На встречу свободе, или Тяжесть будней людских

       Рэй ждала подругу в коридоре, сидя на мягком пуфике, коими славились коридоры их школы — у директора была своя мания на удобство и комфорт, чем он и застраивал школу. В частности у директора Альберта Букфилла была мания на мягкое — пуфики, диванчики и подушки, и он решил заставить ими коридоры, залы, библиотеку, столовую — все помещения, в которых они нуждались. «Школа — второй дом, а дома должно быть комфортно», — таков был его девиз, выгравированный на входе в старшую школу Х, и директор это использовал на полную. Если бы было можно, то он бы и пледы расставил со столиками по коридорам. Хотя, некоторые особо умные ученики их держали в шкафчиках, чтобы поспать на большой перемене. Даже некоторые учителя этим особо не брезговали.       Хоть она и Сьерра были в одном классе, против образовательной программы, в большей мере рассчитанной на индивидуальный подход, они пойти на могли, так что расписания не всегда совпадали. Сегодня, например, у шатенки были дополнительные по обществоведению, поскольку на прошлом тесте она немного отстала. У Рэй же не было особых проблем, кроме некоторых «учебных дыр» за курс средней школы — ну вот скажите, как убийце учиться и одновременно убивать людей в какой-то секте? В том и дело, что нужно было выбрать что-то одно, а поскольку она не могла не убивать на этаже, выбор был очевиден.       Посмотрев на часы, расположенные над кабинетом, блондинка поправила крашенные волосы и тяжело вздохнула — оставалось ещё двадцать пять минут до конца занятий.       Достав из рюкзака книжечку, взятую в библиотеке накануне, она начала читать и вливаться в жизнь неизвестных героев, дабы скоротать время в ожидании.       Когда кареглазка, ожидающая девочку чуть ли не у самого порога школы, узнала, что Рэй согласна, то она чуть было не оглушила её своим довольным визгом и ходила по пятам за ней целый день. На переменах, в столовой, в библиотеке, в кабинетах до занятий — везде и всегда за день, что начинало немного раздражать непривыкшую к этому особу, а потому времени на чтение за сегодня катастрофически не хватало.       Ами, будучи достаточно необщительной и тихой ученицей, коротала время за книгами, будь то просто учебник средней или старшей школы, или же полноценный роман. Книголюбом она была ещё тем, так что библиотекарь, мадам Розье, за каких-то полтора месяца уже запомнила чёрно-жёлтую макушку и сама рекомендовала некоторые книги, а порой и откладывала по томику нового поступления, если это было что-то из её жанров. Вообще, как считала сама Гарднер, то мадам Розье видела в ней что-то из своего собственного прошлого — об этом говорили серые, выцветшие глаза за толщей очков и снисходительная, почти понимающая улыбка.       Библиотекарь ей нравилась — достаточно милая женщина не совсем пожилого возраста, добрая по отношению к ней, но строгая по отношению к книгам. Те должны были быть возвращены точно в срок, и ни минутой позже, а так же в точно таком же состоянии, как и до этого — и не дай Господь Бог ей увидеть, что кто-то испортил какую-то книгу… Провинившегося она будет корить до конца его дней насущных — а может и после.       Но всё же, рекомендованная ей книга оказалась ей весьма по душе, так что для того, чтобы погрузиться в её загадочный и неопознанный пока что мир, хватило пары страниц. Однако, к великому сожалению голубоглазой, прочитать и узнать, что было после девятой страницы, ей не дал голос парня, стоящего рядом.       — Чего читаем, м? — прозвучало над ухом, отчего она вздрогнула и резко повернула голову в сторону источника звука, попутно прикрывая книгу и запоминая страницу. Так, по привычке.       Розовые волосы приятного цвета, с отросшими чёрными корнями, были достаточно длинноватыми и закрывали мочки ушей. Жёлтые глаза цвета мёда, с едва заметными оранжевыми прожилками внимательно смотрели в голубые, почти синие. Правильные черты лица добавляли тому обаяния и красоты, и только глянув на оттенок волос, Рэй сразу поняла, что перед ней — Том Кларк, головная боль большинства учителей.       — Книгу, — как ни в чем не бывало ответила девочка, после чего принялась читать дальше. Однако после неудачной попытки и надоедливого парнишки она решила, что почитать ей, всё же, не суждено.       Том — семнадцатилетний ученик, старше её на два года и на класс. Он был оставлен на второй год во втором классе старшей школы, поскольку не набрал нужных результатов в тестах. Сейчас Том снова во втором, и многие, в том числе и учителя, удивляются — как такого безалаберного ученика не выгнали из школы? Всё время бродит в коридорах, курит за школой и был неоднократно за этим пойман, дружит с не вполне приятной компанией.       Хотя, тут всё достаточно просто — Томас спортсмен, который одновременно ходит на волейбол и американский футбол. Капитан обоих команд, и, не смотря на курение и редкое распитие алкоголя, очень способный и многообещающий спортсмен. Учителя, как и сам директор, за это ценили розововолосого и, видимо, спорт являлся ключом к его нахождению в старшей школе.       — Это понятно, что ты читаешь, — отмахнулся парень, поудобнее устроившись около стенки. — А какую книгу?       — «Портрет Дориана Грея», — ответила блондинка и потянулась-было убрать упавшую на глаза прядь, но Кларк сделал это сам. Его руки пахли сигаретами, были грубоватыми и немного не приятными, но прикосновения были нежными и… бережными что ли? — Спасибо.       — И как там портрет? Ожил, что ли? — выгнул брови парень, глядя на обложку книги. Вполне себе обычная обложка, классическая, синего цвета — и буквы, сделанные машинкой с помощью золотистой краски.       — Нет… — прошептала Рэйчел, после чего тихо сказала, убирая вещицу и готовясь к звонку, который вот-вот будет — часы ведь под носом, чего бы и не посмотреть. — Но советую почитать. Интересная.       — А может, ты мне почитаешь? — у парня сейчас были такие щенячьи глаза, надутые губки и умоляющий вид, что девушка не могла просто сказать ему что-то, кроме как:       — Нет.       А когда прозвенел звонок — всё же отправилась вместе со Сьеррой к ней в гости.       И чего, собственно, Кларк к ней пристал?

***

      Горький алкоголь вливался в глотку, обжигая её своим, не самым приятным, но таким нужным сейчас вкусом. Небольшой бар, в котором они сидели, вполне понравился Заку — и цены приличные, и людей не особо много, и не слишком много пространства. Киллер заказал себе и Клэр ещё по баночке пива и бокалу текилы. Закуска в виде бургеров у них имелась — когда ты пьян, тебе плевать на вкус.       И хорошо, что они сидели рядом с мусоркой — заполнилась она почти до краёв, и если парень был пьян, но более-менее, то беловолосая была уже готовая.       — Ахахаха, так ты никогда не имел девушки? — Уэст подняла тёмные брови и широко улыбалась. В серых глазах сверкали пьяные искорки и звёздочки. В них отражались огоньки бара.       — Никогда, — пожал плечами Мэтт, после чего открыл свою банку пива, отпил немного и закусил бургером. — Профто… просто не было ни времени, ни возможностей — да и баб нормальных я не встречал.       — Так ты девственник? — ещё громче рассмеялась ярковолосая, тыкая Фроста в плечо. — Надо же! Мэттью Фрост девственник! И открой мне пиво, а?       — Нет, — сказал он, открывая банку для девушки и подавая ей. Та взяла её и начала пить, а парень в несколько глотков осушил половину. Неплохая это вещь, алкашка. — У меня были бабы — но только шлюхи.       О том, что он порой насиловал тех, кого вскоре убивал, Зак благополучно умолчал. Но шлюхи были — правда, с недавнего времени, как он сбежал из тюрьмы.       — А так, чтобы ты любил и брал ту, которая тебе не будет безразлична по прошествии часа? Такого вообще не было? — поправив яркую прядь, спросила девушка. Зак невольно проследил за этим движением, после чего снова отпил, но уже текилу.       — Никогда, да и какая тебе разница? — немного нервно спросил желтоглазый. — Ладно, моя очередь задавать вопрос. Ты девственница сама?       — Нет, — прошептала девушка, почти неслышно в музыке ночного бара. — Я отдавалась мужчине, которого любила. А оказалось, что ему нужно было только переспать со мной.       Клэр опустила глаза вниз и положила голову на ладонь. Выглядела она не такой счастливой, как несколько минут назад — теперь она была грустной, и убивать эту пьяную моську Заку не хотелось совершенно.       — Эй, не грусти.       — Спасибо, утешил, — с сарказмом сказала Уэст, отпивая пиво. Парень допил своё и выкинул в мусорку банку.       — Я не умею утешать — но если бы этот гад стоял рядом, я бы его убил на месте, — сказал синеволосый и положил ладонь на плечо девушки, немного её потрепав.       И, если быть настолько честным, насколько мог его пьянеющий мозг, он не врал.       Клэр рассмеялась, после чего поднялась и порывисто обняла парня. Зак прижал её к себе и слабо улыбнулся, погладив по спине.       — Может, пойдём ко мне? — тихо спросила беловолосая, прижавшись чуть ближе. — Я не совсем уверена, что смогу дойти сама.       — Но я не знаю адрес, — прошептал Фостер, не понимая до конца, во что он ввязывается.       Девушка тихо прошептала адрес и сказала:       — А там и пить продолжим. У меня лежит бутылка коньяка в шкафу… будет весело.       На слова об алкоголе тот хмыкнул.       — Смотри, чтобы я не приставал.       И прежде, чем он понял, что сказал, ему ответили, поднявшись:       — Смотри, чтобы я не была не против.       А после, хихикая, она подняла парня, и оба, расплатившись каждый за себя, покинули бар.