Take my hand in the middle of the crisis

- Ты опоздала, Тони. Шерил, что сидела рядом с Ронни на скамейке, лишь закатила глаза, но Топаз улыбнулась. Да, она опоздала, потому что, во-первых, ей хотелось подготовиться к вечернему свиданию (Блоссом решила рассказать родителям именно сегодня, и, в независимости от того, как пройдёт это откровение, они договорились вечером встретиться; так что розововолосая была полна энтузиазма, чтобы приготовить ужин и создать в трейлере романтическую обстановку после последней тренировки), а во-вторых, она всё равно собиралась покинуть группу поддержки, так что... - Кто-то назначил тебя капитаном, Вероника? Топаз прошла мимо девушки к своему шкафчику, невзначай касаясь пальцами плеча рыжеволосой, что лишь подняла на неё взгляд и вернулась к сосредоточенному завязыванию шнурков. Они были втроем в раздевалке: Тони, которая опоздала, и два капитана Лисиц, так что она могла позволить себе маленькую вольность. Шерил рассказала, что брюнетка шантажировала её, но, несмотря на то, что розововолосая тут же поклялась выбить дух из этой богатой стервы, что так рьяно набивалась ей в друзья, всё желание приставать к Блоссом, рыжая всё же приняла собственное решение. В этом они были солидарны, потому и решили сделать заявления в один день. Тренировки для них обеих сегодня не планировалось, но Шерил всё же переоделась в капитанскую форму (Антуанетта знала, что девушка, в любом случае, оставит себе эту майку с вызывающей надписью на спине), а Топаз делала вид, что что-то ищет в шкафчике, на самом деле, забирая оттуда немногие свои вещи. Блоссом могла бы принять и другое решение. Уже вечером её родители обо всём узнают, так что шантаж Вероники не будет иметь силы. Наоборот, Шерил могла и выгнать её из команды за такое, но девушка уверила, что так будет лучше. Она так решила для себя. - Жду вас через две минуты, дамы. И прошу не делать ничего непристойного в общей раздевалке. Шерил хмыкнула, но ничего не ответила на назойливую реплику заклятой подруги. Потому Лодж вышла из раздевалки, явно неудовлетворенная тем, что её колкая фразочка не возымела успеха. А Блоссом тут же подошла к розововолосой, обнимая её за талию и кладя подбородок на плечо. - Скоро всё закончится. - Хорошо это или плохо, но да. - Это хорошо, Тони, поверь. Если я смогу быть с тобой, не обращая внимания на окружающих и не прячась по углам, это хорошо. Тони повернулась в её объятиях, нежно целуя девушку, а потом отстраняясь. - Пошли, я хочу увидеть удивлённое выражение на лице этой фурии. Они взялись за руки, чтобы придать друг другу сил. Если Топаз просто поставит точку в занятии, которое уже давно не приносило ей удовольствия, то для Шерил это была точка на мечте всего детства. Но она действительно не выглядела так, как будто жалела, так что розововолосая решила просто с этим смириться. Они дошли до двери, ещё раз взглянули друг на друга и нехотя расцепили пальцы. Уже скоро, но ещё не сейчас. Блоссом первая вышла из раздевалки, подходя к группе девушек под руководством Вероники, а Тони подошла следом. - И почему ты не в форме? Ей богу, Тони, я хочу быть твоей подругой, но я, прежде всего, капитан команды. - Со-капитан. - Ненадолго. - Лодж оборвала поправку Кэсси, которая тупо уставилась на Шерил, ожидая, когда та осадит эту нахалку, но рыжая молчала. Она предоставляла слово Топаз, которая решила сказать о своём решении, тем самым, давая себе ещё немного времени, чтобы собраться. - Моя форма лежит в раздевалке, как и ключ от шкафчика. Всё это мне больше не понадобится. Честно, по Ронни нельзя было сказать, что она слишком уж ошарашена. Но Тони и не ожидала уговоров остаться. Главная часть шоу была впереди, так что она готова была поставить точку. - Я ухожу из команды. Шерил предупредила её, что потеря двух значимых участниц посреди самого разгара футбольного сезона и перед предстоящим чемпионатом - настоящая трагедия для команды. Но Лодж заслужила того, чтобы, став капитаном, как она давно желала, столкнуться со всеми проблемами лидера. Да, Блоссом иногда была чересчур строга, но она всегда знала, как привести команду к успеху. Розововолосая буквально сдерживала дьявольскую ухмылку. - Ну что ж, скатертью дорога. Давайте, девчонки, нам некогда стоять без дела. - Вообще-то, у меня тоже есть, что сказать. - Девочки, которые, без команды рыжеволосой, и так не собирались что-то делать, опасливо переглянулись. Им не нравилось, что Блоссом такая молчаливая и лишенная обычной нетерпеливости и недовольства. Это всё предвещало беду. И брюнетка оказалась единственной, кто совершенно не удивился. Она встала прямо, скрестив руки на груди. Ну что ж, сейчас посмотрим, как ты запляшешь. Топаз стояла чуть позади Блоссом, и ей так хотелось хотя бы взять её за руку, чтобы поддержать, но у неё не было на это права, так что она старалась думать о том, что рыжая знает, что она рядом. - Я была безумно рада быть вашим капитаном два года, девочки, это правда. Да, иногда я могла быть, и несомненно была, слишком привередливой, грубой и жестокой. Но я делала всё, чтобы мы побеждали, чтобы вы стали настоящими профессионалами. Шерил перевела дыхание, поочередно смотря на каждую из девочек. Кассандра (которая всегда заискивала перед Блоссом, что жутко бесило Тони, пусть она и отказывалась называть это ревностью) еле сдерживала слёзы. Всё это было слишком похоже на прощальную речь, и только идиот бы этого не понял. Видимо, даже Вероника поняла, потому что её рот слегка приоткрылся, а наглая улыбка исчезла. Бетти вообще будто загнали в угол. Топаз бы не удивилась, узнав, что блондинка вообще ни сном, ни духом об ультиматуме её девушки. - Вероника будет отличным капитаном, который ни в чем мне не уступит. И прошу вас, не думайте, что я ухожу, потому что не потерплю быть второй в команде, нет. Просто я поняла, что мне это не нужно. У меня уже есть всё, что нужно для счастья. Шерил очень хотелось повернуться, чтобы посмотреть на Тони, когда она произносила эти слова. Но это было бы неуместно в данной ситуации. - Ну, давайте же, обнимите меня напоследок. Рыжая сделала шаг вперед, а Тони даже пришлось отойти немного назад, ведь болельщицы обступили уже бывшего капитана, лепеча что-то о том, чтобы она не уходила. Особенно эта Кэсси. Ох, розововолосая еле сдерживалась. Вероника и Бетти всё ещё стояли в стороне: Купер, явно ошарашенная известием, а Лодж, явно ещё не осознавшая масштаба катастрофы. В школе просто не осталось отличных танцовщиц, и ей придется потрудиться с теми, кто был хуже на прослушивании, чтобы заполнить эту брешь. Рыжая сама подошла к Лодж, чтобы обнять её. Она намеревалась сказать ей кое-что, ведь последнее слово всегда было за Шерил Блоссом. И она убедилась, чтобы это слышали только они с Бетти. - Поздравляю, Ронни, ты выиграла. Честно или нет, решай сама. Но мне правда тебя жаль. Если бы ты была хотя бы на долю процента так же счастлива со своей девушкой, как я с Тони, ты бы не стала шантажировать всех подряд, чтобы добраться до власти. Забирай, мне не жалко. Но мне жаль, что Элизабет так и не забыла своего бродягу, и делает тебе больно тем, что всё равно остается с тобой, хотя любит не так сильно. Блоссом отстранилась, не в силах сдержать улыбку. Если Лодж и планировала её уничтожить ранее, то после таких слов точно вышла бы на тропу войны. Но рыжей было абсолютно наплевать. Она чувствовала долгожданное освобождение. Девушка ещё раз попрощалась со всеми Лисицами, выходя в коридор, где её ждала Топаз, что покинула зал чуть раньше, чтобы не вызывать подозрений. - Ты дала там жару, малышка. Розововолосая поцеловала девушку в щёку, беря её за руку и ведя на выход из школы, чтобы попрощаться на парковке. Тренировки проводились вечером, так что их никто бы не заметил вместе. Но сейчас Шерил предстоял очень важный (возможно, один из самых важных в жизни) разговор, и Топаз отчаянно не хотелось отпускать её в Торнхилл одну. Там будет Джейсон, это она знала, но всё же её не будет там, чтобы защитить от этих тиранов. - Может, я всё-таки... - Ти, это моя битва. И, как бы я ни хотела, чтобы ты была рядом со мной, я должна справиться. Тем более, мы всё равно увидимся после. - Ты сразу же мне позвонишь, да? - Топаз взглянула на рыжеволосую. Они стояли напротив её Импалы, и через пару мгновений девушка уже должна была уехать. От этого Тони лишь больше волновалась. - Сразу же. Я и сама волнуюсь, Тони, это нормально в такой ситуации. Но больше всего я волнуюсь из-за предвкушения свободы. Ты не представляешь, как долго я этого ждала. Антуанетта наклонилась вперёд, целуя рыжую. Она, как могла, затянула поцелуй, но всё же понимала, что рано или поздно Блоссом придётся уехать. Так что, лучше рано, чтобы это всё быстрее закончилось. - Ну, хорошо. Я с тобой мысленно. Они больше не причинят тебе боль. Розововолосая прижала поцелуй ко лбу девушки, а потом осталась стоять, наблюдая, как та садится в машину и машет ей на прощание, прежде чем сорваться с места. Всё просто обязано было пройти хорошо, но чувство тревоги, поселившееся в животе, никак не хотело отступать. - У Шерил тряслись колени. Она сидела в кресле, ожидая, когда мать вернётся из своей теплицы, в которой проводила вечера, выращивая какие-то травы. Отец должен был вернуться лишь к ночи, но, честно, его мнение здесь ничего не значило. Он бы просто фыркнул и отвернулся, говоря, что ему противно иметь такую дочь. А вот Пенелопа бы сделала всё, чтобы сжить её со света. Потому на этот раз нужно было выбрать худшее из двух зол и поговорить с матерью. Джейсон бы присоединился к ним сразу же, как и обещал, но сейчас девушка сидела в одиночестве в тёмной гостиной, освещаемой лишь пламенем из камина. Сейчас она думала, что неплохо бы было согласиться с Тони, чтобы девушка поддержала её. Но, в то же время, она была рада, что гнев старшей Блоссом не заденет розововолосую напрямую. Она слишком её любила, собственно, поэтому и нужно было закончить всё здесь и сейчас. Входная дверь хлопнула, и Шерил вся напряглась. Она знала, что мать вымоет руки, нальёт себе бокал виски (которым в последнее время явно злоупотребляла) и придет в гостиную, чтобы занять своё место у огня. Тут-то Блоссом и собиралась с ней поговорить. В последнее время Пенелопа была сама не своя. Рыжая думала, что у них с Клиффордом какой-то конфликт, но, честно говоря, ей было совершенно наплевать, если в семье и правда разлад. Глупо было вообще называть это сборище снобов семьёй. Все связи здесь вынужденно происходили из-за денег. Шерил находилась в безумном нетерпении. Ей так хотелось увидеть реакцию матери, которая никогда бы в жизни не подумала, что дочь решится ей противостоять. Но вот она здесь, решительно настроена, чтобы бороться за своё счастье. Девушка услышала шаги, понимая, что разговор приближается. Джейсон так и не спустился, но это было к лучшему. Возможно, ей всё-таки нужно было решить это одной, даже без помощи брата. Интимный разговор с матерью, которая выскажет ей всё, что думает, а не будет притворяться хоть немного любящей, когда рядом будет сынок. - Мама. - Шерил. - Пенелопа села в соседнее кресло, тут же пригубляя свой напиток. Она даже не поинтересовалась, как прошел её день, всё ли хорошо. Ей всегда было наплевать. Рыжеволосая даже не думала, что мать будет её искать, если она вдруг пропадёт. Но побег не был вариантом. Она хотела уехать с Тони, но только после того, как окончит школу и получит свой блестящий аттестат, с помощью которого поступит в колледж мечты. И для того, чтобы мечта сбылась, нужно было выжить в этом городе ещё восемь месяцев. - Мне нужно с тобой поговорить. Блоссом бросила на дочь недовольный взгляд. Ну, конечно, она ведь пришла отдохнуть, а Шерил будто нарочно докучает ей своей компанией. Как типично с её стороны: постоянно делает всё на зло. - И ты не могла найти для этого более подходящее время? Разве ты не видишь, что я устала? - Я тоже устала, мама. - Рыжая знала, одно неправильное слово, не та интонация, и её голос сядет, потому что всегда, стоило им затронуть какую-то касающуюся её тему, девушке хотелось плакать. Но не сегодня. Нет. Она выдержит это испытание с достоинством. А поплакать можно и позже. - Я устала от того, что мне всегда приходится прикладывать бешеные усилия, чтобы ты хотя бы обратила на меня внимание. Но это не работает, потому что ты никогда меня не любила. - Что за вздор, глупая девчонка. Ну, разумеется я тебя люблю. Я ведь твоя мать. - Ты моя мать, да, но ты никогда не была моей мамой. Ты всегда заставляла меня чувствовать себя ничтожеством, скрывать то, какая я на самом деле. Ты всегда говорила, что никто меня не полюбит, потому что... Помнишь твою любимую фразу, которую ты повторяла неделями, чтобы она крепко засела в моей голове? Неспособная любить, изголодавшаяся по эмоциям стерва. Разве кто-то будет называть так свою дочь? А ребёнком с отклонениями? Разве любящая мать на такое способна? Шерил видела, что Пенелопу буквально передёргивает от каждого слова. Конечно, она не привыкла, чтобы эта девочка, которая всегда боялась родителей, как огня, вот так выражала своё недовольство в лицо. С каких это пор она стала такой смелой? И самое главное, к чему она собиралась подвести? Женщина допила виски одним глотком, даже не обращая внимания на жжение в горле. Она повернула голову к дочери, смотря на неё испепеляющим взглядом. Разговор должен был закончиться сейчас и больше никогда не подниматься. - Чего ты хочешь от меня, адское дитя? Разве я не дала тебе всего, что нужно ребёнку? Ты сыта, одета в дорогие вещи, у тебя есть репутация в школе, потому что никто не посмеет пойти против Блоссомов. Что тебе ещё нужно? - Мне нужна любовь, мама. Не думай, я не прошу, чтобы ты полюбила меня так, как любишь Джей-Джея. - Блоссом бросила взгляд в дверной проём. Она не знала, сколько рыжеволосый там стоит, но была благодарна, что пока он не вмешивается. Пока всё было под её собственным контролем. - Я хочу быть счастливой с человеком, которого люблю, и который любит меня. Так что я больше не собираюсь скрывать свою сущность. - Не смей. - Вот это действительно вывело Пенелопу из себя. Неужели эта девчонка опять взялась за старое? Однажды она уже сумела пресечь её нездоровое влечение в той бродяжке. Не составит труда пресечь его и теперь, чтобы она даже не вспоминала о своём отклонении. Похоже, нужно было не угрожать ей лечебницей, а действительно отправить её туда. - Я лесбиянка, мама. Всегда ею была и всегда буду. Меня не привлекают парни. Да и девушки, честно говоря, пока что меня не привлекали. Лишь одна, которая владеет моим сердцем уже несколько лет. Пенелопа ударила ладонью по столу, на котором стоял пустой бокал, и тот задребезжал. Джейсон сорвался с места, обходя кресла и становясь с другой стороны от сестры, кладя ладонь ей на плечо. Он невообразимо гордился ей, потому что сам бы ни за что не смог пойти против семьи, если бы произошла такая ситуация. - Я воспитывала тебя нормальным ребёнком. Понятия не имею, почему ты стала... такой. Но ничего, это всё поправимо. Я уже говорила тебе, что есть отличный интернат, где твою зависимость излечат, показав тебе, насколько это нездорово и неправильно. - Она не больна, мама! – Блоссом накрыла ладонью ладонь брата на своём плече. Её битва ещё не закончена. - Я люблю Тони, люблю всем своим сердцем. Как бы ты ни пыталась забрать у меня это, чувства ни на секунду не притуплялись. Я понимаю, что тебе этого не принять, потому что ты просто не хочешь. Но я не заставляю тебя. Просто ставлю перед фактом. Я не собираюсь больше скрывать свои отношения. - Убирайся. - Пенелопа даже не кричала, но её голос звучал угрожающе. - Мама... - Пусть убирается из моего дома! Я не потерплю, чтобы меня тыкали носом в то, что моя дочь - извращенка. Я не хочу иметь с ней ничего общего. Женщина вскочила с кресла, буквально тыча в дочь пальцем. От её спокойствия не осталось и следа. Она была похожа на дьявола в человеческом обличии, с горящими глазами и ртом, брызжущим слюной. - Значит, я ухожу. Рыжая думала, что сейчас точно не сможет сдержать слёзы, но, чёрт возьми, на их место пришло облегчение. От неё только что отреклись, но она ещё никогда не чувствовала себя счастливее. В этой семье, в этом доме, она не могла даже вздохнуть полной грудью. И пусть пока она не знала, как будет жить дальше, она радовалась, что всё-таки нашла в себе силы сказать всю правду. Девушка встала с кресла, с улыбкой смотря на брата, который поджал губы и выглядел действительно взволнованным. Ей нужно было подняться наверх, позвонить Тони и обговорить с ней всё это. И она не собиралась терять время. - Если ты сейчас выйдешь из этой комнаты... - Шерил замерла на пороге гостиной, когда мать вновь заговорила. Джейсон, шедший следом за ней, тоже остановился. - Можешь больше не возвращаться в этот дом. От тебя отвернётся вся семья, у тебя больше не будет денег, и даже глупой детской репутации в школе. Голос женщины слегка смягчился, но Блоссом всё равно не пошла бы у неё на поводу, не снова. - Я помогу тебе избавиться от этих мыслей. Ты пройдёшь курс, а потом мы найдем тебе жениха. Как насчет Бена? Она великолепный парень. Шерил вздрогнула при упоминании этого имени. Этот "великолепный" парень с радостью воспользовался бы ей против её воли, если бы Джейсон не был в соседней комнате. Да и, господи, неужели Пенелопа действительно верила в то, что её можно "вылечить"? Блоссом даже не стала отвечать. Она просто продолжила свой путь. Когда она поднималась вверх по лестнице, в гостиной раздался звон разбитого бокала. - Тони не сказала ни слова, пока помогала складывать чемоданы, которые Джейсон и Шерил выносили из дома, в багажник Импалы. У Блоссом оказалось не так много вещей, как она думала, но, на самом деле, рыжая взяла лишь самое необходимое, понимая, что сможет прожить больше чем без половины своих брендовых вещей, и зная, что в маленькой комнатке Топаз это всё не поместится. Сначала она не хотела стеснять розововолосую, тем более, зная, что она не одна живёт в трейлере. Но стоило ей позвонить девушке и рассказать обо всём, та тут же предложила единственный по её мнению приемлемый вариант. Она убедила рыжеволосую, что отец только «за», а она уж тем более. И, честно говоря, Шерил не смогла отказаться. Джейсон предлагал снять ей номер в отеле, но всё, чего ей хотелось, просто упасть в объятия Тони и поплакать. Она держалась из последних сил, чтобы не расстраивать брата ещё больше, не давая ему возможности сорваться и натворить глупостей. Если её будущее в семье Блоссом закончено, то у него были все шансы на светлую жизнь. Она не собиралась своим решением портить ещё и его будущее. Она пообещала Джейсону подумать над его предложением, но сейчас не представляла себя в одиночестве в гостиничном номере. - Это последний. Блоссом с грохотом захлопнула входную дверь, тем самым показывая матери, что действительно уходит. Она не рассчитывала, что Пенелопа передумает, но хотела хотя бы заставить её что-то почувствовать (будто она была способна сожалеть о своей жестокости). Джейсон закрыл багажник и обошёл машину, чтобы сесть на водительское сиденье. - Я поеду с Тони. Ты не против? - Конечно нет, малыш. - Розововолосая, наконец-то, подошла к Шерил, чтобы обнять девушку, чувствуя, как та прижимается к ней всем телом. Она буквально тряслась, сдерживая глубинные эмоции, и Топаз не могла ей не гордиться. Эта девушка была самым сильным человеком, которого она знала. В сотню раз сильнее её самой. Но даже у рыжей уже сдавали нервы, так что им нужно было поскорее добраться до трейлерного парка. Антуанетта видела, что Джейсон всё же не очень рад тому, что его сестра переезжает на южную сторону в такой опасный район. Ну, а что он сделал для того, чтобы защитить её? Разве он хоть раз перечил родителям, что были так жестоки с этим ангелом? Да, он поддерживал сестру, как мог и как умел, но Тони готова была сделать для неё всё, что угодно. Джонатан, на самом деле, был не очень рад тому, что член семьи Блоссомов, пусть и девушка, которую он очень хорошо знал, будет жить с ними. Даже не так. Он просто боялся, что из-за этого у Тони появятся проблемы со Змеями, а потом ещё и с родителями рыжеволосой, которые, возможно, поймут свою ошибку и решат вернуть дочь. Но Топаз напомнила ему, что он сам заставил её бороться за своё счастье, и она боролась, несмотря ни на что. Розововолосая протянула девушке свой шлем. Шерил ещё не ездила с ней на мотоцикле трезвой, потому что боялась, но Тони понимала её желание просто быть рядом. Ей как никогда нужна была поддержка, и кто она такая, чтобы отказать любви всей её жизни. Девушка так прижалась к ней, будто от этой поездки зависела их жизнь, хотя Топаз, в независимости от того, как сильно хотелось быстрее добраться до дома, вела очень медленно и аккуратно. Вся дорога прошла в тишине, но розововолосая не переживала, они могли поговорить, когда останутся наедине. Главное, что сейчас Шерил было спокойно рядом с ней (она надеялась на это). Джейсон медленно ехал за ними, пока не остановился у одного из однотипных трейлеров в захудалом трейлерном парке. Ему безумно не хотелось оставлять Шерил здесь. Честно, он думал, что она сошла с ума. Да, она была влюблена в Тони, да, отстаивала то, какая она, как он сам советовал. Но оставаться на южной стороне, тем более в обители Змей, было просто опасно для жизни. Но он знал, что рыжеволосую убедить не удастся. Топаз вновь занялась багажом, оставляя брата и сестру наедине на улице. Им нужно было поговорить, и девушка не собиралась вмешиваться. У неё ещё будет уйма времени, чтобы самой побыть с Шерил. - Ты уверена? Рыжеволосый огляделся по сторонам, подмечая разруху и хаос, что царили в Саннисайде. Они были самой богатой семьёй в Ривердейле, неужели он не смог бы обеспечивать сестру в обход родителей? Он бы сделал всё, чтобы только искупить свою вину за годы унижений и истязаний, что пришлось пережить ей, но не ему. Но Шерил была слишком горда, да и сейчас в её жизни наступил такой момент, когда она ставила всё на одну карту, на карту любви. Он не мог сказать, готов ли пожертвовать всем ради Шарлотты, так что не до конца понимал природу таких чувств. Он был влюблен, но перерастёт ли эта влюбленность в любовь, понятия не имел. - Да, Джей, я хочу остаться здесь. Она нужна мне. - Завтра в школе всё будет по-другому. Слухи в этом городе расползаются со скоростью света. А когда вас ещё и увидят вдвоём... - Я справлюсь, правда. - Шерил уже была на грани, желая, чтобы Джейсон, наконец, поехал домой и оставил их с Тони одних. Ей нужно было выплакаться, но если парень увидит её слёзы, он ни за что не оставит её в покое, предполагая, что она всё-таки не хочет тут быть. Но она хотела. Пока что не представляла, как выживет на южной стороне, придётся ли ей искать работу, и всё в таком роде, но утро вечера мудренее. Ей просто нужен был отдых. Давно не выдавался столь эмоционально тяжёлый день. - Звони мне по любому поводу. Мы оба знаем, что родители будут запрещать общаться с тобой, но я теперь их единственный наследник, так что ничего радикального они не предпримут. Может, ты хочешь, чтобы я поговорил с бабушкой и дедушкой? - Джей... Сейчас я ничего не хочу, только побыть с Тони, пожалуйста. Парень кивнул, будто только сейчас осознав, что всё это время пытался отсрочить их прощание. Конечно, они будут видеться в школе и за её пределами, но он уже не сможет забежать в соседнюю комнату, чтобы поделиться последними новостями или спросить совет. Блоссом подошел к сестре, заключая её в крепкие объятия. - Я с тобой, Шерил. Я люблю тебя. - И я люблю тебя. Шерил сделала глубокий вдох, надеясь, что это не последние объятия. Она верила Джейсону, когда он говорил, что будет её поддерживать. Но не верила, что его хватит надолго. Тони стояла на кухне, прислонившись спиной к столешнице рядом с холодильником и скрестив руки на груди. Она потратила некоторое время, чтобы перенести все вещи Блоссом к себе в комнату и убраться на кухне (их романтическому свиданию не суждено было случиться, потому что для него было не подходящее время). А сейчас ей просто хотелось забрать Шерил, чтобы та могла выговориться или же помолчать, просто разделяя объятия, как ей угодно, но всё же держала себя в руках. Джейсону нужно было поговорить с сестрой, ещё раз попробовать уговорить её согласиться на его помощь. В глубине души она боялась, что после очередного предложения Шерил всё же согласится, осознавая, что не сможет провести почти год в трейлере, живя в нищете. И она бы её не осудила, в конце концов, если бы сейчас кто-то предложил ей вернуться в старый дом в Нортсайде, она бы согласилась, не раздумывая. Но Тони также знала, что Блоссом её не бросит. Она прошла через ад не для того, чтобы в последний момент отступить. И вот завелся мотор Импалы, и в окно Топаз увидела, как Джейсон выезжает со стоянки рядом с трейлером. Ещё через минуту Шерил зашла внутрь, закрывая за собой дверь и тут же прижимаясь к ней спиной. Тони сорвалась с места, замечая, как девушка опирается затылком на железо и прикрывает глаза, из которых тут же полились слёзы. Розововолосая времени зря не теряла, прижимая девушку к себе, но, не говоря ни слова, давая ей возможность выплеснуть эмоции так, как ей хочется. У них было всё время мира, чтобы поговорить, так что Антуанетта не стала давить, тоже прикрывая глаза и успокаивающе гладя рыжую по волосам. Её сердце разрывалось от каждого всхлипа, от каждой слезинки, что скатывалась по порозовевшим щекам и впитывалась в ткань её рубашки. Время будто остановилось, и Топаз не могла с точностью сказать, как долго они простояли в обнимку посреди гостиной. Это не имело значения. Было важно лишь то, что Шерил понемногу начала успокаиваться (Тони знала, что та могла бы плакать ещё дольше, но вода в её ослабевшем организме заканчивалась, потому ей нужно было утолить жажду и лечь в кровать). Рыжеволосая совершенно не сопротивлялась, когда девушка отвела её в комнату и уложила на кровать. Она заботилась о ней, как о ребёнке, и как бы Шерил это не ценила, у неё не было сил даже на то, чтоб поблагодарить девушку, которая сделала для неё невообразимо много. Блоссом вроде бы запротестовала, когда Тони ушла, но когда та вернулась с бутылкой холодной воды, лишь благодарно приняла её и тут же сделала несколько жадных глотков. Её вдруг начало трясти, а слезы вновь крупными каплями образовались в уголках глаз. Топаз тут же забралась на кровать, вновь прижимая рыжеволосую к себе. Шерил вцепилась в её рубашку, будто она могла исчезнуть в любой момент. Она положила голову на грудь розововолосой, и всхлипы вновь заполнили всё пространство маленькой комнаты. Тони тоже была на грани слёз, потому что ей было невыносимо от того, что Блоссом проходит через такую боль только из-за того, что её родители грёбаные консерваторы из прошлого века, что не могут просто позволить ей быть счастливой. Разве она бы помешала им, просто оставаясь собой? Как бы это повлияло на их репутацию? Всем было бы всё равно, но они сделали так, чтобы рыжая пожалела о своём решении. Тони лишь надеялась, что ошибается, и Шерил действительно хочет именно этого. Она прижалась щекой к макушке рыжеволосой, прикрывая глаза и просто расслабляясь в её объятиях. Сейчас она давала ей всё, что только могла - молчаливую поддержку. Топаз несколько раз моргнула, прогоняя сонливость, когда входная дверь трейлера хлопнула. Шерил на её груди зашевелилась, но, слава Богу, не проснулась, лишь уткнулась носом ей в шею. Девушка заснула около двух часов назад, совершенно выбившись из сил. Тони решила последить за ней, но не смогла противостоять натиску ночи. А сейчас видимо отец вернулся от Эф Пи. Он сказал, что должен предупредить короля Змей о том, что Шерил будет жить в их трейлере. Он представил её, как члена семьи, и, несмотря на то, что большинство Змей, в особенности их король, знали, кто она такая, никто бы не посмел тронуть близкого человека одного из членов банды. Тони очень хотелось поговорить с Джонатаном, и, прежде всего, поблагодарить его. Да, он не был отцом года, как признавался и сам, но старался им быть. Не только для неё, но и для Блоссом. Девушка нехотя пододвинула Шерил, высвобождаясь из её объятий. Рыжая даже не пошевелилась. Неудивительно, ведь этот день выжал из неё последние соки. Розововолосая укрыла её одеялом и поцеловала в лоб, прежде чем выйти в коридор. Она заметила свет на кухне, потому отправилась прямиком туда. Отец как всегда сидел за столом. Возможно, он даже знал, что она к нему присоединится, потому что напротив него на столе стояла вторая кружка с дымящимся кофе. Тони присела на стул, тут же беря кружку в ладони, чувствуя приятное тепло, и отхлебнула глоток обжигающего напитка. - Как она? - Она сильная, всё будет хорошо. Но сейчас ей нужно время, чтобы выспаться и набраться сил. Это было лишь одно испытание, дальше-больше. Джонатан кивнул, вновь возвращая внимание своему кофе. Они сидели в тишине, но Топаз всё устраивало. Её жутко клонило в сон, и даже крепкий кофе совершенно не помогал. Но ей хотелось побыть с отцом, тем самым выразив свою глубочайшую признательность за то, что он вошёл в их положение. - Ты знаешь, я действительно горжусь тем, что ты боролась за неё. Вы с Шерил буквально созданы друг для друга, и мы с твоей мамой сразу же это поняли. Потому никто из нас не возражал, что ты общаешься с дочерью заклятых врагов Змей. Розововолосую совершенно не удивила эта информация. Блоссомы, кажется, враждовали с каждым вторым в этом городе, просто не в силах существовать, как нормальные люди. Тони даже слышала легенду о том, что основатель кленовой империи когда-то убил своего брата, чтобы заполучить бизнес. Но Шерил была не такой, и Топаз радовалась, что отец это понимает. - Спасибо тебе большое, пап. Я уверена, что Шер тоже тебе очень благодарна, потому что у неё мало людей, которые бы беспрекословно её поддержали. У неё даже друзей настоящих нет, а я просто не могла оставить её одну. - Ты правильно поступила, милая. Я всё равно большую часть времени торчу на работе, да и вы скоро закончите школу. Я рад, что у тебя появился кто-то столь близкий, ведь, как бы ты ни пыталась, те парни были просто вынужденной компанией. Тони просто кивнула, не подтверждая слова отца тем, что Джонс и мальчики очень негативно отреагировали на её отношения. Кстати, об этом. Мужчина встал из-за стола, подходя к раковине, чтобы ополоснуть кружку. Было поздно, так что розововолосая не собиралась задерживать его. Да ей и самой завтра в школу, как бы ни хотелось её пропустить. Но у неё осталось ещё одно незавершенное дело. - Пап, а ты случайно не помнишь, где коробки с моими вещами из старого дома? У девушки уже давно созрела заманчивая идея, и сейчас настало то самое время, когда стоило воплотить её в жизнь. - Билл позволяет мне хранить их на чердаке в мастерской. А что такое? - Можно я как-нибудь загляну к вам? Нужно кое-что найти. - Без проблем. А теперь иди спать, уже поздно. - Даже спорить не буду.