9 жизней

Киса сглотнула и чуть крепче сжала руку своего парня. Инстинктивно девушке хотелось отступить назад или вовсе броситься бежать, лишь бы подальше от этого пугающего мужчины перед ней. Который так искренне рад её видеть и улыбается так, словно она самое желанное для него. — Что значит "снова"? - так грубо Питер ещё ни с кем не разговаривал, — Ты его знаешь, милая? Киса не знала, какую часть правды парню стоит знать, и лишь сказала: — Виделись пару раз раньше. — Позвольте представить: Зак Эддисон, - сказал мистер Кавендиш и так приторно улыбнулся, что его дочь чуть не вывернуло. — Я знать его не желаю. И никакого брака не будет. Если на Лэя вам есть, чем надавить, то меня вы не заставите, - Киса уже разворачивалась на каблуках, когда слова старого друга пригвоздили её к месту. — А мне кажется, нам есть о чём поговорить, моя фиалка. Его вечные манипуляции выводили девушку из себя. Она чувствовала, как волна злобы поднимается в ней. Резко обернувшись, Киса кинула самый яростный и много говорящий взгляд, на который была способна. Но Зак лишь играючи повел бровью и скосил взгляд на чайный столик. Там в вазе стояли белые розы - любимые мамины цветы. Парень лёгким движением пальцев оторвал несколько лепестков и словно нечаянно уронил их на пол. — Я считаю, нам всё же стоит переговорить с глазу на глаз, - заявил он и специально, чтобы Киса заметила, раздавил лепестки в пыль. Девушка несколько раз глубоко вздохнула. Он может пытаться запугать, но так просто её не проймешь. — Питер, будет лучше, если ты пойдёшь вниз и закажешь нам такси, - сказала мисс Грейс и, приобняв парня, шепнула: — А я пока выскажу им пару ласковых. Питеру эта идея совсем не нравилась. Но как и всегда он доверял девушке и, кивнув, вышел. — Может ты покажешь мне знаменитую библиотеку отца? Если Вы не возражаете, сэр, - любезно спросил Эддисон. И, конечно же, Джеймс Кавендиш не имел никаких возражений. Киса шла по коридору, пока они не уткнулись в двустворчатые дубовые двери. Приоткрыв одну, она буквально влетела внутрь. Зак зашёл следом и запер за собой дверь: — Я давно хотел оказаться с тобой наедине. — Ты гребанный мошенник, Эддисон. С каких пор ты миллиардер?! А? Как ты вообще умудрился познакомиться с моими родителями?! - Киса кричала на него и вертела в руках книгу со столика. Соблазн кинуть её ему в лицо был слишком велик.— И что за сцену ты разыграл в гостиной? — Ты задаешь неправильные вопросы, Хоуп. Всё это не интересно, мне просто нужно было, чтобы ты спровадила своего олуха, - Зак подошёл к ней, но Киса увернулась, и теперь их разделял небольшой стол. — Не смей говорить так о Питере. Ты его не знаешь, и он лучше тебя в сотни тысячи раз, - огрызнулась девушка. — В этом я сильно сомневаюсь… - Парень снова приблизился к ней и на этот раз преградил пути отступления. Она оказалась в ловушке между ним, стеной за спиной и предательской мебелью. — Это уже не тебе решать, придурок! - Киса ткнула его в плечо, но мужчина даже не шелохнулся. — Просто дай мне высказать то, что я давно должен был сказать тебе... - девушка молчала, и Зак продолжил, — Я знаю тебя с тех пор, как научился говорить. Ты с самого детства была мне лучшим другом. Я привязался к тебе. Моя семья была из непростых, и только в тебе я находил мир. Ты помогала мне не утратить веру в добро и свет. И я… влюбился в тебя. Даже не так, я стал одержим тобой. Хотелось жить только ради тебя! А в 14… - парень запнулся, а затем горестно вздохнул, — в 14 ты сбежала. Я ничего не знал о твоей семье и том, куда вы переехали. Я искал тебя. Долго. Да, кстати, за это время я успел стать миллиардером. Представь. И всё лишь ради того, чтобы ты гордилась мной. Чтобы выбрала меня. Да-да, я понимаю, ты жила своей жизнью, а тут я…та авария, всё должно было быть не так. Но чёрт!… Я просто хочу, чтобы ты дала шанс мне…нам…себе… С этими словами он всё ближе и ближе подходил к девушке. Пока не навис над ней, прижав к стене. Теперь он смотрел сверху вниз на её лицо и какая-то сумасшедшая улыбка играла на его губах. Она чувствовала его горячее дыхание на своей коже, чувствовала, как поднимается и опускается его грудь, его парфюм щекотал ей ноздри. Она должна бежать. Кричать. Звать на помощь. Но Киса, как загипнотизированная, смотрела в его глаза. Зак прошептал: "Я же вижу…ты хочешь дать нам шанс". Он провёл пальцем по её щеке, спустился к шее и далее по плечу, задевая бретельку платья и скидывая её вниз. Парень наклонился, зажимая её бедра, и словно случайно касаясь своей щекой её лица. Девушка уже не слышала ничего вокруг, только сердце бешено стучало в груди, готовое вырваться наружу. Киса одними губами повторила за ним: "Шанс…" Их носы соприкоснулись и ресницы обоих затрепетали. Его губы были так близко. От них пахло ментолом и мёдом. Они совсем рядом. Один толчок, и губы сольются в поцелуе. Один толчок. Один быстрый толчок. Как удар сердца. Один. Его теплая рука схватила её за шею, не давая увернуться. Один поцелуй, и всё закончится. Всё станет понятно. Киса закрыла глаза, медленно выдохнула и поддалась вперёд. Вторая его рука тут же подхватила её за талию и… Девушка резко прижала подбородок и лоб девушки больно заехал Заку в зубы.Он отскочил, отпустив её, и схватился за челюсть. Парень почувствовал металлический вкус во рту и криво улыбнулся. Киса поправила платье и волосы. И гордо посмотрела ему в глаза. — Твои слова...я знаю, для тебя они много значили. Но мы тогда были детьми! Ты должен отпустить прошлое и жить дальше. Пойми, я не могу ответить тебе взаимностью. Не только потому, что ты манипулятор и мудак… я просто люблю другого. Мы не можем владеть этим чувством. Оно владеет нами, - Та Хоуп, которую он знал, давно выросла. И сейчас перед ним стояла уверенная и пережившая многое женщина, — Прощай, Зак. Не появляйся больше на моём пути. Хуже будет. И она поспешно вышла из библиотеки. За окном дул первый летний ветер. Звёзды ярко горели на небе. Но ничто бы сейчас не сравнилось с пламенем в душе Зака. Его плечи дрожали, кулаки сжимались и разжимались. Он закричал и с силой замахнулся, ударив кулаком в тисовый шкаф. Дверца жалостливо затрещала и проломилась внутрь.Тогда из горла у него вырвался истерический смех. — Надо было выбрать меня, - зло прошептал он, успоковшись. И с абсолютно безразличным лицом отправился на фуршет. Киса бежала по лестнице, перепрыгивая ступеньки. В холле было пусто, только слуги сновали туда-сюда. На крыльце никого. "Где же Питер?" - недоумевала девушка. Она осмотрелась в саду перед домом и вернулась внутрь. Поймав одну из горничных, она спросила: — Вы не видели брюнета в сером костюме? С милым лицом таким… — Я не знаю, мисс. Может быть он на фуршете, как и все. Сейчас будет заключительное выступление. Когда Киса прошла на террасу, она была поражена тишиной и темнотой там. Оказалось, что глаза всех гостей были прикованы к небольшой сцене под небом. Там стоял их старинный фамильный рояль. Свет нескольких софитов падал на человека за роялем. — Неужели... - лишь произнесла девушка, как звуки музыки разнеслись по округе. Это была знакомая грустная мелодия. Все затаили дыхание, в этот момент существовал только пианист и его история в клавишах. Она была печальной, и, кажется, Киса знала почему — музыканту на сцене разбили сердце. Девушка стояла в толпе, окруженная незнакомыми людьми, и плакала. Слёзы бесшумно текли по её щекам, но она не могла поступить иначе. Ей пришлось сделать больно тому мальчику с веснушками из детства. Просто пришлось.