Late night devil

***

Голова гудит так, как будто он вспомнил юношеские годы, когда напивался до потери памяти. Пальцы зарываются в пепельные пряди, слегка натягивая, чтобы прийти в себя. Он хотел бы и сам встретить Тэхёна после подработки, но появились неотложные дела. Ну, как сказать дела. Мину стыдно за это, но он давно нормально не питался кровью, уже просто не мог терпеть, поэтому пришлось покинуть территорию пригорода, уходя далеко в лес, и охотиться. Он не думал, что в это время охоту объявят на Тэ. Очень кстати он вспомнил про старуху, живущую в этих лесах, которая однажды хорошо помогла ему. Впервые он встретил её почти сразу после своего обращения, вернее она нашла его. Вымотанный, в порванной одежде, почти без сознания он лежал около ручейка, к которому пришёл набрать воды. Мама не справлялась с тяжёлыми вёдрами, поэтому он помогал. Его оттащили дальше этого ручья, не настолько далеко, чтобы он не знал мест, но достаточно для того, чтобы его криков было не слышно, и его не нашли. Он и не смог кричать. Силы резко покинули тело, как только острые лезвия погрузились в кожу. А затем туман. Престарелая женщина показалась на тропинке спустя где-то час. Она покачала головой, увидев раненого парня. К родным вернуться он уже не мог, хотя пока об этом не догадывался, ведь на его губах были следы свежей крови, и она могла поклясться, что он уже не человек. Тот, кто бросил его здесь, явно не собирался помогать новообращённому. Скорее всего это был изголодавшийся вампир, который позже пожалел несчастное дитя. Первые несколько часов Юнги провалялся в кровати в бреду. Его трясло, внутренности сковывало болью, пока старуха не влила в него какую-то жидкость. Тогда он заснул, очнувшись на утро второго дня. Не успел он толком глотнуть свежего воздуха, как в горле пересохло, а клыки оцарапали губы. Организм протестовал тем травам, которые замедляли и облегчали обращение. Женщина нашла для него убитую лань, заставляя напиться крови. Горло обожгло, но стало легче. Юнги смотрел на неё большими глазами, всё ещё не в силах понять, что с ним происходит. — Не ожидала увидеть тебя, — хриплый голос донёсся из глубины избушки. — В прошлый раз ты ничего не сказал про то, что обратил мальчишку, — Мин поморщился, вспоминая то время. Обращение Гукка далось ему тяжело, практически так же, как и самому Чонгуку. — Тот человек, для которого я брал амулет, он снял его, и я сорвался. Остался один и поэтому поступил неразумно, — говорит кратко, потому что что-то неистово тянет обратно. — Неразумно, — хмыкает старуха. — Как точно ты это описал. Что ж, у тебя ещё есть шанс это исправить, помоги, ему сейчас нужна помощь. Охотник, — она даже не смотрит на Мина, который тут же скрывается из виду. Охотник. Чёрт. Хуже быть не может. Мин не так много слышал про таких вампиров, которые убивали не ради крови или пропитания, а ради удовольствия. Всем, кому удалось выжить после встречи с такими, говорили о том, что охотников можно только убить, чтобы прекратить эту кровавую игру. Он корит себя за то, что не заставил Тэ снова надеть амулет. Искать приходится недолго, ведь он слышит гогот шайки Хосока. Какого чёрта? Потом тихий бег. Подгадав время, он ловит Чонгука с Тэхёном, рассказывая им на ходу придуманный план. Пусть он довольно прост, но это хоть что-то. Как всё до этого дошло? — Проснулся? — из-за двери показывается рыжая макушка. — Долго я?.. — Сейчас раннее утро, так что нет, — Чимин прикрывает рукой запястье, заставляя Юнги напрячься. — Я что-то сделал вчера? — Н-нет, ты…пытался укусить меня, но только немного поцарапал, а потом выключился, — от такой истории Юнги присвистывает, поглядывая на глубокую царапину на чужом запястье. — Прости за это, предвосхищая твой вопрос, да, я вампир, но я не причиню тебе вреда. Мы с Тэхёном долгое время жили в одном доме, и, как видишь, он цел и невредим, — Мин задумывается. — Это пока… — Что? Почему пока? — За ним охотятся, — он мог бы объяснить всё досконально, но сил на это совершенно нет, да и Пак пока должен привыкнуть к мысли о том, что в его близком окружении есть вампиры, что это реальность. — Ты не голоден? — Чимин смотрит на него с серьёзным видом, а потом резко краснеет и машет руками. — Извини, я… Мне непривычно, что ты питаешься кровью, — на последнем слове он отводит глаза. Вампир только смеётся, закатывая глаза: — Привыкнешь скоро. Они всё же перемещаются на кухню, ведь Пак ещё не завтракал. Он разогревает себе стейк с овощами, чувствуя себя как-то странно. С того вечера его всё чаще посещают странные мысли. — Ты слишком много думаешь, — выдыхает парень, забирая у него из рук тарелку, чтобы тот ничего не разбил. Проверять свою выдержку сейчас Мин точно не хотел, тем более на друге Тэ. — Это слишком неожиданно. — Знаю, просто поверь, через пару дней в твоей голове всё уляжется и станет проще, — не успевает Мин договорить, как в дверь раздаётся звонок. — Ты кого-то ждёшь? — Нет… История принимает новый оборот, на что вампир недовольно морщится — последнее, чего он хотел бы, чтобы ещё и Чимин во всём этом погряз. Он хочет было посмотреть в глазок по старой привычке, но тут же чувствует знакомый запах, открывая дверь. — Ну и какого хера? — Хосок ничуть не удивляется такому приветствию. — Это относится ко всему происходящему, если что, но сперва скажи мне, почему я наблюдаю тебя здесь, в доме ни в чём неповинного человека? — Это было последнее место, где ты бы мог находится. В доме Тэхёна я был, поверь, там не самое лучшее зрелище, хорошо, что самого парня там не было, — выдыхает Чон, и в его голосе отчётливо слышится усталость. — Что с домом Тэ? — он не намерен размениваться на формальности. — Юнги? Кто это? — Чимин выходит в коридор, таращась на незнакомца. — Старый знакомый, который ответит нам на все вопросы, — цедит Мин, толкая вампира в сторону кухни. Хосок выглядит вымотанным, как никогда. Это наводит на мысль, что им всем какая-то мразь создаёт проблемы. Осталось только выяснить, кто за этим стоит и что с этим делать. Шатен роняет голову на ладони, проводя руками по волосам и сжимая, чтобы собраться с мыслями. Юнги даже становится совестно, что он сомневался в друге. — Кто этот охотник? — Этому парню довольно много лет, он старше нас раза в три, если не больше, но, как видишь, неплохо сохранился, — усмехается Чон, откидываясь на спинку стула. — Он появился у нас неожиданно, пришёл пару недель назад под ночь, это, знаешь ли, напрягало. Одиночка не стал бы прибиваться к стае, а если бы кто-то захотел уйти из своей стаи, я бы об этом знал. У меня неплохие отношения с ближайшими соседями, — Хосок смотрит за Паком, который выражает неподдельный ужас от осознания того, что происходит вокруг. — Почему бы просто не выгнать его? — раздражённо выдаёт Мин. — Я же сказал, что он старше, а значит сильнее. С ним едва ли справится новообращённый, а у меня таких ребят уже давно не появлялось. Надоело с ними возиться. А вот у тебя есть один любопытный экземпляр. — Заткнись, я не могу рисковать Чонгуком, — Юнги злится, понимая, что это почти единственный выход, но точно не вариант. — Ах, точно, на него же запал твой человек, — Юнги одним рывком выдирает Хосока из-за стола, встряхивая. — Тэхён мой друг — это раз, и два — я действительно не буду отдавать Гукка этому психу по многим причинам. — Никто и не просит, как ты выразился, отдавать. У меня есть идея получше, — вампир садится обратно, видя, что Мина это заинтересовало. — Но сперва нам очень пригодится помощь твоей травницы, — Юнги присвистывает, предчувствуя, что следующие пара дней выдадутся весёлыми.

***

Когда входная дверь открывается, Сокджин лицезреет потерявшего в конце концов сознание Тэхёна и Чонгука, нёсшего его на спине. Оба выглядят уставшими, но Ким окончательно добивает ситуацию, когда неосознанно утыкается носом в шею Гукка, причмокивая. Джин заливается нервным смехом, пропуская их в дом. Намджун хмурится, понимая, что этот шатен с карминовым цветом на кончиках волос — есть тот самый вампир, напавший на Тэ. Ким видит это, пихая его в бок, потому что сейчас далеко не лучшее время выяснять отношения. Джин вместе с парнем устраивают Тэ на гостевой кровати, где обычно и спал темноволосый, если оставался у них с ночёвкой. — Думаю, ты понимаешь, что воздержаться от рассказа не выйдет, — начинает Сокджин, когда они перемещаются на кухню, чтобы не разбудить пострадавшего. Чон коротко кивает, устало потирая переносицу. Джин испытывает много противоречивых эмоций, из-за чего его запах усиливается, но Гук не чувствует жажды. Это чувство осталось только к Тэ? — Тогда начнём с того, что произошло этим вечером, — Ким-старший присоединяется к ним. — Вы вряд ли много знаете о бездушных, но у нас есть что-то вроде контроля за смертностью людей, то-есть нельзя убивать сотнями. Даже в этом местечке есть банда, которая более-менее следит за такими вещами. Так вот в этой банде появился так называемый охотник. Раньше его не было, думаю, он пришёл сюда не так давно, — светловолосого пугает даже одно слово 'охотник', что не может не позабавить вампира. — Этим вечером он встретил Тэхёна, выбрал его в качестве жертвы, поэтому теперь… — Мы по уши в дерьме, — заканчивает Намджун. — Что ж, придётся нам всё-таки вспоминать технику боя. — Это, конечно, Юнги постарался, — посмеивается Чон, замечая злобное выражение лица Джина. Парень не слишком любил эти занятия, но они послужили подушкой безопасности во многих ситуациях в дальнейшем. Мин был строгим тренером. Отлынуть от его занятий было практически невозможно, иногда казалось, что даже смерть не является для Юнги уважительной причиной для пропуска. Это было и смешно, и страшно, потому что вампир грозился достать их даже из гроба. — Вообще-то, ты мог бы… — начинает Джин, но закончить ему не дают. — Нет, мы не будем этого делать. Он едва себя контролирует, хочешь пасть жертвой доверия? — Намджуну всегда не нравилась эта черта в парне, он мог с лёгкостью принять сложное решение, даже не думая о последствиях и рисках. Эта спонтанность убивала, но ему пришлось смириться за столько лет. — То-есть ты предпочитаешь умереть от рук охотника, который просто разорвёт тебя в клочья? — шипит светловолосый, поворачиваясь к Чону в надежде на поддержку. — Это опасно, он прав. Я могу контролировать себя рядом с Тэ, но я не знаю, как долго это будет длится, — Чонгук говорит уверенно, но Сокджин пропускает часть фразы про опасность мимо ушей. — Отлично! Тэхён здесь, так что да, утром приступим, — паренёк скрывается в комнате, где находится Тэхён, чтобы не слышать возражений. Намджун долго сверлит вампира взглядом, после чего предупреждает: — Ты ведь понимаешь, что если с ними двумя что-то произойдёт, я не стану тебя жалеть. Я найду любой способ провести тебя по всем кругам ада, так что держи себя в руках. — Я буду в аду, если причиню боль Тэ, так что тебе не придётся стараться. Ким-старший остаётся сидеть на месте даже, когда Чонгук уходит. Что-то в его словах цепляет. Он всё ещё зверь, да, но, кажется, в нём и впрямь есть чувства к Тэхёну, иначе Ким был бы уже трижды мёртв.

***

Утро начинается непривычно, потому что вместо привычного будильника его будят лучики солнца. Тэхён потягивается в кровати, чувствуя, как благодарно отзываются отдохнувшие мышцы, и сладко зевает. В первые секунды пробуждения он даже немного удивляется тому, что проснулся в доме Сокджина, но потом вспоминает и спокойно встаёт с кровати. На стуле висит широкая белая футболка, и Ким, не задумываясь, натягивает её. Через приоткрытую дверь в комнату пробирается вкусный запах, и Тэ готов взвизгнуть от счастья. Юноша торопливо выскакивает на кухню, заставая момент, когда Джин разливает какао по кружкам. Тэхён виснет на его плечах, утыкаясь в затылок, и шепчет 'доброе утро'. Светловолосый улыбается, протягивая ему кружку. — Доброе, Тэ. Он забирает кружку, отвлекаясь на звуки, доносящиеся с улицы. Он совершенно точно слышит звуки борьбы, из-за чего напрягается, подходя к окну. Увиденная картина превосходит все его ожидания, потому что там Намджун и Чонгук. И они дерутся. Ким бросает обеспокоенный взгляд, в котором чётко читается 'какого чёрта', на Джина. Это утро удивительное по всем параметрам. Намджун делает резкий выпад, занося палку для удара, но Гук отскакивает, заходя со спины и едва щёлкает по ней противника, обозначая 'удар'. Джун злится, применяя любимый приём Юнги. Шаг назад, разворот, удар и отскочил. В этот раз Чон поддаётся, удивлённый мастерству этого приёма. Мин действительно постарался. Входная дверь скрипит, и они поворачиваются на звук, как по команде. Губы трогает тёплая улыбка при виде сонного Тэ, который смотрит на них каким-то странным взглядом, до конца не определившись, как реагировать на увиденное. Чонгук ничего не может с собой поделать, продолжая любоваться каждым жестом юноши. Белая футболка задирается, когда Ким, опомнившись, тянется к своему затылку. Гук проводит языком по клыкам, бросая хищный взгляд. Его вещь сидит на Тэхёне идеально. Повязку с головы Кима они решили снять, ведь открытой раны больше нет, и в ней нет нужды. Тэ замечает его взгляд, смущаясь, и тут же переводит взгляд на ободки молока, оставшиеся на кружке. Намджун кивает ему, снимая плотную футболку, и уходит готовить завтрак. Тэхён думает о том, что каждый раз завтраки готовит Джун. Это уже традиция? — Ты решил тренировать их? — Это было предложение Джина, — спокойно отвечает Чон, делая несколько шагов в сторону Тэхёна. — Тебе тоже это предстоит, если хочешь выйти живым из хватки охотника, — глаза вампира опасно сверкают, заставляя Кима подобраться и окончательно проснуться. Зверь скребётся внутри. Чонгук ещё не отошёл от прошлого боя, но уже подписался на следующий. Грудная клетка часто вздымается, и он почти уверен, что лёгкие слишком сильно сокращаются, но он не чувствует этого. Драться с человеком как-то не так, неправильно. Он привык разрывать своих жертв в клочья, наносить тяжёлые травмы, а тут надо слегка касаться. Он убивал, а теперь нужно защитить. От таких же, как он. Но Тэхён этого и вовсе не замечает, продолжая ходить по краю лезвия. Чон бы ужаснулся такому упорству, будь он старым Чоном, который умел беззаботно смеяться, кормил бездомных котят, но сейчас ему нравится эта черта, он одержим этим хрупким юношей, которого может сломать одним касанием. — Не думай, что тебе удастся легко меня победить, — этот вызов Гук готов принять. Это будет стоящая игра. — Ребят, вы там где? Уже всё готово, — доносится голос Сокджина из кухни. — Мы будем позже, начинайте без нас, — выговаривает на одном дыхании, вновь возвращаясь взглядом к вампиру. — Правила? — Пока ты не попросишь пощады, — ухмыляется, предвкушая схватку. — Только в твоих мечтах, — отрезает Ким, вставая в стойку. Мысленно отсчитывает время, чтобы расслабиться и максимально сконцентрироваться. Дышит глубоко, понимая, что в ближайшее время надышаться ему не дадут. Если он вообще сможет выполнять жизненно важную функцию дыхания после этого. Нет, Ким Тэхён, ты сейчас же берёшь себя в руки и заканчиваешь то, что сам начал. Дойдя до цифры десять, срывается с места, начиная бой. Он бежит на парня, замечая, как тот ведёт бровью, мол, серьёзно, нападение в лоб. Но Тэхён не был бы собой, если бы не припас парочку фокусов. В последний момент он разворачивается, подхватив оставленную Джуном палку, и снова оказывается на относительно безопасном расстоянии. Гук одобрительно хмыкает — Ким неплохо справился, но это только начало, в реальном бою такая тростиночка ничто по отношению к бездушным. Теперь юноша не стремится нападать, делая плавные шаги из стороны в сторону. Все поединки Чона заканчивались слишком быстро, он не в состоянии долго контролировать себя, из-за чего большинство соперников было мертво, едва начав сражаться. Но сейчас ему хочется потянуть время. Тэ ему не противник, но Юнги хороший боец и тренер, чему несомненно научил Кима. Он делает несколько фальшивых попыток в сторону Тэ, заставляя дёрнуться, и, когда Ким думает, что он закончил ёрничать, резко перемещается за чужую спину, толкая под лопатки, из-за чего темноволосый теряет равновесие. И он бы упал, если бы вампир не прижал его к себе. — Наигрался? — шепчет, опаляя ухо горячим дыханием. — С чего ты взял, что я начинал? — шипит Тэхён, выворачивая его руку, тем самым выбираясь из захвата. Пока Гук в прострации, он успевает нанести парочку щелчков, как до этого Чон сделал с Намджуном, а после срывается на бег в сторону леса. Чонгук злится. Кровь в жилах вскипает, разгоняя ярость по венам — что ж, он честно пытался себя контролировать. Тэхён бежит изо всех сил, понимая, что вампиру не составит труда его догнать. Лёгкие жжёт, но Тэ не успевает сделать вдох, как его прибивают к дереву. Чонгук рычит, сверкая острыми клыками. Зверь взбудоражен таким поведением жертвы. — Сдавайся, — низкий голос мягко касается шеи, заставляя кожу покрываться мурашками. Ким вертится, на ходу придумывая пути отступления, но Гук только сильнее прижимается к нему, не давая даже пошевелиться. — Давай же, детка, — такая близость сводит с ума. Инстинкты кричат укусить, пометить, присвоить себе. Бежать. Тэхён мычит что-то нечленораздельное, когда вампир проходится носом по напряжённым мышцам, утыкаясь в ямку между ключиц. Чону определённо нравится такая реакция. Он слегка ослабляет хватку, прикасаясь к оголённой коже губами, плавясь от чужого тепла. Как только он теряет бдительность, его отталкивают. Ким поправляет футболку, игриво посмотрев на парня. — Продолжим позже, — идёт обратно, догадываясь, что их уже ищут. Гук что-то говорит, направляясь следом. Они оба знают, что в этой игре нет победителей и проигравших. За столом уже ждут ребята, и Тэхён чувствует, как сердце пропускает удары. Он не может рисковать ими из-за себя. — Что вы там делали? — глаза Джина округляются, когда он видит, что белая футболка на Тэхёне перепачкана, да и вообще от него пахнет лесом. — Он же ещё слаб, — укоризненно смотрит на Чонгука, на что тот не обращает внимания. — Как быстро он найдёт нас? Ким виновато опускает голову, едва ковыряя вилкой в тарелке. Голос Намджуна звучит серьёзно, даже слишком. Сокджин шикает, видя состояние друга, но это действительно то, что им следовало бы обсудить. Чонгук косится на часы, пусть это и бесполезное действие, но так почему-то проще. Вместо заданного вопроса в голове вертится мысль о том, что нужно найти Юнги. Так их шансы выжить увеличатся вдвое. — Думаю, день-два у нас в запасе, — по реакции Сокджина нельзя сказать, рад он или расстроен. Вроде бы он так и предполагал, и это хорошо, но всё равно слишком быстро. — Я хочу зайти к себе. — С ума сошёл?! — Джин мгновенно теряет всё самообладание. — На тебя открыли грёбаную охоту, а ты хочешь появиться там, где тебя будут ждать в первую очередь?! — Я хочу проверить, что с моим домом всё в порядке. Ты знаешь, как долго я шёл к его покупке, — Ким впивается взглядом в Намджуна, надеясь на поддержку, но тот разводит руками. — Он прав, ты не можешь так рисковать. — Отлично, друзья ещё называется! — темноволосый вылетает из дома, резко вдыхая свежий воздух, что даже голова начинает кружиться. День постепенно вступает в свои права, но Ким не замечает этого. Позади слышится скрип ступенек, но он предпочитает не оборачиваться. Если это Джун, то пусть катится к чёрту, раз не хочет понимать его. Сокджин же всегда излишне опекает его, поэтому вряд ли так быстро придёт мириться. Ким подавляет удивлённый возглас, когда мимо него проходит Чон, направляясь в сторону, где находится его дом. — Чонгук? — сказать, что Тэ удивлён, ничего не сказать. — Я проверю твой дом, а ты будь здесь. И чтобы ни шагу в сторону, — юноша недовольно фыркает, но вряд ли ослушается.