You finally understand.

— Вот ты и добрался до сути, — послышался знакомый голос.       Чимин обернулся. Среди темноты и мрака стоял Тэхён, всё так же дружелюбно улыбаясь, а Пака эта улыбка снова вывела на слёзы. Брюнет приблизился и крепко обнял блондина, успокаивающе поглаживая на голове. — Ну ты чего? Всё же закончилось. Это конец твоим кошмарам, Чимин-и, — шептал Тэ, прижимая друга крепче. — Иди к чёрту, Ким Тэхён. Ты лжец. Ты сказал, что не хотел видеть моих мучений. — Прости. Я правда этого не хотел. Но, должен признать, ты чёртов тугодум. Именно поэтому пришлось прогнать тебя по такому длинному пути, — усмехнулся брюнет, утыкаясь в светлые волосы, — Я лишь готовил тебя… — К чему? К своей смерти? — Чимин был зол то ли на себя, то ли на друга, всё сильнее сжимая чёртову белую рубашку в клетку. — И не только. Но ты всё равно молодец. Я горжусь тобой. — К чёрту твою гордость. Она теперь никому не сдалась. — И правда, — Тэхён вдруг улыбнулся, отстраняясь и ероша блондинистую макушку, — Ты ведь позволишь мне уйти без сожалений? — Разве у меня есть выбор? — огрызнулся Чимин, но смотрел теперь более спокойно, чем ранее. — Выбор есть всегда, Чимин-и, — Ким приблизился и оставил лёгкий поцелуй на лбу друга, тихо прошептав прежде, чем исчезнуть в воздухе, — Береги себя и позаботься об остальных и Ёнтане.

***

      Чимин чувствует, что снова приходит в сознание. Впервые за всё это время ему так не хочется этого делать, хочется остаться в той темноте рядом с Тэхёном, потому что в реальности его больше не будет. Он упрямо пытается вернуться обратно и начинает ворочаться, но, когда чувствует лёгкое прикосновение к своей руке, сдаётся и медленно разлепляет глаза. Пак видит перед собой Боён, которая еле сдерживает слёзы. Блондин не выдерживает, тянет девушку на себя и крепко обнимает. — Не плачь, — шепчет он успокаивающе и ведёт ладонью по волосам, — Всё хорошо, я с тобой. Я больше не исчезну. — Я так испугалась. Думала, ты не проснёшься, — хнычет Боён, прижимаясь ближе, хотя ближе уже некуда, и утыкаясь носом в грудь брата, — подумала, ты, как Тэхён… — Тише, — вдруг прерывает её Чимин, еле сдерживая собственные слёзы, не хочет показывать свою слабость ещё раз, — Прости меня. Я был плохим братом, но я обещаю исправиться, честно. К чёрту Париж и все другие планы, я никуда не лечу. — Можно подумать, тебя кто-то отпустит, дурак, — шутливо отвечает шатенка, приподнимаясь, чтоб посмотреть на брата, — Не знаю о чём ты, но извинения приняты.       Пак проводит большим пальцем по щёчке младшенькой, вытирая остатки мокрых дорожек слёз, и больно закусывает губу, потому что только сейчас замечает чужие красные глаза. Девушка долго плакала и явно не спала. Они ещё долго лежат, обнимая и успокаивая друг друга, иногда отвлекаясь приходивших навестить Чимина мемберов и друзей. Когда же пришли родители, их снова захлестнули эмоции, но Пак упрямо призывал успокоиться, потому что каждый визит всё больше и больше был похож на поминки, а не на то, что он наконец вернулся к жизни. Хотя в глубине души он успокаивал больше себя, чем остальных.       Когда Намджун внезапно принёс с собой сумку переноску, Чимин уже не сдержался и вновь дал себе слабину, позволив горячим слезам течь по пухлым щёчкам. Маленький пёсик долго не хотел выходить из сумки, но, когда увидел лучшего друга хозяина, ринулся к нему и стал жалобно скулить. Блондин крепко прижимал к себе пушистое тельце, утыкаясь носом в густую шерстку. — Я о тебе позабочусь, малыш, — шепчет Чимин беспокойному пёсику, — Ради него, Тани, я больше не буду эгоистом, обещаю.