illness of life

Я открываю глаза. Смотрю в потолок. В глазах проясняется, но боль в груди лучами расходится по всему телу. Юнги. Пытаюсь оглядеться, но еще слишком слаб. Люди в палате есть, но его среди них не видно. Пробую сказать что-нибудь, но мешает аппарат искусственной вентиляции легких. Останавливаю взгляд на лице мамы, и она протягивает мне пакет. – Милый, это для тебя. Подарок? Странно. Пытаюсь вскрыть пакет, но эта задача мне не по силам. На помощь приходит мама. В пакете - черный альбом для рисования с надписью «В МЕТРЕ ДРУГ ОТ ДРУГА». Это от Юна. Я листаю страницы, рассматриваю раскрашенные цветными карандашами рисунки. Вот я с пандой в руках; вот мы с бильярдным кием, который держим с обоих концов; мы под водой, за столом на праздничном обеде; кружимся на льду замерзшего пруда. На последней странице мы вдвоем. В моей руке воздушный шарик с лопнувшей верхушкой, из которой сыплются и катятся к Мину звезды. В руках у него перо и свиток со словами «Главный список Юнги». Ниже один-единственный пункт: 1. Любить Хосока вечно. Я улыбаюсь и обвожу взглядом лица стоящих в палате. И все-таки почему его нет здесь? Джули выходит вперед и кладет мне на колени айпад. Я смотрю на нее растерянно. Она нажимает кнопку «Плей». - Мой прекрасный командир Хо. - На экране появляется Юн - волосы, как обычно, в милом беспорядке, на губах озорная, как всегда, улыбка. — Думаю, в твоей книжке правильно сказано: душа времени не знает. Последние несколько недель будут длиться для меня вечно. — Он делает глубокий вдох и улыбается своими голубыми глазами. — Жаль только, что ты не увидел те огоньки. Я с удивлением поднимаю голову - свет в комнате внезапно гаснет. Возле выключателя стоит Намджун. И тут же за окном послеоперационной вспыхивает двор, все пространство которого заполнено праздничными гирляндами из парка, протянутыми между деревьями и фонарными столбами. Их волшебное мерцание вливается в комнату, и у меня захватывает дух. Джун и Джули подкатывают кровать к окну, чтобы я смог лучше все увидеть. Там, по другую сторону стекла, под сенью этих чудесных огней стоит Мин. Только тогда я наконец понимаю, что на самом деле здесь происходит. Он уходит. Юнги уходит. Боль уже иного рода пригвождает меня к кровати, и я сжимаю пальцами простыню. Юн улыбается мне, опускает глаза и достает телефон. За спиной у меня звонит мой. Мама подает его мне, включает громкую связь. Я открываю рот, чтобы сказать что-нибудь, сказать ему, чтобы остался, но слов нет. Только шипит трубка аппарата вентиляции легких. Не уходи. Я пытаюсь сказать это взглядом. Сказать, что он нужен мне. Мин едва заметно улыбается, и я вижу слезы в его карых глазах. — Наконец-то я лишил тебя дара речи, - говорит он, и его голос доносится из моего телефона. Юнги поднимает руку и прижимает ладонь к оконному стеклу. Я с трудом поднимаю свою и прикладываю к стеклу с другой стороны. Теперь только оно и разделяет нас. Останься – хочется крикнуть мне. - В кино всегда так говорят: «Кого любишь - отпусти». — Он качает головой, сглатывает с трудом продолжает: - Я всегда считал, что это чушь. Но видеть, как ты едва не умер... Договорить у него не получается, и мои пальцы сжимаются в кулак на прохладном стекле. Хочу ударить, разбить его, но сил хватает только, чтобы постучать. - В данный момент ничто другое для меня не важно. Ничто. Кроме твоей жизни. Юн еще крепче прижимает ладонь, и его голос дрожит: - Только одного я хочу - быть с тобой. Но мне нужно, чтобы ты был в безопасности. В безопасности от меня. Он пытается продолжать, и слезы бегут по щекам. — Я не хочу уходить, но слишком люблю тебя, чтобы остаться. - Мин смеется сквозь слезы и качает головой. – Господи, они были правы в этих тупых фильмах. Он прислоняется лбом к окну там, где моя ладонь. Я чувствую его даже через стекло. - Я буду любить тебя вечно. - Мы смотрим друг на друга, и каждый видит боль в глазах другого. Мое сердце идет трещинами под новым шрамом. Дыхание туманит стекло, и я снова рисую дрожащим пальцем сердце. - Закрой, пожалуйста, глаза, — просит он дрожащим голосом. - Я не смогу уйти, если ты будешь смотреть на меня. Я качаю головой, и он видит вызов в моих глазах. Сюрприз для меня - твердость в его лице. – Не беспокойся обо мне. - Он улыбается сквозь слезы. — Если завтра я перестану дышать, знай, что я ничего бы не изменил. Я люблю его. А он вот-вот уйдет навсегда, чтобы я смог прожить свою жизнь. — Пожалуйста, закрой глаза, – повторяет он. — Позволь мне уйти. Секунду я молчу, запоминаю до последней черточки его лицо и наконец скрепя сердце заставляю себя закрыть глаза. Он уходит. Юнги уходит. Когда я открываю глаза, его уже нет. Слезы текут не переставая. Мы договаривались о метре, но теперь он гораздо дальше. Медленно открываю глаза, я еще надеюсь в глубине души, что увижу его по другую сторону стекла. Но вижу только мигающие огни во дворе и исчезающий в ночи автомобиль. Я тяну вверх дрожащую руку, касаюсь кончиками пальцев отпечатка его губ на стекле. Его прощальный поцелуй.