Минус скрывает следы

- А Вы, Арсений, по рассказам Николая Петровича, лучший журналист Петербурга? – спросил Федоров. - Да, Иван Леонидович. И обращайтесь на «ты». – улыбнулся Арс, поднимая бокал вина. Все гости поддержали тост, выпив немного алкоголя из предоставленных каждому бокалов. Арсению вино не сильно понравилось, бывало и вкуснее. Попову было не очень приятно сидеть с этими гостями за одним столом, ввиду их возраста и разных тем для разговора и точек зрения. Сейчас начнется тема политики и тому подобное, и Арсения тут просто закопают. - Извините, дорогие товарищи, мне нужно отойти. Спасибо за ужин, но я за сегодня так устал, что пойду, наверное, в комнату. – слукавил Арс, вставая изо стола. Гости выразили огромное недовольство, но Николай Петрович поспешил их успокоить фразой: «Попов и правда сегодня устал». Арсений был так благодарен этому прекрасному человеку. Теперь перед Арсом стояла цель: найти Антона и спросить, что с ним и почему он так себя ведет. Да, логично, Попов ему нагрубил и послал, но он тоже молодец, проверки тут устроил. Ладно на какую-нибудь фобию, но, блять, на ориентацию. Арсению было очень неприятно быть подопытным кроликом, но и Антон всего лишь парень, частично подросток, который всего лишь хотел узнать правду напрямую. Попов решил первым делом заглянуть в кабинет под лестницей. Племянник явно должен быть в кабинете у дядюшки, и Арс не ошибся. Открыв дверь, прежде постучав, он увидел Шастуна на кресле и… Он плакал. Арсений сразу же закрыл дверь и подбежал к Антону. - Шаст, ты чего? – испугался Арсений, присев на корточки перед младшим. Антон лишь глянул на Попова и уткнулся в коленки, которые уже и так были мокрыми. Ну малое дитё… - Шастун! Что случилось? – с напором повторил Арсений. Антон спустил ноги, вытер слезы и выдавил: - Прости, я не хотел… - а после опять на щеки потекли ручьи слез. – Я не хотел, правда. Я знаю, что тебе было неприятно, все эти проверки и так далее. Я такое хуйло, ставил тебя в неловкое положение. Но, блять, я проспорил. Мне нужно было выведать эту инфу. Антон закончил фразу, глянул в глаза Арсения, которые не выражали ничего и заплакал с еще большей силой. Арсений был в шоке. То есть, этот мудак просто проспорил? Что за споры такие, узнать, гей ли тот самый журналист. Видимо, сейчас у 18-летних другие ценности… - Шастун, мужики не плачут. – улыбнулся Попов, похлопав по плечу Антона. - Но я не мужик… - усмехнулся он. - Хорошо, - усмехнулся в ответ Арсений, - мальчики не плачут*. *** - Эй, Попов! – настойчивый шепот проникает в комнату из коридора и будит Арса. Попов, ничего поняв, открывает глаза, а шепот продолжает проникать ему в уши. Арсений плетется к двери, открывает и, о чудо, видит там Шастуна. Удивительно? Нет. Рано? Арс не знает. Может, еще поздно? Который час? - Сука, Шастун, я сплю! – шепотом нападает на него Арсений. - Не сердись, - пытается его успокоить Антон, - пойдем со мной. - Куда? Ты время видел? – Арсений сам не видел время, но чувствовал, что сейчас далеко не 10 часов утра. - Всего лишь час ночи. Мне надо тебе кое-что показать. - Сейчас. Мы на улицу? – недовольно и сонно спрашивает Арсений, натягивая толстовку и джинсы. - Нет, можешь остаться только в толстовке и джинсах. – сказал Антон, заходя в комнату. - Да все, пойдем. – раздраженно сказал Арсений, и Антон быстро пошел впереди, ведя Попова куда-то по коридору. В конце «тоннеля» не было ни света, ни души. Арсению стало стремно, но, блять, было очень интересно, что подготовил для него Антон. Шастун вел в конец коридора, а потом резко остановился и нащупал какую-то лестницу. Арсений понял, что они идут на крышу, но, так как Антон сказал, что они не на улицу, то, значит, под крышей что-то есть? А вот это уже очень интересно. Арсений аккуратно поднялся за Антоном, который явно не первый и не второй раз сюда поднимался. Поднявшись, Арс увидел маленькое пространство, по площади которого были разбросаны пледы, подушки и некие пуфики. Это выглядело очень уютно, хоть и тут было очень холодно. - Бери плед и иди сюда. – заговорщицки подмигнул Антон Арсу, уже ложась под какое-то светлое свечение. Арсений, непонятливо, взял плед и подошел к Антону, лег рядом и увидел… Красоту. Звездное небо выглядело волшебно и не так, как в Питере, более ярко, что ли. Арсений, вообще, никогда не смотрел на звезды так, лежа на мягких пледах, в морозном крае, на другом конце России и с новым и, несмотря на все, хорошим другом. Арсений рассматривал каждую звезду, вспоминая их названия из курса астрономии в школе. Вживую, звезды были настолько красивыми… - Красиво, да? – спросил тихо, как будто боялся испортить впечатление, Антон. - Да… - так же тихо ответил Арсений. - Сегодня день Большой медведицы. В этот день ровно 10 лет назад дядя построил эту гостиницу. – пояснял Антон шепотом, - И я каждый год поднимался сюда и смотрел на звездное небо. - А почему Большая медведица? – спросил Арсений, все еще рассматривая небо. - Это любимое созвездие дяди. – пояснил Шастун. Арсений, засмотревшись на небо, не заметил, как глаза начали слипаться, и Попов заснул, оставив Антона бодрствовать одного. *** Арсения разбудил яркий свет из того самого окна, под которым он спал. Солнечные лучи пробирались в каждый уголок этой маленькой комнатки под крышей. Немного полежав с закрытыми глазами, Арс поднял голову. Антона рядом не было, а его плед был аккуратно сложен и возвращен на место. Попов решил сделать то же самое, спуститься, узнать который час и позавтракать. Согнувшись в три погибели (по-другому там нельзя было передвигаться), Арс сложил плед, положил его на такой же, который принадлежал Шастуну, и аккуратно двинулся вниз. В коридоре не было никого, в комнатах тоже не были слышны звуки жизни. Арсений заподозрил что-то неладное, но, услышав голоса в холле, выдохнул и пошел на завтрак ко всем. - О, доброе утро, Арсений. – улыбнувшись, повстречал его Николай Петрович. Арсений поздоровался, но его взгляд сразу упал на Шастуна, сидящего напротив его места на другом конце стола. Его лицо явно выражало недовольство и, судя по тому, что он кивал чуть ли не в тарелку, Антон не выспался. Может, это Арс не дал ему выспаться? Да не, хуйня какая-то. Попов сел за стол, и повар сразу же преподнёс ему вкусно пахнущий омлет с колбасками. Арсений был безумно голоден, поэтому набросился на еду, как волк. Остальные гости вели диалог на разные темы, шутили, но тут Попов заметил несостыковочку. - А где Лиля Кирилловна? – сразу спросил Попов, держа вилку в руках и прожевывая кусок колбаски. - А, да, товарищи, где наш глубокоуважаемый стоматолог? – спросил все еще с улыбкой Иван Леонидович. Все переглянулись, а после бросили взгляд на Анатолия Игоревича, который стоит на ресепшене и следит за ключами. - Она сегодня не отдавала мне ключи с утра. – сказал он и продолжил вытирать свою стойку. Антон посмотрел на Попова. Без лишних слов они вместе вскочили со стульев, а гости двинулись за ними. - Какой у нее номер? – спросил Арс, уже поднимаясь с Антоном по лестнице впереди небольшой толпы, идущей следом. - 15. – протараторил Антон. Арсений быстро нашел табличку с правильным числом, а после прислушался. Он не знал, почему вскочил изо стола с такой скоростью, но его журналистское предчувствие никогда его не подводило. Тишина. Гробовая тишина. Ни звука. - Ключи запасные есть? – крича, спросил Арсений, явно обращаясь к хозяину. В ответ он получил лишь молчание. Ясно, понятно. Сервис, блять. Попов, пробуя выломать ручку, навалился на дверь всем телом, но ничего не выходило. Антон стоял рядом и наблюдал, а после безрезультатных попыток своего друга отодвинул Попова в сторону и одной ногой, правда, с третьей попытки, выломал дверь. - Могёшь! – удивился Арсений и, захватив Антона, зашел в номер. То, что они увидели, повергло их в шок. Мерзова Лиля Кирилловна лежала на своей кровати без сознания с огромной лужей крови рядом.