Бросай оружие, детка. Это конец.

      — Mayday, mayday! Кто-нибудь, отзовитесь! Несколько лопастей повреждены! Пытаюсь посадить вертолёт в ущелье… Юнги ранен, ему срочно нужна госпитализация!       С жутким скрежетом вертолёт проехался вдоль каменной стенки, вызывая мини-лавину из камушков и земли, а лопасти смялись, как бумажные. Лобовое стекло разошлось трещинами, кроша осколкам внутрь и Чонгук отодвинулся, прищурив глаза. Он вцепился в управление так, будто мог силой мысли посадить эту громадину безопасно для них двоих. Вертолёт рухнул с завершающим финальным грохотом, от толчка картинка перед глазами закачалась, как пьяная, крышу и треснувшие стёкла осыпало землёй, отдаваясь в ушах барабанной дробью, что-то ещё поскрежетало на заднем плане — и всё стихло. Юнги дышал за спиной, издавая хрипящие звуки.       Туман перед вертолётом стал рассеиваться и у Чонгука сердце ушло в пятки — фигуры с ломаными, нечеловечески рваными движениями в глубине ущелья могли быть только их самым худшим кошмаром.       Зомби.       Им крышка.       Ему в плечо постучали и младший медленно обернулся, пытаясь унять сердцебиение.       Над ним возвышался Хосок, протягивая бутылочку с банановым молоком.       — Мелкий, ты задолбал, третий день один левел пройти не можешь, — недовольно сказал хён, и попытался дёрнуть плечами, но он были заняты развалившейся на них кошкой. — Мне-то пофиг, но Джин бесится и вопит, чтобы ты сам кормил своё животное. Ему не нравится, когда она пытается приземлиться на самые широкие плечи в БТС.       Чонгук содрал наушники и отложил джойстик. Подставил плечи и похлопал по одному рукой. Кошатина оглянулась, выясняя, нет ли рядом приставучего Ёнтана, который упорно хотел поиграть с новенькой, и с мурком прыгнула на предложенный насест. Из-за Ёнтана она предпочитала передвигаться по общежитию либо на плечах мемберов, либо по мебели и стенам.       Мебель и стены было жалко. Плечи тоже, и дурная привычка шататься без маек мгновенно сошла на нет.       Чонгук вздохнул, накинул на плечи толстовку и кошка мигом развалилась на ней так, будто всю жизнь там провела. У них было минут двадцать — пока Ёнтан в прямом смысле слова не унюхает, что новенькая в зоне доступа, и не прискачет опять поиграть.       Сзади всхрапнул обрубившийся на диване Юнги, и Чонгук снова надел наушники.