Анютины глазки для старосты Гриффиндора

Утром Панси впервые чуть не опоздала на завтрак — после вчерашних событий девушка чувствовала себя разбитой, тревожные мысли долго не давали ей заснуть. Как назло, первым занятием была Защита от Темных искусств с гриффиндорцами. «Мордред, там же будет эта Грейнджер! Вот и как мне теперь ей в глаза смотреть? К тому же, весь Гриффиндор, наверное, уже в курсе случившегося», — подумала Паркинсон, вяло плетясь по коридору. Однако, когда она вошла в кабинет, на неё даже не обратили внимания: Снейп где-то задерживался, а потому студенты шумно переговаривались или пытались быстро списать заданное эссе. Проигнорировав компанию Драко, к которой затесалась Дафна, Панси заняла свободное место рядом с Блейзом. — Ты так быстро умчалась вчера. Что-то случилось? — со скучающим видом спросил он, искоса взглянув на подсевшую к нему девушку. — А то ты не знаешь, — пробурчала Паркинсон, доставая учебник и письменные принадлежности. Забини хмыкнул и задумчиво подпер голову рукой. — Когда-нибудь ты должна была это узнать. Чем раньше, тем лучше. Воспоминание об увиденной измене болезненно отозвалась в груди Панси, где, по мнению многих гриффиндорцев, не было ничего, кроме пустоты. Она взглянула на передние ряды, где пестрели ярким пятном красно-золотые мантии. Почему-то именно сейчас слизеринке захотелось отыскать среди них Грейнджер, чтобы убедиться, что их разговор на Астрономической башне ей не привиделся. Староста Гриффиндора обнаружилась за первой партой в извечной компании Поттера и Уизли. «И что в них особенного? Вряд ли они смогли бы поддержать её, окажись Грейнджер в похожей на мою ситуации», — подумала Паркинсон, сверля троицу взглядом. Только вот, вопреки убеждениям слизеринки, Гермиона чувствовала себя вполне комфортно в окружении друзей — смеялась над их шутками и выглядела счастливой. Из размышлений Панси выдернул громкий стук двери. Снейп влетел в кабинет, поднимая полами своей широкой мантии лёгкий ветерок. — Успокаивайтесь, мы начинаем урок. Надеюсь, все успели выполнить домашнее задание, потому как никаких оправданий я не приму. Даже если вы готовитесь к отборочным испытаниям в команду по квиддичу, — грозно заявил зельевар, пристально обведя взглядом притихших гриффиндорцев. Кто-то с передних парт, возможно, Уизли, раздосадованно что-то пробормотал. — Мисс Грейнджер, объясните, пожалуйста, по какой причине вы позволили себе явиться на моё занятие без мантии? — от голоса профессора явно веяло холодом. — Эм, извините, сэр, я забыла её в спальне, — неуверенно ответила староста. — Вы… забыли, — отчеканил каждое слово Снейп, выгнув дугой одну бровь. — Десять баллов с Гриффиндора за неподобающий для студента вид! Гриффиндорцы недовольно загудели, но зельевар тут же прикрикнул на них и наконец начал урок. Панси лениво черкала на полях пергамента, совсем не вникая в новую тему. Мысли о том, как ей теперь жить, стоит ли прощать Малфоя или нет, занимали все её внимание. Громкий звон колокола привёл девушку в себя. — Мисс Паркинсон, задержитесь ненадолго, — неожиданно сказал Снейп, когда слизеринка уже подхватила сумку, собираясь поскорее покинуть кабинет. — Хорошо, сэр. А что случилось? — Это касается вашей семьи, — кратко пояснил маг, а затем направился к своему письменному столу. Ничего не понимающая Панси последовала за ним. — Утром пришло письмо из Министерства Магии, — сказал маг, кладя перед девушкой конверт с сургучной печатью и ещё какой-то свёрток. — Боюсь, все имущество вашей семьи было конфисковано, как и у других Пожирателей, приговоренных к сроку в Азкабане. «Ага, у всех, кроме Малфоев, разумеется. Снова, наверное, откупились», — нахмурилась Паркинсон. Панси вскрыла конверт и быстро пробежалась взглядом по ровным строчкам послания. Затем, мельком посмотрев на своего декана, который внимательно следил за её действиями, девушка разорвала оберточную бумагу со свертка. Золотой медальон с мелкими аметистами блеснул в свете ламп. — Похоже, это единственное, что авроры посчитали недостаточно ценным. Панси бережно провела кончиками пальцев по крышке медальона, ощупывая каждый камушек. Воспоминания о детстве вдруг нахлынули на нее бурным потоком. Вот она — совсем маленькая девочка — забежала в кабинет отца и от любопытства заглянула в шкатулку на столе, украшенную витиеватыми узорами из серебра и драгоценными камнями. Тогда Панси впервые увидела этот медальон. Однако, вдоволь налюбоваться им не удалось — в комнату вернулся мистер Паркинсон и резко захлопнул крышку шкатулки. — Кто тебе позволил сюда заходить?! И тем более трогать мои вещи! — рявкнул он, хватая дочь за плечо. — Но, папа, я ничего плохого не сделала! — всхлипнула девочка, пытаясь сдержать слезы — это еще бы сильнее разозлило мужчину. — Немедленно иди к себе в спальню и не появляйся до ужина! Тогда маленькая Панси с испугу умчалась и до вечера проплакала, забившись в дальний угол своей просторной комнаты. Но однажды, проходя мимо незакрытой до конца двери кабинета отца, девочка обнаружила его в кремле все с тем же медальоном. Из любопытства Панси заглянула в щелку, хотя и боялась навлечь на себя ещё больший гнев. — Дорогая, знала бы ты, как мне тебя не хватает, — услышала она тихий голос мистера Паркинсона. — Наша дочь так на тебя похожа. Тогда сердце девочки бешено застучало, это был единственный раз, когда отец упоминал её мать. — Пожалуй, — ответила Панси, бережно сжимая медальон в руке. — Я могу идти? Снейп кивнул, внимательно смотря девушке вслед. *** После занятий Панси надеялась немного отдохнуть в общей спальне. Однако в гостиной Слизерина, девушка тут же поняла, что что-то не так. Все разговоры тут же стихли, как только она появилась в дверях. Провожаемая косыми взглядами сокурсников, Паркинсон быстро добралась до нужной комнаты, взлетев по лестнице, словно ошпаренная. «Неужели Малфой все-таки разболтал о случившемся вчера? Пытается настроить всех против меня?» — подумала она, чувствуя нарастающий в глубине души гнев. Панси заметила рядом с зачарованным окном Дафну и Трейси, которые сидели на кровати и рассматривали яркий журнал с колдографиями колдуний-моделей в модных нарядах. Они были так увлечены своим занятием, что совсем не замечали ничего вокруг. Паркинсон скинула тяжёлую сумку на постель и сама рухнула рядом с ней. За последние месяцы на девушку навалилось слишком многое, от чего хотелось просто бежать без оглядки в ту мирную жизнь, когда самой страшной трагедией был проигрыш Гриффиндору в квиддич. Панси прикрыла глаза, надеясь, что сон хоть ненадолго избавит от напряжённых мыслей. Однако, едва слышный разговор соседок прогнал все зачатки сна. — Ты уже слышала новость? Все наши только об этом и говорят. У многих арестованных Пожирателей отобрали все имущество, — поделилась с подругой Трейси. — Хорошо, что мой отец не участвовал тогда в операции, а то бы сейчас приходилось бы бедствовать, — сморщила аккуратный носик Дафна. — Малфои смогли откупиться, чего не скажешь о Паркинсонах. Не зря все высшее общество считает его надутым гордецом. — Хм... Получается, теперь наша «принцесса» осталась без кната в кармане, — ехидно усмехнулась Гринграсс. — Может, теперь Драко наконец обратит внимание на более достойных девушек? — Ты уже что-то задумала? Брось, у вас разное положение в обществе. Малфой никогда не обратит на тебя внимание. — Это мы ещё посмотрим, — упрямо ответила подруге белокурая девушка. Панси надоела их болтовня и, стремясь сбежать хоть куда-то, она вспомнила о мантии Гермионы. «Что угодно, только не слышать бы этих голодных гарпий, готовых в любой момент напасть со спины. Наверное, другие дети Пожирателей уже всё растрепали. Всё-таки сплетни здесь разлетаются со скоростью снитча». Паркинсон открыла ящик своего комода и быстро переложила аккуратно сложенную гриффиндорскую мантию к себе в сумку. «Осталось только найти эту заучку», — подумала девушка, снова проходя мимо слизеринцев и стараясь игнорировать их презрительные шепотки. — «Библиотека! Точно, где же ей еще быть?» «Ну кто бы мог подумать? Она уснула прямо на учебнике по Древним рунам!» — усмехнулась Панси, обнаружив за одним из дальних столов спящую Гермиону. Девушка сложила для удобства руки под головой и безмятежно сопела. Несколько непослушных локонов упали ей на лицо и щекотали нос, от чего гриффиндорка постоянно морщилась. «Мерлин, как только можно так запустить свои волосы?! За такое в наших кругах давно бы подняли на смех. Не публично, конечно же. Хотя, эта небрежность ей даже к лицу...» Слизеринка одернула себя от этой мысли и просто повесила на спинку соседнего стула злополучную мантию. «А это что?» — её взгляд случайно наткнулся на запись синими чернилами на запястье гриффиндорки. — «Забрать у ПП мантию». Она использует магловские письменные принадлежности?! Хотя, что взять с девчонки из немагической семьи? Да за такое мне точно до конца учебы не удалось бы избежать насмешек слизеринцев». Вдруг краем глаза Панси увидела, как к мадам Пинс подошёл Малфой, видимо, искавший нужные книги для домашнего задания. Стараясь случайно не попасться ему на глаза, девушка юркнула между стеллажами и уже почти добралась до выхода, как тут её остановил оклик блондина. — Постой! Под пристальным взглядом мадам Пинс он всё-таки последовал за девушкой в коридор. — Чего тебе, Малфой? — огрызнулась Панси. — Послушай, Панс, — перегородил ей дорогу Драко. — Прекращай меня избегать. Ты сама прекрасно знаешь, что, разорвав брачный договор, ты разрушишь репутацию своей семьи. Зачем портить свое будущее из-за какого-то незначительного происшествия? — Это только ты так думаешь. Я же не позволю кому-то себя использовать. А теперь дай мне пройти! — девушка оттолкнула его плечом и поспешила к лестнице. *** Косые взгляды слизеринцев, казалось, преследовали Паркинсон повсюду, и, чтобы немного побыть наедине, девушка решила после уроков погулять на улице. «Может, мне и правда стоит забыть эту историю? Тогда жизнь станет гораздо проще. Я снова буду в компании Драко, все слизеринцы снова будут говорить обо мне с уважением и завистью». Но вдруг в её мыслях прозвучали слова Гермионы, сказанные в ту ночь на Астрономической башне. «Да что бы она понимала?!» — с болью в душе прошептала Панси, впиваясь ногтями в кожаный ремешок сумки. Вот только идея вернуть свою прошлую жизнь казалась девушке все менее и менее притягательной. — Вы только посмотрите, кто это! — раздался сбоку чей-то насмешливый голос. — Слизеринская гадюка да без свиты! Панси вздрогнула и резко повернула голову на звук. Группа гриффиндорцев во главе со светловолосым парнем разразились издевательским смехом и свистом. Девушка оценивающе прошлась взглядом по неряшливому наряду их заводилы: мятая мантия висела на нем мешком, полы рубашки торчали из-под жилета, а красно-жёлтый галстук был просто закинут на шею. — Симус Финниган, кажется. Хм., наслышана о твоей матери. В свое время она почти стала первой колдуньей — Мастером чар. Жаль, конечно, что тебе достались лишь дырявые мозги твоего отца-магла. — Как ты смеешь?! — гневно прошипел Симус; в несколько шагов он приблизился к Панси и схватил её за ворот мантии. — Напомнить тебе, где сейчас твой отец? — Иди к Мордреду! — девушка оттолкнула гриффиндорца и хотела было уже вернуться в замок, но вдруг её путь преградила остальная компания Финнигана. — Не так быстро, Паркинсон. Давно пора преподать тебе урок хороших манер. Симус силой вырвал у девушки сумку и, пока его приятели держали сопротивляющуюся Панси, вытряхнул все её содержимое в озеро. — Нет! Учебники, свитки пергаментов с домашним заданием и письменные принадлежности теперь уныло мокли в тёмной воде, покачиваясь на лёгких волнах. Паркинсон укусила одно из гриффиндорцев за руку и бросилась к обрыву, больше всего на свете переживая, что не сможет отыскать медальон своей матери. — Ты ответишь за это! Профессор Снейп просто так это не оставит, завтра же… Договорить ей не дали — один из гриффиндорцев толкнул Панси с обрыва, и та полетела в воду вслед за своими вещами. — Эй, что вы делаете?! — услышала Панси голос Гермионы. — Да ладно тебе, Грейнджер! Это же слизеринская гадюка, — ответил светловолосый парень с ухмылкой на лице. — Будете профессору МакГонагалл это объяснять! Подростки испуганно переглянулись и поспешили вернуться в замок. — Давай, помогу выбраться, — Гермиона протянула руку слизеринке. — Не надо. Эти идиоты бросили в воду мой медальон, — ответила Паркинсон, пытаясь взглядом отыскать его на дне. — Может, просто применишь манящие чары? — Эм, я оставила палочку в гостиной. С берега послышался громкий вздох, а затем рядом раздался всплеск, и в спину Панси врезалась Гермиона. — Ой, извини. — Панси, мы его не найдем, — сказала Гермиона спустя пол часа. — Должны, он очень дорог мне. Это единственное, что осталось после смерти моей матери. Видимо, эти слова произвели на гриффиндорку большое впечатление, потому как она закинула намокшую мантию на берег и опустила на колени, обыскивая песчаное дно. — Я что-то нашла! — радостно сообщила она. — Помоги, цепочка зацепилась за корягу, я не могу распутать. Панси поспешила к девушке, не веря своей удаче. — Это он, — облегченно вздохнула слизеринка, очищая золотой медальон от налипшего ила и водорослей. — Пойдём, а то совсем простынем, — зябко поежилась Гермиона, обнимая себя за плечи. — Нужно ещё успеть высушить одежду до ужина. — Спасибо, — тихо сказала Панси, пряча свою вновь обретенную драгоценность в карман юбки. — Может, ты просто применишь заклинание? — Я, эм, не знаю как. Мы же ещё не проходили такие чары, — призналась Грейнджер, пытаясь выбраться вслед за слизеринкой на берег, но мокрые подошвы ботинок лишь скользили по обрыву. — Ладно, тогда придется идти до замка в таком виде, — протянула ей руку слизеринка, помогая выбраться из озера. — И почему мы именно в заброшенном туалете, Грейнджер? — брезгливо поморщилась Панси. — Я бы не хотела, чтобы нас в таком виде кто-то увидел. А это место находится в отдалении, и все студенты обходят его стороной. Или ты боишься привидения Плаксы Миртл? — с лёгкой издевкой ответила Гермиона. — Глупость какая! Ничего я не боюсь, — фыркнула Панси, скидывая с себя вымокшую мантию. Гриффиндорка подавила невольную улыбку, когда слизеринка вздрогнула от всплеска воды в дальней кабинке, сама же она бесстрашно прошествовала к полке с полотенцами. Стянув через голову шерстяную жилетку, Гермиона выжала её в раковину. Панси невольно залюбовалась стройной фигурой девушки, которая отчётливо просматривалась через прозрачную от воды блузку. «Что на меня только нашло? Это же Грейнджер! Как я вообще могу так смотреть на другую девушку?!» — растерянно подумала Паркинсон, чувствуя, как её щеки незамедлительно краснеют. Она быстро отвернулась и, снова надев свою мантию, пробормотала: — Я, пожалуй, пойду к себе в гостиную. — А как же твоя одежда? — удивленно спросила Гермиона, выжимая кудрявые волосы. — Ты можешь простынь от малейшего сквозняка! — Ничего, переживу, — коротко ответила слизеринка и тут же выскочила из туалета.