Deeper Than Love

Когда Клаус вернулся в Новый Орлеан, он столкнулся с тем, что Марсель похитил Хэйли. Он едва успел выследить их и спасти ее. И тогда, глядя на мать его еще неродившейся дочери, всю в царапинах, трясущуюся от страха, окинув взглядом свой дом, который он так упрямо отказывался покидать, он принял решение покинуть Новый Орлеан. В тот день Клаус решил, что должен стать хорошим отцом для дочери. Он сомневался и боялся. Хорошего примера у него не было. Но он мог постараться, приложить все усилия. Посвятить всего себя этому. И может быть когда-нибудь его с Кэролайн пути снова пересекутся. И тогда он спросит ее, что было написано в письме. После того как ситуация более-менее успокоилась, Клаус вспомнил, что ему сказала Ребекка. Элайджа что-то от него скрывал. Клаус зашел в кабинет к Элайдже. Элайджа всегда выглядел занятым, всегда возился с какими-то бумажками. Или просто пропадал где-то. Но Элайджа был на месте. Он сидел за столом и, ожидаемо, разбирал какие-то бумаги. - Тебя что-то беспокоит, Никлаус? – Элайджа сказал, не отрываясь от того, что делал. Клаус продолжил молча наблюдать за братом. Он обдумывал с какого хода ему стоит пойти в этой игре. Горячо бросаться в битву было тем, что Клаус хорошо умел, и что Элайджа всегда ожидал от него. Предсказуемость была слабостью Клауса, когда он имел дело с Элайджей. Элайджа слишком хорошо знал Клауса, чтобы не уловить странность в поведении брата. Он положил аккуратно бумаги на стол, глубоко вздохнул через нос и так же выдохнул, поднял глаза, показывая Клаусу, что тот полностью владел его вниманием. - Что-то не так? – он спросил снова. За терпеливой внешностью Элайджи на самом деле скрывался человек, который не любил повторять дважды. - Я виделся с Ребеккой – наконец-то Клаус прервал своё молчание – На самом деле, как раз перед тем как я вернулся из… - Лондона – Элайджа прервал Клауса. Он устало вздохнул. Неужели Никлаус думал, что он не следил за каждым его шагом. Пустая трата времени, подумал Элайджа – Я знаю. И то, что ты встречался с Ребеккой и то, что она была и находиться сейчас с Мисс Форбс. Меня приятно удивило, что ты вернулся один. Но как я и говорил, одержимости проходят, а семья остается. Теперь ты можешь сконцентрироваться… - Это не одержимость – Клаус выпалил. Вот и весь его самоконтроль полетел к чертям. - Называй как хочешь. Главное, что ты здесь, рядом со своей дочерью. И я, должен признать, почувствовал облегчение, когда узнал, что Мисс Форбс невредима. Несмотря на то, что ведьмы неосознанно сделали её частью твоей проблемы, я был тем, что непосредственно вовлек её в нашу ситуацию. - Невредима? – Клаус был в недоумении – Я бы никогда не причинил вреда Кэролайн! Ты, с другой стороны! Ребекка сказал мне, что ты пытался ей как-то навредить. Я хочу знать, что это было… – лицо Клауса исказилось в садисткой улыбке - … чтобы я мог придумать соответствующее наказание. Теперь была очередь Элайджи быть в недоумении. Он подумал немного. Наконец, кажется, он понял, о чем говорил его брат. - Я предполагаю, Ребекка имела в виду то, что я внушил Мисс Форбс, чтобы она сняла с тебя заклинание и отправилась как можно дальше от тебя. Продолжила жить своей жизнью. Я не знал, что Мисс Форбс пьёт вербену. Как и ты по всей видимости. Клаус сорвался. Он в мгновение оказался рядом с братом, схватил его за горло и впечатал в стену. Выражение лица Элайджи оставалось невозмутимым, безэмоциональным. - И что же должно меня удержать от того, чтобы вырвать твоё сердце прямо сейчас, дорогой брат? – Клаус выдавил со злостью. Его глаза почернели, и его клыки угрожающе показались. - Это меня не убьет, ты знаешь – спокойно сказал Элайджа – Но скажи, Никлаус, не ты ли хотел найти Мисс Форбс и внушить ей, чтобы она осталась с тобой? Даже если она этого не хотела. Клаус отпустил Элайджу. - Я не собирался…Я… - Что же ты собирался сделать, когда увидел её в Лондоне? Клаус не знал, что ответить. - … И когда она бы отказалась возвращаться с тобой? – Элайджа продолжал давить – Я предполагаю, что Ребекка тебя остановила до того, как ты увиделся с Мисс Форбс – Элайджа мог прочитать во взгляде Клауса, что он был прав – Разница между тем, что собирался сделать ты… - Я бы никогда… - Клаус попробовал возразить. Но кажется он и сам был не уверен в своих словах. - … и тем, что сделал я в том, что я хотел внушить Мисс Форбс быть свободной от тебя. В то время, как ты хотел, чтобы она была рядом с тобой как заложница. Скажи мне, Никлаус. Это твоя любовь, в которую я должен поверить? В которую Мисс Форбс должна была поверить? Прости мне мой скептицизм в данной ситуации. - Она была прямо передо мной – вдруг сказал Клаус. Элайджа не понимая нахмурил брови – Она была передо мной. И я отступил. Ребекка меня остановила – Клаус снова замолчал. А потом посмотрел на брата – Я знаю, что я не достоин ее. Я знаю, что наши пути не должны пересекаться. Что у меня дочь, а у неё вся жизнь впереди. Что ей опасно быть со мной. Опасно, потому что у меня много врагов. Опасно, потому что я не умею контролировать себя. Потому что когда она ушла… моей первой мыслью было заставить её остаться. Я знаю… Я знаю, но я всё равно не могу избавиться от этих чувств к ней – Клаус ударил себя несколько раз в грудь, как будто физически пытаясь заглушить свои чувства к Кэролайн – Я самое могущественное существо на планете! И она моя слабость. На Клауса навалилось осознание всей его уязвимости. Он не мог этого выносить. И он в следующую же секунду умчался из кабинета Элайджи. - Никлаус… - Элайджа был ошеломлен откровением брата. Он никогда не видел брата таким. Конечно, он говорил о своих чувствах к Кэролайн. Но тогда он был под заклинанием. И Элайджа ошибочно списывал поведение Клауса исключительно на это. Но сейчас Элайджа видел в своем брате человечность, которую так долго пытался вернуть. Это заставило Элайджу вспомнить про письмо Мисс Форбс. Он соврал Клаусу. Он думал, что поступает как лучше будет для Клауса и его ребенка. Для их семьи. Но сейчас он не был так уверен.