Кто вы, мистер Кинни?

— Успокойтесь, мистер Тейлор, через пару часов придет врач, и вы сможете задать ему все вопросы. А пока лучше поспать. — Медсестра, аккуратно вытащив иглу из вены Джастина, одарила его профессионально-снисходительной улыбкой и вышла из палаты. Джастин был бы рад на нее разозлиться, но на это элементарно не хватало сил. Уже три дня с того момента, как открыл глаза, едва не ослепнув от белого сияния, Джастин мечтал оказаться дома. Все его существо отказывалось воспринимать стойку для капельницы как неотъемлемую часть себя, бесчисленные уколы и таблетки — как печальную необходимость, а встревоженные лица мамы и Дафны — как отражение реальности. Еще минимум неделю предстояло провести в этой палате в состоянии полусонной скуки, а потом, возможно — в реабилитационный центр. Сильная давящая слабость не позволяла в полной мере ощущать руки и ноги, которые отказывались слушаться. Даже думать о чем-то получалось с трудом, а вместо чувств и эмоций зияла мрачная пустота. Для контраста с белой палатой! Врачи объяснили, что проглоченная им ударная доза чистого кокаина повлияла на центральную нервную систему, но это явление временное, от которого скоро не останется следа. И живот не будет болеть при любой попытке проглотить хоть что-то кроме полужидкой безвкусной субстанции. Боли в желудке постепенно уменьшались, но есть обычную пищу все еще не разрешали, под запрет попали даже многие напитки. В частности, содовая, кофе и его любимые свежевыжатые соки. Сейчас Джастину не удавалось удержать в руках даже книгу в мягкой обложке, и с трудом верилось, что совсем недавно совершал длительные пробежки, заканчивающиеся сложными упражнениями, и гордился своей гибкостью и здоровьем. Казалось, все это было даже не в прошлой жизни, а вообще не с ним. Что все это приснилось. Как приснился кокаин в упаковке от лекарства… Карл Хорват пришел к нему на следующий день после того, как Джастин вышел из комы, и пришлось рассказать все подробности покупки злополучных порошков. Сам виноват — схватил, не глядя! Но, с другой стороны, где гарантия, что Крис дал бы ему нормальное лекарство? Получается, что он и Брайана чуть не убил. Шериф не смог озвучить сколько-нибудь подтверждаемую версию того, почему Крис пожелал так поступить. Но склонялся к банальной случайности: тот забыл не те коробочки на прилавке, и даже не понял, что одна из них попала в чьи-то руки. Да и стрелять мог вообще кто-то другой. Или же Крис с перепуга не видел и не понимал, куда целится. Приятно было получить записку от Теда с пожеланиями выздоровления, снабженную несколькими рисунками-шаржами Мэдисон, которая изобразила его крадущимся к выходу в пижаме и с пушистыми тапочками в руках. Угадала желание поскорее удрать из чертовой больницы! В конце концов, он уже не умирает! В Эмберлейке есть врач и медсестры, приходили бы к нему с уколами и капельницами, раз уж иначе никак… Мама и Дафна были готовы заботиться о нем круглосуточно, но это раздражало. Джастин настоял, чтобы подруга вернулась к учебе и порадовала его хорошими экзаменационными оценками, а мама чаще отдыхала в гостинице при больнице, ходила по магазинам, гуляла по городу… Да и вообще, собиралась домой, к отцу и Молли! Но об отъезде она и слышать не хотела. Было немного стыдно, что предпочел бы видеть на ее месте другого человека, который ни разу его не навестил. Джастин смутно помнил, что первыми его словами был вопрос: «Где Брайан?» На что постаравшаяся остаться невозмутимой мама ответила что-то про работу. Больше он не спрашивал, отгоняя смутные подозрения, что мама каким-то образом заподозрила, что у него с Брайаном что-то есть. Или, наверное, уже «было»… Потому что иначе Брайан находился бы здесь! Если бы Джастин что-то значил для него, тот не привез бы его в больницу только для того, чтобы забыть с чистой совестью! Ну или с какой-нибудь вообще совестью, если в принципе допустить ее наличие у Брайана Кинни! Джастин попытался перевернуться на бок, поморщившись от боли в мышцах. Скорее бы закончилась больничная неделя! Вечером обещала приехать Дафна, надо не забыть попытаться поговорить о Брайане — снова. Когда Джастин несколько дней назад пытался, она как-то странно отмалчивалась и отводила глаза. Что-то скрывает? Подруга совсем не умела врать, что же заставило начать учиться? В этой истории столько вопросов, и не только о кокаине! Когда ФБР поймает Хоббса и выяснит у него имена сообщников? Почему не особо умный Крис умудрялся так долго водить за нос полицию и даже Брайана? Если бы не досадная случайность в аптеке, сколько бы еще это продолжалось? Как быстро Джастин сможет прийти себя и найти Брайана? Да и что сказать человеку, которому было наплевать на то, что он едва не умер? Почему снова закрываются глаза? Совсем недавно же проснулся…

***

Теду, разбирающему сданные книги, казалось, что Эмберлейк словно присмирел: как будто во всем городе внезапно отключили электричество, вынудив тем самым жителей сидеть дома при свечах. Комьюнити-центр отменил несколько развлекательных мероприятий, разве что к 4 июля начали готовиться. Активистки читательского и рукодельного клубов тоже отложили заседания и вместо этого взялись вечерами патрулировать парами городские улицы, чем ввели в недоумение шерифа Хорвата. Но где уж ему тягаться с миссис Райт и миссис Тремонт! Осталось только вздыхать и надеяться, что безопасности «пожилых бригад» ничего не будет угрожать… под охраной котов и болонок на поводках. В конце концов, наркотики в Эмберлейке не продавались изначально, а общественный порядок и так не нарушался. Сейчас сообщники Криса наверняка притихли, а погонять местных подростков никогда не лишне, а то опять стали устраивать шумные вечеринки у озера. Связываться с уважаемыми дамами им вряд ли захочется, так что могут и сменить место дислокации. В библиотеке, несмотря на то, что помощников теперь было четверо, посетителей стало меньше, а к концу рабочего дня они вообще испарялись, так что зачастую удавалось закрываться пораньше. И как-то грустно было проходить мимо аптеки с табличкой «закрыто» — насколько Теду было известно, Блейк уехал к сестре. Джордж Шикель организовал поездки в питтсбургскую аптеку на принадлежащем мэрии автобусе — два раза в неделю таковой собирал желающих, в основном пенсионеров и работающих в городе малообеспеченных жителей, и возил туда и обратно. Когда стало известно, что Джастин выжил после тяжелого отравления и скоро будет совсем здоров, в Эмберлейке случился небольшой всплеск радостной активности в виде импровизированного собрания у фонтана. Тед тогда на всеобщей волне заново перечитал свое резюме и даже составил список библиотек страны, в которых хотел бы работать, но так и не отослал. Зато позвонил в питтсбургскую библиотеку и поинтересовался, как обстоят дела с поиском нового директора. Ответили, что на примете имеется самая достойная кандидатура на эту должность, но пока никаких решений не принималось, придется подождать. Ничего, не страшно. В любом случае, пока не выздоровеет помощник, Тед не будет стремиться к глобальным переменам. Вот вернется Джастин, и тогда… А сегодня предстоит нескучный вечер: Майкл будет ждать в доме Дебби, куда перебрался на время ее отпуска. С Беном у друга явно все идет к чему-то серьезному, и Майкл вроде счастлив, хотя и обеспокоен. Ну, все — книги разложены по местам, осталось только проверить папку для Дженни, которую она завтра отвезет в центральную библиотеку, и зайти в магазин. Все-таки он обещал Майклу ужин, и в запасе есть не опробованные рецепты и новый диск с музыкой — ради его еды Майкл и оперу потерпит!

***

— Джастин, что-то случилось? — На этот вопрос, заданный с встревоженным выражением лица, захотелось усмехнуться. Дафна снова его как открытую книгу читала. Или, во всяком случае, пыталась. Но сегодня это почему-то не радовало. — Нет, ничего, меня просто чуть не отравили кокаином насмерть, и я не в состоянии управлять собственными конечностями. Все отлично, Даф! — Можешь огрызаться, если легче от этого. Но когда надоест себя жалеть, попроси, чтобы я напомнила, что скоро ты будешь совершенно здоров! Джастин, отворачиваясь от Дафны, успел заметить, как она, бросив сумочку на кресло для посетителей, подошла к окну, скрестив на груди руки. Но не ожидал, что подруга вдруг сменит интонацию: — Знаю, что не должна об этом говорить. По крайней мере, меня попросили. Но я не успела ответить. Наверное, это можно не считать нарушением обещания, раз чисто формально я его не давала? Но… оставь разговор между нами. Если сможешь. — Джастин услышал вздох подруги, которая словно бы набиралась смелости, чтобы продолжить. А потом показалось, что тихий голос каждым словом приколачивал его к кровати: — Брайан был здесь. Каждую ночь, пока ты лежал в реанимации. Приходил и стоял в коридоре, или сидел на скамейке напротив и просто смотрел на тебя несколько часов. Я видела его один раз, мы даже поговорили немного, а про остальные мне медсестры рассказали. Если считаешь, что ничего для него не значишь, то ты ошибаешься. Сильно. Потому что я видела его глаза. Подумай об этом. Как и о том, чтобы скорее выздороветь — поверь, тебе есть, ради чего перестать киснуть и беситься! Потом, когда Дафна ушла и вернулась мама, ушедшая попить кофе, чтобы дать им поговорить, Джастин постоянно прокручивал в голове слова подруги. Они даже не то чтобы запомнились, скорее оказались вбиты в память, чтобы дергать за каждый нерв. Брайан приходил! Осталось только выяснить, почему не желает делать это снова и не отвечает на звонки. Хотя, конечно, пара версий на эту тему у Джастина есть — осталось только их проверить. А для этого нужно встать! — Мама, ты, кажется, что-то говорила про массаж и физиотерапию? Я согласен на все, чтобы выйти отсюда. На своих ногах! Дай руку, попробую подняться — надоели тазики с тряпками, хочу в душ. Вроде бы мыться мне никто не запрещал? Да, несколько шагов до ванны показались бесконечными, обернувшись каплями пота на лбу и тяжелым дыханием. Мочалка для душа тяжелая, словно сделана из железа! Как и бутылочки с шампунем и гелем для душа. Когда он успел стать таким слабым, и как долго это будет длиться? В любом случае, у него нет выбора. Брайан снова прячется. Не столько от него, сколько от собственных чувств. К нему. А они есть, Джастин в этом больше не сомневается. Слова Дафны о взгляде Брайана сквозь стекло палаты внезапно разблокировали кусок его памяти, позволив вспомнить, как смотрел на него Брайан в тот миг, когда он терял сознание у него на руках. На безразличных так не смотрят. Брайану не удастся выкрутиться еще и на этот раз. Дело за малым — снова стать собой. Вернуться. В Эмберлейк. На работу. К Брайану…