, я просто слишком засмотрелся на твои руки и на меня нахлынула куча приятных воспоминаний. Твои руки умеют делать чудеса, мой Ханьгуан-цзюнь! — игриво произнес Вэй Усянь, чуть закусывая нижнюю губу. Теперь пришла очередь краснеть Лань Чжаню. Румянец мягко и волнующе расползался по щекам, от щек к кончикам ушей. Только обычно второй нефрит клана Лань если и краснел, то сразу же отводил взгляд, в этот раз все было иначе. Он с вызовом посмотрел в глаза возлюбленному и облизал пересохшие губы. Вэй Усянь принял это как знак. Знак того, что именно сегодня можно реализовать желание, которое таил Лань Ванцзи, что недавно стало их общим. Желание, из-за которого недавно возникла небольшая размолвка. К счастью, все тогда удачно разрешилось, супруги откровенно поговорили. Все же Вэй Усянь не стал торопить Лань Чжаня. Он ждал удобного момента, соответствующего настроения, ждал, когда любимый будет готов. И именно взгляд, которым только что одарил его Лань Ванцзи, был настолько красноречивым, что Вэй Ин решил — пора. Вэй Усянь вкрадчиво коснулся кисти Лань Чжаня, пальцы в оглаживающем движении скользнули к запястью, прижались к вене, поймав пульс, который уже зачастил. — Лань Чжань, ты взволнован, — констатировал Вэй Усянь. — Когда ты меня касаешься, то всегда, — тень легкой улыбки коснулась губ Лань Ванцзи. — Тебе невероятно идет улыбка. Так ты еще прекраснее. Улыбайся, пожалуйста, почаще, — попросил Вэй Усянь, поднес ладонь Лань Чжаня к губам, выцеловал костяшки пальцев. «Кто бы мог подумать, что у Лань Чжаня, который кажется ледяной глыбой, такая горячая кожа? Но этим знанием владеет лишь один человек — и это я», — подумалось Вэй Усяню не без гордости. Бывший старейшина Илин обхватил ртом указательный палец Лань Ванцзи, нижняя губа мягко и пикантно оттянулась. Было слышно, как Лань Чжань шумно выдохнул. Вэй Ин истолковал это, как знак хорошего и игривого настроения возлюбленного. Вэй Усянь отстранил руку мужа и произнес голосом, что становился странно низким: — Я не выпущу тебя сегодня из цзинши. Ты сегодня только мой. Позволь обо всем позаботиться, хорошо, гэгэ? Лань Чжань утвердительно кивнул, в знак согласия снова улыбнулся, но уже более заметно: — Твой… совсем твой, полностью твой, — он на миг замолчал, будто собирался сказать что-то важное и подбирал правильные слова, — я совершенно не против, если сегодня мы сделаем то, чего я еще не делал. Для Лань Чжаня это был огромный шаг вперед — без лишних слов и минуя недопонимания, недоразумения, он выразил свое желание. Это не могло не радовать Вэй Ина — в этот раз ему удалось понять своего драгоценного супруга без слов, только по взгляду и выражению лица. Еще одним поводом для радости стало то, что Лань Ванцзи перестает скрывать свою улыбку. И Вэй Усянь поймал себя на мысли, что не хотел бы, чтобы кто-то кроме него видел улыбающегося Лань Чжаня, ну разве что Лань Сичэнь. «Улыбающийся Лань Чжань выглядит слишком невинным и беззащитным. А еще его улыбка обезоруживает. Его улыбка прекрасна. Это лишь мое, никому не позволю, никому не отдам», — нотки ревности раздались в голове Вэй Ина. Вэй Усянь только что осознал, что ему не хочется делиться Лань Чжанем никогда и ни с кем. Его накрыло нежностью, желанием взаимно заботиться друг о друге, а не только в одностороннем порядке. — Гэгэ, давай для начала позавтракаем, твои булочки просто пробуждают во мне зверский аппетит, — Вэй Усянь подмигнул Лань Чжаню, проверяя, воспримет ли, оценит ли тот игру слов, и потянулся за чашкой с чаем. — Мои булочки всегда в твоем распоряжении, — хмыкнул Лань Ванцзи, явно оценив юмор. На этот раз он не покраснел, а наоборот улыбнулся и губами, и глазами. Услышав это, бывший старейшина Илин аж втянул голову в плечи, рука замерла над столиком, не дотянувшись до чашки. «С ума сойти, он еще и пошло шутить научился» — промелькнуло в голове Вэй Усяня. Из кратковременных размышлений его вывел Лань Ванцзи, вручая ему чашку. — Чаю? — мурлыкающим тоном спросил Лань Чжань. — Не откажусь, — ответил ему Вэй Ин. В голове мелькнуло: «Гэгэ уже открыто меня соблазняет, он так естественно выглядит в этом». Такой Лань Чжань вызвал у Вэй Ина смятение, переходящее в душевное возбуждение. Желание присвоить Лань Чжаня брало верх, затапливало сознание. Вэй Усяню стоило немалых усилий, чтобы просто не завалить супруга здесь прямо на кровати и не взять свое тут же и без подготовки. Все же здравый смысл не советовал так поступать с Лань Ванцзи. Пригубив чай, старейшина Илин полюбовался мужем. На первый взгляд Лань Чжань казался чистым и невинным совершенством, но все же на его лице мелькнуло что-то неуловимо бесовское. Лань Ванцзи, аккуратно придерживал чашку с чаем, как бы невзначай, облизывал губы, собирал языком капли с кромки. У Вэй Ина то и дело пересыхало в горле при взгляде на Лань Ванцзи, к счастью, чай находился под рукой. Закончив утреннюю трапезу, Вэй Усянь озаботился уборкой посуды, проветриванием цзинши — в такой день все вокруг должно быть в идеальном состоянии. Лань Чжань порывался помочь, на что Вэй Ин отмахивался: — Позволь позаботиться сегодня обо всем мне, гэгэ, любовь моя. Мужчина ненадолго оставил второго господина Лань в одиночестве, а сам тем временем наносил воды и приготовил купель. Вэй Ин приглашающим жестом указал Лань Чжаню на бочку с водой: — Лань Чжань, я бы хотел вместе с тобой поплескаться, ты не против? — Совершенно не против, — улыбнулся польщенный заботой Лань Ванцзи. Вэй Усянь помог раздеться возлюбленному и разделся сам. Он отметил в который раз, что наблюдать за Лань Чжанем — особый вид удовольствия, а возвращение к жизни стоило того. К удивлению Лань Ванцзи на поверхности воды плавали цветы ромашки и лаванды, а также веточки зверобоя и череды, источая ароматы. Такая романтическая заботливость супруга заставляла сердце второго нефрита клана Гу Су Лань трепетать от радости: «Это все для меня? Вэй Ин это сделал для меня?» Лань Чжаня переполняли чувства, и он решительно приблизился к бочке с водой, увлекая за собой супруга. Усевшись в теплую воду, он прижался спиной к торсу Вэй Усяня, запрокинув голову ему на плечо. Вэй Ин же упирался спиной в стенку бочки, расположив руки по ее краям. И хотя Вэй Усянь был не так силен, как его возлюбленный Ханьгуан-цзюнь, он приобнял его за пояс и усадил к себе на руки в полуобороте. Бывший старейшина Илин пригоршнями зачерпывал воду, поливая спину, торс Лань Чжаня. Затем он обходительно растирал мыльным корнем кожу, любовно касаясь шрамов на спине, водил по контуру вэньского тавра. Лань Чжань доверился заботливым рукам мужа, погружаясь в свои ощущения. Вэй Ин отложил корень, начал массировать его мышцы, весело бормоча себе что-то под нос. Слегка расслабленный Лань Ванцзи таял от этих прикосновений, как масло от горячего ножа. Он ловил цветы, набирая в ладони воду, радовался как ребенок. Вэй Ину нравились эти перемены в характере его супруга, то как он преодолевает свои страхи и нерешительность в выражении чувств, что учится радоваться простым вещам, что перестает стыдиться и сторониться всего подряд. Наплескавшись вдоволь, супруги выбрались из воды и помогали друг другу вытереться. Вэй Ин не переставал удивлять Лань Чжаня. Он попросил Лань Ванцзи на минуту закрыть глаза. — Мгм, — согласился второй господин Лань и честно сделал то, о чем попросил Вэй Усянь. Вэй Ин шустро чем-то зашуршал. Лань Ванцзи ощутил прикосновение тончайшего шелка. — Вот так, отведи руку, — увещевал Вэй Усянь. Лань Чжань понял, что ему помогают одеться. — Теперь можешь открыть глаза, — скомандовал бывший старейшина Илин. Первое, что увидел Лань Чжань, когда открыл глаза — треугольный вырез на груди Вэй Ина, от которого невозможно было оторвать глаз. Все же Лань Ванцзи окинул взглядом своего возлюбленного. Увиденное заставило мужчину шумно сглотнуть. Вэй Усянь был одет в черный халат из тончайшей шелковой ткани. Ко всему одеяние было практически прозрачным. Тело бывшего старейшины Илин было одновременно и одетым, и обнаженным. Лань Чжань завороженно разглядывал Вэй Усяня. Тот выглядел вопиюще соблазнительно. Сквозь прозрачную ткань было видно узкую талию Вэй Ина, очертания его бедер, темнеющие кружки сосков. — Лань Чжань, Лань Чжань, — голос Вэй Усяня прозвучал с вкрадчиво-медовыми нотками. — Мгм? — Лань Ванцзи вопросительно поднял брови. — Нравится как я выгляжу? — спросил Вэй Ин и намеренно повернулся к Лань Чжаню спиной. Второй господин Лань чуть было не забыл о своих постельных намерениях, которые хотел воплотить в жизнь сегодня — сквозь просвечивающийся шелк ягодицы Вэй Усяня выглядели особенно аппетитными и желанными. Ещё Вэй Ин, как назло, так повел бедрами, что Лань Чжань сам ощутил, как пылают его собственные щеки. Вэй Ин обернулся, заметив пожар на лице Лань Чжаня, тихо засмеялся. Он взял безвольно обвисшие от замешательства руки супруга в свои и подвёл к зеркалу на стене, а сам стал позади и зашептал ему на ухо, касаясь мочки губами. — Лань Чжань, гэгэ, а теперь посмотри наконец-то в зеркало, а то все на меня смотришь… Лань Чжань перевел взгляд и обмер — он был одет в такой же прозрачный халат, как и супруг. Залюбовавшись Вэй Усянем, он и внимания не обратил на свои одежды. Шелк приятно струился по телу, оттеняя чернотой светлую кожу. Лань Ванцзи сам себя не мог узнать. Он всегда одевался лишь в клановую одежду соответствующих светлых тонов. — Гэгэ, ты слишком соблазнительно выглядишь, — низким тихим голосом произнес Вэй Усянь и провел ладонями по предплечьям. — Посмотри же на себя, — он продолжил. — Да я сам себе завидую, что мой муж так прекрасен! Тебе идёт абсолютно все! Я восхищён тобой. Обожаю тебя, мой Ханьгуан-цзюнь, — сказал Вэй Ин и коротко лизнул мочку. Руки бывшего старейшины Илин блуждали по телу возлюбленного, ласкали кожу через шелк одеяний. Они касались поясницы, бёдер, сжимали крепкие ягодицы. — Мгм, — полустоном вырвалось у Лань Чжаня. — Ты купил для нас парные одежды, ох, это так… — второй господин Лань был польщён, смущён и удивлён. — Именно, гэгэ. Мне хотелось чего-то такого… Общего. Я ничего лучше не придумал. — Тебе нравится… — утвердительно протянул Вэй Ин. — Ты прекрасен! — повторил он и снова погладил тело через ткань. — Я тебе в этом и правда нравлюсь? Правда? — переспросил Лань Ванцзи и закусил губу. От действий Вэй Усяня у него сбилось дыхание. Второй нефрит украдкой посмотрел в зеркало. Зрелище слишком волнующее. Настойчивый Вэй Ин выцеловывает шею, такая странная одежда, вроде как оба одеты, но при этом все видно. Уж очень интересно наблюдать стороны. Лань Чжаня это, откровенно говоря, заводило. Возбуждение мягко обволакивало тело. Вэй Ин прогнул возлюбленного в пояснице и потерся сзади, позволяя прочувствовать, что тоже заведён. Лань Чжань с ума сходил, увидев в это в зеркале. «Неужели Вэй Ин правда возьмёт меня? Какой он горячий, ох, властный, какие у него настойчивые руки!» — Я хочу тебя, Вэй Ин. Да, вот так! — произнес Лань Ванцзи, а потом до него дошло, что это было сказано вслух. Он ойкнул и коснулся ладонью своих губ, будто боялся сказать лишнее и окончательно потерять над собой контроль. Вэй Усянь обхватил его запястье и убрал руку. Он и нежно, и с твердостью сказал в ответ: — Нельзя таить свои желания, Лань Чжань. Запрещено! Второй нефрит клана Гу Су Лань просто поплыл от этих слов, от невыносимо желанного Вэй Ина. Свободная рука старейшины Илин скользнула под вырез в халате возлюбленного, подушечки пальцев проехались по коже, царапнули ореолу, кончик соска. В ответ Лань Чжань намеренно вильнул задом, показывая, что его все устраивает. Вэй Усянь убрал руку и переместил ее на бедро мужу, а затем и вовсе просунул ее под халат и притронулся к обнаженной коже бедра. Он обхватил ладонью член у основания и провел до самой головки, словно хотел ещё раз убедиться, что Лань Чжань возбужден. Супруг толкнулся в руку, шумно выдыхая. Его дыхание стало ещё более громким, когда Вэй Ин зарылся лицом в его волосы на затылке. — Мгм, давай в кровать, — простонал требовательно Лань Ванцзи. — Не мучай. — Ох, сам попросил, отлично, хороший мой, — хрипло произнес Вэй Усянь, убрал волосы мужа с затылка и поставил на загривке яркий засос. Обнимая своего нефрита за пояс, бывший старейшина Илин развернул его в сторону кровати. Терпение у обоих неумолимо таяло и с этим надо было что-то делать. Вэй Ин у самой кровати развязал пояс на Лань Чжане и произнес, глядя в глаза: — Я хочу тебя полностью обнаженным. Мужчина стянул со второго господина Лань халат, затем и распустил ему волосы. Лань Чжань в который раз за сегодняшний день покраснел и облизал пересохшие губы. Он нетерпеливо переступил с ноги на ногу. Его нетерпение было замечено. Вэй Ин запустил руку в его волосы, а сам стал на цыпочки, потянувшись за поцелуем. Бывший старейшина Илин припал к губам возлюбленного. Его поцелуй был решительным, языком хотелось обласкать уста супруга, жадно испивая ощущения. У Лань Чжаня от такого решительного и задорного Вэй Ина подгибались коленки. Когда-то именно решительность, изобретательность и весёлый нрав привлекли внимание второго господина Лань. Вэй Усянь оторвался от губ возлюбленного, рукой он коснулся его плеча, заставляя сесть на кровать. Затем он попросту завалил Лань Чжаня на постель, а сам навис над ним. Мужчина явно был доволен своими действиями, своим решительным поведением. Открыто и соблазнительно улыбаясь, Вэй Усянь подмигнул Лань Чжаню, это выглядело как очень пошлый намек. Ответное действие было за Лань Ванцзи. И он не нашел ничего лучше, чем раздвинуть ноги перед Вэй Усянем и закинуть ему на бедра. Бывший старейшина Илин навалился всем телом на возлюбленного, между ними оставался лишь тонкий шелк его одеяния. Лань Чжань требовательно вжимал в себя Вэй Ина и жадно потянулся за поцелуем. Вэй Усянь не мог отказать своему нефриту и расцеловал его уста с упоением. Он ловил тихие вздохи, что срывались с мягких губ, улыбался в поцелуи. Сквозь ткань халата Вэй Ин ощущал влажные прикосновения возбужденного естества Лань Чжаня. — Мы еще ничего такого не делали, а я чувствую, как ты завелся, гэгэ… — Вэй Усянь все больше раздувал страсть своего нефрита. — Будешь много болтать — передумаю! — отрезал в ответ Лань Чжань. — Молчу, молчу. — хохотнул Вэй Ин и осыпал поцелуями шею, плечи, касался руками, рассматривал торчащие даже без ласки соски. Ванцзи отзывчиво льнул к супругу, нетерпеливо елозил под ним. Все же Вэй Усянь видел, что Лань Чжаню мало, он волнуется. Да что таить? Вэй Ин тоже немного волновался из-за нескольких причин. Он не хотел подвести Лань Чжаня, и у него не было опыта в активной роли. Но он разве не Вэй Ин, старейшина Илин, чтобы отступать? И он сползал вниз, хаотично оставляя на теле Ванцзи поцелуи, чередуя их с укусами. От сандалового запаха кожи второго господина Лань сладко кружилась голова. Лань Чжань беспомощно поджимал живот. Его член пока еще оставался без внимания и было огромное желание запустить руки в волосы Вэй Усяня, чтобы тот наконец-то сделал с изнывающей плотью хоть что-нибудь — руками, ртом — да неважно, лишь бы делал! Когда Вэй Усяню уже было некуда отступать, и член возлюбленного чуть ли не упирался ему в подбородок, он обхватил рукой орган и коротко лизнул головку. Послышалось хриплое «Мгм», а рука Лань Ванцзи сжалась на плече Вэй Ина. — Все хорошо, гэгэ, — произнес Вэй Усянь. Он захватил член до половины в рот и поднял глаза на Лань Чжаня. Мужчины встретились взглядом. Второй господин Лань вздрогнул всем телом. Вэй Ин выпустил член изо рта и успокаивающе погладил бедра супруга: — Так не пойдет, любовь моя. У нас впереди много интересного, так спешить не стоит. Мужчина сел на колени, окинул взглядом ближайшие места, где может храниться масло для их любовных игр. Этого добра в цзинши с некоторых пор хватало. Все же пришлось на минуту покинуть постель ради смазки, да и Лань Чжаню не помешает немножечко остыть. Бутылочка с маслом моментально оказалась в руках бывшего старейшины Илин, но он тут же поставил ее на пол. Под бедра Лань Ванцзи он заботливо подпихнул небольшую подушечку — не стоит забывать об удобстве! Лань Чжань с горящими щеками приглашающе развел ноги. Это придало Вэй Ину уверенности в том, что он собрался делать. Мужчина улыбнулся и с интересом перевел взгляд вниз к заветной ложбинке. Вэй Усянь прекрасно помнил, как Лань Чжань извивался от ласк языком именно в том месте. От этого короткого воспоминания аж бедра свело. Вэй Усянь, не медля, оказался между ног у Лань Ванцзи. Шальная мысль накрыла Вэй Ина: «Лань Чжань в такой открытой и откровенной позе, и мне даже упрашивать его не пришлось!» Лань Ванцзи, будто прочитав эту мысль, шире раздвинул ноги. Он явно напрашивался и предлагал себя. Вэй Усянь прекрасно понимал, чего это стоило Лань Чжаню. Радовало, что супруг преодолел свои душевные барьеры, победил стыд и неуверенность в себе. «Наконец-то до него дошло, что он значит для меня, насколько он желанный! Значит я все правильно делал», — мысленно обрадовался Вэй Ин. Горячее дыхание, а затем влажное прикосновение языка к промежности вызвало в теле Лань Ванцзи волнующую дрожь. Он неконтролированно приподнял бедра. Вэй Ин в ответ прижал его руками к постели. Вэй Усянь припал языком к ложбинке, а затем отвел чуть в стороны ягодицы возлюбленного, раскрывая его еще больше. Кружащие движения влажного языка ласкали кожу вокруг поджатого отверстия. Язык настойчиво касался складочек. Эти прикосновения были то вкрадчивыми, самим лишь кончиком языка, то превращались в широкие мазки. Краем уха Вэй Усянь улавливал стоны Ванцзи, переходящие во всхлипы. Он ощущал, что бедра супруга покрылись испариной. Лань Чжань плыл от развратных ласк супруга. Казалось, что в жизни не может быть более приятных ощущений. Внизу живота удовольствие скручивало тугой спиралью. Хотелось обхватить член рукой и водить до изнеможения, не выпускать его и тут же довести себя до разрядки. Все глупые и ненужные порывы Лань Чжаня улетучились из головы, когда Вэй Усянь кончиком языка покружил у входа и проник чуть вглубь. Этот язык хотелось заполучить внутрь полностью. Горячее дыхание Вэй Ина между ягодиц распаляло до невозможности. Второго господина Лань одолевало эгоистичное желание схватить возлюбленного за волосы и прижать к себе еще сильнее. Только вот в этот самый момент Вэй Усянь оторвался от Лань Чжаня. «Куда? Зачем?» — капризно захныкал Лань Ванцзи и шлепнул пяткой его по бедру. — Да здесь я, никуда ж не денусь! — Вэй Усянь дотянулся до бутылочки с маслом. Он щедро полил им свои пальцы — пора как следует подготовить Лань Чжаня. Сквозь затуманенное возбуждением сознание до второго господина Лань дошло понимание, для чего Вэй Ин смазывает пальцы. Он подхватил свои ноги под коленками, прижимая их к груди. Лань Ванцзи от понимания, что возлюбленный видит его таким, потёк мысленно и не только. Член торчал колом и пачкал смазкой живот. Когда скользкий палец Вэй Ина только прикоснулся к дырочке, бедра Лань Чжаня самовольно подались вперед, хотя в глубине души сдавленный чужой голос произнес: «Какое бесстыдство!» — А тебе и не терпится, — хмыкнул Вэй Ин. От поведения своего правильного до мозга костей мужа бывшего старейшину Илин дико вело. Вэй Усянь коварно и не без гордости ухмыльнулся: «Именно я испортил это совершенство! Есть от чего зазнаться!» Лукавым взглядом Вэй Ин наблюдал, как его палец все глубже и глубже проникает в тело соблазненного праведника, что всю жизнь пребывал в заблуждении. Ощущения Лань Чжаня были странными от проникновения пальца. Он не сказал бы, что они неприятные, скорее непривычные. Он сконцентрировался на том, что чувствует. Вэй Усянь не спешил добавлять второй палец. Он мягко и неторопливо одним пальцем оглаживал стеночки нутра, чувствуя, как они становятся более мягкими и податливыми. Ласковыми движениями он массировал, потирал внутри. Вэй Ин все же извлёк палец из Лань Чжаня, чтоб добавить ещё масла для лучшего скольжения. Подушечками пальцев он размазал его по ложбинке, и она аппетитно заблестела. Хотелось снова нырнуть в нее языком — уж слишком бурной была реакция возлюбленного. Слегка растянутый вход стал более податливым, Вэй Ин обвел пальцем колечко ануса и вел палец поглубже, пытаясь найти то самое сладкое место. Лань Ванцзи прерывисто попросил: — Мало одного пальца, ещё добавь… «Какой жадный, какой требовательный», — подумал Вэй Усянь и убрал палец. Колечко мышц маняще поблескивало от смазки, словно просилось на два пальца. Вэй Ин поддался желанию и, потихоньку продвигаясь, ввел их наполовину. Затем мужчина остановился, давая привыкнуть Лань Ванцзи. Бывший старейшина Илин понимал, что торопиться не стоит. Так можно причинить любимому болезненные ощущения и сбить весь настрой. Лань Чжань был тихим, он прислушивался к себе. Два пальца уже чувствовались иначе. Странная наполненность будоражила осознанием развратности ситуации. Он коротко кивнул Вэй Усяню: «Продолжай». Вэй Ин кивнул и сосредоточенно продвинул пальцы глубже. Такая жаркая теснота не могла оставить его равнодушным. Ладонью свободной руки он стер влагу со лба. Мужчина, увидев, что его супругу не больно, слегка развел пальцы в стороны. Лань Чжань охнул в ответ. Вэй Усянь, испугавшись, что сделал супругу больно, лизнул языком звездочку ануса, а затем и вовсе проник языком в распяленное нутро. Правда Лань Чжаню было почти не больно, он среагировал скорее от неожиданности. Когда Вэй Усянь начал страстно трахать его языком, он аж сжал от возбуждения простыню. Вэй Ин ненадолго оторвался, вводя пальцы полностью. Подушечки нащупали плотный бугорок. «Вот он», — подумал мужчина и потёр уплотнение. От прикосновений к простате у Лань Чжаня задрожало внутри, возбуждение невероятным образом усилилось. Огненный вихрь пронесся от живота к каждой части тела. В кончиках пальцев рук и ног покалывало. И даже волоски на теле вздыбились. Лань Ванцзи задышал ртом, из горла вырвался стон, протяжно разнёсся по комнате. Дыхание сбилось до невозможности, стало рваным, шумным. Как же хорошо! Глаза закрылись сами собой. Остатки самоконтроля, который второй нефрит клана Гу Су Лань тренировал годами, полетели в пропасть и вернуться не обещали. Вэй Ин снова потёр внутри по чувствительному месту, прекрасно понимая, что сейчас чувствует его любимый мужчина. — А что, если добавить ещё один палец? — пришло в голову Вэй Усяню. И он немедленно решил проверить каким будет ответ на мысленный вопрос. Лань Чжань сначала застыл, а затем широко раскрыл глаза, все вокруг виделось затуманенным. Он кусал губы, облизывал их и снова кусал, не зная куда деться. От пальцев Вэй Ина было слишком хорошо. Остроты ощущениям добавляло то, что кожа одного из пальцев была чуть шершавой. Вэй Ин не мог оставаться равнодушным, наблюдая за происходящим. Его возбуждение было постепенным. Оно овладевало телом с каждым новым вымученным вздохом Лань Чжаня, и даже легкий шелк халата, что соприкасался с его естеством, казался невыносимо тяжелым и лишним. Ощущения подсказывали бывшему старейшине Илин, что стоило бы позаботиться и о себе — он не заметил, как возбуждение стало уже болезненным. Пальцы покинули тело Лань Ванцзи. Вэй Усянь, опираясь на одну руку, склонился над возлюбленным. Губы коснулись губ и поймали стон второго господина Лань. Ванцзи уже успел истосковаться по устам своего мужа за такой короткий отрезок времени. Он поймал на миг язык, способный вытворять такое. Вэй Ин с упоением принял эту сладкую ласку, и потерся внушительным стояком о член супруга. Лань Чжань, прочувствовал всю серьезность ситуации и охнул в поцелуй: — Ох, ты же тоже… Очень сильно… Уже можно… я помогу, — он отстранил Вэй Усяня и сам потянулся за смазкой. Вэй Усянь перехватил руку, а затем щедро нанес масло на свое мужское достоинство. Лань Ванцзи кивнул головой, что готов. Супруг потянул его за бедра на себя, погружая лишь головку в тело. Даже такое неглубокое проникновение отобрало у Вэй Ина ощущение реальности происходящего. Страшно было представить, как будет дальше! Лань Чжань закусил губу — боль была явственной, но терпимой. Мужчина старался выровнять дыхание, расслабиться, подстроиться и привыкнуть. Вэй Ин вошел чуть дальше, почти наполовину, а казалось, что воздух уже закончился. Его сердце с каждым разом колотилось все громче и чаще, будто пыталось выскочить из груди и убежать подальше. — Ты как? — спросил Вэй Усянь, переводя дыхание. — Все хорошо, — чуть скривился Лань Ванцзи, — можешь продолжать. Тело Лань Чжаня, хоть медленно, но привыкало к проникновению. Мужчина обхватил пальцами член и провел туда и обратно рукой, чтобы отвлечься от дискомфорта. Возбуждение в сплаве с чуть тянущей болью придавало пикантности ощущениям. «Была не была», — подумал второй господин Лань и подался бедрами вперед, принимая плоть любимого полностью. Вэй Усяня тряхануло. Было слишком узко и скользко. Да еще и Лань Чжань перед ним такой горячий — дотронься и обожжешься. — Да двигайся уже! — прорычал Лань Чжань и крепко прижал супруга к себе. Вэй Ин взвыл: на что его провоцирует муж? — Дурак, больно будет! — ответил он, но бедрами все же двинул. Лань Ванцзи судорожно царапнул Вэй Усяня по плечу. То самое ощущение, что дарили ему несколько минут назад пальцы возлюбленного, снова повторилось. Это было недолго, но весьма ощутимо. — Вот оно! Да! Еще! — потребовал Лань Чжань. Снова движение бедрами, головка, а затем и уздечка твердокаменного естества проехались по выпуклости. Вэй Ин почувствовал себя слишком хорошо. Лань Чжаня же будто неведомая сила подбросила, и он громко застонал. Бывшему старейшине Илин казалось, что в его вены вливается жидкий огонь, да еще жаркое дыхание Ванцзи опаляло кожу. Лань Чжаню было уже практически не больно. Боль тонула и растворялась в ощущении сладкой наполненности, что давила на нежные стеночки гладкого нутра. Вэй Ин вошел во вкус и его движения стали более частыми. Он вжимал супруга в поскрипывающую кровать. Цзинши наполняла целая гамма разнообразных звуков — пошлых стонов, тяжелого дыхания и звонких шлепков. С волос Вэй Усяня уже капало, он чуть приподнялся над своим драгоценным нефритом, с силой сжал его ягодицу. Он и подумать не успел, как вдруг оказался снизу, спиной на постели. А еще через миг Лань Чжань оседлал его, немного приподняв бедра. Вэй Ин устремил взгляд вниз. Лань Чжань, придерживая член супруга рукой, направлял его в себя так, будто каждый день был принимающей стороной. «Невыносимо — да он издевается! Совсем сердца у него нет!» — тело и душу Вэй Ина выкручивало от возбуждения. Он укусил себя за щеку, чтобы немного прийти в себя — опасно так терять голову! Второй господин Лань с трудом держался, удовольствие было слишком раздирающим. Приподнимаясь, он выгнулся на члене мужа, запрокинул голову назад, а потом жадно принял в себя полностью. Глаза слезились, пот по спине катился градом. Вэй Усянь нарочно развел супругу ноги, чтобы видеть, как член входит в тело. Он алчно и хищно рассматривал эту чудную картину, сквозь зубы чертыхаясь. Мужчина не мог оторвать взгляда — слишком развратное было зрелище. Но смотреть на такое было невыносимо. Невыносимо хорошо. Он так долго не продержится. Да и Лань Чжань двигался слишком быстро, не щадя себя. Он приподнимал бедра так, что член Вэй Усяня почти покидал тело. А потом одним махом садился на него, чтоб рывком принять глубоко. Но вот второй господин Лань безумно сверкнул глазами и качнулся назад. Он хотел распробовать, как это не выпускать Вэй Усяня из себя вообще. Внутри было ощущение, будто он — это натянутая тетива лука, готовая выстрелить в любой момент. Вэй Ин взвыл — трение было слишком жарким. Глаза аж закатились от удовольствия, а на лбу аж проступили вены. Он резко сел, прижал Лань Ванцзи одной рукой к себе за пояс, заставляя наклониться. Мужчина осыпал шею Лань Чжаня поцелуями, а дотянувшись до ключицы и вовсе укусил. — Ах! — только и вырвалось у Лань Ванцзи. Вэй Усянь, искуснейший стрелок из всех ныне живущих заклинателей, уже выпустил стрелу с помощью натянутой тетивы. Лань Чжаня разрывало от ощущений. Он выл сквозь зубы, что-то бессвязно шептал и звал Вэй Ина по имени. Бедра второго нефрита трясло мелкой дрожью, а семя капало на живот его супруга. Удовольствие Лань Ванцзи эхом отозвалось в теле Вэй Усяня, дрожащее нутро сжало его ствол, неистово требуя горячего семени. — Да! — утробно выкрикнул бывший старейшина Илин и провалился в жаркие объятия блаженства. Лань Чжань, медленно соображая, разлёгся на Вэй Ине, не выпуская его член из себя. Ему было то холодно, то жарко. — Ты тяжелый, — пробормотал Вэй Усянь. — А? — Лань Ванцзи поднял взлохмаченную голову и посмотрел прямо в лицо супругу. — Да лежи уже, гэгэ, лежи. Только не усни на мне, а то как я из-под тебя выползу? — ворчал Вэй Ин. Но в целом ему нравилось. Тяжесть любимого тела приятно грела душу. — Хорошо, хорошо, Вэй Ин-гэгэ, — словно передразнивая, произнес Лань Чжань. — Вы посмотрите на него — он еще и дразнится! — с наигранным возмущением ответил ему муж и выполз из-под Лань Ванцзи. — И кому ты посмотреть на меня в таком виде предлагаешь? Моему дяде? Брату? Старейшинам клана? Твоему шиди? — фыркнул Лань Чжань, который выглядел затраханным и потрепанным. — Да хоть бы и твоему дяде! Но твой дядя погладит бороду сердито и всю вину на меня возложит! Скажет, что разбойник и бесстыдник Вэй Усянь устроил в сердце Облачных Глубин гнездо разврата и мерзости. Что за такое непростительное нарушение меня надо выгнать с запретом приближаться не то что к Гу Су, а и к поселку Цайи! Оба мужчины звонко рассмеялись. И только тогда до Вэй Усяня дошла суть происходящего: Лань Чжань разговаривает, шутит и смеется! В приступе нежности бывший старейшина Илин бросился обнимать и выцеловывать своего драгоценнейшего нефрита. — Знаешь, гэгэ, кажется, я понял одну важную вещь, — загадочно произнес Вэй Ин. — И какую же? — заинтересовался Лань Ванцзи. — Трахать тебя надо почаще — вот что. И не вздумай отрицать, нефритовая ты задница! — Вэй Усянь показал Лань Чжаню язык. Лань Чжань снова улыбнулся и зевнул. Он сгреб в объятия своего ненаглядного супруга. После таких занятий любовью отдых просто необходим!

***

Второй господин Лань проснулся раньше своего ненаглядного мужа. Вэй Ин во сне скатился с него и спал, обнимая одну из подушек. Кровать предательски скрипнула и Вэй Усянь закопошился, просыпаясь. Он открыл один глаз и сонно заулыбался, глядя на Лань Чжаня. Душу второго нефрита клана Гу Су Лань окутали счастье и покой. Лань Чжань хотел лишь одного в жизни — чтобы каждое его утро начиналось с Вэй Ина, его взгляда, подернутого отступающей дымкой сна, чтобы каждый раз видеть эти прекрасно очерченные губы с маленькой точкой родинки под нижней губой, что дороже всех бриллиантов на земле.