На встречу свободе, или Тяжесть будней людских

      Солнце впервые за последний месяц вышло из-за облаков, освещая город скудным количеством тепла. Золотые листья давно лежали ковром на улицах, прея и перегнивая.       Голубые глаза посмотрели в окно. Ученица слабо улыбнулась, грея личико под осенним солнцем. Урок биологии был достаточно скучным — клеточное строение планарии было не таким интересным, как, например, изучение нервной системы человека, а анатомия у них будет только в следующем семестре. После биологии должна быть физика, что хоть немного развевало скуку — учитель был достаточно весёлым и объяснял весьма любопытными примерами.       Громкий звук звонка означал перемену. Многие подорвались и сразу же побежали в коридор, пока классу пытались дать домашнее задание, однако учительница бросила попытки и просто ушла. «Ами» же осталась в кабинете и — кабинет физики и биологии у них был общим на двоих учителей, а учителей физики было трое. Повезло же, что их класс учил именно Вольтер Вольф.       Рэй была одной из учеников, которые были тихими и ни с кем толком не общались. Сидела одна за партой, иногда обмениваясь скудными разговорами на тему домашней работы с одноклассниками, не лезла в конфликты и много молчала. Она поступила в школу позже остальных, потому что нужно было сдать некоторые предметы и нагнать программу. К этому времени все ученики из её класса распределились на «группы», в которых общались, дружили и знакомились.       Рэйчел привыкла. Привыкла быть одна.       Что-то всегда остаётся неизменным…       — Хэй, Ами, ты чего тут сидишь одна? — из-за неожиданности блондинка вздрогнула и подняла глаза на когда-то пустующее соседнее место, где сейчас сидела девочка.       Сьерра Мон-Рояль — так звали эту одноклассницу из достаточно богатой семьи, но она, в отличие от «элиты школы», не была до неприличия богата и никогда не зазнавалась. Она всегда была доброй и отзывчивой, стремилась дружить со всеми одноклассниками и учениками их потока. Сьерра довольно часто носила очки, а её каштановые волосы очень часто были заплетены в высокий хвост. На шее у неё всегда был серебряный кулон в форме солнца с двенадцатью лучами, на каждом из которых был красивый камушек. Школьная форма — синяя рубашка с белым воротником, чёрный галстук с нашивкой и чёрная юбка, — прекрасно ей подходили, а чёрные балетки с белыми гольфами только добавляли элегантности. Красивая девочка, с добрыми карими глазами, в которых всегда было тепло.       Только Сьерра общалась с Рэй, как с подругой. Блондинка приподняла уголки губ и достала из рюкзака контейнер с жареной картошечкой и парой котлет, которые утром приготовила сама.       — Я собираюсь поесть, будешь? — как-то само собой вырвалось из уст Рэй, после чего она достала вилку и салфетки. Широкая и солнечная улыбка Мон-Рояль говорила сама за себя.       — Конечно! Не откажусь… А кто готовил? — кареглазая взяла вилку в руку и, набрав немного картошки, быстро съела. — Очень вкусно!       — Дома у нас готовлю я — З… Мэтт не умеет, — чуть осеклась Гарднер и улыбнулась в ответ на слова одноклассницы.       Последняя была одной из тех, кто всегда дарил улыбки другим и заставлял этим их улыбаться. У Сьерры всегда была заразительная улыбка и такой же заразительный смех.       — У тебя брат, видимо, много чего не умеет, — пролепетала шатенка, возвращая Рэй вилку. Та начала есть. — Помню, ты однажды говорила, что он не умеет управлять сенсорным телефоном и едва управляет кнопочным… Он немного глупый?       — Скорее уж ненаученный, — пожала плечами голубоглазая. — Учить было некому — Мэтт воспитан улицей и нелегальным приютом.       — Как жаль, — тихо сказала Сьерра и зажала рот ладонью. — Неужели с ним так много плохого было?       На минуту блондинка задумалась, а после ответила:       — С нами обоими было много плохого до того момента, пока мы не встретились… То, что он взял меня под опеку — самое лучшее, что могло быть.       Рэйчел умело лгала всем насчёт своего прошлого, однако в последней фразе не было ни капли лжи. Она осознавала, что оба были друг для друга лучшим в жизни. Тем, что изменило всё, перевернуло с ног на голову.       Лучшее… Да.       Лучшее, что только могло быть.       — Слушай, Ами, не хочешь ко мне в гости? — быстро переменила тему девочка, чувствуя, что прошлое брата Рэй было тяжёлым, как и её собственное. Чуткости у Сьерры было не занимать. — Завтра после школы! Мама обещала завтра приготовить рагу из кролика, да и Джо будет дома — познакомлю вас! Ты придёшь? Правда же придёшь?! Давай же, Ами, давай, соглашайся!!!       Кареглазая начала трясти блондинку за плечо, подпрыгивая на месте от нетерпения и ожидания ответа.       — Я постараюсь…       — Ну же, ну же! У меня в комнате есть телевизор, посмотрим что-нибудь!       — Сьер…       — Скажи «да», ну скажи!!!       — Я спрошу у брата! — воскликнула голубоглазая, убирая руки одноклассницы. — Я завтра скажу, отпустит он или нет.       — Ура! Я буду тебя каждый день утаскивать к себе домой!!! — со счастливой моськой проговорила Мон-Рояль, снимая очки.       — А вот на это я не уверена, — тихо сказала Рэй. — У тебя плохое зрение?       — А? — не поняла девочка, но после посмотрела на предмет в руках. — Да нет, я вижу прекрасно. Это очки-нулёвки, там обычное стекло, а не линзы. Это для красоты, мне очки идут! Идут же? Да, подруга? Да?!       — Да, идут, — приподняла уголки губ Рэйчел.       Видимо, она ошибалась. У неё всё же была подруга.

***

      Выбросив окурок в мусорный бак, стоящий перед входом в дом, Фостер открыл дверь и зашёл, сказав:       — Рэй, я дома. Возьми пакет.       Положив продукты на пол, парень снял обувь и куртку. Девочка тут же подошла и забрала пакет, после же пошлепала на кухню, попутно глядя на содержимое.       — Апельсиновая газировка? Это мне?!       — Ты же просила как-то, вот и взял, — пожал плечами синеволосый, направляясь следом. От него пахло жиром и фастфудом, и уставший парень тут же сел на стул, глухо застонав. Желтоглазый кот, наевшись кошачьим кормом и шкуркой от курицы, так заботливо положенной ему в миску получасом ранее, пошёл спать в комнату Рэйчел.       — Ты принёс бургеры? — поставив пакет на стол, голубоглазая вытащила бумажный пакет со всем известным логотипом «Макдональдс». — Будешь?       — Смотреть уже на эту дрянь не могу, ешь сама, — отвернулся Зак, скатываясь по стулу. — Есть чё нормального пожрать?       — Я рис отварила, подливу готовлю вот, — она кивнула на казанок, что стоял на плите. В нём что-то бурлило, но желтоглазому было всё равно.       Он поднялся, кряхтя и пыхтя из-за ломоты в мышцах, подошёл к раковине и начал мыть руки с мылом. Усталость и бессонные ночи давали о себе знать — глаза слипались.       — Давай, накладывай — что угодно, лишь бы не бургеры, — просипел он, уже вытирая руки. Достав из кармана футляр, Зак ловким движением снял сначала одну линзу, а потом вторую, и убрал их на место, после чего убрал футляр обратно в карман и сел на стул. — Хочешь — бери бургер, там ещё картошка и соус есть. Только окно открой, дышать этим нет желания вообще. И ты ещё не всё разобрала, там коробки в пакете.       — Ты купил набор посуды? — доставая ту самую коробку, подняла брови Рэйчел. Она положила её на стол и открыла.       Внутри было шесть глубоких, суповых тарелок, и по шесть плоских, разного размера — большие, средние и маленькие. Каждая тарелка была синего цвета снаружи и белого внутри, и на каждой тарелке с внутренней стороны было нарисовано по розочке алого цвета с тремя зелёными листиками вокруг. Посмотрев на полку для посуды, пару дней назад вымытую и ещё пустую (если не считать старую посуду), она принялась раскладывать посуду по отделам.       — Там ещё коробка со стаканами есть, — кивнул Фостер, глядя за тем, как девочка ловко всё убирала на новые места. — Мне сказали, что эти наборы для гостей, потому что там много всяких тарелок, но я взять решил. Лучше пусть будет, чем потом без тарелок сидеть. Будем потихоньку закупаться, пока деньги есть.       Ученица достала стаканы, тоже в количестве шести штук. Они были прозрачными, с рисунком Спанчбоба, из-за чего девочка хихикнула.       — Ты купил детские стаканы.       — Нормальные они! — вспылил парень, взяв в руки один стакан. — Хороший мультик, чё ты сразу, а? Мультики не нравятся, что ли?       На это блондинка лишь рассмеялась и убрала их в полку. После она взяла коробки, положила в них всю старую посуду и положила в мусорку, а уже в новую посуду начала ложить порцию риса.       У Фостера теперь было три работы, две из которых были легальными и официальными. Он по прежнему работал на Шерона, но в добавок нашёл две вакансии в газете, да пошёл на собеседования. И, главное, он прошёл и туда, и туда — благо график вполне себе позволял совмещать две работы. С графиком «два на два» гетерохром работал в «Макдональдсе» на доставке заказов и в строительной фирме «Граннинс» грузчиком на газели. Работал он без выходных от слова вообще уже больше двух недель, но сейчас, с почасовой оплатой с двух работ, которую он получал каждый день, он мог позволить себе и Рэй потихоньку обустраиваться. Оплата ком. услуг и «кредита» Шерону, покупка продуктов и одежды, посуда, депозит в банке для того, чтобы позже купить мебель — желательно весной, покупки «по мелочи» для дома — всё это требовало денег. А деньги, конечно же, не брались из ниоткуда. Чтобы заработать хотя бы немного, надо было пахать, как проклятому — и Зак это понимал прекрасно.       Такое положение вещей его вполне устраивало. Сейчас главным было то, чтобы Рэй выучилась как минимум в старшей школе эти четыре года — ну, а дальше, наверное, будет полегче. Сначала это всё, а уж потом можно будет и отдыхать.       Парень жадно налетел на еду, быстро всё уминая за обе щёки. Гарднер знала, как много Зак работал, и понимала, что ему нужно так же много есть, чтобы была энергия. А из-за того, что у него не было времени даже на обед, девочка утром и вечером готовила для него двойные порции, которых часто оказывалось мало — поэтому, после первых пары дней, Рэй начала готовить больше. И не важно, сколько бы она приготовила, она знала, что всё это на утро или на вечер уже будет съедено. Ночная работа тоже требовала сил и энергии, так что всегда тарелка с едой для Зака заботливо лежала в холодильнике. И всегда она была на утро пустой, а в мусорке было несколько бутылок энергетиков.       Блондинка, после того, как парень поел, тут же положила ему добавку риса и соуса с кусочками курицы. Следом она поставила чайник закипать, чтобы налить ароматный цветочный чай, чтобы парень точно согрелся.       — Фпафиба, — пробурчал он, с удовольствием поедая вторую порцию. Рэйчел же послушно открыла окно и ела бургер, чтобы «брат» не чувствовал запаха фастфуда.       Повисло молчание, нарушаемое только чавканьем Зака да шуршанием упаковки от бургера.       Обычный, уже привычный ежедневный ритуал. Зак приходил домой с пакетом, Рэй его разбирала, следом они ужинали и пили чай, обсуждая то, что произошло за сегодня. Дальше синеволосый примет душ, посмотрит телевизор немного и уснёт на мастасе, а девочка заботливо укроет его одеялом. Дальше она ляжет спать сама, почитав перед сном то, что нужно было читать для школы, а после парень уйдёт среди ночи на работу к Шерону, снимать стресс и негатив, накопленные за сутки.       Когда парень поел, девочка встала и, выключив закипевший чайник и вытерев руки тряпочкой, начала наливать чай, даже не доев бургер. Ела она не много, так что «на потом» ещё осталось.       Всё шло своим чередом.       Однако Гарднер готова нарушить привычный порядок вещей.       — Зак? — тихо спросила блондинка, убирая остатки бургера в пакетик и кладя тот в холодильник. Позже она поставила стаканы с чаем на стол, а так же сахарницу, две ложечки и миску с имбирными пряниками. Села, начала пить чай, положив себе немного сахара.       Пока всё было так же, как и всегда.       — А? Что надо? — в привычной для него манере спросил Фостер, кладя себе несколько ложек сахара и беря в руки пряник.       — Можно я завтра пойду в гости к подруге?       Пряник не долетел до рта и завис вместе с рукой в воздухе. Другая рука чуть сильнее сжала ручку стакана, наплевав на температуру. Чёрный и жёлтый глаза внимательно смотрели на Рэй, что так же пусто, как и всегда, смотрела в ответ.       Хотя нет, не так же. В её глазах было что-то… Что-то не то. Совсем не то, что было бы привычным. Какие-то глубокие искорки непонятного происхождения сияли в самой синеве голубых глаз.       Привычное было нарушено.       — Гости? — прохрипел гетерохром севшим голосом, после чего прокашлялся. Взгляд стал подозрительным.       — Да, — кивнула Рэй, отпивая глоточек. Её руки не отпускали кружки. От взгляда Зака было неуютно, и она не знала, куда себя деть. — Она очень просит, чтобы я пришла.       — Чё за подруга у тебя? Кто она? — положив пряник на место спросил парень. — Назови имя и фамилию, авось знакомое что-то будет.       Школа Рэй находилась на «территории Шера», и последний сразу об этом предупредил обоих. Айзек мог точно сказать, узнав фамилию и имя, работал ли этот человек на Шерона или же нет. Так же он знал имена некоторых «клиентов», что скупали или распространяли наркотики — либо слышал в штабе во время разговоров, либо же сам относил дозы. Однако развозом доз он занимался много реже — когда совпадали места закладок и заказы в Маке или места от фирмы, а это выпадало достаточно редко, так что на это не нужно было надеяться. Однако всякое в жизни бывало.       — Мон-Рояль, — прошептала Рэйчел, снова отпивая чай. После она зажмурилась. Слишком большой глоток обжигал язык. — Сьерра Мон-Рояль. Она учится в одном классе со мной и…       — А знаешь, знакомая фамилия, — парень задумался, нахмурив чёрные брови. — Мон-Рояль… У нас есть чел по кличке «Роял», вроде у него сеструха младшая есть. Всё время, говоря о ней, называет её «Си»… Роял у нас закладчик, да и сам принимает дозу. ЛСД покупает он.       — Навряд ли он брат Сьерры… — так же задумалась девочка. — Она бы говорила, что у неё брат плохой, раз он употребляет наркотики… Сьерра очень болтливая, много говорит о своей семье, и она говорила, что её брат Джо хороший. Учится в колледже и часто гуляет на улице.       — А это твоя Сьерра, — специально выделив имя девушки продолжил синеволосый. — Она часом не шляется где и с кем попало? Я не хочу, чтобы ты была в плохой компании.       Шерон, помнилось, в одну ночь объяснил Заку то, какая компания являлась плохой для Рэйчел. «Если она свяжется с плохой компанией — то пиши пропало. Может либо выдать себя, либо стать шлюхой, либо быть убитой, либо воровать… Вариантов плохих исходов много, а твоя задача, Зак — проконтролировать её и проследить, чтобы она ни за что не связалась с плохой компанией и чтобы никто не задирал её из-за этого. Ты должен её оберегать…», — именно эти слова врезались в его голову настолько плотно, что он никак не мог их убрать оттуда.       Фостер очень волновался за будущее и за психику Рэйчел, поэтому он ни за что не позволит ни ей, ни себе, ни кому либо ещё их испортить больше, чем было испорчено до этого.       — Зак, всё в порядке, — чуть приподняла уголки губ голубоглазая, вспоминая то, как Сьерра её упрашивала сегодня пойти в гости. В её глазах искры стали чуть ярче, и парень сильнее сжал стакан. — Она очень хорошая, могу вас познакомить потом.       — Хех… — немного нервно усмехнулся синеволосый, отпуская горячий стакан. После он встал и пошёл в гостиную со словами: — Так уж и быть, иди. Удачи там.       Однако на душе Рэйчел было тяжело, когда она смотрела на спину парня. Какое-то неприятное чувство тянуло в груди.       Чай и пряник Айзека так и остались нетронутыми.       Привычное сместилось сильнее, чем ожидалось.

***

      Уставший взгляд, приличного размера мешки под глазами, банка энергетика и запах крепких сигарет — именно такой Мэттью всё время приходил на работу, будь то «Макдональдс» или «Граннинс». И вот, сегодняшний день не был исключением — стоило только открыться двери комнаты персонала, как жёсткий перегар ударил в нос молодой девушке. Она лишь хмыкнула и протянула Мэтту три мятные жвачки, а тот дал ей в ответ несколько центов, засунув прямоугольнички в рот и начиная жевать. Пустая банка энергетика была смята рукой и выброшена в мусорный бак.       — Джойс сказал, чтоб ты сегодня на кухне помог — у Ройза проблемы с дочкой, отпросился он, — проговорила девушка, поправив радужную прядь и бросая синеволосому шапочку и фартук. У парня задергался глаз.       — А кто разносить будет? Меня не двое вообще-то! — гаркнул Фрост, но фартук и шапочку надел. — Ройз уже второй раз за две недели отпрашивается — какого хуя, Клэр? У него что, дочь настолько хуйня?       Беловолосая же хмыкнула, отдавая тому перчатки и надевая свои. После она взяла котлеты и начала жарить их, пока желтоглазый нарезал помидоры.       — Она от рук отбилась после развода родителей… Жена Ройза была его начальницей в офисе, завела любовника, а когда муж спалил их — развелась и уволила своего мужа. Дочь оставила на него, а сама уехала в другой штат.       — Пиздец просто, а не женщина, — подитожил желтоглазый, уже нарезая огурцы для бургеров. — Пиздец… по-другому и не сказать.       — Согласна с тобой, — Уэст, доставая нужные овощи, сыр, булочки и соус, начала собирать всё, что нужно. Зак резал лук. — Вот Джинджер и отбилась от рук. Батя сутками пашет, пытаясь заработать хотя бы немного, а у Джи в школе драки и плохие оценки. Ройз волнуется, чтобы органы опеки не забрали её.       — Я тоже был ходячей проблемой, когда был мальцом, — хмыкнул синеволосый. — За мной копы гонялись каждый день, но я шустрый… Да и сейчас ничего не изменилось — как был распиздяем, таким и остался.       — Та не пизди мне, — закатила глаза Клэр, складывая еду на подносы. Дальше шла картошка — и девушка подошла ко фритюру. — Ты пашешь, как хуй знает кто на трёх работах, не пропиваешь бабки, всё в дом тащишь, сестра у тебя растёт хорошая — и где ж ты распиздяй, а? Нормальный мужик, ну вот ну чё ты?       Фостер же лишь промолчал, наливая в стаканчики колу. Не говорить же ей весь пиздец? Ещё и руки о бабу пачкать…       — Жизнь помотала меня знатно, Уэст, — после пятнадцати минут молчания проговорил наконец парень. Он поднял жёлтые глаза на девушку. — Лучше тебе не знать, что именно было в моей жизни.       — У меня тоже всё не гладко, Фрост, — пожала плечами девушка с радужным локоном и необычным покрасом волос.       После они продолжили работать в тишине, передавая заказы на кассу. Тишина была не совсем уютной, можно сказать, даже напряжённой. Каждый думал о своём, в каждом были свои бесы и тараканы устраивали свои войны.       Невольно вспоминалось неприятное.       Под конец рабочего дня, когда парень отработал положенное и оплата уже лежала в кармане, он устало сел на стул и вздохнул, глядя в потолок. Ноги неприятно гудели, голова раскалывалась, так и хотелось кого-то прикончить на месте.       — Фрост, хочешь развеяться? — подсела рядом с ним сероглазая, мило улыбаясь. Рука парня со шрамами невольно дёрнулась, но он ничего не сделал и ничего не взял. Не услышав ответ, та продолжила: — Может, пойдём в бар? Выпьем чего покрепче, отдохнём.       — А? — наконец посмотрел на ту Мэтт, после чего поднял черную бровь. — Предлагаешь напиться до усрачки?       — Именно так, — захохотала она и поднялась, утаскивая парня за собой. А тот же, в свою очередь, отважно пытался не сорваться и не убить её.       И почему он такой спокойный? Ведь он видел счастье и хотел его загасить…       Ах, да.       Отучили.

***

      — Смотри на меня.       Парень отчаянно корчился от боли и отвернул голову, дрожа от боли и какого-то неприятного чувства.       — Нет! Не буду я!!! — закричал разноглазый, качая головой с закрытыми глазами. Бинты неприятно прилипали к телу и сползали на глаза, и, забившись в угол, хотелось натянуть их сильнее, чтобы ничего не видеть.       От всего этого хотелось вырвать себе глаза, выколоть, выдавить и больше никогда не видеть этого лица, этой улыбки, этих эмоций.       Слишком, блядь, больно.       Слишком хотелось увидеть пустоту.       Слишком.       Церемониться не стали — резкий удар ногой попал прямо в челюсть. Черноволосый упал на колени и закашлял кровью, сплевывая её вместе со слюной. После он выплюнул осколок зуба и начал качать головой.       — Не буду, сволочь! Ты не заставишь меня! Уходи! Уходи!       — Посмотри на меня, — уже приказным тоном сказал мужчина, схватив парня за волосы и поднимая его голову. Сопли и слёзы невольно текли вниз, по лицу преступника. — Ну же Фостер, тебя вылечить нужно.       — Нормальный я, нормальный!!! — истошно вопил тот, брыкаясь и пытаясь выбраться из хватки или даже причинить хоть какой-то вред державшему.       — Тогда сядь на стул и смотри, раз ты нормальный! — брюнет бросил преступника на стул, прибитый к полу, и тот послушно сел. В углу валялся ножик, принесенный в камеру для более мощного воздействия на психику и более желательного результата. Если у Зака будет оружие, то он точно набросится.       Подойдя к ножу, зеленоглазый взял его в руку и после вложил в ладонь парня. Он насильно сжал почти неработающие пальцы на рукоятке.       — Давай, тебя надо вылечить от этой хуйни.       — Нормальный я, не надо лечить меня!       Белый цвет был отвратителен. Белое помещение заставляло содрогаться только от одного вида.       Сколько он находился в этой тюряге? Он уже и не знал. Когда будет произведён смертный приговор? Так же было неизвестно. Нахуя это нужно этому человеку? Тоже не понятно.       Шерон встал напротив Зака и посмотрел ему в глаза. В зелени глаз была видна жизнь, чёткое стремление к жизни, желание жить, желание устроить свою жизнь и явное нежелание умирать. Черноволосый сжал нож сильнее, глядя на лицо напротив.       Мужчина улыбнулся, а после и заливисто захохотал.       Зрачок парня сузился. Надзиратель выглядел невероятно счастливым, будто каждый удар по телу маньяка приносил ему неимоверную волну радости. Он был таким довольным, таким блядь довольным, что хотелось задушить.       Сердце забилось чаще.       Невероятно, ебуче счастливая рожа. Отвратительно счастливая рожа, которую хотелось разбить в крошево, в мясо, в кашу из крови, черепа и мозгов.       Рука дернулась и в одно мгновение парень подорвался и замахнулся, желая перерезать глотку в один миг, но нож выбили из рук, а после по телу снова разлилась волна боли. Электрошокер, что был у шеи, был включён на полную, но не вырубил Айзека, а заставил кричать и корчиться на полу от боли. Выключив прибор, надзиратель и заодно психолог резко размахнулся и ударил тяжёлым железным сапогом по животу парня, после по груди и по печени.       Преступник сжался, пытаясь спрятаться от ударов.       — Не надо! Не бей! Отвали, отъебись, уйди!!! ПРОЧЬ И НЕ ПОДХОДИ, НЕ ДЕЛАЙ ЭТОГО, Я НЕ ВЫНЕСУ ТАКИХ ПЫТОК!!!       — Ты же хочешь спасти ту девочку из психушки? — зашипел на ухо заключённому Шер, в глазах которого горел огонь. Он разглядел потенциал в Фостере с первой его драки в тюрьме и не желал упускать такой кадр. Ну, а перед этим нужно как следует поработать над Заком — не нужно, чтобы он убивал всех подряд, когда его план придёт в действие. — Если хочешь — борись с безумием и собери свои сопли, хорош сырость разводить.       — Ты дьявол, дьявол!!! — крикнул черноволосый и попытался-было ударить того, но его руку заломили.       — Хочешь спасти Рэйчел Гарднер — борись с безумием, — слова заставили неприятный холодок пройтись по позвоночнику, а волосы встать дыбом. — Либо ты помираешь и она гниёт в дурке из-за твоей блядской слабости и неспособности себя контролировать, либо ты пытаешься бороться с этой хуйней и вести себя адекватно, усёк?       — Я понял, понял! — закричал от боли парень, дёргаясь.       Всё тело ныло и горело от боли, и навряд ли он завтра сможет встать. Хотя нет, он встанет — Зак был ебучей машиной для убийств, которую ничем не сломать. Настоящий бронетанк, слабость которого была в одной маленькой девочке, что попалась ему по чистой случайности и смогла свалить.       В девочке, которая смогла его зацепить.       — Давай снова, давай же! Я смогу! — вопил он, но его руку отчаянно ломали.       — Ты реально ненормальный, — хмыкнул Шер, но встал. За ним встал и парень.       Этот круг ада начал идти по новой.